Подборка приемов запоминания по Саймону Уинтропу
Гораздо проще запомнить слово, если оно повторяется в списке несколько раз, или если оно каким-то образом связано с другими словами, или если оно выбивается из общего списка (например, слово «рубин» будет выбиваться из списка овощей). Но наилучшим способом запомнить все слова из списка является использование мнемотехники (совокупности приемов и способов, облегчающих запоминание), при помощи которых можно научиться запоминать любую информацию.
Ассоциации
Самой эффективной мнемотехникой является метод ассоциативного запоминания, то есть соотнесения новой информации с чем-то уже знакомым. Чем более качественную ассоциацию вам удастся подобрать, тем больше шансов, что в будущем вспомните нужную информацию. Вот два популярных ассоциативных приема: акроним и акростих.
- Акроним – это комбинация из первых букв слов, которые необходимо запомнить. Например, для обозначения группы развивающихся государств используется аббревиатура БРИКС (англ. BRICS) - Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южно-Африканская Республика (Brazil, Russia, India, China, South Africa). А некоторые акронимы стали нам даже привычнее, чем слова, которые они призваны вызывать в памяти, например, НЛО (неопознанный летающий объект), комсомол (Коммунистический Союз Молодежи), вуз (высшее учебное заведение).
- Акростих-это специально выдуманное предложение, где первая буква каждого слова служит напоминанием. Например, фраза «Каждый охотник желает знать, где сидит фазан» - известный способ запомнить порядок цветов в радужном спектре (к - красный, о - оранжевый и т. д.).
Визуализация и воображение
Образы, а точнее визуальные представления, активно используются нашей памятью. Образ может помочь вспомнить фразу, которая в свою очередь может вызвать в памяти другой образ. Создание образов - прекрасный способ запомнить необходимую информацию. Использование слов вместе с визуальными образами - достаточно эффективный метод запоминания.
Возьмем, к примеру, какой-нибудь научный текст. Большинство из них могут запросто вскипятить мозги неподготовленному читателю. К счастью, подобные тексты обычно разбавляются картинками с изображениями недоступных человеческому глазу явлений, вроде структуры бактерии или вируса. Таким образом, графические элементы упрощают понимание сложных научных концепций и идей.
Вот несколько методов, с помощью которых вы можете развить в себе образную память:
- Учитесь думать словами и образами одновременно. Во время чтения остановитесь на какое-то время и представьте, как могла бы выглядеть описанная в тексте сцена. Так вы сможете лучше запомнить прочитанное и заставите память работать всерьез. Представьте, например, разрушения, оставленные природной катастрофой. Как выглядят здания? Видны ли районы, которые не пострадали, или все до самого горизонта разрушено? По развалинам бродят люди и животные или кругом нет ни единой живой души?
- Если вы читаете техническое руководство, представляйте, как выполняете все описанные действия собственными руками. Это еще называют живым чтением. Слова и предложения оживают вместе с применением их на практике.
Группировка
Группировка информации - один из основных процессов запоминания. Например, парные словосочетания из синонимичных или, наоборот, противоположенных по значению слов (вроде «мужчина – женщина» или «чистый – грязный») запоминаются гораздо проще, чем отдельные слова.
То же правило действует и для цифр. Во всем мире, например, группировка используется для упрощения восприятия телефонных номеров. Непросто запомнить семизначную комбинацию 5557391, но если разбить ее на части 555—7391. внезапно задача перестает казаться нам такой уж сложной. О том, как запоминать числа, мы еще поговорим чуть позднее.
Из книги Саймона Уинтропа "Скрытые механизмы влияния"
Гораздо проще запомнить слово, если оно повторяется в списке несколько раз, или если оно каким-то образом связано с другими словами, или если оно выбивается из общего списка (например, слово «рубин» будет выбиваться из списка овощей). Но наилучшим способом запомнить все слова из списка является использование мнемотехники (совокупности приемов и способов, облегчающих запоминание), при помощи которых можно научиться запоминать любую информацию.
Ассоциации
Самой эффективной мнемотехникой является метод ассоциативного запоминания, то есть соотнесения новой информации с чем-то уже знакомым. Чем более качественную ассоциацию вам удастся подобрать, тем больше шансов, что в будущем вспомните нужную информацию. Вот два популярных ассоциативных приема: акроним и акростих.
