Еду в гетовском такси, уткнувшись в телефон, краем глаза вижу на стекле надпись "убер", продолжаю читать телефон и думаю с запозданием - или показалось или, может, рядом стояла машина, у которой на стекле написано "убер". Да и вообще неинтересно об этом думать, продолжаю читать телефон.
Потом поднимаю глаза - нет, это действительно именно в моем гетовском такси на стекле написано "убер". То есть надпись "убер" и рядом нарисован мальчик, который на эту надпись мочится.
Потом поднимаю глаза - нет, это действительно именно в моем гетовском такси на стекле написано "убер". То есть надпись "убер" и рядом нарисован мальчик, который на эту надпись мочится.
Этот вал маленьких незыгарей, конечно, немного подзаебал. Каждый политический жж-юзер прошлых лет считает теперь своим долгом завести канал и таинственным тоном анонимно пересказывать в нем агентство Регнум или газету Взгляд. Остановите их!
Forwarded from Телеканал Дождь
Екатерина Шульман о Незыгаре:
«Это не очень увлекательное чтение, опять же, если бы это был настоящий Зыгарь, он, наверное, повеселее бы писал, потому что это такой вязкий официозный стиль, отчасти это копипаст из открытых источников, я просто их узнаю, отчасти это какие-то действительно сливы.
Что я тут на самом деле вижу? Понятно, что это не ново. Сливы и анонимное распространение информации — они стары как римские граффити, приблизительно так же. Насколько я понимаю, журналисты, публикуя информацию, связаны рядом этических ограничений. Трудно уже в наше время опубликовать статью со словами «вот рассказал мне один чувак, просил его не называть, такую вот инфу 100%». Как-то это неловко.
Мы находимся на довольно нервном и турбулентном этапе нашего большого электорального цикла. Потребность в гаданиях усиливается. Все чувствуют, что чего-то такое вот, наверное, происходит или вот-вот должно произойти. Поэтому в таких условиях действительно вера анонимным источникам, потребность в каких-то загадочных источниках, которые, наверное, знают больше, чем тебе уже знакомые медиа, тебе уже знакомые журналисты, она повышается. Конечно, это разновидность общественного суеверия, но это понятная потребность»
«Это не очень увлекательное чтение, опять же, если бы это был настоящий Зыгарь, он, наверное, повеселее бы писал, потому что это такой вязкий официозный стиль, отчасти это копипаст из открытых источников, я просто их узнаю, отчасти это какие-то действительно сливы.
Что я тут на самом деле вижу? Понятно, что это не ново. Сливы и анонимное распространение информации — они стары как римские граффити, приблизительно так же. Насколько я понимаю, журналисты, публикуя информацию, связаны рядом этических ограничений. Трудно уже в наше время опубликовать статью со словами «вот рассказал мне один чувак, просил его не называть, такую вот инфу 100%». Как-то это неловко.
Мы находимся на довольно нервном и турбулентном этапе нашего большого электорального цикла. Потребность в гаданиях усиливается. Все чувствуют, что чего-то такое вот, наверное, происходит или вот-вот должно произойти. Поэтому в таких условиях действительно вера анонимным источникам, потребность в каких-то загадочных источниках, которые, наверное, знают больше, чем тебе уже знакомые медиа, тебе уже знакомые журналисты, она повышается. Конечно, это разновидность общественного суеверия, но это понятная потребность»
Транькова огорчает, что женой профессора Макогоненко была Ольга Берггольц, а меня в свое время расстроило, что она спала с Авербахом - как говорится, ну девочка, ну еб твою мать.
Forwarded from Πρῶτο Τρανκοβ
Ну ошибался человек. Но ведь она же совершенно небесная.
Включил (чтоб фоном было) программу 60 минут, и опять не оторваться: на связи мэр Горловки, с ним в кадре женщина с девочкой на руках. Иван, кто с вами? Это Рита, любимица всей Горловки. Ей 2,5 года, окна ее детской выходят на украинские позиции. Рита 2,5 года на передовой (Рита сама хочет что-то сказать, но мама ее одергивает). Глава республики сегодня распорядился дать семье Риты новую квартиру.
Скабеева слушает, в руках у нее почему-то каска.
(В Донбассе происходит при этом какая-то жуть, но пост не об этом).
Скабеева слушает, в руках у нее почему-то каска.
(В Донбассе происходит при этом какая-то жуть, но пост не об этом).
