У подножия гор Аредх, в первый и последний раз, их пути разделились. Фрейя направилась в Гарион - величественный город на берегу горной реки Идунн. Фрейр же ушёл в направлении леса. Оба они начинали свой свой путь с твёрдым намерением найти источник Хвори.

В пещере Краснобая был запах застоявшейся крови и гниющей плоти. Тишину горного ущелья нарушали лишь тяжелое дыхание и торопливый шёпот великана. Он лежал в луже собственной крови и был ранен, какое-то дикое животное разорвало ему бок до кости. При виде следов волчьих зубов на рёбрах Краснобая, мысли Фрейи сразу же обратились к Фрейру. Может быть, в этот момент, где-то в тёмной чаще, он также истекает кровью в одиночестве, как великан перед её глазами. Сердце Фрейи сжалось, но она продолжила медленно красться.
С каждым осторожным шагом, бормотание великана становились всё яснее. Вдруг, она поняла, что он не просто бредит, а разговаривает с кем-то, умоляет. Взгляд великана был устремлён в трещину в скале, туда, где тьма становилась абсолютной. Он говорил: "Я прожил короткую и тяжёлую жизнь. Всё что я знал - это голод и страх, но теперь, словно туман рассеялся, и я вижу Твой образ так ясно, и сердце моё наполняется бесконечной любовью. Я прошу, дай мне сил упасть в Твои объятия и услышать Твой голос вблизи. Умоляю, не дай мне умереть в одиночестве."
Его молитва неведомому богу была прервана мечом в дрожащей руке Фрейи. С наступлением тишины, её взгляд устремился в трещину в скале, туда же, где застыл мёртвый взор Краснобая. Чем дольше она смотрела во тьму, тем сильнее она манила её к себе. Фрейя поняла что там, в самом сердце гор Аредх, и было убежище Хвори, нового божества, которому невозможно заглянуть в лицо, и голосу которого невыносимо сопротивляться.
В одной руке - меч, в другой - голова Краснобая, Фрейя выполнила свою часть сделки, теперь настал черёд герцога Бетриса раскрыть секреты этих гор.

Лесные тропы, не знающие ноги человека; непостижимые узоры животных следов в траве; предостерегающие подмигивания звёзд, почти невидимые за кронами деревьев; мрачный вой горного ветра - всё это привело Фрейра к этому месту. Пещера, ведущая в самое сердце горы.

Он вошёл туда без тени страха. Здесь не было света, воздух был невыносимо спёртым и с каждый шагом становилось всё жарче - каменистые стены были покрыты испариной, как будто внутри пещеры замерла многотысячная немая толпа. Фрейр шёл словно заворожённый. Что-то ждало его там, в объятиях абсолютной тьмы, и он жаждал встречи. Время потеряло смысл, может прошло несколько минут, а может быть и часов, но он шёл к своей цели.

И тут, посреди горной породы, он увидел идеально черную зеркальную гладь. Ему понадобилось время, чтобы понять, что это вода. Вглядываясь в непроницаемое лицо горного озера, в разуме Фрейра впервые за это время начал просыпаться страх. Там, на дне, были целые горы мёртвых животных. Такие же искажённые и уродливые, как и те, по следам которых, Фрейр пришёл в это место. Их целью было не само озеро, а то, что лежало за ним, то, что звало и самого Фрейра на всем его пути. Холодный ужас пронзил его, он отвернулся от пугающей глади озера и побежал к выходу, навстречу к знакомому свету звёзд.

Ласковый ковер лесных трав стал ночлегом для Фрейра. Молодая предрассветная роса рассеяла его страх, и к нему пришёл сон.
Он вновь видел черные воды Хвори, и пути назад не было. Даже если он отвернётся от этого испытания, убежит на край света - мёртвые подземные ручьи последуют за ним. Но в этот раз, ужасу не удалось завладеть сердцем Фрейра. Сейчас он стоял перед жестоким ликом Хвори решительно, ведь по его левую руку был его самый первый друг.