Северный ветер
Дует у скорой зимы
С запахом снега.
Жмется к теплу воробей,
Перья свои распушив.

Равноденствие.
Лебедь в пруду зашипел
Снова и снова:
Гонит подальше чужих
От ямки мелких рачков.

Сделано за месяц (поэзия)

2 стихотворения
1 перевод
4 танка
2 хокку
Сколько-то раз почитал на публику

+ 1 крупная форма - Проприоцепция - с треском провалилась на слэме и публикуется сейчас.

Проприоцепция

Схлестнулись два Я, породнились в безудержном танце, 
Доверив от душ до последних мельчайших песет. 
Отдушины их затянулись в обыденный панцирь - 
Дышать тяжело. Серы дни. Вышел пыл. И так все 
Сто лет напролет; и не вскрикнув: -Да что ж такое! 
Мол, Боже храни! (ведь нечестно, хоть он и хранит)... 
Так первый пилот носит в сердце свой белый Боинг 
И в самые чёрные, самые худшие дни.

Горят пассажиры. Не небо, а взрывы на взлёте... 
Опал, распустившись, раскатистый алый цветок, 
Чертой разделив на тех, кто улетел, обесплотен, 
Навстречу иным облакам-городам, - и тех, кто 
Остался. Но только не так, как хотел оставаться, 
А словно тебя подкосило и пушки гремят 
Внутри головы. Рвется сердце, а стопы - как ласты. 
И даже колени уже не удержат стоймя.

Но вот ты встаешь и на длинных, негнущихся ластах 
Плетешься руками грести раскаленный металл,
А в памяти... Нет, не пробелы — лакуны и карсты.
Обуглена синим огнем голубая мечта.
Кому так хотелось - от проблеска до обелиска? 
Нам любы очаг, мягкость кресла и старческий твид. 
Приёмный покой. Точка. Имя не значится в списках. 
Но скольких спасли... Сколько новых проекций любви...

Проходит полгода. А ты, также в траурном белом,
Приходишь обнять одиноких как ты бедолаг. 
-Вчера я не плакал, но утром опять поплохело... 
А ты как справляешься? 
-Я? Если честно, никак.
Но время излечит и воздух, всё менее жидкий,
Покажет, что краски - не только лишь серость и ржа.
Пора жить ещё. Между вами натянуты нитки  -
И ты отпускаешь всех тех, кто тебя удержал.

На завтрак здесь рыба - и вкус её изредка горек,
Но это не страшно. Не страшно теперь ничего.
Лишь тянут замшелой прохладой прибрежные горы,
И пахнет сладчайшим нектаром раскидистый ствол.
Впервые за многие дни состоя не из боли,
Надев водолазку и кепку слегка набекрень,
Предчувствуя нечто ещё не обретшее облик,
Ты легкой походкой выходишь в сегодняшний день

Формула Рихтера.
Мы не забыли,
Как начинается музыка:
Клавиши, свет,
Святослав Теофилович,
Искорка в мире искусственном.

Он пробегает
Октаву параболой
И переходит к триолям.
Каждая нота
Взлетает журавликом
В небо из радости с болью.

Кто бы так с Бахом
Мог кроме Баха?
Гений общается с гением.
Вот два слагаемых,
В сумме, однако,
Большее - произведение.

Музыка - символ
Победы абстракции
Над ограниченным средством.
Рихтер - пушинка,
Хребет поломавшая
Пляскам классических скерцо.

Я ограничен
Скоростью пальцев,
Временем дней и ночей,
Мозгом животным.
Идею, казалось,
Не ограничить ничем.

Пой, допотопный
Образчик рояля,
Медли движенье секунд.
Попеременно
Галёрку вгоняя в
Радость, тревогу, тоску...

Вот вам идея.
Раскатистым шквалом,
Хочешь не хочешь, она
Всё захватила,
Смела, растоптала,
Схлынула, словно волна -

И вдруг исчезла,
Всех оставляя,
В мире без чистой идеи.
Здесь Рихтер с Бахом
Нас покидают
На полдороги в людей.

Смерть

1
Поезд в семь сорок девять ушел на восток,
На прощание дал осторожный гудок
И оставил на станции сотни людей,
На работу стремящихся в сити.
Седовласый мужчина с кудрявою мисс
На второй путепровод с трудом поднялись,
Пожилой джентльмен обошёл их,
Толкнул, вроде как, проворчав: "Извините".

