LINKTR.EE/F.M
теги::::
музло
#кавер
#акустика
#акапелла
#вайбыТарантино
#мэшап
#фп (фортепиано)
#supreme_humor - постоянная рубрика с приколами про одних и тех же музыкальных высерателей
другое чето
#платина📱
#ракашка - это когда ночью беспричинно смешно
#кринжатина
#нсфв
#видеохлам
#каменты
#щитпост - я и сам не ебу что тут. канал полностью щитпостный
#аватарки - непостоянная рубрика с 9-ю всратыми авами
#самоесмешноесловодня
#тоту
#oc - ориджинал контент
#калик - обзоры на настоящие кальяны 🙄
#hardfind - сложно найти и легко потерять. внятно не гуглицо, существует только у меня в памяти. про этот тег я тоже вскоре забуду ")
#нап - мысли которые обычно приходят ко мне когда я напален. до 2023го - не напален, после - почти всегда напален
#встретиликоржавпробке - встретили коржа в пробке
#гуг - гуглю рандомное слово и пизжю картинки
...
теги::::
музло
#кавер
#акустика
#акапелла
#вайбыТарантино
#мэшап
#фп (фортепиано)
#supreme_humor - постоянная рубрика с приколами про одних и тех же музыкальных высерателей
другое чето
#платина
#ракашка - это когда ночью беспричинно смешно
#кринжатина
#нсфв
#видеохлам
#каменты
#щитпост - я и сам не ебу что тут. канал полностью щитпостный
#аватарки - непостоянная рубрика с 9-ю всратыми авами
#самоесмешноесловодня
#тоту
#oc - ориджинал контент
#калик - обзоры на настоящие кальяны 🙄
#hardfind - сложно найти и легко потерять. внятно не гуглицо, существует только у меня в памяти. про этот тег я тоже вскоре забуду ")
#нап - мысли которые обычно приходят ко мне когда я напален. до 2023го - не напален, после - почти всегда напален
#встретиликоржавпробке - встретили коржа в пробке
#гуг - гуглю рандомное слово и пизжю картинки
...
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🌭2
БАЛ ПОВЕШЕННЫХ — Артюр Рембо
На глаголях черных, чинны,
Пляшут, головы закинув,
Паладины чертовщины
И скелеты Саладинов.
Почтенный Вельзевул, владыка черных кукол,
За петли дергает кривляющийся бал.
Он всех по черепам пантуфлями отстукал,
Чтобы плясали под рождественский хорал.
И стебли хрупких рук сплетают манекены,
Костями грудь о грудь гремят и, ошалев,
Уродливой любви изображают сцены –
Те, кто когда-то знал объятья милых дев.
Гоп! Плясунам легко, им требухи не жалко!
Подмостков хватит всем – куда б ни сиганул.
Ура! И не поймешь, здесь пляска или свалка!
Остервенев, смычки терзает Вельзевул!
Подошвам сносу нет и не собьются пятки!
От кожаных одеж остались пустяки;
Но неудобства нет, всё прочее в порядке.
Им снег на черепа наляпал колпаки.
На треснувшей башке сидит султаном ворон,
Отставшей плоти клок когда-то был губой.
Сдается: молодцы в уборе чернопером
В картонных латах бой ведут между собой.
Ура! Ветра свистят над этим черным плясом,
И виселица как стальной орган ревет,
В лиловых чащах волк им вторит диким басом.
И адской краснотой кровавится заход.
А ну-ка, раскачай покойников шалавых,
Что четки позвонков ласкают втихаря
Тугими пальцами с изломами в суставах.
Здесь все свои, и все не из монастыря.
Ах! Вдруг осатанев от этой пляски смерти,
Большой скелет взвился, как лошадь, на дыбы,
Но, жесткую петлю не оторвав от жерди,
В багровых небесах повис поверх толпы.
И, хлопая себя по клацающим бедрам,
Вновь возвращается крикливый зубоскал,
Как шут в свой балаган, к осклабившимся мордам
Под музыку костей на этот страшный бал.
На глаголях черных, чинны,
Пляшут, головы закинув,
Паладины чертовщины
И скелеты Саладинов.
На глаголях черных, чинны,
Пляшут, головы закинув,
Паладины чертовщины
И скелеты Саладинов.
Почтенный Вельзевул, владыка черных кукол,
За петли дергает кривляющийся бал.
Он всех по черепам пантуфлями отстукал,
Чтобы плясали под рождественский хорал.
И стебли хрупких рук сплетают манекены,
Костями грудь о грудь гремят и, ошалев,
Уродливой любви изображают сцены –
Те, кто когда-то знал объятья милых дев.
Гоп! Плясунам легко, им требухи не жалко!
Подмостков хватит всем – куда б ни сиганул.
Ура! И не поймешь, здесь пляска или свалка!
Остервенев, смычки терзает Вельзевул!
Подошвам сносу нет и не собьются пятки!
От кожаных одеж остались пустяки;
Но неудобства нет, всё прочее в порядке.
Им снег на черепа наляпал колпаки.
На треснувшей башке сидит султаном ворон,
Отставшей плоти клок когда-то был губой.
Сдается: молодцы в уборе чернопером
В картонных латах бой ведут между собой.
Ура! Ветра свистят над этим черным плясом,
И виселица как стальной орган ревет,
В лиловых чащах волк им вторит диким басом.
И адской краснотой кровавится заход.
А ну-ка, раскачай покойников шалавых,
Что четки позвонков ласкают втихаря
Тугими пальцами с изломами в суставах.
Здесь все свои, и все не из монастыря.
Ах! Вдруг осатанев от этой пляски смерти,
Большой скелет взвился, как лошадь, на дыбы,
Но, жесткую петлю не оторвав от жерди,
В багровых небесах повис поверх толпы.
И, хлопая себя по клацающим бедрам,
Вновь возвращается крикливый зубоскал,
Как шут в свой балаган, к осклабившимся мордам
Под музыку костей на этот страшный бал.
На глаголях черных, чинны,
Пляшут, головы закинув,
Паладины чертовщины
И скелеты Саладинов.