- Акроним – это комбинация из первых букв слов, которые необходимо запомнить. Например, для обозначения группы развивающихся государств используется аббревиатура БРИКС (англ. BRICS) - Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южно-Африканская Республика (Brazil, Russia, India, China, South Africa). А некоторые акронимы стали нам даже привычнее, чем слова, которые они призваны вызывать в памяти, например, НЛО (неопознанный летающий объект), комсомол (Коммунистический Союз Молодежи), вуз (высшее учебное заведение).
- Акростих-это специально выдуманное предложение, где первая буква каждого слова служит напоминанием. Например, фраза «Каждый охотник желает знать, где сидит фазан» - известный способ запомнить порядок цветов в радужном спектре (к - красный, о - оранжевый и т. д.).
Визуализация и воображение
Образы, а точнее визуальные представления, активно используются нашей памятью. Образ может помочь вспомнить фразу, которая в свою очередь может вызвать в памяти другой образ. Создание образов - прекрасный способ запомнить необходимую информацию. Использование слов вместе с визуальными образами - достаточно эффективный метод запоминания.
Возьмем, к примеру, какой-нибудь научный текст. Большинство из них могут запросто вскипятить мозги неподготовленному читателю. К счастью, подобные тексты обычно разбавляются картинками с изображениями недоступных человеческому глазу явлений, вроде структуры бактерии или вируса. Таким образом, графические элементы упрощают понимание сложных научных концепций и идей.
Вот несколько методов, с помощью которых вы можете развить в себе образную память:
- Учитесь думать словами и образами одновременно. Во время чтения остановитесь на какое-то время и представьте, как могла бы выглядеть описанная в тексте сцена. Так вы сможете лучше запомнить прочитанное и заставите память работать всерьез. Представьте, например, разрушения, оставленные природной катастрофой. Как выглядят здания? Видны ли районы, которые не пострадали, или все до самого горизонта разрушено? По развалинам бродят люди и животные или кругом нет ни единой живой души?
- Если вы читаете техническое руководство, представляйте, как выполняете все описанные действия собственными руками. Это еще называют живым чтением. Слова и предложения оживают вместе с применением их на практике.
Группировка
Группировка информации - один из основных процессов запоминания. Например, парные словосочетания из синонимичных или, наоборот, противоположенных по значению слов (вроде «мужчина – женщина» или «чистый – грязный») запоминаются гораздо проще, чем отдельные слова.
То же правило действует и для цифр. Во всем мире, например, группировка используется для упрощения восприятия телефонных номеров. Непросто запомнить семизначную комбинацию 5557391, но если разбить ее на части 555—7391. внезапно задача перестает казаться нам такой уж сложной. О том, как запоминать числа, мы еще поговорим чуть позднее.
Из книги Саймона Уинтропа "Скрытые механизмы влияния"
Мудрость психопатов
Джошуа Грин, психолог из Гарвардского университета, провел последние несколько лет, наблюдая за тем, как психопаты продираются через дебри моральных дилемм, как реагирует их мозг, находясь внутри той или иной этической барокамеры. Он наткнулся на некоторые очень любопытные вещи. Эмпатия не единообразна, а шизофренична. Существуют две разновидности эмпатии: горячая и холодная.
Для начала рассмотрим головоломку (случай 1), которую впервые предложила философ Филиппа Фут.
Железнодорожная вагонетка несется по рельсам. На ее пути находятся пять человек, которые привязаны к рельсам и не могут освободиться. К счастью, вы можете переключить стрелку, и тогда вагонетка поедет по другому, запасному пути. Но за это надо заплатить — на запасном пути находится один человек, также привязанный к рельсам, который погибнет в этом случае под колесами вагонетки. Должны ли вы переключать стрелку? Большинство из нас не испытывает серьезных затруднений, решая, что делать в этой ситуации. Хотя перспектива переключения стрелки сама по себе не выглядит великолепной, утилитарный вариант — убить одного человека вместо пятерых — кажется наименьшим из зол. Правильно?
