Иногда проект вырастает настолько, что ему становится тесно внутри другого проекта.

«Бессмертный Барак» — это память. Документы. Истории людей, которые уже не могут говорить сами.

Но есть вещи, которые не могут и не должны смотреть только назад.
Вопросы права, ответственности, взросления, учёбы, будущего требуют другого языка и другой интонации. Иногда кажется, что мы действительно просрали страну. Но если остановиться и подумать, становится ясно: у нас есть уникальный шанс подготовиться к переменам. И я не могу этого не проговаривать — даже если кому-то это покажется неуместным.

По ссылке — аналитический дневник.
Размышления о праве и люстрации. Записки об учёбе, книгах, ошибках и поиске формы. Разговор о том, как общество вообще становится взрослым. Там будет весь путь к высшему образованию в области международного права. А по выходным — прыжки с парашютом и байки из прошлой жизни.

«Бессмертный Барак» остаётся тем, чем он был и есть: проектом памяти и достоинства.
Новое направление — про будущее и ответственность. Про то, что давно известно, но так и не проработано. Закон о жертвах репрессий не работает без закона о люстрации. И точка.

Недавно, перечитав «Вторую чеченскую» Анны Политковской, я, кажется, понял, что именно с нами не так:

Иса живёт в Сельментаузене. В начале февраля он попал в концлагерь на окраине Хоттуни. Об его тело тушили сигареты, ему рвали ногти, били по почкам бутылками из-под пепси, наполненными водой. Потом его сбросили в яму, называемую «ванной». Она была заполнена водой — зима, между прочим. Вслед за людьми туда кидали дымовые шашки.

Их было шестеро. Не все выжили.

Офицеры в младших чинах во время «коллективных допросов» говорили чеченцам, что у них красивые попки, и насиловали их, добавляя, что это потому, что «ваши бабы с нами не хотят». Выжившие говорят, что мстить за «красивые попки» — дело всей оставшейся жизни. Иса так и не оправился от шока. Это заметно.

Как и Розиту, его отпустили за выкуп, который собирал весь Сельментаузен. Перед этим вдоволь поиздевались и над родственниками, собравшимися у КПП полка в надежде узнать судьбу своих — тех, кого уже скинули в яму.

Конвейер мародёрства и рэкета под вывеской «выявления бандитов» в Чечне был бесперебойным. И пора провести черту: вторая война лишь сменила исполнителей. Всё то, против чего объявляли «антитеррористическую операцию» — заложничество, рабство, выкупы за живой товар — теперь делали новые хозяева положения. Военные. С оружием, пытками и насилием.

Мы сидим в единственной крохотной комнате Исы — нары и печка, семья очень бедная. Его четырёхлетняя дочь, не отрываясь, смотрит на меня с ужасом. Жена Исы объясняет:
— Она видит, что вы не наши. Той же масти, как те, которые при ней били отца. И увели его.

Вот поэтому без ответственности нет будущего.
А без люстрации нет ответственности.

Кто со мной — прошу на @lexforpax.

В немецком языке есть очень смешной и красивый глагол pendeln. Когда мне плохо, я разбит и морально выгорел, я даю себе этот «пендель». Переводится он как «ездить куда-то и обратно», в основном — про повторяющееся действие и поездки. А вообще Pendel как существительное — это маятник.

Знаете, как дети, которые растут в детских домах: у них бывает такое психологическое расстройство — они просыпаются по ночам и, сидя, начинают качаться, как маятник. Но это так, лирическое отступление…

Пост вообще о том, что я приглашаю вас на поговорить — кто захочет, онлайн. Я освоил новое приложение и решил, что по вторникам буду проводить часовые включения в формате полностью закрытой и анонимной встречи. Формат свободный: начнём с моей вводной лекции о люстрации — сначала в контексте истории, а дальше как пойдёт.

Выходить в YouTube я пока не готов, хотя канал у нас и есть. Начнём всё же в режиме беседы, чтобы была возможность и вам что-то спросить, и чтобы это было доступно в РФ.

График будет плавающий, но заранее буду формировать темы, готовить лекции и что-то интересное. В этом году это будет по вторникам: 23 и 30 декабря. По январю решим на основе запроса и опыта.

На первых встречах я расскажу подробно о моём личном понимании понятия люстрации, о моих планах и о том, почему я этим занялся. Обязательно раздадим пенделей и вспомним всех, кто был против люстрации и осуждения живых палачей.

Я хочу сохранить это в первую очередь для себя — возможно, даже для того, чтобы иногда пересматривать и сверяться, не сбился ли я с пути. Сейчас я, по сути, как и вы, полнейший дилетант, начитанный, конечно, по теме истории и личных историй и насмотревшийся за 15 лет разного.

