Как тебе такое, Валентина Матвиенко.

Ем магазинный бутерброд, а в нем вон что

Жириновский из–за ограды российского консульства кидается землей и камнями в еврейских студентов, которые обвинили его в антисемитизме.

Страсбург, Франция, 11 апреля 1993 год.

Сто лет, а как сейчас (книга Пильняка).

Увидел новость (Настоящее время): Мадина окончила колледж и мечтала стать учительницей. Но ее не берут на работу. Девушка считает, что причина в том, что она – люли. Люли – это выходцы из Индии, которые живут в Кыргызстане и Узбекистане. Их женщины зарабатывают в основном попрошайничеством и сбором металлолома, для мужчин же работа – недостойное занятие.


Погуглил - ну блин, почему не написать прямо «Мадина цыганка»? Что за люли вообще.

Все там будем

В 21 мск https://youtu.be/oyl8b_QANXw все обсудим

«Я никогда никому не звонила, не давила. Так ведут себя истеричные люди. Я не отношу себя к ним», — говорила Валентина Матвиенко, отрицая свою причастность к увольнению журналистов «Коммерсанта». The Bell поговорил с петербургскими журналистами и выяснил: все-таки бывало.

http://amp.gs/dteb

Узнал сейчас, что (крупнейший в мире) парусник Седов уже два года как сменил порт приписки с Мурманска на Калининград, то есть и Крузенштерн и Седов оба калининградские.
Еще узнал, что капитан Седова теперь мой сокурсник Ромашкин, тоже ого.

Ух, какая фотка Ельцина

Разговор удался.

Орден Александра Невского - знаю, что он новый, но все равно вздрагиваю каждый раз, когда его вручают (исторически - советский военный генеральский орден, после 45 года вручался какие-то считанные разы).
Это я к тому, что почему-то именно тут, в телеграме, хочется поздравить с этим орденом, который ей дали сегодня, Наталью Александровну Тимакову.

Мало кто знает, что неприязнь к изданию уходит корнями в далёкое петербургское прошлое. Валентине Ивановне пуще всего не нравилось, как она получается на фотографиях, когда её снимают снизу. А в одной газете с буквой Ъ на конце тогда у фотографов вообще было принято снимать снизу. И едва Валентина Ивановна появлялась на публике, кто-нибудь из прислуги первым делом интересовался «фотографы от Коммерсанта есть?» и пытался встать на линии огня, чтоб мешать съёмке.

У меня на неделе было много разных встреч, грустных разговоров с ушедшими и ночных бесед в курилке с остающимися. Все эти дни я пытался сформулировать для себя – зачем я занимаюсь журналисткой и почему работаю именно там, где работаю. Очень много думал об этом, но в осмысленный текст еще не готов это собрать. Мне есть что ответить и ряду коллег из других СМИ, и лично Алексею Навальному – но кормить злых троллей сейчас совсем не хочется; слишком тоскливо, чтобы ввязываться в бессмысленный срач. Однажды напишу подробно, что о них думаю, а пока вот такая песенка играет в голове всю неделю:

https://youtu.be/yBpQduuHdpU?t=78

Что касается моих дальнейших планов – еще до всех этих событий я взял в работу несколько больших текстов о проблемах конкретных людей. Эти люди разговаривали со мной как с корреспондентом «Ъ»; они рассчитывали, что тексты о них появятся именно в «Ъ», и они не должны становиться заложниками нашей ситуации. Сначала я выполню свои обязательства перед этими людьми, и только потом буду решать собственные вопросы. Вот в этом я вижу свой журналистский долг. Пусть это словосочетание и выглядит смешным для тех, кто не имеет отношения к нашей профессии.
Первый текст вышел на этой неделе и остался практически незамеченным, а жаль. О нем напишу отдельно. Всем, кто переживал за «Ъ» -- большое человеческое спасибо. И если у вас есть вакансии для ушедших ребят – напишите им, пожалуйста. Могу дать все контакты.