А теперь давайте рассмотрим второй случай, предложенный философом Джудит Джарвис Томсон.
Как и прежде, неуправляемая вагонетка несется по рельсам, к которым привязаны пять человек. Но на этот раз вы стоите на железнодорожном мосту за спиной очень крупного незнакомого вам человека. Единственный способ спасти пятерых — столкнуть незнакомца на железнодорожные пути. Но таким образом вы обрекаете его на верную гибель. Зато его тело остановит вагонетку и спасет пять жизней. Должны ли вы столкнуть незнакомца с моста?
Можно сказать, что в этом случае мы опять сталкиваемся с дилеммой из реальной жизни. Хотя счет жизней остается точно таким же, как в первом случае (пять и одна), эта ситуация заставляет нас задуматься и встревожиться. Но почему?
Джошуа Грин убежден в том, что у него есть ответ. И он имеет отношение к различным климатическим поясам в нашем мозгу.
Он считает, что случай 1 мы можем назвать безличной моральной дилеммой. Она связана с определенными отделами головного мозга, префронтальной корой и задней теменной корой (в частности, передней префронтальной корой, височным полюсом головного мозга и верхней височной бороздой), которые задействованы в нашем объективном переживании холодной эмпатии: в рассуждениях и рациональном мышлении.
Говоря о случае 2, мы могли бы назвать его личной моральной дилеммой, которая стучится в двери эмоционального центра головного мозга — миндалины, отвечающей за горячую эмпатию.
Как и большинство нормальных людей, психопаты достаточно быстро решают, что им делать в случае 1. Они переключают стрелку, вагонетка едет по запасному пути и убивает лишь одного человека вместо пяти. Однако — ив этом суть — в отличие от нормальных людей они так же быстро принимают решение и в случае 2. Психопаты, не моргнув глазом, не задумываясь, сталкивают толстяка с моста, как если бы речь шла о том, чтобы разломить печенье.
Чтобы еще больше все запутать, это различие в поведении отражается, хотя и несколько в ином виде, и в головном мозгу. Паттерны нейронной активности у психопатов и нормальных людей очень похожи, когда речь идет о безличных моральных дилеммах — и резко отличаются друг от друга, как только вещи приобретают более личный характер.
Представьте себе, что я поместил вас в аппарат для проведения функциональной МРТ, а затем предложил вам две эти дилеммы. Что я наблюдал бы, пока вы пробираетесь по злокозненным моральным минным полям? Ну, в тот момент, когда дилемма превращалась бы из безличной в личную, я увидел бы, что ваша миндалина и связанные с ней зоны (медиальная глазнично-лобная кора, например) начали светиться, как автомат для игры в пинбол. Другими словами, в этот момент эмоция бросила бы монетку в щель автомата.
Продолжение следует...
Джошуа Грин, психолог из Гарвардского университета, провел последние несколько лет, наблюдая за тем, как психопаты продираются через дебри моральных дилемм, как реагирует их мозг, находясь внутри той или иной этической барокамеры. Он наткнулся на некоторые очень любопытные вещи. Эмпатия не единообразна, а шизофренична. Существуют две разновидности эмпатии: горячая и холодная.
Для начала рассмотрим головоломку (случай 1), которую впервые предложила философ Филиппа Фут.
Железнодорожная вагонетка несется по рельсам. На ее пути находятся пять человек, которые привязаны к рельсам и не могут освободиться. К счастью, вы можете переключить стрелку, и тогда вагонетка поедет по другому, запасному пути. Но за это надо заплатить — на запасном пути находится один человек, также привязанный к рельсам, который погибнет в этом случае под колесами вагонетки. Должны ли вы переключать стрелку? Большинство из нас не испытывает серьезных затруднений, решая, что делать в этой ситуации. Хотя перспектива переключения стрелки сама по себе не выглядит великолепной, утилитарный вариант — убить одного человека вместо пятерых — кажется наименьшим из зол. Правильно?
А теперь давайте рассмотрим второй случай, предложенный философом Джудит Джарвис Томсон.
