и ладонь Жени, бережно поглаживающая мою щеку, окончательно и бесповоротно легла на нее приятным весом. Выносить это было невозможно — я прикрыл глаза. Это не могло происходить со мной. Никак. — Правда или действие?

— …Правда, — решил Женя, лишь слегка замешкавшись. Я поджал губы и отвел взгляд в сторону, чтобы слегка проснуться, но при этом не встретиться с чужими глазами. Невыносимо.

— Ты… со всеми своими друзьями ведешь себя так, как со мной?

— Как? — усмехнулся он, и я погладил его ладонь своей. — А, так. Нет, не со всеми. Ни с кем.