Там же от имени Украины выступает Олеся Яхно - мне давно кто-то говорил, что в наборе фальшивых украинцев, тусующихся в российском телеке, есть жена Белковского, погуглил, а это она и оказалась.
Заодно прочитал:
Боль, война и трудности, через которые мы все сейчас проходим, во многом обязаны своим возникновением движению, к которому причастна Олеся Яхно (имеется в виду первый майдан, - о.к.). Демонстрация страданий людей не вызывает у неё ни малейшего душевного движения, тому свидетелем были миллионы русскоязычных телезрителей по всему миру.
Ну ок.
Заодно прочитал:
Боль, война и трудности, через которые мы все сейчас проходим, во многом обязаны своим возникновением движению, к которому причастна Олеся Яхно (имеется в виду первый майдан, - о.к.). Демонстрация страданий людей не вызывает у неё ни малейшего душевного движения, тому свидетелем были миллионы русскоязычных телезрителей по всему миру.
Ну ок.
Курьер принес новый садовый шланг, а что стало с предыдущим, я не скажу, а то Кононенко меня засмеет.
Слушатели показали прекрасное - в студии Эха во время новостей ведущие обсуждают:
- Ну что, после перерыва будем говорить про национализм?
- Да ну, Кашин глупости какие-то говорит, ну какой национализм.
- Хотя проблема есть.
- Проблема есть - вон в Уфе детей заставляют учить башкирский, а дети не понимают, зачем им это. Уфа же вообще русский город, по-башкирски только в деревнях говорят.
- О, давай скажем, что национализм ведет к развалу России?
- Давай!
- Ну что, после перерыва будем говорить про национализм?
- Да ну, Кашин глупости какие-то говорит, ну какой национализм.
- Хотя проблема есть.
- Проблема есть - вон в Уфе детей заставляют учить башкирский, а дети не понимают, зачем им это. Уфа же вообще русский город, по-башкирски только в деревнях говорят.
- О, давай скажем, что национализм ведет к развалу России?
- Давай!
http://echo.msk.ru/programs/personalnovash/1920514-echo/ - вот тут, 31 минута.
Эхо Москвы
Интервью / Олег Кашин
Нервы Лукашенко были вполне бычьими все эти годы, и он проявлял чудеса и благоразумия и спокойствия по отношению к тому, что происходит; и то, что они не выдерживают только сейчас, в 17-м году, говорит о нем, как о хорошем политике, как о сильном политике…
Полчаса до скайпа, а потом пойду и съем шаурму. Последние два часа думаю о шаурме, прямо очень хочу шаурмы.
В плеере выпала Ирина Аллегрова, хотел перелистнуть, но не успел и теперь слушаю уже второй раз - как все-таки точно тот диджей на Олимпиаде в Сочи выбрал музыку, вот этот проигрыш из "Младшего лейтенанта" - мы же все в том числе из него и состоим, даже кому не нравится. И с этим надо считаться.
Коль скоро шаурма вызвала интерес, скажу, что да, сходил поел, потом пошел в химчистку, но там чувак недочистил Нилову куртку и попросил подождать двадцать минут. А рядом тоже кебабная, ну я и
Forwarded from ОНА РАЗВАЛИЛАСЬ
Чтение на выходные, а то сейчас модно заводить телеграм-каналы про книги.
Небольшая подборка революционных романов-эпопей по союзным республикам (не всем, грузинских, например, не нашел, советские грузины охотно эпопейничали и получали сталинские премии, но только про Средневековье) , разных по тематике и литературному мастерству авторов. Некоторые забыты даже на родине автора, некоторые изучают в школах.
«Полесская хроника», Иван Мележ, БССР. 1962-1978. Трилогия (автор не успел дописать еще два романа) о становлении советской власти в белорусском Полесье. Крестьяне в глуши строят гать через болото, организуют колхоз, влюбляются и страдают.
«Волынь». Борис Харчук. УССР. 1959-1965. Тетралогия, советский ответ на антисоветскую «Волынь» Самчука. Жизнь семьи западноукраинских крестьян в 20-40-е годы. Польский период, предвоенный советский, Вторая Мировая.
«Берег ветров». Ааду Хинт. ЭССР. 1951-1966. Тетралогия в серьезном временно промежутке: три поколения эстонской семьи Тиху от конца XIX века, до явления РККА в 1940 году.
