#параллели

Диалог Купера и Дональда, «Интерстеллар», 2014

Когда я был ребенком, мне казалось что каждый день появлялось что-то новое... Ну там..., гаджет или идея. Словно каждый день рождество. Но шесть миллиардов людей... Ты только представь себе... И все до одного хотят иметь все и сразу

«MANIAC», Бенхамин Лабатут

У нас было абсолютно всё! Казалось, что каждый день появляется что-нибудь новое: открытия, рекорды в сельском хозяйстве, новые продукты на полке в магазине, новые модные платья… Новизна так будоражит! Мы же делали то, что до‌лжно. Развлекались. Играли. Пили и танцевали в период между войнами. А что еще прикажете делать? Мы знали, что удивительному миру, созданному для нас, скоро придет конец

P. S. Я снова сделала это.

Узнала, что некоторые подписаны на канал только ради кота. А его давно не было.

Исправляемся, прогибаемся с котом под изменчивый мир аудиторию.

Отвечают. Ответ тот же.

Астрологи объявили время суеты во имя расстановки галочек напротив планов, составленных в те времена, когда год только начинался, а мир состоял из огоньков, мандаринов и оптимизма.

Пятьдесят — это было моё книжное обещание самой себе, мужу, бездушным алгоритмам гудридса и двум подписчикам там же. В отличие от прошлогоднего, этот вызов я провалила.

Итак, книжные итоги 2025

— Уверовавший в меня муж (зря).

— Шестнадцать непрочитанных книг (от плана, а не в антибиблиотеке).

— Два опубликованых отзыва — Густословное смиренностихийное быть и Го, кипящее варенье и бог (обе хороши, я только что перечитала).

— Тридцать два не опубликованных отзыва. Вместо них — исписанные книги, заметки в телефоне и бумажные эпистолы самой себе.

Последние до конца года превратятся или в тыкву, или в серию постов О чём я не написала в этом году.

Я не написала в этом году о том, что стала брать в зачёт детские книги.

Так я накручиваю счётчик прочитанного. Шучу. Наши детские книги стали невероятно взрослыми - многослойными, сложными, как по сюжету, так и эмоционально. А ещё они стали длинными — в среднем двести пятьдесят страниц. К последнему нелишне упомянуть, что я читала их вслух. Весомые поводы поставить их в общий зачёт. Итого: накручено на счётчик — пять книг.

На фото можно заметить две вещи:
1. Кто на самом деле пишет все тексты в блог
2. О чём будет следующая запись.

Фото тени дрона Ingenuity на поверхности Марса с сайта NASA

Я не написала в этом году про книгу «Резилиенс. Марсоход с большим сердцем» от Жасмин Варга

Марс, голоса в голове и свадхарма 

Рез или Резилиенс — марсоход. У марсохода есть миссия, программа в тысячи и тысячи строк кода и куча высокотехнологичного оборудования. У Реза ко всему этому ещё есть несовершенство, особенность, может, даже изъян. Он полон мыслей.  Не (только) бездушных логических выражений и байтов информации, но шумного, порой противоречивого, иногда оглушающего внутреннего многоголосья, такого знакомого каждому мне.

О вечном противоречии рационального и эмоционального:

Если верить Джорни, мы не запрограммированы хотеть, но я все равно хочу. Я хочу мягкую посадку.
Я не хочу разбиться.
Хочу. Не хочу. Хотеть - это свойство человека, но оно мне очень знакомо.
Достойный доверия марсоход не разобьется.
Я разбиваться не хочу.

О знакомстве с самозванцем:

Прежде я не владел этими данными, и у меня от этого внутри рождается не самое приятное чувство. Я в последнее время опасаюсь, что Джорни лучше меня. Сама Джорни сказала бы, что планетоходы не опасаются, но именно поэтому я и опасаюсь.

О конечности и смысле бытия:

Какой смысл собирать эти данные, все эти знания, если однажды они просто сотрутся? <... > Разве что теперь сознаю: однажды результатов моих наблюдений не станет. Придет день, и их сменит пустота. Думать об этом мне неприятно, но не думать об этом я не могу.

И много о чём ещё — о страхах, о дружбе, о любви, о радости, о музыке, о раздражении, о грусти, о потерях, о неудачах, о вопросах, на которые ни у кого нет ответа. Учась жить со всей этой внутренней сложностью, марсоход оправдывает данное ему имя:

Существительное «Резилиенс» означает способность возвращать себе прежнюю форму после сгибания, сжатия и растяжения, то есть упругость. Другое значение — способность держать удар, устойчивость.

