представляла бы собой совершенно новую операционную систему, разработанную “с нуля”. Это парализовало бы сферу использования персональных компьютеров», — указывают Оливье де Век и его коллеги-исследователи из Массачусетского технологического института.
Инженеры часто дорабатывают свои программные продукты, поступательно учитывая предпочтения клиентов и нужды бизнеса, — а ведь это не что иное, как ограничения. «Изменения, которые поначалу кажутся незначительными, часто приводят к необходимости других изменений, а те, в свою очередь, обусловливают дальнейшие изменения... Нужно умудриться сделать так, чтобы старое продолжало работать, и при этом создавать нечто новое». Этим затруднениям нет конца.
Третье свойство инженерного мышления сопряжено с компромиссами — умением давать продуманные оценки решениям и альтернативам. Инженеры определяют приоритеты в проектировании и распределяют ресурсы, выискивая менее важные цели среди более весомых. Например, при проектировании самолетов типичным компромиссом может стать сбалансированность затрат, веса, размаха крыла и габаритов туалета в рамках ограничений, которые налагаются конкретными требованиями к летно-техническим характеристикам. Трудности такого выбора относятся даже к вопросу о том, нравится ли пассажирам самолет, в котором они летят.
Если ограничения можно сравнить с хождением по канату, то компромиссы напоминают ситуацию из басни про лебедя, щуку и рака.
Идёт борьба между тем, что имеется в распоряжении; тем, что возможно; тем, что желательно, и допустимыми пределами.
Пусть наука, философия и религия стремятся к правде в том виде, в котором она им представляется; инженерия же находится в центре обеспечения полезности в условиях ограничений. Структура, ограничения и компромиссы — вот «три кита» инженерного мышления. Для инженера они имеют такое же значение, как для музыканта — такт, темп и ритм.
Источник: https://goo.gl/DMGeuf
Инженеры часто дорабатывают свои программные продукты, поступательно учитывая предпочтения клиентов и нужды бизнеса, — а ведь это не что иное, как ограничения. «Изменения, которые поначалу кажутся незначительными, часто приводят к необходимости других изменений, а те, в свою очередь, обусловливают дальнейшие изменения... Нужно умудриться сделать так, чтобы старое продолжало работать, и при этом создавать нечто новое». Этим затруднениям нет конца.
Третье свойство инженерного мышления сопряжено с компромиссами — умением давать продуманные оценки решениям и альтернативам. Инженеры определяют приоритеты в проектировании и распределяют ресурсы, выискивая менее важные цели среди более весомых. Например, при проектировании самолетов типичным компромиссом может стать сбалансированность затрат, веса, размаха крыла и габаритов туалета в рамках ограничений, которые налагаются конкретными требованиями к летно-техническим характеристикам. Трудности такого выбора относятся даже к вопросу о том, нравится ли пассажирам самолет, в котором они летят.
Если ограничения можно сравнить с хождением по канату, то компромиссы напоминают ситуацию из басни про лебедя, щуку и рака.
Идёт борьба между тем, что имеется в распоряжении; тем, что возможно; тем, что желательно, и допустимыми пределами.
Пусть наука, философия и религия стремятся к правде в том виде, в котором она им представляется; инженерия же находится в центре обеспечения полезности в условиях ограничений. Структура, ограничения и компромиссы — вот «три кита» инженерного мышления. Для инженера они имеют такое же значение, как для музыканта — такт, темп и ритм.
Источник: https://goo.gl/DMGeuf
Newtonew — медиа о современном образовании
Думай как инженер: главное о системном мышлении
Как думают одни из главных строителей современного мира? Коротко об основах системного мышления и способах находить оптимальные решения для реальных жизненных проблем.
Часто бывает так, что вы вроде бы ухватили суть темы, но теряетесь в деталях. Вам кажется, что вы выучили и хорошо знаете предмет, но, начав объяснять, понимаете, что это не так, и ваши знания более чем поверхностны. Чтобы не попасть в такую ситуацию, проверяйте свои знания по методу Фейнмана.
В чём заключается метод:
Итак, вы выучили что-либо и хотите проверить свои знания. Суть техники заключается в том, чтобы объяснить выученную тему другому человеку, далекому от этого предмета. При этом вовсе не обязательно, чтобы такой человек присутствовал рядом с вами.
Возьмите лист бумаги, напишите свою тему и начинайте объяснять её. Представьте, что вы пишете человеку, который ничего не понимает в вашем предмете, а ещё лучше — ребёнку лет восьми.
У детей в этом возрасте достаточно знаний, чтобы понять простые объяснения, но их словарный запас довольно мал, так что специальные термины придётся описывать простыми словами.
Как это работает:
Ещё со школы многие привыкли зубрить материал. Мы упоминаем термины, не понимая точно, что они означают. Часто это происходит не потому, что вы ленитесь уточнить, что означает то или иное понятие, или подробнее разобрать механизм работы, а из-за привычки зубрить материал.
Объясняя тему восьмилетнему ребёнку, вы не сможете использовать термины и заученные фразы. Вам придётся описывать всё своими словами, максимально просто и доступно. Очень скоро вы обнаружите места, которые не можете объяснить простым языком. И не потому, что ребёнок слишком мал, а поскольку вы и сами не до конца понимаете, что происходит в этот момент.
Если у вас сразу получилось написать объяснение, перечитайте его ещё раз и поставьте под сомнение все моменты, которые кажутся вам нелогичными, запутанными и сложными. Попробуйте расписать их подробнее, чтобы ребёнок наверняка понял, о чём идёт речь.
Теперь дело за малым — осталось действительно разобраться во всех моментах, которые вы не понимали, и закончить своё объяснение.
Если у вас есть человек, не сведущий в теме, который согласится прочитать ваши объяснения, — ещё лучше. Он сможет задать вопросы по всем непонятным моментам и помочь вам ещё больше углубить свои знания.
Где применить метод Фейнмана:
С помощью этого метода вы можете проверять любые знания: физические формулы, принципы работы различных устройств и функционирования живых организмов, экономические механизмы и многое другое.
В чём заключается метод:
Итак, вы выучили что-либо и хотите проверить свои знания. Суть техники заключается в том, чтобы объяснить выученную тему другому человеку, далекому от этого предмета. При этом вовсе не обязательно, чтобы такой человек присутствовал рядом с вами.
Возьмите лист бумаги, напишите свою тему и начинайте объяснять её. Представьте, что вы пишете человеку, который ничего не понимает в вашем предмете, а ещё лучше — ребёнку лет восьми.
У детей в этом возрасте достаточно знаний, чтобы понять простые объяснения, но их словарный запас довольно мал, так что специальные термины придётся описывать простыми словами.
Как это работает:
Ещё со школы многие привыкли зубрить материал. Мы упоминаем термины, не понимая точно, что они означают. Часто это происходит не потому, что вы ленитесь уточнить, что означает то или иное понятие, или подробнее разобрать механизм работы, а из-за привычки зубрить материал.
Объясняя тему восьмилетнему ребёнку, вы не сможете использовать термины и заученные фразы. Вам придётся описывать всё своими словами, максимально просто и доступно. Очень скоро вы обнаружите места, которые не можете объяснить простым языком. И не потому, что ребёнок слишком мал, а поскольку вы и сами не до конца понимаете, что происходит в этот момент.
Если у вас сразу получилось написать объяснение, перечитайте его ещё раз и поставьте под сомнение все моменты, которые кажутся вам нелогичными, запутанными и сложными. Попробуйте расписать их подробнее, чтобы ребёнок наверняка понял, о чём идёт речь.
Теперь дело за малым — осталось действительно разобраться во всех моментах, которые вы не понимали, и закончить своё объяснение.
Если у вас есть человек, не сведущий в теме, который согласится прочитать ваши объяснения, — ещё лучше. Он сможет задать вопросы по всем непонятным моментам и помочь вам ещё больше углубить свои знания.
Где применить метод Фейнмана:
С помощью этого метода вы можете проверять любые знания: физические формулы, принципы работы различных устройств и функционирования живых организмов, экономические механизмы и многое другое.
Народ, пока только осваиваем Телеграм и могут быть глюки в публикациях. Со временем сможем учитывать все нюансы и все будет четко. Пока приносим извинение за сбои.
Тренировка мозга
Нейропсихолог Барбара Сахакян о тренировке когнитивных способностей, болезни Альцгеймера и улучшении когнитивных функций при помощи игр
Психологи могут использовать в своей работе разные методики. Например, когда мы работаем с пациентами, страдающими от депрессии, мы часто используем такие методики, как когнитивно-поведенческая терапия. Но мы начинаем понимать, что многие люди с нейропсихиатрическими расстройствами и травмами головного мозга имеют проблемы с когнитивной функцией, и в таких случаях психологи часто используют так называемые тренировки когнитивных способностей — это способ увеличить когнитивные способности не при помощи препаратов, а предлагая пациентам тренировать мозг по установленным методикам. Обычно тренировка когнитивных способностей проводится на компьютере. Однако мы обнаружили, что и здоровым людям тренировки когнитивных способностей могут пойти на пользу.
В одной работе Торкель Клингберг из Каролинского института показал, что если здоровые люди в течение продолжительного времени тренируют рабочую память, это приводит к изменениям мозга и его активизации, а также к изменениям в рецепторах D1 в мозге. Это очень интересно — как вы можете изменить эти схемы в мозге. Несколько лет назад мы с коллегой написали для Британского медицинского журнала (British Medical Journal) работу под названием «Используй или потеряешь» (Use It or Lose It). И она была посвящена тому, что нам нужно заставлять разные зоны нашего мозга работать, если мы хотим, чтобы они оставались активными. И то, что люди, к примеру, решают кроссворды, судоку или постоянно получают образование, чтобы стимулировать свой мозг, — это все очень важно, и нам действительно нужно делать все это на протяжении всей жизни.
