Смешной короткий рассказ на McSweeney’s: Уэс Андерсон, которому поручили срежиссировать расследование связей Трампа и России, представляет себя агентам ФБР.

(Исходная шутка, естественно, в том, что глагол «to direct» означает не только «режиссировать».)

Посмотрел 1 серию 3 сезона Better Call Saul. Всё-таки это очень крутой сериал: очень умный, тонкий и визуально красивый; в чём-то похожий приемами, темами и стилем на Breaking Bad, но более камерный и сдержанный; здесь очень мало говорят и очень мало проговаривают то, что происходит с героями и внутри героев; смысл действий, событий и переживаний, в отличие от многих сериалов, редко объясняется впрямую, а лишь с помощью чуть более очевидных деталей; вообще все уходит на уровень детали и жеста, но без нарочитого, in-your-face символизма; ну и, конечно, особенно круто наблюдать за тем, что делает герой Джонатана Бэнкса. Тут я полностью согласен с Донной Боуман из A.V. Club: «…on Better Call Saul, the procedural love is concentrated, pure and uncut, in the lengthy, frequently wordless sequences of Mike Ehrmantraut at work. For someone like me, watching the man at his unhurried business—matched by the deliberate pace of the writing and editing, which seems to accept that it’s gonna take as long as it’s gonna take—brings on a kind of delirious high».

Эх, придётся сжечь книжку Александра Павлова.

Когда я смотрю что-то смешное, обычно я не смеюсь, а так фыркаю носом, посмеиваюсь (в бороду) или улыбаюсь. Если встречается редкая крутая шутка, я могу посмеяться громко и так чтобы «ха-ха-ха». Если встречается ну прям вообще смешная шутка, я могу поставить видео на паузу и очень долго смеяться. Такое бывает редко, но бывает. Но чего почти никогда не бывает, так это чтобы в течение 18 минут мне приходилось ставить видео на паузу несколько раз и каждый раз подолгу смеяться. Сегодня такое произошло — при просмотре выпуска Last Week Tonight про французские выборы. Мне кажется, только за первые 7 минут таких убойных моментов было штуки 3.

Что характерно, все эти три шутки выбиваются из стандартного типа джон-оливеровских шуток: «Вот какая-то абсурдная херня. Это настолько же абсурдно, как если бы {классное и смешное сравнение, но не то чтобы заставляющее остановить видео и долго смеяться}». При этом две из них — про «нелепую» схему французских выборов и «классного» Меленшона — построены на иронии, но отыграны кардинально противоположным образом. Оливер, конечно, крутой.

Ну и, конечно, который раз поражаюсь, что шоу Джона Оливера умудряется быть не только очень смешным, но и информативным.

А вот вам самый неплохой скетч в истории неплохих скетчей...

https://youtu.be/dEacGiMO3K0

Литературные каламбуры категории Б от Флэнна О'Брайена:

(Последнее время очень много работал, поэтому сюда почти не писал. Обещаю исправиться. Скоро меня станет тошнить от букв чуть-чуть меньше, и я начну регулярнее публиковать разные штуки.)

Пообещал чаще писать в телеграм и пропал ещё почти на два месяца. И всё-таки работа, болезни, лень и отвращение к словам отступили — возвращаюсь. Записал в блоге свои запоздалые впечатления от второго сезона Master of None. Вкратце: он хороший, но значительно хуже первого (из-за Франчески).

Есть такой афоризм, который приписывают психологу Уильяму Джеймсу: «Многим людям кажется, что они думают, хотя в действительности они лишь тасуют свои предубеждения». Многие комики тоже заняты тем, что более или менее изобретательно транслируют неотрефлексированные стереотипы, считая, что им удалось найти оригинальный взгляд на заезженную тему.

Так вот канал «Бывшая» — это элегантное и остроумное оформление никак не переосмысленного дичайшего сексистского стереотипа о ёбнутых и неверных женщинах. Если вынести за скобки творческое использование ограничений Telegram-канала как средства коммуникации, останется в чистом виде клишированный образ безумной бывшей. При этом важно, что канал ведёт мужчина. То есть вместо канала «Бывшая» можно представить себе канал «Nigga», в котором были бы сообщения про преступления, рэп и фаст-фуд и который бы вёл белый.

