Святой Дионисий Парижский и святой Пятас из Турне. Дионисий - первый епископ Парижа. По преданию, Дионисий проповедовал христианство в Риме, а затем в германских землях и в Испании. Во время преследования христиан языческими властями был схвачен и брошен в темницу. Наутро казнён на вершине Монмартра (ныне в черте Парижа). Святой Дионисий взял свою голову, прошествовал с ней до храма и только там пал мёртвый. Благочестивая женщина Катулла погребла останки мученика.

«Тепловая» карта сражений, о которых сохранилась хотя бы малейшее упоминание (всего проанализировано более 2600 битв). Обращают на себя внимание красные сгустки на Балканах, на Ближнем Востоке, в Месопотамии и на территории современного Вьетнама.
Проект реализован студией Nodegoat.

#Инфографика

После разграбления Константинополя (1204) Виллеардуэн приводит правила дележа награбленного: рыцарь получал вдвое больше, чем конный сержант, а последний, вдвое больше, чем пеший сержант .

Бичевание Христа. У левого истязателя — зловещий крючковатый нос и очень темная кожа. У правого кожа светлее, но черты лица явно показывают, что он «мавр». Псалтирь Латрелла. Англия, 1325–1340 годы.

История Гильома ле Марешаля

На один из своих первых турниров Гильом приходит… пешком:нет у него ни коня, ни доспехов достойных. Одержав на нем несколько побед,он домой возвращается уже верхом,имея для смены четырех боевых коней, не считая парадных и дорожных лошадей, на которых восседают его оруженосцы. Он уже облечен в другие одежды и другие доспехи, так что встречные смотрят на него совсем иначе. В Ö (Eu) в 1177 году он берет в плен 10 рыцарей и захватывает 12 лошадей. За 10 месяцев вместе с Роже де Гожи, сотоварищем по оружию, с которым он делит поровну и затраты и выручку, Гильом берет в плен 103 рыцаря, уже не считая ни лошадей со сбруями, ни доспехов с оружием.На своем смертном одре он вспоминает,что за протекшую так быстро жизнь ему удалось пленить 500 рыцарей, от которых у него, помимо выкупа, остался целый арсенал разнообразного вооружения и целая конюшня отменных боевых лошадей.Когда клирики настаивают на том, чтобы он все взятое им добрым мечом завещал церкви,Гильом выходит из себя от негодования.

В ходе турнира 1179 года Гильом ле Марешаль в дружеской компании завтракал в одной таверне, когда начался турнир, причем его «боевые действия» развертывались и на улицах города. Один из рыцарей противоположного этой компании лагеря свалился со своего коня прямо перед входом в таверну. Гильом выскакивает из-за стола, подбегает к нему, поднимает с земли со всем его вооружением, вносит в таверну, где и делает его своим пленником.

Прямая защита Святого престола осуществлялась солдатами, milites, церкви Святого Петра, протодьякон которой был обязан вербовать их и вознаграждать за службу. Воины были необходимы для отражения атак норманнов, которые во второй половине XI века распространили свое господство на Южную Италию и вошли в конфликт с папством. Чтобы противостоять захватам со стороны этих опасных соседей, папа Лев IX велит набрать большое число воинов и лично ведет их в бой в сражении при Чивитате (Civitate) в 1053 году. Все они были перебиты, и многие хроники, затрагивая этот сюжет, не упускают случая заявить, что воины, вступившие в сечу во имя святого Петра, обрели мученический венец; хронисты выражают свое отношение к павшим такими знаменательными оборотами, как «поборники справедливости», «святое войско», «воины Христа» (milites Christa), то есть именно теми терминами, которыми вскоре будут обозначаться «крестоносцы» . Здесь несомненно имеет место диктуемая идеологией сверхвысокая оценка воителей, отдавших свой меч на службу понтифику. Григорий VII, еще до избрания на апостолический престол успевший проявить склонность к военному делу, очень быстро приходит к постижению того, какую пользу можно извлечь из наличия под рукой многочисленных воинских контингентов, и приступает к формированию настоящей наемной армии — «воинства святого Петра» (militia sancti Petri), которое нередко смешивается, вследствие семантического скольжения, с «воинами Христа», что само по себе заслуживает внимания . В своем письме к графу Бургундскому (1074) папа сообщает, что рассчитывает в ближайшее время иметь в своем распоряжении достаточное количество этих церковных воинов, чтобы сдерживать напор своих недругов — норманнов, недавно, впрочем, замиренных. Будущее вскоре ему покажет, что это далеко не так; собственные же честолюбивые замыслы в области как церковной, так и мирской политики принудят его искать у государей иных форм военной помощи.

Матвей Парижский рассказывает, как один рыцарь вдруг поднялся со смертного одра с криком: «Горе мне за то, что я так любил турниры!». В 1316 году папа Иоанн XXII констатирует провал церковной политики в этом отношении и скрепя сердце разрешает наконец турниры под тем предлогом, что они служат хорошей тренировкой перед Крестовыми походами. Турнир торжествует практически повсеместно.Он отвечает потребностям и чаяниям той части рыцарства, которая не отправилась ни в Святую землю,ни в походы против альбигойских «еретиков».