Мы знаем, что тренировка когнитивных способностей действительно работает. Разные исследователи, например Тиль Уайкс из Института психиатрии, провели метаанализ, исследуя эффекты от тренировки когнитивных способностей по сравнению с другими формами реабилитации пациентов с шизофренией. И это показало, что тренировки имеют среднюю величину эффекта на когнитивные способности, а также среднюю величину эффекта на психосоциальное функционирование. Таким образом, в результате тренировок у пациентов не только улучшается когнитивная функция, но и вследствие этого эффект наблюдается в их повседневной жизни и психосоциальном функционировании.
Проблема с тренировкой когнитивных способностей заключается в том, что для ее проведения вам обычно нужно ехать в клинику, зачастую вам при этом должен помогать специализированный персонал: все это может быть очень дорого и неудобно. В моей лаборатории мы искали способ, как можно модифицировать эти тренировки, чтобы сделать их веселыми, интересными и легкодоступными. И мы решили геймифицировать этот процесс — у нас в лаборатории работает разработчик игр. Мы использовали исследования, которые мы проводили на протяжении 20 лет, чтобы оценить нейропсихологические улучшения от выполнения тренировок и улучшения, которые мы видели на нейровизуализации зон мозга, активизированных при помощи этих заданий. И одно из заданий, которое нас особенно интересовало, затрагивало эпизодическую память — тот тип памяти, который мы используем каждый день. Мы знаем, что эпизодическая память связана с функциональностью пациентов с шизофренией и болезнью Альцгеймера. И мы знаем, что если мы сможем улучшить эпизодическую память, мы, скорее всего, сможем улучшить и функциональный результат.
И мы решили использовать тему волшебников: все знают про Гарри Поттера, всем это интересно, и, похоже, людей с шизофренией, чью эпизодическую память мы пытались улучшить, это могло бы вовлечь в процесс тренировок. Так что мы решили работать с этим мотивом. Мы использовали данные о том, как активизировать нужную часть мозга, которые мы получили в ходе наших исследований. Мы уже опубликовали в журнале «Нейропсихология» (Neuropsychologia) работу о том, что мы проводили исследование мозга пожилых людей и людей с умеренными когнитивными нарушениями. Когда мы просили их выполнять задания PAL-теста и смотрели на активность их
Нейропсихолог Барбара Сахакян о тренировке когнитивных способностей, болезни Альцгеймера и улучшении когнитивных функций при помощи игр
Психологи могут использовать в своей работе разные методики. Например, когда мы работаем с пациентами, страдающими от депрессии, мы часто используем такие методики, как когнитивно-поведенческая терапия. Но мы начинаем понимать, что многие люди с нейропсихиатрическими расстройствами и травмами головного мозга имеют проблемы с когнитивной функцией, и в таких случаях психологи часто используют так называемые тренировки когнитивных способностей — это способ увеличить когнитивные способности не при помощи препаратов, а предлагая пациентам тренировать мозг по установленным методикам. Обычно тренировка когнитивных способностей проводится на компьютере. Однако мы обнаружили, что и здоровым людям тренировки когнитивных способностей могут пойти на пользу.
В одной работе Торкель Клингберг из Каролинского института показал, что если здоровые люди в течение продолжительного времени тренируют рабочую память, это приводит к изменениям мозга и его активизации, а также к изменениям в рецепторах D1 в мозге. Это очень интересно — как вы можете изменить эти схемы в мозге. Несколько лет назад мы с коллегой написали для Британского медицинского журнала (British Medical Journal) работу под названием «Используй или потеряешь» (Use It or Lose It). И она была посвящена тому, что нам нужно заставлять разные зоны нашего мозга работать, если мы хотим, чтобы они оставались активными. И то, что люди, к примеру, решают кроссворды, судоку или постоянно получают образование, чтобы стимулировать свой мозг, — это все очень важно, и нам действительно нужно делать все это на протяжении всей жизни.
Мы знаем, что тренировка когнитивных способностей действительно работает. Разные исследователи, например Тиль Уайкс из Института психиатрии, провели метаанализ, исследуя эффекты от тренировки когнитивных способностей по сравнению с другими формами реабилитации пациентов с шизофренией. И это показало, что тренировки имеют среднюю величину эффекта на когнитивные способности, а также среднюю величину эффекта на психосоциальное функционирование. Таким образом, в результате тренировок у пациентов не только улучшается когнитивная функция, но и вследствие этого эффект наблюдается в их повседневной жизни и психосоциальном функционировании.
Проблема с тренировкой когнитивных способностей заключается в том, что для ее проведения вам обычно нужно ехать в клинику, зачастую вам при этом должен помогать специализированный персонал: все это может быть очень дорого и неудобно. В моей лаборатории мы искали способ, как можно модифицировать эти тренировки, чтобы сделать их веселыми, интересными и легкодоступными. И мы решили геймифицировать этот процесс — у нас в лаборатории работает разработчик игр. Мы использовали исследования, которые мы проводили на протяжении 20 лет, чтобы оценить нейропсихологические улучшения от выполнения тренировок и улучшения, которые мы видели на нейровизуализации зон мозга, активизированных при помощи этих заданий. И одно из заданий, которое нас особенно интересовало, затрагивало эпизодическую память — тот тип памяти, который мы используем каждый день. Мы знаем, что эпизодическая память связана с функциональностью пациентов с шизофренией и болезнью Альцгеймера. И мы знаем, что если мы сможем улучшить эпизодическую память, мы, скорее всего, сможем улучшить и функциональный результат.
И мы решили использовать тему волшебников: все знают про Гарри Поттера, всем это интересно, и, похоже, людей с шизофренией, чью эпизодическую память мы пытались улучшить, это могло бы вовлечь в процесс тренировок. Так что мы решили работать с этим мотивом. Мы использовали данные о том, как активизировать нужную часть мозга, которые мы получили в ходе наших исследований. Мы уже опубликовали в журнале «Нейропсихология» (Neuropsychologia) работу о том, что мы проводили исследование мозга пожилых людей и людей с умеренными когнитивными нарушениями. Когда мы просили их выполнять задания PAL-теста и смотрели на активность их
мозга в сканере, мы видели отличную активизацию в области гиппокампа, так что мы знали, что эту область можно стимулировать и активизировать. И мы вложили это в игру, а затем провели пилотные исследования на пациентах с шизофренией, чтобы убедиться, что им интересно, все нравится и они все поняли. Таким образом, это мотивирующий способ улучшить когнитивную функцию людей. В сущности, это тренировка когнитивных способностей, которую психологи оценивают как очень эффективную, но в виде игры. И сейчас есть компании — производители видеоигр, которые называют себя «серьезными» компаниями, и они пытаются такими способами работать над улучшением когнитивных способностей и для здоровых людей тоже. И это полезно для нас, ведь всем нравится играть, а теперь мы можем играть в полезные игры. Но, конечно же, не все игры полезны. Те, о которых я говорю, основаны на доказательной базе, так что очень важно, чтобы за этими играми была научная база, показывающая, что они действительно успешно работают.
В нашей игре мы решили сосредоточиться на эпизодической памяти. Во время игры вы можете сражаться с другими волшебниками, и что вам нужно делать (и за это отвечает область гиппокампа) — это запоминать расположение объектов в пространстве, и игра во многом направлена на это. И если вы запоминаете нужные вещи, вы получаете в награду новые заклинания и можете сражаться с другими волшебниками, так что игра очень вовлекает. Что самое замечательное, игра сделана так, чтобы помочь вам с мотивацией: если все хорошо, она подталкивает вас вперед, и игра становится сложнее, и вы получаете больше бонусов, и у вас становится больше заклинаний, вы сражаетесь с другими волшебниками и продвигаетесь по сюжетной линии. Но если вам сложно, то вы откатываетесь назад. Так что игра сделана так, чтобы убедиться, что вы учитесь и запоминаете столько, сколько можете, и она дает вам все больше и больше уровней сложности. И вы постоянно сталкиваетесь с новыми ситуациями и волшебниками, которые пытаются атаковать вас, а вы пытаетесь атаковать их, и, когда у вас все получается, вы получаете награды.
Мы обнаружили, что если попросить пациентов с шизофренией тренироваться 8 часов на протяжении месяца, улучшается не только их эпизодическая память, но и жизнедеятельность в целом: когда мы посмотрели на их результаты по шкале глобального функционирования (GAF), мы обнаружили улучшения в этой области. Так что влияние теста не ограничивается эпизодической памятью — у пациентов улучшается и глобальное функционирование. Когда мы попросили пациентов с шизофренией играть 8 часов на протяжении месяца, мы обнаружили, что они получают улучшения не только эпизодической памяти, но и психосоциального функционирования. Так что игра действительно дает улучшения, которые не ограничиваются памятью, — они также проявляются и в психосоциальном функционировании, и в повседневной жизни.
Сегодня люди очень интересуются своим физическим здоровьем и мониторят его: у них очень часто есть FitBeats, с помощью которого они измеряют количество шагов, когда бегают, или приложение на телефоне, которое анализирует их сон. Так что люди заинтересованы в том, чтобы следить за своим физическим здоровьем. Но, к сожалению, мы пока не используем новые технологии в достаточной мере для улучшения когнитивных способностей, для поддержания здоровья мозга. Так что было бы здорово, если бы у нас было больше приложений, с помощью которых люди могли бы измерять свои когнитивные способности и, заметив изменения, начать улучшать их. Это было бы очень эффективно. Люди могли бы использовать игры или приложения, чтобы улучшать когнитивные способности и, надеюсь, психическое благополучие тоже.
