Мия выглядела сломанной — пустой взгляд в одном глазу, голова болталась, как у сломанных кукол. Мама — печальной, с влажными дорожками на щеках и дырой на лбу. Отец — потерянным, словно и сам не понимал, почему оказался здесь. Он стал первым заражённым в их семье. Его место удара прошёлся и в сердце, и в голову. А Исаак... Исаак был самым страшным. Глаза его горели ледяным светом, неестественным, как у зверя в темноте. Пасть раскрыта, вытянута, руки вскрыты до всеговозможного безобразия, откуда выглядывали кости, мясо, суставы.