Как и прежде, неуправляемая вагонетка несется по рельсам, к которым привязаны пять человек. Но на этот раз вы стоите на железнодорожном мосту за спиной очень крупного незнакомого вам человека. Единственный способ спасти пятерых — столкнуть незнакомца на железнодорожные пути. Но таким образом вы обрекаете его на верную гибель. Зато его тело остановит вагонетку и спасет пять жизней. Должны ли вы столкнуть незнакомца с моста?
Можно сказать, что в этом случае мы опять сталкиваемся с дилеммой из реальной жизни. Хотя счет жизней остается точно таким же, как в первом случае (пять и одна), эта ситуация заставляет нас задуматься и встревожиться. Но почему?
Джошуа Грин убежден в том, что у него есть ответ. И он имеет отношение к различным климатическим поясам в нашем мозгу.
Он считает, что случай 1 мы можем назвать безличной моральной дилеммой. Она связана с определенными отделами головного мозга, префронтальной корой и задней теменной корой (в частности, передней префронтальной корой, височным полюсом головного мозга и верхней височной бороздой), которые задействованы в нашем объективном переживании холодной эмпатии: в рассуждениях и рациональном мышлении.
Говоря о случае 2, мы могли бы назвать его личной моральной дилеммой, которая стучится в двери эмоционального центра головного мозга — миндалины, отвечающей за горячую эмпатию.
Как и большинство нормальных людей, психопаты достаточно быстро решают, что им делать в случае 1. Они переключают стрелку, вагонетка едет по запасному пути и убивает лишь одного человека вместо пяти. Однако — ив этом суть — в отличие от нормальных людей они так же быстро принимают решение и в случае 2. Психопаты, не моргнув глазом, не задумываясь, сталкивают толстяка с моста, как если бы речь шла о том, чтобы разломить печенье.
Чтобы еще больше все запутать, это различие в поведении отражается, хотя и несколько в ином виде, и в головном мозгу. Паттерны нейронной активности у психопатов и нормальных людей очень похожи, когда речь идет о безличных моральных дилеммах — и резко отличаются друг от друга, как только вещи приобретают более личный характер.
Представьте себе, что я поместил вас в аппарат для проведения функциональной МРТ, а затем предложил вам две эти дилеммы. Что я наблюдал бы, пока вы пробираетесь по злокозненным моральным минным полям? Ну, в тот момент, когда дилемма превращалась бы из безличной в личную, я увидел бы, что ваша миндалина и связанные с ней зоны (медиальная глазнично-лобная кора, например) начали светиться, как автомат для игры в пинбол. Другими словами, в этот момент эмоция бросила бы монетку в щель автомата.
Продолжение следует...
Но у психопата мы увидели бы лишь темноту. Изобилующее пещерами нейронное казино было бы заколочено досками и заброшено. А переход через границу от безличного к личному ничем не сопровождался бы.
Это различие между горячей и холодной эмпатией, тип эмпатии, который мы «чувствуем», наблюдая за другими людьми, жесткие эмоциональные исчисления, которые позволяют нам оценивать, холодно и бесстрастно, что мог бы думать другой человек, должно быть сладкой музыкой для ушей таких теоретиков, как Рейд Мелой и Кент Бейли. Конечно, психопаты могли демонстрировать свой дефицит и в первом случае и действовать на основании эмоций. Но когда дело доходит до второго случая, когда речь идет о «понимании», а не о «чувствовании», об абстрактном, неэмоциональном предсказании, а не о самоидентификации, когда надо полагаться на обработку символьной информации, а не на эмоциональный символизм — на тот набор когнитивных навыков, которыми обладают опытные охотники и специалисты по холодному чтению, и не только в естественной среде, но и в человеческом обществе, — то психопаты оказываются в своей собственной лиге.
На одномоторной эмпатии они летают еще лучше, чем на двухмоторной, — что, конечно, является одной из причин того, почему они обладают таким даром убеждения. Если вы знаете, где находятся нужные кнопки, и не обжигаетесь, нажимая на них, то у вас есть все шансы получить джекпот.
Разделение эмпатии на два типа должно звучать сладкой музыкой и для ушей Робина Данбара, которого, когда он не занят изучением материалов о берсерках, иногда можно встретить в комнате для преподавателей в колледже Магдалины. Однажды днем, сидя за чаем с печеньем в алькове, обшитом дубовыми панелями, с видом на монастырь, я рассказывал ему о вагонетках и тех различиях, которые они выявили в функционировании психопатического и нормального мозга. Он нисколько не удивился.