Люди играют в игры. Так что им стоит играть в те игры, которые полезны для здоровья их мозга, мотивируют их и, возможно, помогают поддерживать позитивный взгляд на жизнь, потому что мы можем корректировать и это (когнитивно-поведенческая терапия на этом и сосредоточена). Но нужно использовать игры, за которыми стоит научная доказательная база, потому что у некоторых игр нет нужного эффекта: нет нейропсихологических или
В нашей игре мы решили сосредоточиться на эпизодической памяти. Во время игры вы можете сражаться с другими волшебниками, и что вам нужно делать (и за это отвечает область гиппокампа) — это запоминать расположение объектов в пространстве, и игра во многом направлена на это. И если вы запоминаете нужные вещи, вы получаете в награду новые заклинания и можете сражаться с другими волшебниками, так что игра очень вовлекает. Что самое замечательное, игра сделана так, чтобы помочь вам с мотивацией: если все хорошо, она подталкивает вас вперед, и игра становится сложнее, и вы получаете больше бонусов, и у вас становится больше заклинаний, вы сражаетесь с другими волшебниками и продвигаетесь по сюжетной линии. Но если вам сложно, то вы откатываетесь назад. Так что игра сделана так, чтобы убедиться, что вы учитесь и запоминаете столько, сколько можете, и она дает вам все больше и больше уровней сложности. И вы постоянно сталкиваетесь с новыми ситуациями и волшебниками, которые пытаются атаковать вас, а вы пытаетесь атаковать их, и, когда у вас все получается, вы получаете награды.
Мы обнаружили, что если попросить пациентов с шизофренией тренироваться 8 часов на протяжении месяца, улучшается не только их эпизодическая память, но и жизнедеятельность в целом: когда мы посмотрели на их результаты по шкале глобального функционирования (GAF), мы обнаружили улучшения в этой области. Так что влияние теста не ограничивается эпизодической памятью — у пациентов улучшается и глобальное функционирование. Когда мы попросили пациентов с шизофренией играть 8 часов на протяжении месяца, мы обнаружили, что они получают улучшения не только эпизодической памяти, но и психосоциального функционирования. Так что игра действительно дает улучшения, которые не ограничиваются памятью, — они также проявляются и в психосоциальном функционировании, и в повседневной жизни.
Сегодня люди очень интересуются своим физическим здоровьем и мониторят его: у них очень часто есть FitBeats, с помощью которого они измеряют количество шагов, когда бегают, или приложение на телефоне, которое анализирует их сон. Так что люди заинтересованы в том, чтобы следить за своим физическим здоровьем. Но, к сожалению, мы пока не используем новые технологии в достаточной мере для улучшения когнитивных способностей, для поддержания здоровья мозга. Так что было бы здорово, если бы у нас было больше приложений, с помощью которых люди могли бы измерять свои когнитивные способности и, заметив изменения, начать улучшать их. Это было бы очень эффективно. Люди могли бы использовать игры или приложения, чтобы улучшать когнитивные способности и, надеюсь, психическое благополучие тоже.
Люди играют в игры. Так что им стоит играть в те игры, которые полезны для здоровья их мозга, мотивируют их и, возможно, помогают поддерживать позитивный взгляд на жизнь, потому что мы можем корректировать и это (когнитивно-поведенческая терапия на этом и сосредоточена). Но нужно использовать игры, за которыми стоит научная доказательная база, потому что у некоторых игр нет нужного эффекта: нет нейропсихологических или
нейровизуальных свидетельств, показывающих, что они влияют на поведение или на мозг человека. Но для игр, основанных на научной базе, которую собирали в течение долгого времени, такие свидетельства есть.
Один из способов, как мы можем использовать игры, — это для помощи людям с нейропсихиатрическими расстройствами и травмами мозга. Например, мы сейчас работаем с людьми с умеренными когнитивными нарушениями, то есть в ранней стадии болезни Альцгеймера, и мы работаем с особой группой — с умеренными когнитивными нарушениями амнестического типа. Сейчас известно, что это расстройство развивается в болезнь Альцгеймера. Если вы сможете активизировать области мозга, которые раньше всего затрагивает болезнь Альцгеймера, такие как гиппокамповая формация, вы обнаружите, что можете поддерживать функционирование этих областей в течение большего времени и отсрочить самые худшие последствия некоторых из этих болезней.
Мы также знаем, что и у здоровых людей со временем наблюдается снижение когнитивных способностей. Мы функционируем на высшем уровне в возрасте от 20 до 30 лет, а затем наши когнитивные способности начинают снижаться. Конечно же, у здоровых людей есть свой опыт, стратегии, как преодолевать такие проблемы, например то, что память не так хороша, как раньше. Но игры могут быть хорошим способом активизировать эти области мозга, связанные не только с памятью, но и с вниманием, ведь внимание сейчас так важно. Нам часто нужно концентрировать внимание на чем-то, чтобы хорошо справиться с задачами, которые требуют, чтобы мы сосредоточились и работали на максимуме. Но теперь мы решаем сразу много задач: постоянно заглядываем в телефоны и компьютеры и так далее. Из-за этого многим людям сложно надолго концентрировать внимание на чем-то одном, хотя это может быть необходимо в каких-то профессиях.
Также это может быть полезно для других групп людей, например с СДВГ — у них есть проблемы с концентрацией и удержанием внимания, и они с трудом сосредотачиваются на одном предмете. Из-за этого, если они страдают от средней или тяжелой формы заболевания, им часто прописывают препараты, а умеренный СДВГ можно лечить при помощи психотерапии, например когнитивно-поведенческой терапии или более узких видов психотерапии, разработанных специально для СДВГ. Но когда дело доходит до средних или тяжелых форм заболевания, то часто используют медикаментозное лечение, например метилфенидат («Риталин»), который влияет на дофамин и норадреналин в мозге. Но, возможно, мы сможем снизить необходимость в этих препаратах или, может быть, снизить дозу и частоту приема, особенно для детей. Если бы мы могли использовать тренировки когнитивных способностей, чтобы они могли концентрировать внимание на чем-то и лучше выполнять стоящие перед ними задачи, это был бы самый эффективный способ получить лучшие результаты для людей с СДВГ и другими расстройствами.
Один из способов, как мы можем использовать игры, — это для помощи людям с нейропсихиатрическими расстройствами и травмами мозга. Например, мы сейчас работаем с людьми с умеренными когнитивными нарушениями, то есть в ранней стадии болезни Альцгеймера, и мы работаем с особой группой — с умеренными когнитивными нарушениями амнестического типа. Сейчас известно, что это расстройство развивается в болезнь Альцгеймера. Если вы сможете активизировать области мозга, которые раньше всего затрагивает болезнь Альцгеймера, такие как гиппокамповая формация, вы обнаружите, что можете поддерживать функционирование этих областей в течение большего времени и отсрочить самые худшие последствия некоторых из этих болезней.
Мы также знаем, что и у здоровых людей со временем наблюдается снижение когнитивных способностей. Мы функционируем на высшем уровне в возрасте от 20 до 30 лет, а затем наши когнитивные способности начинают снижаться. Конечно же, у здоровых людей есть свой опыт, стратегии, как преодолевать такие проблемы, например то, что память не так хороша, как раньше. Но игры могут быть хорошим способом активизировать эти области мозга, связанные не только с памятью, но и с вниманием, ведь внимание сейчас так важно. Нам часто нужно концентрировать внимание на чем-то, чтобы хорошо справиться с задачами, которые требуют, чтобы мы сосредоточились и работали на максимуме. Но теперь мы решаем сразу много задач: постоянно заглядываем в телефоны и компьютеры и так далее. Из-за этого многим людям сложно надолго концентрировать внимание на чем-то одном, хотя это может быть необходимо в каких-то профессиях.
Также это может быть полезно для других групп людей, например с СДВГ — у них есть проблемы с концентрацией и удержанием внимания, и они с трудом сосредотачиваются на одном предмете. Из-за этого, если они страдают от средней или тяжелой формы заболевания, им часто прописывают препараты, а умеренный СДВГ можно лечить при помощи психотерапии, например когнитивно-поведенческой терапии или более узких видов психотерапии, разработанных специально для СДВГ. Но когда дело доходит до средних или тяжелых форм заболевания, то часто используют медикаментозное лечение, например метилфенидат («Риталин»), который влияет на дофамин и норадреналин в мозге. Но, возможно, мы сможем снизить необходимость в этих препаратах или, может быть, снизить дозу и частоту приема, особенно для детей. Если бы мы могли использовать тренировки когнитивных способностей, чтобы они могли концентрировать внимание на чем-то и лучше выполнять стоящие перед ними задачи, это был бы самый эффективный способ получить лучшие результаты для людей с СДВГ и другими расстройствами.
Эра накапливания и как из нее вырваться
Если вы уже несколько лет топчитесь на одном месте, то, скорее всего, у вас случилась Эра Накапливания. Что это такое и как разорвать этот замкнутый круг? Читайте ниже отрывок из книги «100 способов изменить жизнь».
Недавно я встретилась с неким радиоведущим. Он довольно известен (в узких кругах спортивных болельщиков), у него большой опыт в спортивной журналистике, вроде бы все неплохо, но он растерян: «Я много работаю, веду несколько проектов, развиваюсь в спортивных знаниях, сам регулярно занимаюсь спортом, постоянно что-то внедряю, но… не выстреливает. Остаюсь на том же уровне. Как будто не могу перейти на другую ступеньку. Внешне все хорошо, но я как будто завис».
Я у него спросила, сколько это продолжается. И он сказал так: «Уже года три. Знаешь, такое ощущение, как будто моя настоящая жизнь — яркая, масштабная, потрясающая — идет ровно параллельно, а я не могу перепрыгнуть на эти параллельные рейсы».
И я его очень хорошо понимаю! У меня самой было такое ощущение в те дни, когда я принимала решение уехать от «красивой жизни» из Москвы. Внутри ощущалось томление: вроде давно что-то делаешь, развиваешься, вкалываешь, но все равно никак можешь пробить потолок. Ты как будто все время где-то рядом.
После одной из олимпиад я увидела такой заголовок в газете: «Наша страна — чемпион по количеству наград за четвертое место». Согласитесь, сомнительное достижение. Ты все время четвертый и никак не можешь подняться на пьедестал.
Знакомое чувство? Если да, то этот текст для вас. Он, как чай с ромашкой, должен вас успокоить.