До встречи во все оставшиеся вторники этого года в 20:00 по Москве. Рассчитываю на вашу поддержку и вовлечённость. Ссылка на встречу, инструкцию и дополнительный анонс будут в понедельник.

Никто не сделает это за нас.

#нппж #напопозже #тольколюстрация

P.S. а сегодня я снова пендельн…

В самом начале сталинского правления советская власть, увлечённая борьбой с крестьянством, изображала его на пропагандистских плакатах в виде свиней.
Это была не случайная метафора. В сельской культуре такой образ считывался однозначно: перед тобой не человек, его можно убить. Это происходило в начале 1930-х годов — в тот момент, когда государство стремилось подчинить деревню и выкачать из неё ресурсы для индустриализации. Тех, у кого было чуть больше земли или скота, лишали всего первыми. Сосед, изображённый в виде свиньи, больше не считался равным. У него можно было отобрать землю. И главное — его можно было заколоть вилами.

Но логика дегуманизации не останавливается на первом шаге. Столкнув бедных крестьян с более зажиточными, власть в итоге экспроприировала всю землю — уже под колхозы. Коллективизация закончилась голодом и гибелью миллионов людей в Украине, Казахстане, Поволжье и центральной России. Людей довели до того, что тела умерших рубили на мясо. А затем тех же самых людей, уже сломанных и выживших, снова осудили — в 1937–1938 годах. На этот раз — к расстрелу.

Задумывался ли об этом художник, рисовавший тот плакат? Пропагандист, писавший текст? Тот, кто подхватывал лозунг? И тот, кто делал последний спуск?

Оглянитесь вокруг. Милосердия почти не осталось. Простое человеческое понимание стало редкостью. Стерты рамки приличия и правила, по которым ещё недавно можно было жить вместе.

Ошибаться человеку свойственно. Но мы разучились признавать ошибки и разучились мириться. Политика (если она еще сохранилась) стала злее и завистливее, потеряв связь и с людьми, и с реальностью.

О люстрации сегодня почти всегда говорят либо слишком громко, либо слишком уклончиво. В первом случае получается месть. Во втором — очередное замалчивание.

Я попробую третий путь. Говорить спокойно, по существу и без иллюзий. Чтобы такой разговор вообще состоялся, нужны простые правила.

Первая встреча — здесь, приходите в 20.00 по мск: https://whereby.com/lexforpax

«Не произошла люстрация. Мы уговаривали Бориса Николаевича, в 1993 году это можно было сделать — у него была полнейшая власть. Но он сжалился, объявил амнистию, выпустил всех путчистов…»

3 сентября 1991 года была официально зарегистрирована первая в СССР семейная частная телекомпания РЕН ТВ.

Её основателями стали Ирена Лесневская и её сын Дмитрий Лесневский.

Ирена Стефановна Лесневская
30.05.1942 — 24.12.2025

Вот и прошел год, как я приземлился в Ганновере, и Нижняя Саксония стала мне вторым домом. Это был непростой, но безумно интересный год. Мне грех жаловаться на страну, которая тратит на одного беженца (жильё, пособие, страховки, медпомощь, обучение, всевозможные аусбильдунги и прочее) примерно столько же, сколько моя родина — на одного наёмного солдата. Понятно, что гуманитарную составляющую и обязательства здесь невозможно хоть как-то сравнивать. Но есть о чём задуматься.

Из того, что планировал, но не доделал:

— квартиру нашёл поздно, ремонт затянулся, и его нужно закончить в ближайшие месяцы;
— с учётом того, что мне нужно было искать квартиру в городе с ограниченным рынком жилья, пришлось с мая по декабрь каждый день тратить по 5–6 часов на дорогу, чтобы учиться в языковой школе. Дорога выматывала, но это было необходимо, чтобы переехать;
— после переезда нашёл минимальную работу — а это, как-никак, пенсионные отчисления, которые обязательно пригодятся через пару лет;
— здоровье: нужно дообследование позвоночника. В марте начну проходить обучение с прыжками — нужно и важно, главное ловить термины.

Планы на следующий год куда шире: университет, аусбильдунг, запуск всего, что спланировал.

Спасибо всем друзьям и родным, кто был рядом, помогал, пинал. Спасибо и недругам — особенно тем, кто напоминает, что я не только противник войны и режима, который обосновался и убивает мою родину, но и противник всех тех, кто был и остаётся шестерёнками этого режима с 90-х годов. Последние, скажу прямо, ещё более мерзкие. И удивительно, как одни и те же люди были против люстрации и Старовойтовой, а сегодня эти же сальные рожи пытаются тащить нас обратно, рассказывая про «белые пальто», ни черта не признавая своих ошибок, продолжая и продолжая работать на этот режим. Они — его часть. Не будет режима — не будет и их.

Вот это мы и будем менять и обсуждать в следующем году.