Теперь прокурор просит огласить показания, данные в ходе предварительного следствия Анной Павликовой, также из-за наличия противоречий. В данном случае речь идёт о выездах в Хотьково: сторона обвинения утверждает, что в ранних показаниях Павликова говорила об этих выездах как о тренировках, а в суде она называла их выездами на природу. Также прокурор говорит, что показания Анны Павликовой содержат противоречия по поводу распространения листовок.

Адвокат Николай Фомин говорит, что противоречия тут нет, поскольку эти оценки — не более чем субъективное отношение Павликовой к произошедшим событиям. По поводу листовок адвокат не помнит дословно, что было сказано в суде, но также считает, что существенных противоречий быть не может. Он объясняет, что Аня очень эмоциональна, поэтому могла давать какие-то оценки событиям, но существенного значения это не имеет.

Анна Павликова сама также объясняет возможные расхождения в оценках эмоциональным состоянием: "Я была в СИЗО, там люди просто сходят с ума, вы представьте, как там давать показания!"

Судья, тем не менее, начитает читать показания Павликовой.

На этом дополнения стороны обвинения завершены. Прокурор заявляет ходатайство. По его мнению, подсудимых необходимо "изолировать от общества", и просит продлить содержание под стражей Костыленкова, Крюкова, Полетева и Карамзина ещё на 3 месяца, также продлить домашний арест Павликовой, Дубовик и Рощина на 3 месяца.

Адвокат Светлана Сидоркина:
"Говорить о том, что с момента выбора меры пресечения в виде заключения под стражу, обстоятельства не изменились, мягко говоря некорректно. Сейчас все доказательства в ходе судебного разбирательства представлены, все свидетели допрошены. Кроме того, обоснованность подозрения моего подзащитного Руслана Костыленкова в совершении преступления, которое ему вменяется, не подтверждается. Наши подзащитные находятся под стражей на протяжении почти двух лет, такая длительность не соразмерна возможному наказанию и явно чрезмерна. Также нужно принимать во внимание материалы, характеризующие личность Костыленкова. Считаю, что есть все основания для изменения меры пресечения и прошу изменить её на домашний арест или под личное поручительство."

Далее адвокат зачитывает текст поручительства и перечисляет некоторых поручителей, среди котрых Дмитрий Муратов, Дмитрий Гудков, Максим Круглов, Михаил Светов. Всего собрано 329 поручительств. Судья Маслов интересуется, знаком ли Костыленков лично со всеми поручителями, и спрашивает про нескольких людей, чьи поручительства случайно выбрал из пачки. Костыленков отвечает, что знает не всех поручителей.

Адвокат Дмитрий Иванов:
"Прошу отказать в удовлетворении ходатайства обвинения. Не было приведено ни одного доказательства того, что мой подзащитный может оказать давление на следствие, скрыться или повлиять на ход процесса. Кроме того, мы уже находимся на стадии дополнений. Прошу обратить ваше внимание на то, что мой подзащитный Вячеслав Крюков никогда не судим и не привлекался к административной ответственности, являлся студентом дневного отделения вуза. Считаю, что можно избрать иную, более мягкую меру пресечения."

Судья Маслов повторяет свой вопрос про поручителей. Он достаёт из пачки поручительств несколько случайных листов и называет ФИО. Крюков отвечает, что этих людей он не помнит.

Вячеслав Крюков: "На протяжении двух лет каждый раз, когда поднимался вопрос о мере пресечения, нас не отпускали, и я сомневаюсь, что нас отпустят сейчас, когда всё близится к концу. Я думаю, что это последнее наше продление. Поэтому мне хочется надеяться не столько на изменение меры пресечения сейчас, сколько на то, что сам приговор будет адекватным и нормальным."

Адвокат Михаил Спиридонов в защиту Петра Карамзина также просит изменить меру пресечения на домашний арест или личное поручительство и учесть характеристики личности своего подзащитного.

Пётр Карамзин: "Я прошу суд отменить мне меру пресечения и заменить её на другую, не связанную с содержанием под стражей"

Адвокат Александр Борков:
"В отношении моего подзащитного Дмитрия Полетаева была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей 16 марта 2018 года, скоро пройдёт 2 года с того момента. Верховный суд при решении вопросов о продлении меры пресечения рекомендует проверять, остались ли основания, которые были действительны при её избрании. Сейчас мы перешли к стадии дополнений, и повлиять на ход судебного разбирательства просто невозможно. Но нам, к сожалению, приходится раз за разом слушать одни и те же юридические штампы. Кроме того, при продлении меры пресечения необходимо обосновывать это для каждого подсудимого индивидуально, иначе это продление прямо противоречит решению пленума Верховного суда. Кроме того, Дмитрий Полетаев является коренным москвичом. Через месяц после заключения под стражу он и его сестра получили новую квартиру в районе Люблино. Таким образом, у него имеется два адреса для возможного домашнего ареста. Прошу приобщить документы, подтверждающие наличие квартир, и согласие мамы Дмитрия на предоставление квартиры. Что касается общественного интереса, мы уже видели сегодня их в виде поручительств, в отношении Дмитрия их 303. Да, возможно, он не знает этих людей, но они знают его и выразили своё мнение в виде поручительств."