Если вы чувствуете то же, вы просто находитесь в Эре накапливания. И скоро все будет хорошо. Вот кусочек интервью актера Дмитрия Нагиева для журнала Story (январь — февраль 2017 года).
Интервьюер: Вы словно что-то пытаетесь наверстать. Догнать. Видимо, были периоды, которые кажутся вам пустыми?
Дмитрий: Они не мне такими кажутся. Они кажутся пустыми зрителю. Я-то все время находился в состоянии какой-то работы, даже усталости. Но, как выясняется, для массового зрителя это было совершенно недостаточно, и даже двенадцать-тринадцать лет «Осторожно, Задов!» выстреливают только сейчас.
А мы-то снимали его все время. Я признавался четыре года лучшим диджеем России, но для Москвы это был пустой звук. Пустым это все время не было, все равно был опыт, и сейчас я всем этим багажом, который наработал, нашакалил, пользуюсь, но, как выясняется, для зрителя я все это время был Никто.
Интервьюер: И это горько.
Дмитрий: Не буду скрывать — некоторую печаль в ночи навевает.
В 2017 году Дмитрий отметил 50-летие. А лучшим диджеем России его впервые признали, когда ему не было и 30. То есть путь от того момента, когда он в первый раз получил крупную награду и признание на всю страну, до момента, как он стал суперзвездой, занял более 20 лет.
Понимаете? 20 лет ежедневной работы, чтобы выйти на тот уровень признания, масштабности проектов и популярности, какой хотелось бы. А если брать как отправную точку момен поступления в театральный университет, а не момент получения награды, то этот путь занял более 30 лет.
Что такое Эра накапливания?
Вернемся к нашей проблеме: вы уже давно что-то делаете, но масштабного результата не видите. Например, у меня это выражалось в том, что к моменту моей «последней капли» — когда я решила всё бросить и уехать — я 12 лет регулярно печаталась в разных изданиях, была селебрити-интервьюером, работала в крупнейшем радиохолдинге, ТВ-проектах, но… кардинально ничего не происходило. У меня тоже было такое ощущение: моя настоящая жизнь идет параллельно, но я как во сне — бегу на месте и не могу до нее дотянуться.
Итак, как понять, что вы находитесь в Эре накапливания?
Вас устраивает направление вашей деятельности, но не устраивает результат: вы знаете, что можете больше.
Вы двигаетесь по этому пути уже три, пять, семь, десять лет, но долгожданного прорыва нет.
Вас нельзя назвать лентяем: вы упорно трудитесь.
У вас есть ощущение того, что настоящая жизнь идет параллельно. И нужно совсем чуть-чуть, чтобы дотянуться.
Со
Если вы уже несколько лет топчитесь на одном месте, то, скорее всего, у вас случилась Эра Накапливания. Что это такое и как разорвать этот замкнутый круг? Читайте ниже отрывок из книги «100 способов изменить жизнь».
Недавно я встретилась с неким радиоведущим. Он довольно известен (в узких кругах спортивных болельщиков), у него большой опыт в спортивной журналистике, вроде бы все неплохо, но он растерян: «Я много работаю, веду несколько проектов, развиваюсь в спортивных знаниях, сам регулярно занимаюсь спортом, постоянно что-то внедряю, но… не выстреливает. Остаюсь на том же уровне. Как будто не могу перейти на другую ступеньку. Внешне все хорошо, но я как будто завис».
Я у него спросила, сколько это продолжается. И он сказал так: «Уже года три. Знаешь, такое ощущение, как будто моя настоящая жизнь — яркая, масштабная, потрясающая — идет ровно параллельно, а я не могу перепрыгнуть на эти параллельные рейсы».
И я его очень хорошо понимаю! У меня самой было такое ощущение в те дни, когда я принимала решение уехать от «красивой жизни» из Москвы. Внутри ощущалось томление: вроде давно что-то делаешь, развиваешься, вкалываешь, но все равно никак можешь пробить потолок. Ты как будто все время где-то рядом.
После одной из олимпиад я увидела такой заголовок в газете: «Наша страна — чемпион по количеству наград за четвертое место». Согласитесь, сомнительное достижение. Ты все время четвертый и никак не можешь подняться на пьедестал.
Знакомое чувство? Если да, то этот текст для вас. Он, как чай с ромашкой, должен вас успокоить.
Если вы чувствуете то же, вы просто находитесь в Эре накапливания. И скоро все будет хорошо. Вот кусочек интервью актера Дмитрия Нагиева для журнала Story (январь — февраль 2017 года).
Интервьюер: Вы словно что-то пытаетесь наверстать. Догнать. Видимо, были периоды, которые кажутся вам пустыми?
Дмитрий: Они не мне такими кажутся. Они кажутся пустыми зрителю. Я-то все время находился в состоянии какой-то работы, даже усталости. Но, как выясняется, для массового зрителя это было совершенно недостаточно, и даже двенадцать-тринадцать лет «Осторожно, Задов!» выстреливают только сейчас.
А мы-то снимали его все время. Я признавался четыре года лучшим диджеем России, но для Москвы это был пустой звук. Пустым это все время не было, все равно был опыт, и сейчас я всем этим багажом, который наработал, нашакалил, пользуюсь, но, как выясняется, для зрителя я все это время был Никто.
Интервьюер: И это горько.
Дмитрий: Не буду скрывать — некоторую печаль в ночи навевает.
В 2017 году Дмитрий отметил 50-летие. А лучшим диджеем России его впервые признали, когда ему не было и 30. То есть путь от того момента, когда он в первый раз получил крупную награду и признание на всю страну, до момента, как он стал суперзвездой, занял более 20 лет.
Понимаете? 20 лет ежедневной работы, чтобы выйти на тот уровень признания, масштабности проектов и популярности, какой хотелось бы. А если брать как отправную точку момен поступления в театральный университет, а не момент получения награды, то этот путь занял более 30 лет.
Что такое Эра накапливания?
Вернемся к нашей проблеме: вы уже давно что-то делаете, но масштабного результата не видите. Например, у меня это выражалось в том, что к моменту моей «последней капли» — когда я решила всё бросить и уехать — я 12 лет регулярно печаталась в разных изданиях, была селебрити-интервьюером, работала в крупнейшем радиохолдинге, ТВ-проектах, но… кардинально ничего не происходило. У меня тоже было такое ощущение: моя настоящая жизнь идет параллельно, но я как во сне — бегу на месте и не могу до нее дотянуться.
Итак, как понять, что вы находитесь в Эре накапливания?
Вас устраивает направление вашей деятельности, но не устраивает результат: вы знаете, что можете больше.
Вы двигаетесь по этому пути уже три, пять, семь, десять лет, но долгожданного прорыва нет.
Вас нельзя назвать лентяем: вы упорно трудитесь.
У вас есть ощущение того, что настоящая жизнь идет параллельно. И нужно совсем чуть-чуть, чтобы дотянуться.
Со
стороны кажется, что другие люди, делающие то же, что и вы, быстрее переходят на новый уровень.
Итак, если хотя бы с тремя пунктами вы согласны, то поздравляю вас: вы — в Эре накапливания.
Как вырваться из Эры накапливания?
1. Поймите, что это часть большого пазла.
Успокойтесь: то, что с вами происходит, нормально. И на каждом новом витке вас будет ждать такой отрезок. Как я уже говорила, во время работы на ТВ я занималась кастингами и за несколько лет взяла интервью у тысячи девушек и женщин. Тогда мне казалось, что все это — пустая болтовня и бессмыслица.
Я не понимала, как меня может продвинуть вперед на моем великолепном, потрясающем пути то, что я сижу сейчас в каком-нибудь Волгограде и слушаю историю девушки, которую в детстве била мать.
Но сейчас — спустя годы — я понимаю, что это был огромный пазл. Невероятный по красоте. Тогда я не видела его со стороны и была слишком глупой, чтобы понять высший замысел всего, что со мной происходит.
Через пару лет впечатления, наблюдения и выводы от этих интервью и разговоров стали основой моей картины мира. А желание рассказать об этом людям привело к тому, что появились сначала группа, а потом первая книга, и вот теперь вторая.
И вот сейчас, когда я вырвалась на новый уровень, могу сказать: все было не зря. Каждое впечатление, каждый разговор, каждый опыт помогли стать фундаментом для космическо- го корабля, который вынес меня сквозь пространство и привез на новую планету.
Индийский философ (и, кстати, один из руководителей Банка Индии) Рамеш Балсекар сказал гениальную вещь: «Все, что бы ни происходило в настоящий момент, является необходимым».
Все, что с вами сейчас происходит, позже встроится в гигантский пазл, и вы увидите всю картину целиком. Моя подруга — теперь успешный фитотерапевт — рассказала, как это происходило у нее
«Сначала я была обычным фармацевтом в аптеке. Мне всегда хотелось самой создавать лекарственные препараты, но я не знала, что это будет и как это будет. За 10 лет я получила несколько видов дополнительного медицинского образования. Но… ничего не происходило. И все это время меня тянуло к травам, лекарственным растениям. Из разных путешествий я привозила с собой травы, увлеклась биологией. И в конце концов путь привел меня в фитотерапию, в которой все умения вдруг сложились в единую картину, и я совершила прорыв. Я осознала, что все мои движения, совершённые до этого, были не пустым звуком, а частью большого полотна, которое можно было разглядеть, только увидев целиком. И я нисколько не жалею, что это произошло сейчас, а не 20 лет назад».
Так что сейчас, возможно, ваши действия кажутся вам бессмысленными и тупиковыми. Но поверьте: если двигаться вперед, то путь приведет туда, куда нужно. Все, что бы ни происходило в настоящий момент, необходимо.
Источник: https://vk.cc/70v35H
Итак, если хотя бы с тремя пунктами вы согласны, то поздравляю вас: вы — в Эре накапливания.
Как вырваться из Эры накапливания?
1. Поймите, что это часть большого пазла.