2
Вот момент, коих сотни. Но сразу потом
Он схватился за сердце с разинутым ртом,
И упал, напоследок направив пустой
Взгляд своих серых глаз, что отчаянно гас,
В повседневное светлое небо.
...
Вот и небыль.

3
Так скончался Чарльз Мильтон, эсквайр. Родство
Было дальним, но все мы любили его
Несуразные шутки, прижимистый нрав,
Утвержденье о том, что жизнь - это игра
Не на бирже, но в кости...
Мы стоим на погосте.
Что же, он говорил так. И, бросив свои,
Он упал, разделяя собою двоих,
Поселяя в них страх.
Горевали часы, стрелки остановив;
Зарождался в груди истерический крик,
Что ещё? Ничего. И навек для него
Время кончилось в восемь утра.

#небонадточкамi

Юность

Город знакомится снова, уже наравне.
Раньше впускал на постой, а сегодня  прийти
Просит. Нуждаемся оба: я - в нем, он - во мне.
Страх оставаться одним нас обоих настиг.

Сяду у края, укутаю в белый туман,
Руку на лоб положу и начну сочинять
Сказки. За поиском новых я лезу в карман
И нахожу там по сказочке день ото дня.

Вроде о том же они, только знаешь, хороший,
Те же истории  значат, сквозь время пройдя,
Несоразмерно и непредсказуемо больше.

* * *

Джилл смачно красится. Кружево. Юбка в обтяг
Коротковата. Взгляд в зеркало. Лето не бабье,
Да и немало их в принципе было, лет.
Может, косметика несколько и убавит...
Только бы не узнал никто, только б не.

Джереми восемь, а Лизе с Камиллой - годик.
К "первому миру" осталась одна постель.
Выпрямив плечи, глотает ком в горле и входит
В черные двери просить за своих детей

***

- Ну, за знакомство с одним из твоих героев,
Коих ты сотнями тысяч растишь и бьешь.
Это понятно, никто не хотел их крови,
Но растолкуй ты им это сквозь тишь да ложь...

- Кажется, понял, мой друг.
- Засыпаешь?
- …
- И славно.

Пахарь Арепо замедлил движенье тенет.
Нынче мы с городом можем общаться на равных:
Я этим вечером - в нем; он - навечно во мне.

#небонадточкамi

Средний возраст

Лена видит цветные сны
По праздникам и выходным,
А по будням — сплошь чёрно-белые.

К ней приходит Оле и просит:
- Ленка,
Сбережем-ка цветную пленку?
Ты пойми, мне не жалко четыре ленты...
Но я лучше отдам ребенку.
Высыпайся — шедевр добротный, светлый,
Про погоню, злодеев, любовь до гроба...
Засыпает крепко. Особой метой
Помечает сказочник. Но не рок он,
Не клеймо на жизни, а легкий росчерк —
Оле как благодарность открыл тайник:
И меняет на жертвенно-серые ночи
Невозможно живые цветные дни.

#небонадточкамi

Эдем

1
Розовато-белым цветам в саду
Я не видел конец и край.
Залегал в траве, отмокал в пруду
И ходить не хотел за грань.

У крыльца — гамак, за колодцем — холм,
У воды — из мостков причал.
С ноября по март я не слышал фон:
Снег укутывал — я молчал.

В марте таял звук, я срывал с себя
Теплый свитер и прыгал в пруд.
Глубина внизу обжигала: всяк
Оступившийся — хладный друг.

В черноту небес поднимался чад:
Занимаясь, валежник сох.
Я смахнул завесу туманных чар
И константа взошла иксом:

Кем я был до тех пор, как принять себя?
Что за гранью: моря, леса?
Звёзды яркие, небо ясное
И пылает поленница...

Я ушел во тьму — в одичавший сад —
Без чудес и хлопков дверьми,
Попадая в омут великих саг,
Расширяя шагами мир.

Я нашел в холме свод пещеры. Он
Притянул, поглотил меня.
И манил немедля священный звон —
Ведь разведать хотел, понять...

- Не пугайся тень — замерла совсем, —
Думал, веря едва-едва.
И фонарь погас, когда я осел,
Прочитав на стене слова:

2
Прошлась эпоха — и я упал,
Оплеван, дебел и гол.
Постыдно спрятав свой нагий торс
В потрепанный белый холст,

Я брел, спотыкаясь — опальный брат
Великих мира сего;
И воздух гудел, тишину поправ,
И тополь раскинул ствол

Среди небес, ковыля, земли.
Сидели, плечо к плечу
Художник-бездарь, пропивший лик -
И я, записной молчун.