«Викинги хорошо справлялись со своими делами, — отметил он. — Берсерки явно не делали ничего такого, что погубило бы их репутацию людей, с которыми лучше не связываться. Но в этом и состояла их работа. Их роль заключалась в том, чтобы быть более безжалостными, более хладнокровными, более жестокими, чем средний викинг-воин, потому что… это было именно то, чем они и являлись! Они на самом деле были более безжалостными, более хладнокровными, более жестокими, чем средний викинг-воин. Если бы вы стали сканировать мозг берсерка и предложили ему дилемму с вагонеткой, я знаю наверняка, какую реакцию вы получили бы. Точно такую же, как в случае психопатов. Никакой реакции. А толстяк на путях вошел бы в историю!»
Я намазал маслом еще одну лепешку.
«Я думаю, что в каждом обществе нужны определенные индивиды, которые выполняли бы грязную работу, — продолжал Данбар. — Кто-то, кто не боится принимать жесткие решения. Задавать неприятные вопросы. Делать что-то без лишних размышлений. И большую часть времени эти люди, в силу природы своей работы, которую они призваны выполнять, вовсе не обязательно будут хорошими людьми, с которыми вы хотели бы сесть рядом и выпить чашку чая. Хотите сэндвич с огурцом?»
Дэниэл Бартелс из Колумбийского университета и Дэвид Пизарро из Корнельского университета не могли продолжать споры и получили документальные доказательства своей правоты. Исследования показали, что примерно 90 % людей отказались бы столкнуть незнакомца с моста, даже если бы они знали, что, преодолев свою природную нравственную щепетильность, соотношение мертвых к живым составило бы один к пяти. Но остаются 10 %: не такое чистое в моральном отношении меньшинство, которое, если бы ему пришлось столкнуть незнакомого человека с моста, испытывало бы мало сожалений в отношении чужой жизни. Но кто принадлежит к этому беспринципному меньшинству? Кто составляет эти 10 %?
Продолжение следует...
Это различие между горячей и холодной эмпатией, тип эмпатии, который мы «чувствуем», наблюдая за другими людьми, жесткие эмоциональные исчисления, которые позволяют нам оценивать, холодно и бесстрастно, что мог бы думать другой человек, должно быть сладкой музыкой для ушей таких теоретиков, как Рейд Мелой и Кент Бейли. Конечно, психопаты могли демонстрировать свой дефицит и в первом случае и действовать на основании эмоций. Но когда дело доходит до второго случая, когда речь идет о «понимании», а не о «чувствовании», об абстрактном, неэмоциональном предсказании, а не о самоидентификации, когда надо полагаться на обработку символьной информации, а не на эмоциональный символизм — на тот набор когнитивных навыков, которыми обладают опытные охотники и специалисты по холодному чтению, и не только в естественной среде, но и в человеческом обществе, — то психопаты оказываются в своей собственной лиге.
На одномоторной эмпатии они летают еще лучше, чем на двухмоторной, — что, конечно, является одной из причин того, почему они обладают таким даром убеждения. Если вы знаете, где находятся нужные кнопки, и не обжигаетесь, нажимая на них, то у вас есть все шансы получить джекпот.
Разделение эмпатии на два типа должно звучать сладкой музыкой и для ушей Робина Данбара, которого, когда он не занят изучением материалов о берсерках, иногда можно встретить в комнате для преподавателей в колледже Магдалины. Однажды днем, сидя за чаем с печеньем в алькове, обшитом дубовыми панелями, с видом на монастырь, я рассказывал ему о вагонетках и тех различиях, которые они выявили в функционировании психопатического и нормального мозга. Он нисколько не удивился.