И при этом канал называется именно «Бывшая», а не «Бывший». Несмотря на заявления многих мужчин о том, что они узнают себя в этих репликах, канал не набрал бы такую бешеную популярность, если бы он назывался «Бывший», потому что нет такого комедийного стереотипа — ебанутый бывший. Такой канал мог бы быть смешным, но для этого пришлось бы действительно поработать, а не просто воспроизводить готовые формулы.

Но успех канала действительно небывалый (и я это всё пишу, конечно, из ревности), который, как мне кажется, объясняется (помимо мизогинии, в том числе внутренней), тем, что получилось удачно реализовать видимо популярную мужскую фантазию, которую сформулировал сам автор канала: тебе написывает бывшая, а ты не отвечаешь. Не отвечаешь и смеёшься над ней, над её жалкими и тупыми попытками вернуть тебя. Ты победил.

При этом, конечно, я не утверждаю, что тропы вроде «Безумная бывшая» нельзя использовать, чтобы было и не оскорбительно, и очень смешно. Можно. Но это должна делать женщина, в произведении должна воспроизводиться женская точка зрения, а троп должен деконструироваться.

Хм, что бы привести в пример?

https://www.youtube.com/watch?v=bFz0s_-446A&list=PL6abPzY300GUJQic25ynhTLup1YTqmvOX&index=46

Ещё один cold take — на этот раз про апрельский «Z» Сигарева, рекламу «Зиларта», которая притворяется короткометражным зомби-триллером с Яной Трояновой в главной роли (и Башировым — в эпизодической). У меня остались, скорее, негативные впечатления. С одной стороны, да, это действительно хорошо сделанный зомби-фильм: страшный, смешной (один зомби-Басков, поющий про планету «Зиларт», чего стоит), смелый (мат, кишки, реализм), явно знающий лучшие образцы жанра и попадающий в дух времени (шутка про московские цены на жильё очень органична). Но это реклама жилого комплекса, в котором героиня с детьми спасается от царящего кругом ада, и тут явно рисуется такая неприятная капиталистическая утопия: жизнь идёт своим чередом, никакого разрушения, всё чистенько и всё работает — «за этими стенами вас никогда не коснётся зомби-апокалипсис», от которого умирают смехотворные барды и прочие люди, не имеющие денег, чтобы попасть в «Зиларт» (если вы тут не живёте, вас сюда не пустят; карантин). В общем, живите в красоте, комфорте и безопасности (зомби тут только на экране телевизора, и то мультяшные), пока разные нищеброды жрут друг друга.

При этом в фильме даже как будто есть некий выпад в адрес этой капиталистической утопии. Пока героиня Трояновой едет в машине с детьми по дороге, кишащей зомби, она командует детям «Самолёт!», когда в поле зрения появляется что-то страшное, и дети зажимают голову между колен, чтобы ничего не видеть; то есть героиня создала для своих детей пузырь безопасности, в котором они так и доехали до дома, не поняв, что вокруг происходило. Так вот комплекс «Зиларт» — это такой же пузырь безопасности для его жителей (в конце фильма героиня Трояновой вновь говорит детям «Самолёт!»): здесь живут богатые люди, которое защищены от зомбаков из-за забора, и им даже не надо ни о чём знать, что творится в остальном мире, — о них всё равно позаботятся. Но поскольку это реклама, то это, скорее, не критический выпад, а оригинальная презентация УТП клиента.

В общем, в очередной раз эстетические достижения перечеркиваются этическими проблемами (хотя этика, конечно, в любом случае часть эстетики).

И в Crazy Ex-Girlfriend, и в своих музыкальных видео Рэйчел Блум много описывает разные аспекты женского опыта. И, как когда-то писала Наташа, комедийный метод Блум как инструмент критики патриархата и перенастройки оптики работает эффективнее прямолинейного вскрытия.

Как минимум в одном случае у Блум получилось если не удачнее, то уж точно доходчивее и нагляднее, даже чем у Симоны де Бовуар. (Ну и смешнее, конечно.)