Легла внутри нас такая пропасть,
Какой не найти вовне -
И вот, сиди и ушами хлопай
На ветреной стороне.

Он все говорил про искусство силы,
Негодность ткани и красок...
Я думал: -Заткнись, идиот спесивый,
Я ж был тобой! Я бы спас

Обоих от смерти, позора, рока...
Но, как и тогда, смолчал.
Хоть раз посеял - одна дорога
Для всех непутевых чад.

Я бросил неосторожно слово,
В ответ прилетел кинжал.
И я забился, не веря, снова
В агонии и упал.

Цвет караганы ветра колышут —
Чуть слышно идет весна...
И он, разодравший мое рубище
На два своих полотна.

3
Так Адам из Эдема вернулся в дом,
Пораженный собой былым.
Позабыл полдневный весенний сон
И клубящийся в небе дым...

Он хотел понять — но масштабы тайн
Превзошли ожидания
Посмотри на закате эпохи в даль
Сознавая недавнее:

Ты — вместилище тысяч и тысяч душ
Сам себе заповедный пруд
Погружаюсь — и словно в толпе иду.
Ты оглянись: вокруг

Прошлые жизни — лишь протяни
Руку, достань до дна...
В памяти вспыхивают они.
Твоя же — еще одна.

#небонадточкамi

Всё. Цикл (модное слово) или поэтический спектакль (вышедшее из моды) #небонадточкамi выложен. Можно прочесть целиком по хэштегу в канале, можно - единым постом в телеграф. Идем творить дальше.

Из Библии мы знаем наперёд:
Воскреснет, даже если и умрёт,
И умирает после воскресенья.
А где-то между вера в чудеса,
В то, что не окончательна коса,
Безудержное жадное веселье...

Рассказчик ненадёжен. Это так.
Погашен свет, откинуты места.
Я назову метафорой пробелы.
Переборов устойчивый рефлекс,
Смотрите, как шатающийся текст
Не цельным стал, но однозначно целым.

Друзья, у меня выйдет книжка!

Называется "Игра в литературу", 120 страниц. В твердом переплете, А5.
Иллюстрации сделал Денис Зорин, а корректуру - Светлана Коркина.

Я бы сказал, что будет в течение месяца, но месяц предновогодний, так что обещать сроки будем осторожно. Вот январь - более адекватно)
Зато попробуем поскорее выкатить полноценную электронную версию.

Так что какое-то время в канале будут не только стихи. Если вам отложить книжку по цене, дешевле чем в магазине - скажите об этом в сообщениях сообществу. Назовем это предзаказом)

Сделано за месяц (поэзия)

1 стихотворение
Много работы с издательством
4 раза почитал на публику

-Стеклянный, оловянный, деревянный.

Денис нарисовал еще одну иллюстрацию к стихотворениям в книжке, но в книжку оно не попадет. Поздно)

Затянувшейся
Осенью под ногами
Листья ложатся

Словно солнце зашло в бокале.
Говорите, оголодали?
Этот голод ничто не лечит:
Безнадёжный, нечеловечий.

Расходилось тепло по телу
Разъярённо, осатанело;
Пробивался фонтан тревожно
Через кожу.

Примыкает толпа устало
К изливающемуся составу -
И окрасятся чьи-то губы
В алый, в грубый.

И хватают нещадно руки,
Приникая то ртом, то ухом,
И не слушают крика злого:
- Дайте крови!

Вытрясая капли, моча жилет -
Хоть глоточек, хоть половиночку -
Называют женщину двадцати дай бог лет
Своей сладкой, своей кровиночкой.

И ослабнет она, и рухнет -
В помутненьи сминая звуки,
И услышит, теряя тело:
- Чао, Белла...

Сделано за месяц (поэзия)

2 стихотворения
1 хокку
4 раза почитал на публику

Тазик оливье
Съесть как-то неправильно.
Правильно - пару.

Сократ, домкрат и конокрад
По небу синему летят.
Бегут, не покладая ног,
Даждьбог, Магог и демагог.
Экзамены сдаёт баптист
На свист, кунг-фу и яйца глист.
Я вам сыграю на трубе
От ааа до бебебе.
На двери лифта долотом:
Пустите в дом.
А в доме радость и уют:
Жри, говорю, чего дают,
Того кусок, сего нальют,
И булку хлеба.
Бегу оттуда со всех ног,
Пока часы не били ноль.
Ах, конокрад, я так давно
Не видел неба.