«Викинги хорошо справлялись со своими делами, — отметил он. — Берсерки явно не делали ничего такого, что погубило бы их репутацию людей, с которыми лучше не связываться. Но в этом и состояла их работа. Их роль заключалась в том, чтобы быть более безжалостными, более хладнокровными, более жестокими, чем средний викинг-воин, потому что… это было именно то, чем они и являлись! Они на самом деле были более безжалостными, более хладнокровными, более жестокими, чем средний викинг-воин. Если бы вы стали сканировать мозг берсерка и предложили ему дилемму с вагонеткой, я знаю наверняка, какую реакцию вы получили бы. Точно такую же, как в случае психопатов. Никакой реакции. А толстяк на путях вошел бы в историю!»
Я намазал маслом еще одну лепешку.
«Я думаю, что в каждом обществе нужны определенные индивиды, которые выполняли бы грязную работу, — продолжал Данбар. — Кто-то, кто не боится принимать жесткие решения. Задавать неприятные вопросы. Делать что-то без лишних размышлений. И большую часть времени эти люди, в силу природы своей работы, которую они призваны выполнять, вовсе не обязательно будут хорошими людьми, с которыми вы хотели бы сесть рядом и выпить чашку чая. Хотите сэндвич с огурцом?»
Дэниэл Бартелс из Колумбийского университета и Дэвид Пизарро из Корнельского университета не могли продолжать споры и получили документальные доказательства своей правоты. Исследования показали, что примерно 90 % людей отказались бы столкнуть незнакомца с моста, даже если бы они знали, что, преодолев свою природную нравственную щепетильность, соотношение мертвых к живым составило бы один к пяти. Но остаются 10 %: не такое чистое в моральном отношении меньшинство, которое, если бы ему пришлось столкнуть незнакомого человека с моста, испытывало бы мало сожалений в отношении чужой жизни. Но кто принадлежит к этому беспринципному меньшинству? Кто составляет эти 10 %?
Продолжение следует...
Чтобы выяснить это, Бартелс и Пизарро предложили дилемму с вагонеткой более чем 200 студентам; те должны были оценить по четырехбалльной шкале, насколько они готовы столкнуть толстяка с моста на рельсы — то есть степень своей «утилитарности». Затем наряду с вопросом о вагонетке студенты должны были ответить на серию вопросов, специально разработанных для оценки уровня скрытой психопатии. Эти вопросы включали в себя утверждения типа «Мне нравится смотреть на кулачные бои», «Лучший способ управлять людьми — это говорить им то, что они хотят услышать» (согласен/не согласен по шкале от 1 до 10).
Могут ли быть связаны два этих конструкта — психопатия и утилитаризм*? Бартелс и Пизарро не знали ответа, но связь оказалась очевидной. Анализ их данных показал достоверную корреляцию между утилитарным решением проблемы вагонетки (столкнуть незнакомого толстяка с моста на рельсы) и преобладающим психопатическим типом личности. Как и предсказывал Робин Данбар, утилитаризм касался в основном денег, но порождал определенные проблемы, как только выходил за чисто денежные рамки. Джереми Бентама и Джона Стюарта Милла, двух британских философов XIX века, с именами которых связана формулировка теории утилитаризма, в общем, считали хорошими людьми.
Это знаменитое высказывание принадлежит Бентаму: «Величайшее счастье максимального количества людей представляет собой фундамент морали и законодательства».
Однако давайте копнем немного глубже, и мы увидим более сложную, неоднозначную и мрачную картину — картину безжалостного отбора и предательского морального разрушительного потока. Например, создание подобного законодательства, основанного на этой морали, неизбежно приведет к деспотическому подавлению других людей: каким-то группам или начинаниям просто в силу лотереи чисел придется стиснуть зубы и примириться с тем, что их приносят в жертву «высшему благу».
Но у кого хватит характера нажать на спусковой крючок? Бартелс и Пизарро выявили этот паттерн в своей лаборатории. А как насчет повседневной жизни? Может быть, именно здесь пригодятся психопаты?
*Утилитари́зм (от лат. utilitas — польза, выгода) — направление в этике (этическая теория), согласно которому моральная ценность поведения или поступка определяется его полезностью.