Адвокат Ильнур Шарапов кратко выступил в защиту Максима Рощина, поддержав выступления своих коллег и попросив изменить меру пресечения на более мягкую, а в удовлетворении ходатайства прокурора отказать.

Адвокат Николай Фомин:
"Всё, что было сказано сейчас моими коллегами, является обоснованным, логичным и правильным, в отличие от ходатайства обвинения. Сейчас в течение двух 2 минут решить судьбу семерых людей. Передо мной ходатайство Дорогомиловского районного суда..."

Прокурор перебивает Фомина: "Ваша честь, пусть адвокат про сегодняшнее ходатайство говорит." Его успокаивают, и адвокат продолжает.

"Постановление Дорогомиловского суда, в котором говорится, что моя подзащитная Анна Павликова не может оказать давление на следствие и не может препятствовать его ходу. Что касается скрыться... У нас люди бегут из мест заключения, бегут и из-под домашнего ареста. Павликова находилась в СИЗО, находилась под домашним арестом. Её поведение примерно и там, и там. Что позволяет гособвинителю предполагать, что при изменении меры пресечения на запрет определённых действий, то она попытается скрыться? В этом ходатайстве нет ничего, кроме догадок, и оно не подлежит удовлетворению."

Адвокат Ольга Карлова:
"Скажу только про вопросы здоровья. Нашей подзащитной приходится регулярно посещать врачей. Недавно терапевт назначил сдачу крови. Пятница, вечер, суд уже закрыт, и получить разрешение не представляется возможным. Кровь пришлось сдавать платно, хотя каждый имеет право на бесплатную медицину. Также врачи предлагали сделать КТ, и ей пришлось отказаться, потому что не было разрешения на это время. Кроме того, присутствует изменение в семейном положении моей подзащитной, а именно, она вступила в брак."

Анна Павликова сама ещё раз повторяет доводы адвоката Карловой, рассказывая о том, как трудно совмещать лечение и домашний арест.

Адвокат Максим Пашков начинает говорить свою речь, прокурор говорит одновременно с ним. Он пытается провести аналогию с романом "Процесс" Кафки, но прокурору кажется, что над ним все смеются и со всех сторон оскорбляют.

Максим Пашков:
"Моя подзащитная Мария Дубовик полтора года находится под домашним арестом, она добирается до суда сама. Она пыталась сбежать за это время? Нет. Я прошу отказать в удовлетворении ходатайства. Конечно, как говорится, мы рождены, чтоб Кафку сделать былью, но это действительно уже какой-то абсурд."

Адвокат Татьяна Окушко также говорит, что Мария Дубовик ни разу не подвела доверие суда и не дала оснований усомниться в возможности смягчения меры пресечения.

Мария дубовик: "Уважаемый суд, уважаемые слушатели. У нас уже далеко не первый раз проходит продление меры пресечения, и действительно, наверное, это последний раз. Я уже не раз говорила суду, что находясь под арестом, человек теряет связь с реальностью, он живёт одним днём, для него ничего нет. Я не раз говорила о том, что мне надо регулярно посещать врачей, что я нуждаюсь в постоянной диагностике. Я не раз говорила суду, что я учусь в ветеринарной академии, где меня до сих пор ждут и продлевают мне академический отпуск, моей маме регулярно звонят мои однокурсники и спрашивают обо мне."

Прокурор перебивает Марию и обращается к суду с просьбой "сориентировать её". Максим Пашков в ответ просит сделать прокурору замечание и сориентировать его.

"Я ещё не закончила, и я хочу, чтобы некоторые люди... Дали мне договорить."

Мария не выдерживает и начинает плакать.

"Я не раз говорила, что мне хочется приносить пользу обществу и людям, закончить институт, а вместо этого мне предъявляют абсолютно незаконные и необоснованные обвинения. Уважаемый суд, я обращаюсь к вам, потому что больше не к кому. Я прошу вас, чтобы вы не разрушили окончательно веру у всех присутствующих здесь в справедливость, в то, что добро должно побеждать, прошу вас изменить меру пресечения мне и ребятам, которые 2 года находятся в СИЗО."