Успокойтесь: то, что с вами происходит, нормально. И на каждом новом витке вас будет ждать такой отрезок. Как я уже говорила, во время работы на ТВ я занималась кастингами и за несколько лет взяла интервью у тысячи девушек и женщин. Тогда мне казалось, что все это — пустая болтовня и бессмыслица.
Я не понимала, как меня может продвинуть вперед на моем великолепном, потрясающем пути то, что я сижу сейчас в каком-нибудь Волгограде и слушаю историю девушки, которую в детстве била мать.
Но сейчас — спустя годы — я понимаю, что это был огромный пазл. Невероятный по красоте. Тогда я не видела его со стороны и была слишком глупой, чтобы понять высший замысел всего, что со мной происходит.
Через пару лет впечатления, наблюдения и выводы от этих интервью и разговоров стали основой моей картины мира. А желание рассказать об этом людям привело к тому, что появились сначала группа, а потом первая книга, и вот теперь вторая.
И вот сейчас, когда я вырвалась на новый уровень, могу сказать: все было не зря. Каждое впечатление, каждый разговор, каждый опыт помогли стать фундаментом для космическо- го корабля, который вынес меня сквозь пространство и привез на новую планету.
Индийский философ (и, кстати, один из руководителей Банка Индии) Рамеш Балсекар сказал гениальную вещь: «Все, что бы ни происходило в настоящий момент, является необходимым».
Все, что с вами сейчас происходит, позже встроится в гигантский пазл, и вы увидите всю картину целиком. Моя подруга — теперь успешный фитотерапевт — рассказала, как это происходило у нее
«Сначала я была обычным фармацевтом в аптеке. Мне всегда хотелось самой создавать лекарственные препараты, но я не знала, что это будет и как это будет. За 10 лет я получила несколько видов дополнительного медицинского образования. Но… ничего не происходило. И все это время меня тянуло к травам, лекарственным растениям. Из разных путешествий я привозила с собой травы, увлеклась биологией. И в конце концов путь привел меня в фитотерапию, в которой все умения вдруг сложились в единую картину, и я совершила прорыв. Я осознала, что все мои движения, совершённые до этого, были не пустым звуком, а частью большого полотна, которое можно было разглядеть, только увидев целиком. И я нисколько не жалею, что это произошло сейчас, а не 20 лет назад».
Так что сейчас, возможно, ваши действия кажутся вам бессмысленными и тупиковыми. Но поверьте: если двигаться вперед, то путь приведет туда, куда нужно. Все, что бы ни происходило в настоящий момент, необходимо.
Источник: https://vk.cc/70v35H
Изоляция в толпе: как зоопарк из места просвещения превратился в памятник маргинализации
Все «места насильственной маргинализации» — тюрьмы, сумасшедшие дома, концлагеря — имеют что-то общее с зоопарками, а поведение животных в неволе можно сравнить с жизнью человека в обществе потребления, считал английский писатель, поэт и художник Джон Бёрджер. Издательство «Ад Маргинем Пресс» совместно с музеем «Гараж» выпустило сборник его эссе «Зачем смотреть на животных?», в которых он объясняет, как наблюдение за животными может помочь человеку справиться с тотальным одиночеством. Фрагмент.
В ХIХ веке в Западной Европе и Америке начался процесс, нынче завершившийся корпоративным капитализмом века ХХ, — процесс, в ходе которого были разрушены все традиции, прежде выполнявшие роль посредника между человеком и природой. До этого разлома животные составляли первый круг того, что окружало человека. Возможно, в такой формулировке уже подразумевается слишком большая дистанция. Они вместе с человеком находились в центре его мира. Подобное центральное положение, разумеется, было экономически обосновано и продуктивно. Какие бы изменения ни претерпевали средства производства и общественное устройство, человек зависел от животных, дававших ему еду, работу, транспорт, одежду.
И все-таки предполагать, что животные впервые появились в человеческом воображении в качестве мяса, кожи или рога, значит перенести мировоззрение, господствовавшее в ХIХ веке, на тысячелетия назад. Впервые животные появились в воображении человека в качестве вестников и обещаний. Так, приручение скота началось не просто в расчете на молоко и мясо. Скот играл роль чего-то магического: порой оракула, порой жертвы. А выбор того или иного вида в качестве магического, приручаемого и к тому же пригодного к употреблению в пищу изначально определялся привычками, близостью и «зовом» данного животного. […]
До XIX века антропоморфизм был неотъемлемой частью связи между человеком и животным, выражением их близости. Антропоморфизм был тем, что осталось от постоянного использования животной метафоры. За последние два столетия животные постепенно исчезли. Нынче мы живем без них. И в этом новом одиночестве антропоморфизм вызывает в нас удвоенное беспокойство.
Решающий теоретический прорыв был достигнут Декартом. Декарт преобразовал тот дуализм, что неявно подразумевался в человеческой связи с животными, во внутренний — находящийся внутри человека. Целиком отделив душу от тела, он отписал тело законам физики и механики, а поскольку животные душой не обладали, животное было сведено к модели машины.
[…] Потребовалось еще множество производственных изобретений — железная дорога, электричество, конвейер, консервная промышленность, автомобиль, химические удобрения, — прежде чем животных стало возможно социально изолировать.
В ХХ веке двигатель внутреннего сгорания заменил тягловых животных на улицах и фабриках. Города, растущие со все большей скоростью, преобразовали окружающую сельскую местность в пригороды, где полевые животные, как дикие, так и домашние, стали редки. Коммерческая эксплуатация определенных видов (бизон, тигр, северный олень) привела к почти полному их вымиранию. Та фауна, что еще осталась, все более и более ограничивается национальными парками и заповедниками.
В конце концов модель Декарта удалось превзойти. На первых стадиях индустриальной революции животных использовали в качестве машин. Как и детей. Теперь, в так называемых постиндустриальных обществах, с ними обращаются как с сырьем. Животных, необходимых для еды, перерабатывают, словно товары при производстве.
Подобное сведение животного к товару, имеющее как теоретическую, так и экономическую историю, есть часть того же процесса, с помощью которого людей удалось свести к изолированным производящим и потребляющим единицам. В течение соответствующего периода отношение к животным нередко было, по сути, прототипом отношения к человеку. Механический взгляд на производительную способность животного впоследствии был применен к способности рабочих. Ф.У. Тейлор, создатель «тейлоризма» —
Все «места насильственной маргинализации» — тюрьмы, сумасшедшие дома, концлагеря — имеют что-то общее с зоопарками, а поведение животных в неволе можно сравнить с жизнью человека в обществе потребления, считал английский писатель, поэт и художник Джон Бёрджер. Издательство «Ад Маргинем Пресс» совместно с музеем «Гараж» выпустило сборник его эссе «Зачем смотреть на животных?», в которых он объясняет, как наблюдение за животными может помочь человеку справиться с тотальным одиночеством. Фрагмент.
В ХIХ веке в Западной Европе и Америке начался процесс, нынче завершившийся корпоративным капитализмом века ХХ, — процесс, в ходе которого были разрушены все традиции, прежде выполнявшие роль посредника между человеком и природой. До этого разлома животные составляли первый круг того, что окружало человека. Возможно, в такой формулировке уже подразумевается слишком большая дистанция. Они вместе с человеком находились в центре его мира. Подобное центральное положение, разумеется, было экономически обосновано и продуктивно. Какие бы изменения ни претерпевали средства производства и общественное устройство, человек зависел от животных, дававших ему еду, работу, транспорт, одежду.
И все-таки предполагать, что животные впервые появились в человеческом воображении в качестве мяса, кожи или рога, значит перенести мировоззрение, господствовавшее в ХIХ веке, на тысячелетия назад. Впервые животные появились в воображении человека в качестве вестников и обещаний. Так, приручение скота началось не просто в расчете на молоко и мясо. Скот играл роль чего-то магического: порой оракула, порой жертвы. А выбор того или иного вида в качестве магического, приручаемого и к тому же пригодного к употреблению в пищу изначально определялся привычками, близостью и «зовом» данного животного. […]
До XIX века антропоморфизм был неотъемлемой частью связи между человеком и животным, выражением их близости. Антропоморфизм был тем, что осталось от постоянного использования животной метафоры. За последние два столетия животные постепенно исчезли. Нынче мы живем без них. И в этом новом одиночестве антропоморфизм вызывает в нас удвоенное беспокойство.
Решающий теоретический прорыв был достигнут Декартом. Декарт преобразовал тот дуализм, что неявно подразумевался в человеческой связи с животными, во внутренний — находящийся внутри человека. Целиком отделив душу от тела, он отписал тело законам физики и механики, а поскольку животные душой не обладали, животное было сведено к модели машины.
[…] Потребовалось еще множество производственных изобретений — железная дорога, электричество, конвейер, консервная промышленность, автомобиль, химические удобрения, — прежде чем животных стало возможно социально изолировать.
В ХХ веке двигатель внутреннего сгорания заменил тягловых животных на улицах и фабриках. Города, растущие со все большей скоростью, преобразовали окружающую сельскую местность в пригороды, где полевые животные, как дикие, так и домашние, стали редки. Коммерческая эксплуатация определенных видов (бизон, тигр, северный олень) привела к почти полному их вымиранию. Та фауна, что еще осталась, все более и более ограничивается национальными парками и заповедниками.
В конце концов модель Декарта удалось превзойти. На первых стадиях индустриальной революции животных использовали в качестве машин. Как и детей. Теперь, в так называемых постиндустриальных обществах, с ними обращаются как с сырьем. Животных, необходимых для еды, перерабатывают, словно товары при производстве.
