Не предвидел, ошибся в прогнозах и оценке логики, как и большинство коллег. Главный аналитический вывод, мне кажется, в переоценке уровня рисков. Раньше считалось непреложным, что прямая военная операция исключена: из-за репутационных, санкционных, банальных военных рисков. Так было раньше.

Теперь иначе. Военная операция становится одним из методов воздействия. Крушение нарратива "война ничего не решает" — оставим за скобками вторжения в Ирак и Ливию как далекие от границ проявления своеволия мирового гегемона — окончательно произошло на Южном Кавказе, где Азербайджан десятки лет слышал озабоченности и слова про мирный путь, а в итоге решил почти все проблемы молниеносной и хорошо спланированной военной операцией.

Хочу даже привести цитату президента Алиева, сказанную им вчера после подписания союзного договора с Россией. "И хотел бы эту тему завершить, может быть, такими дежурными фразами, которыми нас всегда призывали на протяжении 30 лет: «Надо все решать мирным путем». Мы это слышали 30 лет, 30 лет старались, но ничего не получилось. Поэтому, конечно, хотели бы, чтобы мирным путем все решилось, но это не всегда бывает возможно в жизни, к сожалению".

В эту же копилку и заявление Китая, который согласился с российской оценкой причин сложившейся ситуации. Полагаю, в новом мире вопрос Тайваня на повестке дня стоять будет недолго.

Война — это всегда плохо, это всегда угроза для тех, кто на передовой и тяготы для тех, кто в тылу. Мы слишком привыкли к миру без войны — что вообще историческая аномалия — и не замечали грохота орудий под Донецком. Теперь, видимо, придется жить в более естественном для человечества состоянии.

В 1996 году ныне трижды лауреат Пулитцера Томас Фридман писал, что две страны, в которых есть "Макдональдс", воевать не могут: если ты можешь позволить себе "Биг Мак", ты рискуешь слишком многим в случае войны. Жизнь показала: он ошибался, и человеская история идёт, как шла столетиями и раньше.