Хочу разъяснить произошедшее в пятой серии, потому что я устала видеть, как Игоря Грома пытаются записать в абьюзеры, игнорируя и контекст сцены, и само понятие домашнего насилия.

Начнем с азов, потому что без этого разговор будет бессмысленным, так как оказалось, не все это понимают.

Домашнее насилие — это не любой физический контакт и не любая конфликтная сцена между близкими людьми. Это устойчивая модель поведения, в которой один человек систематически использует силу, угрозы или давление, чтобы контролировать другого, подавлять его волю и лишать автономии.

Теперь вернемся к той самой сцене на кухне.

В пятой серии мы видим не простую ссору между Игорем и Юлей, а острый конфликт связанный с террористической угрозой. Юля собирается обнародовать информацию, которая, как позже станет очевидно, запускает цепочку необратимых последствий. Игорь же попытался ее остановить. Сначала словами, а потом физически, когда словпми не выходит. Он хватает ее за руки. Как и в МГЧД в казино. Обратите внимание на сам жест, на позицию рук и саму ситуацию. Это же одно и то же действие, совершенное с целью остановить ее, а не причинить вред. Тогда вопрос, почему тогда никто не назвал это насилием? А потому что тогда всем было очевидно, что Игорь просто тормозит ее.
В сцене на кухне Игорь не бьет Юлю, не пытается ее намеренно толкнуть и прочая ебулда.
Когда он ее отпускает, Юля падает сама по инерции, потому что вырывалась. Это следствие движения, а не целенаправленного физического воздействия, так как Игорь значительно физически преобладает. Но дальше Юля все равно уходит и все равно публикует видео про Волкова. То есть никакого контроля, никакого лишения воли, никакого подчинения не происходит. Она делает так, как считает нужным, вопреки позиции Игоря. И именно это решение приводит к гибели Прокопенко, человека, который был для Игоря некой отцовской фигурой после смерти его настоящего отца.

И теперь то, что полностью разрушает эти слова о том, что Гром тиран и прочее.

Игорь не обвиняет Юлю в его смерти. Он не перекладывает на нее ответственность, не использует произошедшее как рычаг какого-либо психологического давления, не ломает ее чувством вины. Для абьюзивной модели поведения это было бы идеальной прикормкой для того, чтобы сломать партнера эмоционально. Но Игорь этим не пользуется. Он наоборот принимает произошедшее на свой счет, а не как повод подчинить или сломать Юлю.

Кроме того, возвращаемся в целом к тому, что мы наблюдаем на протяжении всей франшизы. Игорь постоянно заботится о Юле, отстраняется от нее, когда считает себя опасным для нее, и принимает решения, которые даются ему тяжело, но, по его мнению, защищают ее. Это противоположность абьюза.

Юля при этом остается самостоятельным и конфликтным персонажем. Она спорит, она давит, она идет наперекор Игорю, принимает свои решения и несет за них последствия после. В ее поведении нет ни страха, ни зависимости, ни утраты самостоятельности без которых само понятие домашнего насилия просто не работает. Здесь не видно страха перед ним, какого-либо вынуждённого подчинения Грому, как тирану.

Называя эту сцену абьюзом, вы фактически обесцениваете настоящее домашнее физическое насилие, где человек живет, как птица с обрезанными крыльями 🤷‍♀️

Вывод один: все те, кто утверждает об обратном, либо смотрят сериал одним местом, либо очень хотят видеть то, чего нет, просто, чтобы найти повод засрать кого-то из героев.