Кевин Даттон - "Мудрость Психопатов
Могут ли быть связаны два этих конструкта — психопатия и утилитаризм*? Бартелс и Пизарро не знали ответа, но связь оказалась очевидной. Анализ их данных показал достоверную корреляцию между утилитарным решением проблемы вагонетки (столкнуть незнакомого толстяка с моста на рельсы) и преобладающим психопатическим типом личности. Как и предсказывал Робин Данбар, утилитаризм касался в основном денег, но порождал определенные проблемы, как только выходил за чисто денежные рамки. Джереми Бентама и Джона Стюарта Милла, двух британских философов XIX века, с именами которых связана формулировка теории утилитаризма, в общем, считали хорошими людьми.
Это знаменитое высказывание принадлежит Бентаму: «Величайшее счастье максимального количества людей представляет собой фундамент морали и законодательства».
Однако давайте копнем немного глубже, и мы увидим более сложную, неоднозначную и мрачную картину — картину безжалостного отбора и предательского морального разрушительного потока. Например, создание подобного законодательства, основанного на этой морали, неизбежно приведет к деспотическому подавлению других людей: каким-то группам или начинаниям просто в силу лотереи чисел придется стиснуть зубы и примириться с тем, что их приносят в жертву «высшему благу».
Но у кого хватит характера нажать на спусковой крючок? Бартелс и Пизарро выявили этот паттерн в своей лаборатории. А как насчет повседневной жизни? Может быть, именно здесь пригодятся психопаты?
*Утилитари́зм (от лат. utilitas — польза, выгода) — направление в этике (этическая теория), согласно которому моральная ценность поведения или поступка определяется его полезностью.
Кевин Даттон - "Мудрость Психопатов
Простые правила эффективной учебы (про них написаны тысячи нон-фикшн книг, а тут умещено всё в пяти картинках)
Как записывать лекции по методу Корнелла?
В школе нас всех учили писать под диктовку. Но это не имеет никакого отношения к конспектированию лекций. Метод Корнелла наводит порядок в хаотичных студенческих записях и позволяет легко подготовиться к экзаменам. Кстати, этот метод пригодится вам и на работе во время встреч и совещаний.
Заметки, сделанные вручную, куда лучше записок в ноутбуке. Когда вы пишете на бумаге, вы более сконцентрированы и внимательны. Однако заметки в блокноте часто превращаются в беспорядочный набор закорючек, среди которых уже через пару недель невозможно найти нужную информацию.
Основы метода Корнелла
Для организации заметок по методу Корнелла подойдёт любой блокнот. На листе нарисуйте жирную горизонтальную линию на 5 см выше нижнего края. Затем добавьте жирную вертикальную линию на расстоянии 5–7 см от левого края. В итоге получится лист, разделённый на три секции: правая — для заметок, левая — для основных мыслей и вопросов, нижняя часть — резюме.
Метод Корнелла для записи лекций
Вверху листа поставьте дату и заголовок лекции. В графе «Заметки» конспектируйте ключевые моменты. Не нужно записывать всё подряд. Главное правило метода Корнелла: меньше — лучше. Записывайте вопросы, которые возникают у вас по ходу лекции, и отмечайте моменты, в которых вы позже разберётесь подробнее.
Левую колонку вы заполняете, когда перечитываете записанную лекцию. Не откладывайте эту задачу, лучше провести анализ в тот же день или хотя бы на следующий, пока в голове свежи воспоминания. Скорее всего, некоторые фразы вы записали непонятно, сразу скорректируйте их. Итак, в левую графу должны попасть только основные тезисы, вынесенные из заметок, и ответы на вопросы, которые вы задали сами себе, пока слушали лектора.
Резюме в нижней части листа — главная мысль лекции, выжимка из того, что вы услышали, записанная вашими словами. Если вы сможете написать резюме, значит, материал вы усвоили.
Не утрамбовывайте лекцию на одном листе, но разделите её на логические части. Если не получилось перенести новый кусок на следующую страницу, отчеркните его жирной линией. Резюмировать можно лекцию целиком или её отдельные главы.
Метод Корнелла на встречах и собраниях
Правая графа («Заметки») — записи, сделанные по ходу встречи или разговора. Левая графа («Основные мысли») — основные идеи встречи, которые вы записываете уже после, анализируя свои записи.
Ваши записи почти наверняка будут сумбурными. Возможно, встреча даже покажется вам бесполезной, пока вы не проанализируете её и не выделите основные тезисы. Резюме — итог встречи.
