Орден Храма состоял из рыцарей, сержантов, капелланов; первых было меньше всего, особенно на Западе. Таким образом, в Европе духовенство и миряне, которые чаще всего имели дело только с сержантами, привыкли одинаково называть «братьями» всех, входящих в орден Храма, не делая между ними различия. Но светские и церковные власти, более сведущие в реальном положении дел, различали, подобно королю Англии Генриху II, «братьев гостеприимного дома св. Иоанна, и рыцарей храма Соломона». Епископ Каркассона, представитель власти, который также знал, как разговаривает его паства, однажды разрешал спор между «братьями воинства и братьями госпитеприимного дома для бедных в Каркассоне». Таким образом, люди XII в. прекрасно осознавали разницу между военной деятельностью тамплиеров и благотворительностью госпитальеров, несмотря на трансформацию последнего. В следующем веке это различие несколько стерлось, но совсем не исчезло. О нем придется вспомнить ко времени процесса тамплиеров, так как его использовали как аргумент против них.
Тем не менее подобные тонкости мало ощутимы в светском обществе: рассказывая о взятии мусульманами замка госпитальеров Арсуфа в 1256 г., хроника «тамплиера из Тира» указывает, что «в плен были взяты рыцари-монахи и мирские рыцари». В конце XIII в. тамплиеры и госпитальеры все еще были «новым рыцарством».

Средневековые теологи зачастую получали в знак уважения почетные прозвища. Так Альберт Великий, небесный покровитель… физиков, носил прозвище Doctor universalis, потому что отличался необычайной широтой познаний. Доминиканец Фома Аквинский назван Ангелическим Доктором, францисканец Бонавентура — Серафическим, святой Бернард — Медоточивым. Средневековье любило прозвища, поэтому давало их и язычникам: Аристотель стал просто Философом, а его великий мусульманский комментатор Ибн Рушд — Комментатором. В этом проявилась своеобразная веротерпимость средневековых интеллектуалов.

Гуго де Пейен (основатель ордена тамплиеров) отправился в Европу, имея в голове неписаные обычаи, по которым жил недавно основанный орден. Эти правила, должно быть, включали в себя тройственный обет бедности, целомудрия и послушания, характерные для всех монашеских орденов, и отводили важную роль патриарху Иерусалимскому, который принимал обеты первых тамплиеров. Правила наверняка устанавливали некоторые зачатки дисциплины: общую трапезу, употребление мяса трижды в неделю, ношение простой, без изысков, одежды, одинаковой для всех, наличие слуг и оруженосцев, а также каждодневный религиозный распорядок по образцу регулярных каноников Гроба Господня. Короче говоря, речь шла об уставе маленькой частной дружины, добровольно взявшей на себя обеспечение безопасности путников на очень опасном перекрестке.
Так зарождался орден тамплиеров....

Орден Храма (тамплиеры) — Иностранный легион средневековья?

Как известно устав тамплиеров был написан на двух языках, сначала на латинском, но позже переведён на французский.
В латинском уставе для желающих стать тамплиерами предусматривался испытательный срок — «после окончания испытания…». Но во французской версии этих слов уже нет.

Другое исправление крайне важно, так как путем снятия одного отрицания оно полностью меняет смысл 12-й статьи. «Если вы знаете, что где-то собрались рыцари, не отлученные от Церкви, мы повелеваем вам идти туда…» — гласит латинский устав. Во французском переводе читаем: «Если вы знаете, что где-то собрались рыцари, отлученные от Церкви, мы повелеваем вам идти туда…», и далее следует текст:

И если там найдется кто-то, кто пожелает вступить и присоединиться к рыцарству из заморских земель, вы не должны думать лишь о временной выгоде, которой вы можете от этого ожидать, а о вечном спасении его души. Мы приказываем вам принять его при условии, что он предстанет перед епископом провинции и известит его о своем намерении. И если, после того как епископ выслушает его и отпустит ему грехи, он спросит у магистра и братии Храма, беспорочна ли его жизнь и достойна ли общества этих последних, и будет то угодно магистру и братии, то пусть примут его с милосердием…
Латинская и французская версии следуют двум разным логикам. В латинском варианте воспрещаются всякие контакты с отлученными и признается активная роль за епископом — орден Храма отсылает кандидата к нему. Во французском переводе роль епископа отрицается, а ответственность за набор новых братьев целиком возлагается на магистра и братию, что дает им право, если можно так выразиться, «ловить рыбу в мутной воде», обращая в свою веру отлученных от Церкви рыцарей. Так что же они собой представляли, эти отлученные от Церкви, и где их можно было встретить?Это были рыцари-разбойники, смутьяны, которых Церковь осуждала и предавала анафеме. Только что посвященные в рыцари, или обладавшие более солидным опытом, они в надежде избавиться от скуки сбивались в банды и кочевали с турнира на турнир в поисках славы, выкупов и богатых наследниц. Речь шла именно об этой «молодежи», неуравновешенной, еще не нашедшей своего места в жизни, молодежи, которая представляла собой агрессивную силу западноевропейского феодализма.

