Тем, кого я ранил:

Двадцать пять лет назад я попал в автомобильную аварию, в которой мне сломало челюсть и было повреждено правое лобное отделение мозга. Тогда всё внимание было сосредоточено на видимых травмах — переломе, отёке и непосредственном физическом ущербе. Более глубокая травма, та, что была внутри черепа, осталась незамеченной.

Полных обследований не провели, неврологические осмотры были ограниченными, и возможность повреждения лобной доли даже не рассматривалась. Лишь в 2023 году мне наконец поставили правильный диагноз. Эта медицинская халатность серьёзно повлияла на моё психическое здоровье и привела к диагнозу биполярного расстройства I типа.

Биполярное расстройство имеет собственную систему защиты — отрицание. В маниакальном состоянии ты не считаешь себя больным. Думаешь, что все остальные просто преувеличивают. Кажется, будто видишь мир яснее, чем когда-либо, хотя на самом деле полностью теряешь связь с реальностью.

Когда на тебя вешают ярлык "сумасшедший", появляется ощущение, что ты больше не можешь внести ничего значимого в этот мир. Легко отмахнуться от этого, пошутить и посмеяться, хотя на деле это тяжёлое, изнуряющее заболевание, от которого можно умереть. Согласно данным Всемирной организации здравоохранения и Кембриджского университета, средняя продолжительность жизни людей с биполярным расстройством сокращается на 10–15 лет, а общий риск смерти в 2–3 раза выше, чем у населения в целом. Это сопоставимо с тяжёлыми заболеваниями сердца, диабетом I типа, ВИЧ и раком — болезнями, которые без лечения могут быть смертельными.

Самое пугающее в этом расстройстве — его убедительность. Оно говорит тебе, что помощь не нужна. Делает слепым, но убеждает, что у тебя есть "прозрение". Ты чувствуешь себя сильным, уверенным, неуязвимым.

Я потерял связь с реальностью. Чем дольше я игнорировал проблему, тем хуже всё становилось. Я говорил и делал вещи, о которых глубоко сожалею. Некоторых людей, которых я люблю больше всего, я ранил сильнее всех. Им пришлось пережить страх, растерянность, унижение и полное истощение, пытаясь иметь дело с человеком, который временами был просто неузнаваем. Оглядываясь назад, я вижу, что оторвался от самого себя.

В том сломанном состоянии я тянулся к самым разрушительным символам, которые мог найти — к свастике и даже к футболкам с её изображением. Одна из самых трудных сторон биполярного расстройства I типа — это провалы в памяти: многие вещи я до сих пор не могу вспомнить. Это приводило к плохим решениям и безрассудному поведению, которое иногда ощущается как состояние "вне тела". Я глубоко сожалею и мне стыдно за свои поступки в том состоянии. Я привержен ответственности, лечению и реальным изменениям. Это не оправдывает того, что я сделал. Я не нацист и не антисемит. Я люблю еврейский народ.

Продолжение в комментариях.