Вот цитата из «Второго пола»: «Ни мужчины, ни женщины не любят, чтобы ими руководили женщины. <...> Редко кому удается преодолеть тяжесть предвзятого отношения. Прочно укоренившийся комплекс неполноценности обычно вызывает защитную реакцию, выражающуюся в подчеркнутой демонстрации своего авторитета. Так, большинство женщин-врачей либо слишком властны, либо совсем лишены этого качества. Если они держатся естественно, они не внушают никакого почтения, ведь жизнь учит их скорее соблазнять, чем распоряжаться. Советы, которые даются спокойным тоном, разочаровывают больных, поскольку они любят властных врачей. Сознавая это, женщина-врач начинает говорить серьезным, даже резким тоном. Но в этом случае ей недостает добродушной убежденности, которая так нравится в уверенном в себе враче».

А вот клип «Lady Boss».

(Dubious theory mode.)

Поэмы Гомера — главные нарративные произведения поп-культуры своего времени, ставшие важнейшими образцами для всего западного повествовательного искусства. Интересно, что и в «Илиаде», и в «Одиссее» Гомера по 24 песни; до недавнего времени в американских сериалах — главных нарративных произведениях поп-культуры нашего времени — негласным стандартом продолжительности сезона был формат 24 серии (или около того). Конечно, это совпадение, но любопытное: как будто сама форма развернутого повествования, рассчитанного на самую массовую аудиторию, подсказывает наиболее гармоничное количество блоков, из которых такое повествование должно состоять.

Ну и, конечно, хотелось бы познакомиться с оригинальными, британскими версиями поэм Гомера — по 6 песен каждая.

Кстати, вместе с этим каналом я недавно реанимировал и свой паблик Words, Jokes, and Stories о всяких интересных штуках про литературу, юмор, язык и прочие humanities, которые я узнал или прочитал. За последнее время написал туда о:

— слове «мужик» как русском n-word;
— музыке в Master of None;
— лучших стендап-спешлах первого полугодия 2017 г. по версии Vulture;
— редупликации;
— моменте с молоком из Get Out;
— глухих комиках;
— сериалах, олицетворяющих последние 10 президентских администраций США;
— the shavian adjective;
— советах по преодолению писательского блока;
— влиянии Дугласа Адамса и Джонатана Коу на альбом OK Computer.

Здесь, в канале, я планирую писать, скорее, о своих впечатлениях и идеях, поэтому если хотите ещё читать и о всяких интересных гуманитарных штуках, подписывайтесь на паблик.

Посмотрел недавно последний спешл Джерода Кармайкла. Крутой и необычный стендап: мне кажется, я впервые увидел комика, которому действительно удаётся преодолеть suspension of disbelief и создать правдоподобную иллюзию (которая не кажется иллюзией), что это он просто делится своими мыслями и переживаниями, думает на сцене, просто делает это остроумно и иногда вставляет герметичные шутки. (Если это действительно, как он говорит в интервью, большей частью импровизация, это вообще круто.) Совершенно нет ощущения, что его главная цель — насмешить; его главная цель — разобраться в чём-то, что его беспокоит. Он делает много пауз, подыскивает слова, пытаясь найти точную формулировку для того, что он хочет выразить. И мысли при этом тоже не глупые, за их разворачиванием интересно следить. Это тоже редкость.

Интересно, что такой искренний, хотя и очень необычный и совсем не лишённый иронии, стендап снял Бо Бёрнэм (как оказывается, большой друг Кармайкла), у которого, конечно, совершенно иной метод — его стендап постоянно сигнализирует, что это стендап, о том, что он знает, что это стендап. Снял тоже круто и красиво: очень зрелищные интро и заставка, кинематографические смены планов.

В общем, это не идёт ни в какое сравнение со спешлом Норма Макдональда 2011 года, который я тоже недавно посмотрел: скучно, пресно, несмешно; непонятно, почему он гений комедии; хотя самый первый блок про смерть интересный.

Читаю «Психологию для сценаристов» Уильяма Индика — доступное изложение основных преимущественно психоаналитических теорий применительно к анализу и созданию сценариев. В разделе про теорию Фрейда встретилась любопытная, но так-то очевидная и похожая на правду мысль: образы в классическом комедийном дуэте — это воплощение анально-удерживающего (серьёзный, аккуратный, педантичный) и анально-выталкивающего (импульсивный, говорливый, разудалый) характеров. Интересно при этом, что во фрейдистском контексте особое значение получает одно из названий весёлого участника в комедийном дуэте — «banana man».