Он устойчиво следует своему предназначению. Выбирает уникальный путь, прислушиваясь к собственным глубинным ощущениям, сообщающим «так будет правильно». Особенно, когда нет разумного подкреплению  этому «правильно». Особенно, когда не получается с первого раза. Особенно когда рискуешь собственной шкурой обшивкой. Особенно когда все вокруг сомневаются, советуют «начать уже принимать взвешенные решения» или даже приказывают остановится. С равной вероятностью это или безумие, или следование свадхарме. Хотя со стороны второе выглядит в точности как первое.

И тогда я делаю то, что у меня получается лучше всего. Сортирую и пристально изучаю собранные мной данные. <...> Я понимаю, предчувствие — это не рационально, но у меня предчувствие, что (там) есть именно то, что мы ищем.
<...> Нет, не точно. Откуда здесь взяться точности? Просто я испытываю самое странное и самое лучшее из всех человеческих чувств — надежду.

Любое действие, которое не заставляет вас почувствовать страх или беспокойство, — это свадхарма. Такое действие, когда вы чувствуете, будто что-то побуждает вас его сделать и без выполнения которого вы чувствовали бы беспокойство, — это свадхарма.
(Шри Шри Рави Шанкар)

Ещё в книге много восторга, восхищения, любования — космосом и достижениями человечества по его освоению. Зеленоватые рассветы, закаты, глубокая чёрнота ночи, пугающие до паники песчаные бури, бескрайнее небо, холод и ветер — описание красной планеты кажется очень правдоподобным. Насколько может оценивать правдоподобие человек, ни разу не бывавший на Марсе. Но кто меня осудит, разве что Марк Уотни?

Я попросила семилетнего сына назвать три вещи, что ему понравились в этой книге:
1. Хорошо написано от первого лица Марсохода
2. Понятные слова
3. Используется два языка — на одном общаются роботы между собой, на другом — люди. Но роботы понимают людей, а наоборот — нет.

Мы с Фиником в смешанных чувствах заглядываем в наступивший.

И продолжаем разбирать заметки и воспоминания о прочитанном в двадцать пятом.

Забвение, эффект наблюдателя и эхо эпичности

В описании романа-фентези, в рецензиях, с первых страниц книги звучит тема забвения. И я забыла. Забыла имена героев, сонно бредущих сквозь сюжет. Я забыла и сам сюжет. Он похож на туман из множества частичек-тем, распределённых в атмосфере повествования. Он то чуть больше рассеивается, расплывается, то сгущается, концентрируется. Словно ускользающая мысль на границе сознания, он никак не может достигнуть точки росы и сконденсироваться.

Иногда в тумане можно разглядеть тени второстепенных героев — тех, что помогают на пути, и тех, что мешают. Или полюбоваться  мшисто-вересковой, иногда каменисто-серой, почти лишенной цвета местностью.  Но только внимание наблюдателя ослабевает и уплывает за неспешным повествованием, всё затягивает мгла. Мужчины, женщины, старики, дети, замки, поля, холмы, леса, мосты, все перестают существовать, всё исчезает.

Изчезла и эпичность. Битвы, герои, чудовища — только лишь намёк на легендарность, сон, который никак не вспомнить, закопанное прошлое, шёпот эха.

Это всё, что я помню о «Погребённом великане» Кадзуо Исигуро спустя семь месяцев после прочтения.

Фото туманов и великанов от fotoshoom

Имена героев, я, конечно, посмотрела - Аксель, Беатриса, сэр Гавейн, Вистан, Квериг

(л)живое начало

Начала книгу и провалилась в открывающую сцену. Влюбилась в слова. Вместе с героем перестала дышать и смотрела как «оранжевое солнце спокойно и неуклонно извлекало себя из липко-жёлтой полосы на горизонте», как «оранжевый шар чинно водрузился на подставку дальних волн», как в один день для одного человека «обычное чудо свершилось» дважды.

Следующие двести страниц затронули во мне...ничего. Или я ничего не поняла. Обыкновенные люди.  Непримечательные жизни. Абсолютно не захватывающий сюжет. Проходные диалоги. Внезапная и неуместная смена жанра. Будто бы философия.

Это был самый скоропостижный роман с книгой. Джулиан Барнс «Глядя на солнце»

*из заметок о прочитанном в 2025

Благодаря Наташе узнала про сайт Hubble Birthday.

Первого марта 2011 года Хаббл снял как скопление галатик RCS2 032727-132623 своей массой искажает свет другой, очень далекой галактики.