Суд удаляется в совещательную комнату, объявляется перерыв.

Заседание продолжается. Анна Павликова хочет обратиться к суду с заявлением: "Я, Павликова Анна Дмитриевна, прошу привлечь Руслана Д к уголовной ответственности по части 4 статьи 150 УК РФ (вовлечение несовершеннолетнего в преступную группу либо в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления, а также в совершение преступления по мотивам политической вражды)."

Судья останавливает её и говорит, что это непроцессуальный момент, и заявления надо подавать в полицию, а не в суд. Адвокат Ольга Карлова поясняет, что есть две причины, по которым они вынуждены подавать заявление в суде: во-первых, Дорогомиловский суд при выборе меры пресечения отказался рассматривать это заявление и вынес постановление, согласно которому это заявление должен рассмотреть суд, рассматривающий дело по существу. Во-вторых, полиция отказала в возбуждении уголовного дела, и по этому поводу будет заявлено ходатайство о вынесении частных определений.

Судья Маслов соглашается дослушать заявление, но просит не читать, а говорить очень кратко. Павликова говорит, что просит также привлечь Руслана Д к ответственности по статье 306 УК РФ (заведомо ложный донос). Она говорит, что уже мотивировала это ранее в своих показаниях, также всё подробно написано в тексте заявления.

После этого Ольга Карлова начала оглашать ходатайство о вынесении частных определений в отношении двоих следователей, которые вынесли немотивированный отказ в возбуждении уголовного дела в отношении Руслана Д. Судья Маслов говорит, что если постановление об отказе не отменено, то суд не имеет права вынести частное определение. Далее начинается долгая юридическая дискуссия адвоката с судьёй со ссылками на различные статьи УПК. Периодически в неё пытается вклиниться прокурор, но всё время говорит не в тему.

"Уважаемый суд, это незаконное выступление адвоката!" (с)
Прокурор Рустам Иванов, Люблинский районный суд

Адвокат Фомин и судья Маслов:

— Ваша честь, всё это кажется запутанным, но на самом деле, я считаю, всё очень просто.
— Я с вами полностью согласен, всё лежит на поверхности.

Дискуссия об отказе в возбуждении уголовного дела и частных определениях продолжается.

Прокурор: "Это настолько очевидно, что я не понимаю, как это можно не понимать!"

Тем временем сложная юридическая дискуссия между судьёй и адвокатом Карловой всё ещё идёт

С ходатайством о вынесении частного определения наконец закончили. Далее Ольга Карлова заявляет ходатайство об исключении недопустимого доказательства, а именно результатов психолого-психиатрической экспертизы, проведённой в отношении Анны Павликовой. Адвокат перечисляет многочисленные нарушения, допущенные в ходе экспертизы: по части вопросов исследование вовсе не было проведено, по части оно не было комплексным, а многие методы, использованные в ходе данной экспертизы, признаны устаревшими и неэффективными. Карлова отмечает, что защита неоднократно подавала ходатайства о проведении повторной психолого-психиатрической экспертизы, но в них было отказано, жалобы на отказы оставлены без удовлетворения.

Ольга Карлова: "Конечно, я могу продолжать, но мне просто жалко слушателей"

Чем ближе к вечеру, тем больше происходящее напоминает стендап

— У нас есть ходатайство об отложении до четверга.
— А у стороны обвинения есть ходатайство не затягивать рассмотрение и работать, пока нам это позволяет закон.
— Стадия ходатайств стороны обвинения завершена, поэтому прошу суд рассмотреть наше ходатайство.

Прокурор просит отказать в удовлетворении всех ходатайств защиты и не приобщать никакие документы, предложенные защитой, к материалам дела.

Судья Маслов отказывает в удовлетворении ходатайства о вынесении частных определений, но напоминает, что может и сам, без чьего-либо ходатайства, выносить частные определения, если считает нужным. В удовлетворении ходатайства об исключении доказательств также отказано.

Суд уходит в совещательную комнату по вопросу меры пресечения на 30-40 минут.

Суд возвращается и начинает оглашать постановление

Меру пресечения для всех оставили без изменений на 3 месяца: Костыленкову, Крюкову, Карамзину и Полетаеву продлёно содержание под стражей, Павликовой, Дубовик и Рощину — домашний арест.

На этом на сегодня всё.

⚡️⚡️⚡️К московским активистам в Пензе в квартиру ломится полиция. Об этом «Avtozak LIVE» сообщила одна из активисток.

Активисты приехали в Пензу на оглашение приговора по делу «Сети».

Сотрудники объясняют свой визит желанием взять объяснение по поводу шума.

UPD: Силовики отключили электричество в квартире, где находятся активисты.