Подобное сведение животного к товару, имеющее как теоретическую, так и экономическую историю, есть часть того же процесса, с помощью которого людей удалось свести к изолированным производящим и потребляющим единицам. В течение соответствующего периода отношение к животным нередко было, по сути, прототипом отношения к человеку. Механический взгляд на производительную способность животного впоследствии был применен к способности рабочих. Ф.У. Тейлор, создатель «тейлоризма» —
теории, исследующей время и движения, «научное» управление промышленностью, — предложил сделать работу процессом «столь тупым» и столь вялым, чтобы рабочий «по своему умственному складу более всего напоминал быка». Почти все современные методы приспособления к социуму поначалу основывались на опытах над животными. Методы так называемого тестирования интеллекта — тоже. В наши дни бихевиористы вроде Скиннера любое понятие о человеке втискивают в рамки того, что им подсказывают специально проведенные опыты с участием животных.
Неужели животные обречены на вымирание? Неужели у них нет никакой возможности размножаться и дальше? Столько домашних животных, сколько можно обнаружить нынче в городах наиболее богатых стран, не бывало еще никогда. В Соединенных Штатах, по некоторым оценкам, имеется как минимум 40 миллионов собак, 40 миллионов котов, 15 миллионов домашних птиц и 10 миллионов других животных.
В прошлом семейства всех классов держали домашних животных, поскольку те выполняли полезную роль: сторожевые собаки, охотничьи собаки, коты, убивающие мышей, и так далее. Практика держать животных вне зависимости от приносимой ими пользы, заводить животных именно домашних (в XVI веке этим английским словом, pet, обычно называли собственноручно выращенного барашка) — современное нововведение, уникальное в том социальном масштабе, в каком оно существует сегодня. Это один из признаков того всеобщего, но индивидуального ухода в частную ячейку-семью, украшенную или обставленную сувенирами из внешнего мира, что составляет столь отвратительную черту обществ потребления.
Этой небольшой ячейке-семье недостает пространства, земли, других животных, времен года, природных температур и так далее. Домашнее животное либо кастрируют, либо содержат в сексуальной изоляции, крайне ограничивают его физическую деятельность, лишают почти всякого контакта с другими животными, кормят искусственной едой. Именно этот материальный процесс лежит в основе избитого понятия, согласно которому домашние животные становятся похожи на своих хозяев. Их создает образ жизни их владельцев. […]
Те, кого вписали в семью, несколько напоминают домашних животных. Однако они, не обладая, в отличие от домашних животных, физическими потребностями или ограничениями, могут быть целиком преобразованы в человеческие игрушки. Книги и рисунки Беатрис Поттер — один из первых тому примеров; более поздний, экстремальный случай — вся связанная с животными продукция диснеевской индустрии. В таких работах мелочная природа нынешних социальных практик подвергается универсализации путем проецирования на царство животных. […]
Публичные зоопарки появились в начале периода, в течение которого животным предстояло исчезнуть из повседневной жизни. Зоопарк, куда люди ходят встречаться с животными, наблюдать за ними, смотреть на них, по сути, есть памятник невозможности подобных встреч. Современные зоопарки — эпитафия старым, как человек, отношениям. Если их не воспринимают как таковые, то потому, что к зоопарку обращаются не с теми вопросами.
Основание зоопарков (лондонский открылся в 1828 году, берлинский — в 1844-м, парижский Сад растений — в 1793-м) придало столицам немалый престиж. Престиж этот не особенно отличался от того, что выпадал на долю частных королевских зверинцев. Эти зверинцы — наряду с золотой утварью, архитектурными постройками, оркестрами, актерами, обстановкой, карликами, акробатами, ливреями, лошадьми, произведениями искусства и блюдами — были призваны демонстрировать власть и богатство императора или короля. То же и в XIX веке: публичные зоопарки воплощали в себе утверждение современной колониальной власти. Захват животных символизировал завоевание всех далеких, экзотических земель. «Первооткрыватели» доказывали свой патриотизм тем, что отправляли на родину тигра или слона. Дарить столичным зоопаркам экзотических животных стало выражением подобострастия в дипломатических отношениях.
И все-таки, подобно любому другому публичному заведению XIX века, зоопарк, как бы он ни поддерживал идеологию империализма, должен был взять на себя
Неужели животные обречены на вымирание? Неужели у них нет никакой возможности размножаться и дальше? Столько домашних животных, сколько можно обнаружить нынче в городах наиболее богатых стран, не бывало еще никогда. В Соединенных Штатах, по некоторым оценкам, имеется как минимум 40 миллионов собак, 40 миллионов котов, 15 миллионов домашних птиц и 10 миллионов других животных.
В прошлом семейства всех классов держали домашних животных, поскольку те выполняли полезную роль: сторожевые собаки, охотничьи собаки, коты, убивающие мышей, и так далее. Практика держать животных вне зависимости от приносимой ими пользы, заводить животных именно домашних (в XVI веке этим английским словом, pet, обычно называли собственноручно выращенного барашка) — современное нововведение, уникальное в том социальном масштабе, в каком оно существует сегодня. Это один из признаков того всеобщего, но индивидуального ухода в частную ячейку-семью, украшенную или обставленную сувенирами из внешнего мира, что составляет столь отвратительную черту обществ потребления.
Этой небольшой ячейке-семье недостает пространства, земли, других животных, времен года, природных температур и так далее. Домашнее животное либо кастрируют, либо содержат в сексуальной изоляции, крайне ограничивают его физическую деятельность, лишают почти всякого контакта с другими животными, кормят искусственной едой. Именно этот материальный процесс лежит в основе избитого понятия, согласно которому домашние животные становятся похожи на своих хозяев. Их создает образ жизни их владельцев. […]
Те, кого вписали в семью, несколько напоминают домашних животных. Однако они, не обладая, в отличие от домашних животных, физическими потребностями или ограничениями, могут быть целиком преобразованы в человеческие игрушки. Книги и рисунки Беатрис Поттер — один из первых тому примеров; более поздний, экстремальный случай — вся связанная с животными продукция диснеевской индустрии. В таких работах мелочная природа нынешних социальных практик подвергается универсализации путем проецирования на царство животных. […]
Публичные зоопарки появились в начале периода, в течение которого животным предстояло исчезнуть из повседневной жизни. Зоопарк, куда люди ходят встречаться с животными, наблюдать за ними, смотреть на них, по сути, есть памятник невозможности подобных встреч. Современные зоопарки — эпитафия старым, как человек, отношениям. Если их не воспринимают как таковые, то потому, что к зоопарку обращаются не с теми вопросами.
Основание зоопарков (лондонский открылся в 1828 году, берлинский — в 1844-м, парижский Сад растений — в 1793-м) придало столицам немалый престиж. Престиж этот не особенно отличался от того, что выпадал на долю частных королевских зверинцев. Эти зверинцы — наряду с золотой утварью, архитектурными постройками, оркестрами, актерами, обстановкой, карликами, акробатами, ливреями, лошадьми, произведениями искусства и блюдами — были призваны демонстрировать власть и богатство императора или короля. То же и в XIX веке: публичные зоопарки воплощали в себе утверждение современной колониальной власти. Захват животных символизировал завоевание всех далеких, экзотических земель. «Первооткрыватели» доказывали свой патриотизм тем, что отправляли на родину тигра или слона. Дарить столичным зоопаркам экзотических животных стало выражением подобострастия в дипломатических отношениях.
И все-таки, подобно любому другому публичному заведению XIX века, зоопарк, как бы он ни поддерживал идеологию империализма, должен был взять на себя
независимую, гражданскую функцию. Утверждалось, что это — особого рода музей, назначение которого — способствовать развитию знания и общественного просвещения. Потому первые вопросы, на которые предстояло ответить зоопаркам, относились к естественной истории; тогда считалось возможным изучать естественную жизнь животных даже в столь неестественных условиях. Столетие спустя более искушенные зоологи начали задаваться бихевиористскими и этологическими вопросами, целью которых, как утверждалось, было разузнать новое об истоках человеческой деятельности посредством изучения животных в экспериментальных условиях.
Меж тем миллионы ежегодно посещали зоопарки из любопытства, носившего одновременно столь широкий, столь неясный и личный характер, что его трудно охватить в одном вопросе. Сегодня во Франции имеется 200 зоопарков, которые каждый год посещает 22 миллиона человек. Большую долю посетителей составляли и составляют дети.
Дети в индустриализированном мире окружены образами животных: игрушки, мультфильмы, картинки, всевозможные украшения. Никакой другой источник образов не может соперничать с этим. Якобы спонтанный интерес, проявляемый детьми к животным, может привести к предположению, что так было всегда. Некоторые из самых первых игрушек (во времена, когда большинству населения игрушки были неизвестны) действительно олицетворяли собой животных. Детские игры во всем мире тоже включают в себя животных, настоящих или вымышленных. И все-таки лишь в XIX веке воспроизведение животных стало обычной частью обстановки детства у среднего класса; а потом, в XX веке, с появлением громадных систем изображения и продажи, вроде диснеевской, — и у всех классов.
В предшествовавшие столетия изображения животных составляли небольшую часть игрушек. Да и те не претендовали на реализм, а были символическими. Разница была та же, что между традиционной лошадкой-палочкой и лошадью- качалкой: первая — всего лишь палка с рудиментарной головой, на которой дети скачут, как на метле; вторая — тщательно «воспроизведенная» лошадь, реалистично раскрашенная, с настоящими кожаными поводьями и настоящей гривой из волоса, движения которой призваны напоминать движения скачущей лошади. Лошадь-качалка — изобретение XIX века.
Этот новый спрос на правдоподобие породил новые методы производства игрушек. Начали впервые производить чучела животных; наиболее дорогие из них покрывали настоящей шкурой — обычно шкурой мертворожденных телят. В тот же период появились мягкие игрушки — мишки, тигры, кролики, — с какими дети ложатся спать. Таким образом, производство реалистичных игрушек-животных более или менее совпадает с учреждением публичных зоопарков.