Мы не зайдём настолько далеко, чтобы представить себе на краю поля стенд брата-вербовщика из ордена Храма, который, декламируя своего св. Бернарда, проповедует перед мирским рыцарством, превознося прелести Святой земли, а сам взглядом знатока оценивает боеспособность участников турнира. При таком подходе можно было бы набрать и кого-нибудь получше!

Но привилегированная «клиентура» ордена Храма была именно там. Тамплиеры хранили верность своей миссии, предначертанной св. Бернардом и порученной Церковью, — с помощью своеобразной аскезы приводить к спасению грешных рыцарей. Святые сами шли по этой спасительной стезе — других нужно было заставлять.

Изменения в уставе не свидетельствовали о коррупции в ордене. Будучи изложены более последовательно, они уточняли и подтверждали призвание ордена Храма — «обратить» и привести на службу христианству всю эту непокорную социальную категорию. Орден Храма — Иностранный легион средневековья? Этот образ страдает анахронизмом, но достаточно красноречив. Тамплиеры действовали на грани христианского общества. Это было не только мужественно, но и опасно!

Тени средневековья Забытые смерти Азенкура

Средневековье по праву считается одним из самых неоднозначных периодов в развитии человеческой цивилизации. Для одних эта эпоха стала мрачным временем, в то время как другие воспевают средневековую архитектуру и романтизируют этот суровый период. Если бы те люди, которые умерли в те времена, смогли бы сейчас вновь вернуться к жизни, то чтобы они нам поведали? Авторы документального сериала «Тени средневековья», проведя всестороннее исследование ушедшей эпохи, предлагают свой ответ на этот вопрос.

Они бы смогли поведать о религиозных и мистических ритуалах, о суровых временах, о рыцарях и жестоких вторжениях. Они бы рассказали о чуме, низком уровне развития медицины, алхимии, поисках ответов на вопросы, которые сейчас кажутся риторическими. Это время, когда человеку приходилось бороться ради своего выживания.

На основе научного изучения останков документальный сериал «Тени средневековья», серии которого можно посмотреть на нашем сайте онлайн, рассказывает подлинные и практически невероятные истории из ушедшей эпохи. Перед вами игровое воссоздание реальных сцен из прошлого в совокупности с археологическими открытиями, дающими возможность посмотреть на средневековый период по-новому.


https://youtu.be/NnSJ5gzqPYE

Толомеи известные по роману проклятые короли были во Франции,но эта сиенская семья не могла похвастаться серьёзными финансовыми успехами в чужой стране. Семья Толомеи нарушила правила отчисления доходов на ярмарке в Шампани и была вынуждена бежать в Сиену.
Французские власти пытались потом стребовать с города Сиены долг Толомеи, и тяжба тянулась несколько десятилетий. Сиена так и не уступила: ни король, ни папа не были указом для торгового города.
Филипп Красивый воевал с Фландрией и Англией — и оплачивали это ломбардцы и флорентийцы. Его сыновья Филипп V (1316−1322) и Карл IV (1322−1328) постоянно требовали от ломбардцев всё новых и новых безвозвратных ссуд. Аппетиты королей росли. А если ломбардцы капризничали, то им грозили репрессиями.
Самым тяжёлым испытанием для ломбардских и флорентийских банкиров стала война между Францией и Англией. Для начала несколько флорентийских семей — в том числе Барди и Перуцци — столкнулись с обвинениями в финансировании англичан.

Оружейная символика,приобретает у Раймона Луллия ярко выраженный социальный характер.Рыцарские сапоги означают то,что рыцарь обязан обезопасить от разбойников дороги;латный ошейник—символ повиновения,«которое удерживает рыцаря под началом его сеньора или, вообще, старшего в ордене рыцарства»;меч выражает собой посредническую роль рыцаря «между королем и народом»,а также служит напоминанием того, что рыцарь обязан приходить на помощь сеньору с оружием в руках. Необходимые для рыцарства добродетели подпадают под две категории. Это—христианские добродетели (вера, надежда, милосердие) и добродетели кардинальные(справедливость, осторожность,сила,трезвость). Рыцарь,который не следует по пути этих добродетелей (например, рыцарь,вздумавший заняться ростовщичеством), должен быть публично разоружен в ходе церемонии,противоположной возведению в рыцарское достоинство:с него снимают меч,перерезая сзади перевязь; это означает,что он своими делами поставил себя вне рыцарства, все члены которого призваны к борьбе с пороками.

Оружие и снаряжение рыцаря-тамплиера около 1290 г.