Метод Корнелла для подготовки к выступлениям
Левая графа («Основные мысли») — тезисы выступления. Правая графа («Заметки») — раскрытие тезисов (кратко). Пометьте моменты, о которых обязательно надо упомянуть. Резюме — главная мысль доклада. Расписывая вручную тезисы, вы ещё раз их обдумаете, запомните. А перед выступлением сможете за несколько минут повторить доклад.
Метод Корнелла для планирования недели
Левая графа («Основные мысли») — планы на неделю. Правая графа («Заметки») — разбивка планов на мелкие дела. Резюме — главная цель недели.
Метод Корнелла вытащит вас из хаоса беспорядочных записей. Чёткую структуру обретут не только ваши заметки, но и ваши мысли!
В школе нас всех учили писать под диктовку. Но это не имеет никакого отношения к конспектированию лекций. Метод Корнелла наводит порядок в хаотичных студенческих записях и позволяет легко подготовиться к экзаменам. Кстати, этот метод пригодится вам и на работе во время встреч и совещаний.
Заметки, сделанные вручную, куда лучше записок в ноутбуке. Когда вы пишете на бумаге, вы более сконцентрированы и внимательны. Однако заметки в блокноте часто превращаются в беспорядочный набор закорючек, среди которых уже через пару недель невозможно найти нужную информацию.
Основы метода Корнелла
Для организации заметок по методу Корнелла подойдёт любой блокнот. На листе нарисуйте жирную горизонтальную линию на 5 см выше нижнего края. Затем добавьте жирную вертикальную линию на расстоянии 5–7 см от левого края. В итоге получится лист, разделённый на три секции: правая — для заметок, левая — для основных мыслей и вопросов, нижняя часть — резюме.
Метод Корнелла для записи лекций
Вверху листа поставьте дату и заголовок лекции. В графе «Заметки» конспектируйте ключевые моменты. Не нужно записывать всё подряд. Главное правило метода Корнелла: меньше — лучше. Записывайте вопросы, которые возникают у вас по ходу лекции, и отмечайте моменты, в которых вы позже разберётесь подробнее.
Левую колонку вы заполняете, когда перечитываете записанную лекцию. Не откладывайте эту задачу, лучше провести анализ в тот же день или хотя бы на следующий, пока в голове свежи воспоминания. Скорее всего, некоторые фразы вы записали непонятно, сразу скорректируйте их. Итак, в левую графу должны попасть только основные тезисы, вынесенные из заметок, и ответы на вопросы, которые вы задали сами себе, пока слушали лектора.
Резюме в нижней части листа — главная мысль лекции, выжимка из того, что вы услышали, записанная вашими словами. Если вы сможете написать резюме, значит, материал вы усвоили.
Не утрамбовывайте лекцию на одном листе, но разделите её на логические части. Если не получилось перенести новый кусок на следующую страницу, отчеркните его жирной линией. Резюмировать можно лекцию целиком или её отдельные главы.
Метод Корнелла на встречах и собраниях
Правая графа («Заметки») — записи, сделанные по ходу встречи или разговора. Левая графа («Основные мысли») — основные идеи встречи, которые вы записываете уже после, анализируя свои записи.
Ваши записи почти наверняка будут сумбурными. Возможно, встреча даже покажется вам бесполезной, пока вы не проанализируете её и не выделите основные тезисы. Резюме — итог встречи.
Метод Корнелла для подготовки к выступлениям
Левая графа («Основные мысли») — тезисы выступления. Правая графа («Заметки») — раскрытие тезисов (кратко). Пометьте моменты, о которых обязательно надо упомянуть. Резюме — главная мысль доклада. Расписывая вручную тезисы, вы ещё раз их обдумаете, запомните. А перед выступлением сможете за несколько минут повторить доклад.
Метод Корнелла для планирования недели
Левая графа («Основные мысли») — планы на неделю. Правая графа («Заметки») — разбивка планов на мелкие дела. Резюме — главная цель недели.
Метод Корнелла вытащит вас из хаоса беспорядочных записей. Чёткую структуру обретут не только ваши заметки, но и ваши мысли!