Семейное посещение зоопарка — нередко событие более сентиментальное, нежели поход на ярмарку или на футбол. Взрослые ведут детей в зоопарк, чтобы показать им происхождение их «репродукций», а также, возможно, надеясь заново обрести, пусть отчасти, невинность этого репродуцированного животного мира, которая запомнилась им с их собственного детства. […]
Зоопарки с их театральным оформлением, используемым для выставления напоказ, по сути, демонстрировали то, как животных довели до абсолютно маргинального состояния. Благодаря реалистическим игрушкам вырос спрос на новую игрушку — городское домашнее животное. При воспроизведении животных в изображениях — по мере того как их биологическое воспроизведение при рождении становится зрелищем все более и более редким — приходится под влиянием конкуренции переключаться на животных все более и более экзотических и далеких.
Животные исчезают везде. В зоопарках они составляют живой памятник собственному исчезновению. Тем самым они породили последнюю свою метафору. «Голая обезьяна», «Человеческий зверинец» — названия мировых бестселлеров. В этих книгах зоолог Десмонд Моррис высказывает предположение о том, что неестественное поведение животных в неволе способно помочь нам понять, принять и преодолеть стрессовые ситуации, связанные с жизнью в обществе потребления.
Все места насильственной маргинализации: гетто, кварталы лачуг, тюрьмы, сумасшедшие
Меж тем миллионы ежегодно посещали зоопарки из любопытства, носившего одновременно столь широкий, столь неясный и личный характер, что его трудно охватить в одном вопросе. Сегодня во Франции имеется 200 зоопарков, которые каждый год посещает 22 миллиона человек. Большую долю посетителей составляли и составляют дети.
Дети в индустриализированном мире окружены образами животных: игрушки, мультфильмы, картинки, всевозможные украшения. Никакой другой источник образов не может соперничать с этим. Якобы спонтанный интерес, проявляемый детьми к животным, может привести к предположению, что так было всегда. Некоторые из самых первых игрушек (во времена, когда большинству населения игрушки были неизвестны) действительно олицетворяли собой животных. Детские игры во всем мире тоже включают в себя животных, настоящих или вымышленных. И все-таки лишь в XIX веке воспроизведение животных стало обычной частью обстановки детства у среднего класса; а потом, в XX веке, с появлением громадных систем изображения и продажи, вроде диснеевской, — и у всех классов.
В предшествовавшие столетия изображения животных составляли небольшую часть игрушек. Да и те не претендовали на реализм, а были символическими. Разница была та же, что между традиционной лошадкой-палочкой и лошадью- качалкой: первая — всего лишь палка с рудиментарной головой, на которой дети скачут, как на метле; вторая — тщательно «воспроизведенная» лошадь, реалистично раскрашенная, с настоящими кожаными поводьями и настоящей гривой из волоса, движения которой призваны напоминать движения скачущей лошади. Лошадь-качалка — изобретение XIX века.
Этот новый спрос на правдоподобие породил новые методы производства игрушек. Начали впервые производить чучела животных; наиболее дорогие из них покрывали настоящей шкурой — обычно шкурой мертворожденных телят. В тот же период появились мягкие игрушки — мишки, тигры, кролики, — с какими дети ложатся спать. Таким образом, производство реалистичных игрушек-животных более или менее совпадает с учреждением публичных зоопарков.
Семейное посещение зоопарка — нередко событие более сентиментальное, нежели поход на ярмарку или на футбол. Взрослые ведут детей в зоопарк, чтобы показать им происхождение их «репродукций», а также, возможно, надеясь заново обрести, пусть отчасти, невинность этого репродуцированного животного мира, которая запомнилась им с их собственного детства. […]
Зоопарки с их театральным оформлением, используемым для выставления напоказ, по сути, демонстрировали то, как животных довели до абсолютно маргинального состояния. Благодаря реалистическим игрушкам вырос спрос на новую игрушку — городское домашнее животное. При воспроизведении животных в изображениях — по мере того как их биологическое воспроизведение при рождении становится зрелищем все более и более редким — приходится под влиянием конкуренции переключаться на животных все более и более экзотических и далеких.
Животные исчезают везде. В зоопарках они составляют живой памятник собственному исчезновению. Тем самым они породили последнюю свою метафору. «Голая обезьяна», «Человеческий зверинец» — названия мировых бестселлеров. В этих книгах зоолог Десмонд Моррис высказывает предположение о том, что неестественное поведение животных в неволе способно помочь нам понять, принять и преодолеть стрессовые ситуации, связанные с жизнью в обществе потребления.
Все места насильственной маргинализации: гетто, кварталы лачуг, тюрьмы, сумасшедшие
дома, концлагеря — имеют что-то общее с зоопарками. Однако оперировать зоопарком как символом — занятие и слишком простое, и слишком уклончивое. Зоопарк — демонстрация связей между человеком и животными; ничего более. Сегодня за маргинализацией животных следует маргинализация и устранение единственного класса, который на протяжении веков не терял близости к животным и той мудрости, что этой близости сопутствует, — среднего и мелкого крестьянства. В основе этой мудрости — принятие дуализма именно как источника связи между человеком и животным. Отказ от этого дуализма, вероятно, есть важный фактор в процессе, ведущем к современному тоталитаризму. Но не стоит выходить за пределы того вопроса — непрофессионального, невысказанного и все-таки фундаментального, — что ставится перед зоопарком.
Зоопарк не может не разочаровывать. Общественное предназначение зоопарков — дать посетителям возможность посмотреть на животных. При этом встретиться с животным взглядом постороннему в зоопарке невозможно. В лучшем случае животное скользнет по тебе взглядом и переведет его на что-то другое. Они смотрят в сторону. Они смотрят вдаль, не видя. Они механически просматривают. Их приучили не реагировать на встречи — ведь ничто более не способно занимать в их внимании центральное место.
В этом — решающее последствие их маргинализации. Этот взгляд, которым обмениваются животное и человек, который, возможно, сыграл важнейшую роль в развитии человеческого общества, с которым все люди так или иначе жили еще столетие назад, погас. Глядя на каждое животное, посетитель зоопарка, пришедший сюда без компании, одинок. Что же до толп, они принадлежат к виду, который наконец удалось изолировать.
Источник: https://vk.cc/6XM0fu
Иллюстрация: Жан Гранвиль. «Сцены частной и общественной жизни животных». 1842 год
Зоопарк не может не разочаровывать. Общественное предназначение зоопарков — дать посетителям возможность посмотреть на животных. При этом встретиться с животным взглядом постороннему в зоопарке невозможно. В лучшем случае животное скользнет по тебе взглядом и переведет его на что-то другое. Они смотрят в сторону. Они смотрят вдаль, не видя. Они механически просматривают. Их приучили не реагировать на встречи — ведь ничто более не способно занимать в их внимании центральное место.
В этом — решающее последствие их маргинализации. Этот взгляд, которым обмениваются животное и человек, который, возможно, сыграл важнейшую роль в развитии человеческого общества, с которым все люди так или иначе жили еще столетие назад, погас. Глядя на каждое животное, посетитель зоопарка, пришедший сюда без компании, одинок. Что же до толп, они принадлежат к виду, который наконец удалось изолировать.
Источник: https://vk.cc/6XM0fu
Иллюстрация: Жан Гранвиль. «Сцены частной и общественной жизни животных». 1842 год
Как учить меньше, а запоминать — лучше
Доктор Джереми Дин ведет популярный англоязычный блог о новейших открытиях и актуальных вопросах психологии. Представляем вам перевод его очередной заметки.
1. Что не записано — потеряно
Всех нас время от времени посещают блестящие идеи, которые кажутся настолько потрясающими, что их невозможно забыть. Именно поэтому «гениальные» мысли редко записывают. Вы уже целых полчаса ломаете голову над подарком по случаю именин двоюродной тёти, и вдруг вас осеняет. Конечно, ей просто необходима массажная ванночка для ног — это настолько очевидно, что вы не считаете нужным записать этот вариант. Через 10 минут мысль забывается и больше не приходит на ум.
Психологи изучали механизм забывания простых в своей гениальности идей. Испытуемым предлагали запомнить пары к лёгким словам, например «свет-лампа», а также оценить, сложно ли будет вспомнить ассоциации. Большинство людей были уверены, что смогут легко вспомнить слово, услышав его пару. В результате к слову «свет» называли «солнце» или «тьму». Вспоминание оказалось не таким легким, как они предполагали. Не ленитесь записывать, особенно решение важной проблемы, а не идеи первоапрельского розыгрыша.
2. Мы в ловушке памяти
Ловушка памяти состоит в следующем. Мы забываем сам факт того, что мы что-то забываем, и поэтому в дальнейшем считаем, что мы не забудем то, что мы знаем. Совсем как героиня Дрю Бэрримор в фильме «50 первых поцелуев». Просто перечитайте это несколько раз и будьте начеку.
3. Без труда не вытащишь рыбки из пруда
Люди чувствуют себя умными, когда легко вспоминают нужные вещи, и напротив, бестолковыми, когда требуется время, чтобы вспомнить. Напрасно. Когда что-то быстро приходит на ум, мы не прилагаем усилий и забудем так же легко. Если приходится потрудиться, чтобы вызвать воспоминания, происходит закрепление информации.
Хотите запомнить мудрёную теорему — спляшите, зарифмуйте, в конце концов, изваяйте её в глине
Правильные обучающие методики включают регулярную проверку знаний в разных формах, потому что мы лучше запоминаем то, что переструктурировали в своей голове. На уроках словесности по одному произведению устраивают и чтение по ролям, и анализ эпизодов, и тесты и сочинения — чем больше усилий и способов работы с информацией, тем прочнее запоминание содержания.
4. Окружение — ключ к вашей памяти
То, что выучено дома, бывает трудно вспомнить в классе, и наоборот. Запоминание связано с обстоятельствами: как и где вы учили, кто был рядом. Выберите, как вам удобнее учитывать эту особенность работы памяти.
Либо изучайте информацию в разных местах и ситуациях, в дендрарии, в аэротрубе, в очереди к врачу, чтобы вспоминать её в любой момент. Либо заучивайте материал в обстановке, которую легко воспроизвести, например, перебирайте чётки и вдыхайте аромат любимого парфюма. Когда вам нужно будет вспомнить второй закон Менделя, бусины и жасмин помогут.
