Блять, да мне похуй на тебя, блять, слушай. Какая у тебя там семья, блять, квартиры, сортиры, там блять, ребёнок, всё – мне похуй там. Хоть человек, хоть блять нахуй инопланетянин какой-то, хоть зародыш телёнка, хоть сперматозоид, блять, хоть червяк – мне на это насрать, понимаешь? Сколько ты там, кого ебёшь, каких соседок, каких значит вот этих самок шикарных или атласных, блять, сидишь в хижине блядь на другой планете с рычагом – мне на это насрать, понимаешь? Я, блять, в своем познании настолько преисполнился, что я как будто бы уже сто триллионов миллиардов лет, блять, проживаю за батареей и триллионах таких же замкнутых пространств, понимаешь? Как этот промышленный город. Мне уже эти фабрики абсолютно понятны, и я здесь ищу только одного, блять: любви, принятия и вот этой гармонии от вечного блядь слияния с девушкой за батареей. От созерцания этого великого её пения на сцене и от вот этих вот замечательных пылинок ластика, сделанного из моей головы – куда ни посмотри: хоть в глубь – носки на батарее, хоть ввысь – бабка, мешающая салат при помощи рук озабоченной тёщи, понимаешь? А ты мне опять со своими там это. Иди суетись дальше, твои там ужины с обычными цыплятами – это твой путь и твой горизонт познания, ощущения и твоей природы. И он несоизмеримо мелок по сравнению с моим, понимаешь? Я как будто уже выкидыш с телом взрослого мужчины или там уже почти огромная голова младенца, который на этой планете от её самого зарождения, еще когда только солнце еще только-только сформировалось как звезда и вот эта опухоль, вышедшая из моей головы… перед выходом сперматозоидов изо рта, когда она разрушилась, как моя жизнь и начала формировать консерваты-планеты с прыщавыми монстрами на ней, понимаешь? Я в этой квартире уже как будто пять миллиардов лет, блять, живу и знаю её вдоль и поперек, эту всю комнату. А ты мне там какие-то эти.