Светские власти иногда принимали эстафету у церковных в деле противодействия турнирам. Особенно в Англии.Впрочем, мотивы здесь были в основном политические. Турниры, бесспорно, могли представлять для королевской власти определенную опасность:они могли стать источником волнений,кровавого сведения счетов,вызывать бесчинства разного рода,но самое главное в том,что скопление массы вооруженных рыцарей в одном месте предоставляло баронам прекрасную возможность использовать ее в восстаниях и мятежах.

А гербы разные бывают....

Один из эпизодов английского завоевания Ирландии в 1170 году. Англичане, одержав победу, захватили 70 пленных. Но что с ними делать? Раймон Толстый настаивает на том, чтобы их пощадили: «Если бы убили их в бою, то это подняло бы наш престиж; но коль скоро они попали к нам в плен, то они перестали быть нашими врагами, оставаясь вместе с тем человеческими существами. Это не мятежники, не изменники, не воры, но люди, которых мы победили, когда они защищали свою страну. Будем же милосердными, так как великодушие достойно восхваления. Без великодушия победа — плохое, зверское дело. К тому же выкуп за них нам будет куда полезнее их смерти, так как позволит увеличить вознаграждение нашим воинам и даст пример благородного поведения» .

Во время марша крестоносцев на Антиохию, а затем и осады этого города (1098) турки применяли тактику «выжженной земли», уничтожая урожай на корню, сжигая заготовленный крестьянами фураж, отравляя колодцы на своей собственной территории, чтобы крестоносцы и их лошади умирали от голода.

В средние века в интересах победителей было щадить пленников высокого ранга, исходя из простого политического расчета. Даже если речь шла о сарацинах. Поведение норманнов на Сицилии в этом отношении весьма показательно. Роберт Гискар не поколебался выколоть глаза у шатлена Готье из опасения, что тот нанесет ему ущерб после освобождения. Норманны предали мечу весь сдавшийся им гарнизон Мессины и взяли за обычай насиловать женщин на улицах покоренных ими городов. Однако, когда Гискар овладел Агрижентом и взял там в плен жену и детей своего мусульманского противника Хамида, он приставил к ней стражу, чтобы предотвратить насилие над ней. Он полагал, что Хамид с большей охотой пойдет на соглашение с ним, узнав, что его жена не потерпела никакого бесчестья (стоит заметить, изнасилование пленниц было общепринятой практикой в обоих лагерях). Расчет оказался верным: Хамид крестился и стал союзником Гискара .

Бой между отрядами Жоффруа де Шарни и Эдуарда III. «Хроника» Жана Фруассара.

Жоффруа I де Шарни — французский военачальник, писатель и поэт, участник Столетней войны.

Жоффруа де Шарни имел среди современников репутацию превосходного знатока различных аспектов рыцарства.«Книга о рыцарстве» является самым знаменитым произведением Шарни, одним из основных руководств по рыцарской этике.«Запросы о джостре, турнирах и войне, что я, Жоффруа де Шарни, делаю высокому и могущественному принцу рыцарей Богоматери Благородного Дома» написаны для рыцарей ордена Звезды около 1352 года. Жоффруа де Шарни считается первым известным обладателем католической реликвии, позднее получившей название Туринской плащаницы. Приобретенная при неизвестных обстоятельствах плащаница была после его смерти помещена в основанную Жоффруа капеллу в Лире, чье основание было 30 января 1354 утверждено папой Иннокентием VI, и которая вскоре получила дополнительные привилегии, данные ещё тремя буллами.

«Круглый стол короля Артура» в Большом Залe, Винчестерский замок, кон. XIII в.

Между 1222 и 1235 годами Генрих III расширил замок, добавив к нему Большой Зал, в котором теперь находится исторический артефакт — искусная имитация Круглого стола легендарного короля Артура, выполненная в конце XIII века по заказу короля Эдуарда I и впервые описанная хронистом XV столетия Джоном Хардингом. В Винчестере до сих пор организуется Круглый стол из 24 участников, который претендует на многовековую преемственность.

Схватка сарацин и крестоносцев. Миниатюра из «Романа о Готфриде Бульонском», XIV век.

В XIV веке Оноре Боне утверждал, что пленный рыцарь (равно как и захваченный город) принадлежал не только тому солдату, который его непосредственно взял, но также — его капитану и командующему армией. Он полагал также, что убить противника на поле боя — значит совершить поступок вполне законный, а вот убить пленника — совсем иное дело, противоречащее законам войны. Вместе с тем он установил следующее ограничение для общего правила: «как только противник сдался и сделался пленником, к нему следует относиться с милосердием» и его убийство становится актом незаконным… кроме тех случаев, когда он может, ускользнув или будучи освобожден силой, нанести ущерб пленившей его стороне». Что касается выкупа, то Боне, ссылаясь на Гратьена, высказывал убеждение в том, что недопустимо ни запрашивать баснословные суммы, ни принуждать к уплате выкупа вообще бедных рыцарей; размер выкупа, короче, должен быть «разумным» .