«Правда кузнеца Игнотаса»/ «Братья».Александр Гудайтис-Гузявичюс. ЛитССР. 1948-1955. Дилогия о революции и Гражданской войне в Литве (включая «Срединную Литву). Автор перед тем как написать романы, успел поработать наркомом ГБ послевоенной Литвы.
«Буря»/ «Поселок у моря». Вилис Лацис. ЛатССР. 1945-1948. Жизнь и приключения компартии Латвии с 1939 года и до конца Второй мировой в трех томах. Первая книга экранизирована. Лацис в годы независимости Латвии был самым популярным писателем страны и ловко сделал политическую карьеру в новых, даже более крутую чем у его литовского коллеги: работал председателем Совмина республики.
«Решающий шаг». Берды Кербабаев. ТуркССР. 1940-1955. Три тома революционной борьбы туркменов от антипризывных бунтов 1916, до штурма Красноводска (современный Туркменбашы) Красной Армией в 1920 году.
«Кровь и пот». Абиджамил Нурпеисов. КазССР. 1961-1970. Трилогия о жизни и борьбе казахских рыбаков Аральского моря от Первой Мировой до конца Гражданской. Роман экранизирован. Нурпеисов, как это положено у казахов, долгожитель, до сих пор живой, печатался и в нулевые.
«Кодры». Ион Чобану. МССР. 1952-1957. Дилогия о героической борьбе молдавского народа за воссоединение с братскими советскими народами. Кстати сняли целый телесериал причем уже в 1990 году.
«Пэр-ванэ». Мирза Ибрагимов. АзССР. 1969-1970. Художественная эпическая биография первого председателя СНК Азербайджана Нариманова.
Небольшая подборка революционных романов-эпопей по союзным республикам (не всем, грузинских, например, не нашел, советские грузины охотно эпопейничали и получали сталинские премии, но только про Средневековье) , разных по тематике и литературному мастерству авторов. Некоторые забыты даже на родине автора, некоторые изучают в школах.
«Полесская хроника», Иван Мележ, БССР. 1962-1978. Трилогия (автор не успел дописать еще два романа) о становлении советской власти в белорусском Полесье. Крестьяне в глуши строят гать через болото, организуют колхоз, влюбляются и страдают.
«Волынь». Борис Харчук. УССР. 1959-1965. Тетралогия, советский ответ на антисоветскую «Волынь» Самчука. Жизнь семьи западноукраинских крестьян в 20-40-е годы. Польский период, предвоенный советский, Вторая Мировая.
«Берег ветров». Ааду Хинт. ЭССР. 1951-1966. Тетралогия в серьезном временно промежутке: три поколения эстонской семьи Тиху от конца XIX века, до явления РККА в 1940 году.
«Правда кузнеца Игнотаса»/ «Братья».Александр Гудайтис-Гузявичюс. ЛитССР. 1948-1955. Дилогия о революции и Гражданской войне в Литве (включая «Срединную Литву). Автор перед тем как написать романы, успел поработать наркомом ГБ послевоенной Литвы.
«Буря»/ «Поселок у моря». Вилис Лацис. ЛатССР. 1945-1948. Жизнь и приключения компартии Латвии с 1939 года и до конца Второй мировой в трех томах. Первая книга экранизирована. Лацис в годы независимости Латвии был самым популярным писателем страны и ловко сделал политическую карьеру в новых, даже более крутую чем у его литовского коллеги: работал председателем Совмина республики.
«Решающий шаг». Берды Кербабаев. ТуркССР. 1940-1955. Три тома революционной борьбы туркменов от антипризывных бунтов 1916, до штурма Красноводска (современный Туркменбашы) Красной Армией в 1920 году.
«Кровь и пот». Абиджамил Нурпеисов. КазССР. 1961-1970. Трилогия о жизни и борьбе казахских рыбаков Аральского моря от Первой Мировой до конца Гражданской. Роман экранизирован. Нурпеисов, как это положено у казахов, долгожитель, до сих пор живой, печатался и в нулевые.
«Кодры». Ион Чобану. МССР. 1952-1957. Дилогия о героической борьбе молдавского народа за воссоединение с братскими советскими народами. Кстати сняли целый телесериал причем уже в 1990 году.
«Пэр-ванэ». Мирза Ибрагимов. АзССР. 1969-1970. Художественная эпическая биография первого председателя СНК Азербайджана Нариманова.