5. Повторенье — мать ученья
Народная мудрость получила научное подтверждение. Кажется очевидным, что воспоминания со временем угасают, но исследования подтверждают другое. Возможности запоминания безграничны. Трудно получить доступ только к той информации, которой мы редко пользуемся. Обращение к памяти поддерживает способность помнить.
Вспоминайте регулярно то, что не хотите забыть: рецепт бабушкиного пирога, предпосылки великой французской буржуазной революции или правила употребления кавычек.
6. Трудно только первый раз
Если вы пренебрегли народной мудростью и, кажется, напрочь забыли материал, не отчаивайтесь. Со временем воспоминания становятся менее доступными, но их легко воскресить. Смело беритесь за учёбу, ведь повторное запоминание забытой информации происходит быстрее. Вы не запоминаете заново, а восстанавливаете ослабленные связи между участками мозга
7. Запоминание требует перезагрузки
Как лучше построить стратегию обучения игре в большой теннис? Неделю отрабатывать подачу, вторую неделю удар справа, и третью — слева? Или тренировать все три вида ударов одновременно? Всё зависит от цели обучения.
Чтобы сдать экзамен, где требуется продемонстрировать
Доктор Джереми Дин ведет популярный англоязычный блог о новейших открытиях и актуальных вопросах психологии. Представляем вам перевод его очередной заметки.
1. Что не записано — потеряно
Всех нас время от времени посещают блестящие идеи, которые кажутся настолько потрясающими, что их невозможно забыть. Именно поэтому «гениальные» мысли редко записывают. Вы уже целых полчаса ломаете голову над подарком по случаю именин двоюродной тёти, и вдруг вас осеняет. Конечно, ей просто необходима массажная ванночка для ног — это настолько очевидно, что вы не считаете нужным записать этот вариант. Через 10 минут мысль забывается и больше не приходит на ум.
Психологи изучали механизм забывания простых в своей гениальности идей. Испытуемым предлагали запомнить пары к лёгким словам, например «свет-лампа», а также оценить, сложно ли будет вспомнить ассоциации. Большинство людей были уверены, что смогут легко вспомнить слово, услышав его пару. В результате к слову «свет» называли «солнце» или «тьму». Вспоминание оказалось не таким легким, как они предполагали. Не ленитесь записывать, особенно решение важной проблемы, а не идеи первоапрельского розыгрыша.
2. Мы в ловушке памяти
Ловушка памяти состоит в следующем. Мы забываем сам факт того, что мы что-то забываем, и поэтому в дальнейшем считаем, что мы не забудем то, что мы знаем. Совсем как героиня Дрю Бэрримор в фильме «50 первых поцелуев». Просто перечитайте это несколько раз и будьте начеку.
3. Без труда не вытащишь рыбки из пруда
Люди чувствуют себя умными, когда легко вспоминают нужные вещи, и напротив, бестолковыми, когда требуется время, чтобы вспомнить. Напрасно. Когда что-то быстро приходит на ум, мы не прилагаем усилий и забудем так же легко. Если приходится потрудиться, чтобы вызвать воспоминания, происходит закрепление информации.
Хотите запомнить мудрёную теорему — спляшите, зарифмуйте, в конце концов, изваяйте её в глине
Правильные обучающие методики включают регулярную проверку знаний в разных формах, потому что мы лучше запоминаем то, что переструктурировали в своей голове. На уроках словесности по одному произведению устраивают и чтение по ролям, и анализ эпизодов, и тесты и сочинения — чем больше усилий и способов работы с информацией, тем прочнее запоминание содержания.
4. Окружение — ключ к вашей памяти
То, что выучено дома, бывает трудно вспомнить в классе, и наоборот. Запоминание связано с обстоятельствами: как и где вы учили, кто был рядом. Выберите, как вам удобнее учитывать эту особенность работы памяти.
Либо изучайте информацию в разных местах и ситуациях, в дендрарии, в аэротрубе, в очереди к врачу, чтобы вспоминать её в любой момент. Либо заучивайте материал в обстановке, которую легко воспроизвести, например, перебирайте чётки и вдыхайте аромат любимого парфюма. Когда вам нужно будет вспомнить второй закон Менделя, бусины и жасмин помогут.
5. Повторенье — мать ученья
Народная мудрость получила научное подтверждение. Кажется очевидным, что воспоминания со временем угасают, но исследования подтверждают другое. Возможности запоминания безграничны. Трудно получить доступ только к той информации, которой мы редко пользуемся. Обращение к памяти поддерживает способность помнить.
Вспоминайте регулярно то, что не хотите забыть: рецепт бабушкиного пирога, предпосылки великой французской буржуазной революции или правила употребления кавычек.
6. Трудно только первый раз
Если вы пренебрегли народной мудростью и, кажется, напрочь забыли материал, не отчаивайтесь. Со временем воспоминания становятся менее доступными, но их легко воскресить. Смело беритесь за учёбу, ведь повторное запоминание забытой информации происходит быстрее. Вы не запоминаете заново, а восстанавливаете ослабленные связи между участками мозга
7. Запоминание требует перезагрузки
Как лучше построить стратегию обучения игре в большой теннис? Неделю отрабатывать подачу, вторую неделю удар справа, и третью — слева? Или тренировать все три вида ударов одновременно? Всё зависит от цели обучения.
Чтобы сдать экзамен, где требуется продемонстрировать
навыки, а не умение играть — тренируйте каждый удар отдельно. Хотите уверенно «чувствовать себя на корте» — чередуйте удары. При таком типе изучения материала трудно начать учиться. Вы начали с одного, перескочили на другое, а первое уже забылось. Возникает ощущение, что так только хуже, что нужно фокусироваться на чём-то одном. Но в долгосрочной перспективе смешанное запоминание работает лучше.
Одно из объяснений этого феномена называется «гипотеза перезагрузки». Каждый раз во время переключения между задачами нам нужно «перезагрузить» память. Перезагрузка укрепляет запоминание
8. Объём кратковременной памяти можно увеличить
То, что мы намеренно запоминаем, вначале попадает на хранение в «отдел» кратковременной памяти, а затем может переходить в долговременную. Есть способ увеличить объём предварительного хранения. Исследователи выяснили, что созерцание природных пейзажей хотя бы нарисованных, позволяет улучшить показатели кратковременной памяти на 20%.
Это связано ещё с одним психическим процессом — вниманием. Внимание утомляется от долгой учёбы и чтобы отдохнуть, нужно оказаться там, где произвольное внимание не требуется.
Променад в центре мегаполиса только ухудшит дело, потому что в городе полно угроз, требующих напряжённого внимания: автомобили, велосипедисты, встречные пешеходы, турникеты. В безопасной для жизни обстановке природного парка мозг позволяет себе по-настоящему отдохнуть. Того же эффекта можно достичь просто разглядывая пейзажи дикой природы.
Пешие прогулки оказывают благотворный эффект на весь организм. Если вам повезло жить или учиться неподалёку от живописного местечка, непременно сходите разомнитесь и дайте мозгу передышку
А если вы в «центре города большого, где травинки не растёт», откройте разворот с заповедными местами в National Geographic. Люди часто недооценивают, сколько власти имеют над своей памятью и воспоминаниями. Ошибочно считать, что одни вещи труднее запомнить в силу их природы.
- Используйте принцип окружения;
- переключайтесь между задачами;
- творчески перерабатывайте материал.
Так вы лучше запомните и сможете применить знания в нужный момент. Обращайтесь к памяти в повседневной жизни: участвуйте в викторинах, олимпиадах и конкурсах или хотя бы помогите дедушке решить сканворд.
Источник: https://goo.gl/MunqY2
Одно из объяснений этого феномена называется «гипотеза перезагрузки». Каждый раз во время переключения между задачами нам нужно «перезагрузить» память. Перезагрузка укрепляет запоминание
8. Объём кратковременной памяти можно увеличить
То, что мы намеренно запоминаем, вначале попадает на хранение в «отдел» кратковременной памяти, а затем может переходить в долговременную. Есть способ увеличить объём предварительного хранения. Исследователи выяснили, что созерцание природных пейзажей хотя бы нарисованных, позволяет улучшить показатели кратковременной памяти на 20%.
Это связано ещё с одним психическим процессом — вниманием. Внимание утомляется от долгой учёбы и чтобы отдохнуть, нужно оказаться там, где произвольное внимание не требуется.
Променад в центре мегаполиса только ухудшит дело, потому что в городе полно угроз, требующих напряжённого внимания: автомобили, велосипедисты, встречные пешеходы, турникеты. В безопасной для жизни обстановке природного парка мозг позволяет себе по-настоящему отдохнуть. Того же эффекта можно достичь просто разглядывая пейзажи дикой природы.
Пешие прогулки оказывают благотворный эффект на весь организм. Если вам повезло жить или учиться неподалёку от живописного местечка, непременно сходите разомнитесь и дайте мозгу передышку
А если вы в «центре города большого, где травинки не растёт», откройте разворот с заповедными местами в National Geographic. Люди часто недооценивают, сколько власти имеют над своей памятью и воспоминаниями. Ошибочно считать, что одни вещи труднее запомнить в силу их природы.
- Используйте принцип окружения;
- переключайтесь между задачами;
- творчески перерабатывайте материал.
Так вы лучше запомните и сможете применить знания в нужный момент. Обращайтесь к памяти в повседневной жизни: участвуйте в викторинах, олимпиадах и конкурсах или хотя бы помогите дедушке решить сканворд.
Источник: https://goo.gl/MunqY2
Мел
8 фактов, после которых вы посмотрите на свою память иначе. Как учить меньше, а запоминать — лучше
«То, что мы намеренно запоминаем, вначале попадает на хранение в «отдел» кратковременной памяти, а затем может переходить в долговременную. Исследователи выяснили, что созерцание природных пейзажей хотя бы нарисованных, позволяет улучшить показатели кратковременной…