Как у источников освещения есть теплый и холодный свет, так же и у нашей кожи есть свой подтон: теплый, холодный или нейтральный. Как его определить? Вот несколько способов:
Обладательницы природного светло-русого цвета волос, натуральные блондинки чаще всего имеют холодный подтон кожи. Брюнетки и рыжие — теплый.
Сероглазые, голубоглазые, зеленоглазые девушки чаще «холодные», а кареглазые — «теплые».
Если вы легко загораете — скорее всего, у вас теплый подтон кожи. А если на солнце ваша кожа сильно краснеет — холодный.
Какие украшения вы чаще носите? «Теплые» выбирают, в основном, украшения из желтого золота. «Холодные» же предпочитают белое золото и серебро.
Обладательницы природного светло-русого цвета волос, натуральные блондинки чаще всего имеют холодный подтон кожи. Брюнетки и рыжие — теплый.
Сероглазые, голубоглазые, зеленоглазые девушки чаще «холодные», а кареглазые — «теплые».
Если вы легко загораете — скорее всего, у вас теплый подтон кожи. А если на солнце ваша кожа сильно краснеет — холодный.
Какие украшения вы чаще носите? «Теплые» выбирают, в основном, украшения из желтого золота. «Холодные» же предпочитают белое золото и серебро.
Надоела зима и хочется мысленно перенестись в пору тепла и зелени? Это можно сделать вместе с Ralph Lauren: бренд представил весеннюю пре-коллекцию 2025. Обычно пре-коллекция — это своего рода предсказание о том, как видится марке тот или иной сезон. Полноценно это видение раскрывается в основной линейке, но промежуточный выпуск выдает направление мысли, а заодно предлагает дополнительные интересные дизайны. Так что уделить внимание весенней пре-коллекции Ralph Lauren есть все основания.
Космополитизм определяет не одну лишь сферу влияния марки: он характерен и для ее стиля. В нарядах Ujoh гармонично соединяются традиции восточного наряда и западная мода, а также культурные влияния с разных уголков света. Осенне-зимняя коллекция 2024/2025 была вдохновлена творчеством американского фотографа и режиссера Брюса Вебера, а именно его серией фотографий 1980-х годов под названием «Мужчины и женщины». В 1983 году она была опубликована в виде фотокниги и объединила в себе снимки Вебера для разных заказчиков. В те времена эти фотографии создали новое видение американских брендов как некоего собирательного явления и заложили основу для современного взгляда на fashion-фотографию. В работах Вебера на первый план выходят графичность, черно-белый колорит, пойманное движение и красота момента, любование линией и силуэтом. Все это созвучно Ujoh. Культовые снимки фотографа Нисидзаки использовал, чтобы нащупать новые грани своего собственного творчества и прочнее связать его с глобальным культурным контекстом.
Эту идею, может быть, придется отложить до весны, но она вряд ли потеряет свою актуальность к тому времени, так что запомним: классические лоферы плюс неординарные носочки. Мэйхью призналась, что она была удивлена увидеть столько лоферов зимой в Париже, ведь это обувь для теплого сезона. Но оказалось, что парижанки стилизуют их для холодов, добавляя к дубленкам, теплым курткам и прочим зимним вещам. Сопровождающим аксессуаром они выбирают носки броских дизайнов: ярких расцветок, с бантиками, с блестками и т. д.
Ermanno Scervino представил рекламную кампанию весенне-летней коллекции 2024, ставшую одой морю, теплу и легкости. Хотя сама съемка проходила в студии, дуэт фотографов Luigi & Iango сумел наполнить снимки атмосферой приморского курорта. Наряды тоже этому поспособствовали: пустому фону они задали вполне определенное настроение, чтобы воображение зрителя само могло дорисовать пляжные зонтики и кабинки, белый песочек, голубой прибой. В этом воображаемом уголке отдыха расположилась российская модель Наталья Водянова, ставшая героиней кампании.
НОВАЯ ВОЛНА НЕМЕЦКИХ ДИЗАЙНЕРОВ
Организаторы 63-й Международной ярмарки моды в Копенгагене (CIFF), которая проходила одновременно вместе с Неделей моды в Bella Center, дали карт-бланш немецкому бренд-консультанту Джулиану Дейнову, который привез в Данию самые яркие таланты из родных краев. Подборка Джулиана называлась Neudeutsch (ее мужскую часть он уже показывал как специальный проект на Pitti в январе), и в этот раз в ней участвовали 33 бренда. При этом не только авангардные (некоторые из них, такие как International Citizen, Avenir или Société Angélique, хорошо известны по Берлинской неделе моды), но и марки с четким специалитетом, а именно лучшие таланты в сферах интерьера, книгопечатания (Gestalten), ювелирки и бьюти-индустрии. Событие вызвало ажиотаж как у байеров, так и у прессы как наглядное доказательство, что немецкий дизайн переживает мощный ренессанс, а Берлин возвращается на модную карту мира.
Организаторы 63-й Международной ярмарки моды в Копенгагене (CIFF), которая проходила одновременно вместе с Неделей моды в Bella Center, дали карт-бланш немецкому бренд-консультанту Джулиану Дейнову, который привез в Данию самые яркие таланты из родных краев. Подборка Джулиана называлась Neudeutsch (ее мужскую часть он уже показывал как специальный проект на Pitti в январе), и в этот раз в ней участвовали 33 бренда. При этом не только авангардные (некоторые из них, такие как International Citizen, Avenir или Société Angélique, хорошо известны по Берлинской неделе моды), но и марки с четким специалитетом, а именно лучшие таланты в сферах интерьера, книгопечатания (Gestalten), ювелирки и бьюти-индустрии. Событие вызвало ажиотаж как у байеров, так и у прессы как наглядное доказательство, что немецкий дизайн переживает мощный ренессанс, а Берлин возвращается на модную карту мира.
Лаконичные свободные силуэты, крупные карманы-портфели, застежка на кнопки и крупные пуговицы, присущие утилитарному стилю, вновь в моде. Модели из хлопкового габардина и других практичных тканей можно было увидеть в весенних коллекциях сезона 2025 на подиумах в различных городах мира. На показах вещи в стиле сафари и карго сочетались не только с аналогичными предметами гардероба, но и с одеждой из органзы, короткими майками и мини-юбками.
Космополитизм определяет не одну лишь сферу влияния марки: он характерен и для ее стиля. В нарядах Ujoh гармонично соединяются традиции восточного наряда и западная мода, а также культурные влияния с разных уголков света. Осенне-зимняя коллекция 2024/2025 была вдохновлена творчеством американского фотографа и режиссера Брюса Вебера, а именно его серией фотографий 1980-х годов под названием «Мужчины и женщины». В 1983 году она была опубликована в виде фотокниги и объединила в себе снимки Вебера для разных заказчиков. В те времена эти фотографии создали новое видение американских брендов как некоего собирательного явления и заложили основу для современного взгляда на fashion-фотографию. В работах Вебера на первый план выходят графичность, черно-белый колорит, пойманное движение и красота момента, любование линией и силуэтом. Все это созвучно Ujoh. Культовые снимки фотографа Нисидзаки использовал, чтобы нащупать новые грани своего собственного творчества и прочнее связать его с глобальным культурным контекстом.
Тёмная помада на губах, корсеты и платформы, кружево и блеск рядом с матовыми гладкими фактурами — и, конечно же, цвет, вечный и неизменный чёрный: стиль gothcore нетрудно отличить от других актуальных на сегодня направлений. Современные готические образы нередки и в свежих коллекциях знаменитых брендов, и в фотосессиях селебрити от Рианны и Билли айлиш до Кортни Кардашьян и Меган Фокс.
Замысловатыми драпировками модельеры дополнили не только брюки из шерстяной ткани, но и более повседневные варианты из хлопкового твила. Приятный бонус, который компенсирует большой расход ткани — брюки с эффектом запаха или декоративным ремнем самодостаточны и способны стать главным акцентом образа. А значит, их можно сочетать с самыми базовыми блузками и жакетами.
Тренд на обвесы совсем не новый — такой прием в 1980-х ввела в моду актриса Джейн Биркин, в честь которой названа одноименная модель сумки Hermès. Джейн украшала свою «Биркин» бусами, платками, деревянными подвесками и даже наклейками. Благодаря этому, ее сумки всегда были уникальны и отражали ее стиль и ценности. Как она сама говорила, так ее сумки «звучат». Кстати, до появления модели Birkin Джейн была поклонницей плетеных корзинок, ручка которых тоже могла быть украшена платком.
Как и следовало ожидать, роза стала сквозным мотивом линейки. Она появилась в виде принта, в виде объемных украшений и тонкого кружевного узора. Бутоны на принтах предстали преувеличенно крупными, как на картине Дали, и размытыми — будто это не цветы, а воспоминания о цветах. Та же эфемерность, готовность в любой момент растаять, чтобы появиться вновь, чувствуется в кружевных стеблях и соцветиях. Воспоминания о розе проскальзывают в воланах на платьях и блузках, в багрово-черном градиенте, похожем на окраску лепестков: ярких по краю, но становящихся все темнее к сердцевине.