Когда моя мама лежала в больнице на сохранении, медсестра, которая должна была поставить ей укол, никак не могла попасть в вену. «Мне больно!», — сказала мама. «Тебе больно?», — переспросила медсестра. «Это мне больно! Мои дети сейчас в Чернобыле!». Это было 26 апреля 1986 года. Про Чернобыль в большой стране тогда ещё почти никто не знал.

Вскоре в Чернобыль отправился папин однокашник по институту, метростроевец. Он был в сводном отряде Минуглепрома, который рыл обходную выработку под четвёртым энергоблоком. Впоследствии с большим трудом он добился для себя статуса ликвидатора и соответствующей пенсии. Здоровье он оставил там, под развалинами ЧАЭС.

Если вы когда-нибудь задумывались, почему в Российской империи на тюремном арго полицейских называли фараонами, вспомните, какой народ в глубокой древности пострадал от фараоновой власти. Заодно получите повод к размышлению об этноконфессиональном составе тогдашнего уголовного мира.

На последнем Гиперстриме поднимался вопрос различия жанров фантастика и фэнтези. Несколько лет тому назад на одном литературном семинаре я почерпнул занятную мысль: фэнтези это про взаимодействие человека с человеком, а научная фантастика про взаимодействие человека и технологии. Разумеется, это не строгий закон, а что-то вроде мнемонического правила, позволяющего хоть как-то категоризировать жанры.

Таким образом, те же «Звёздные войны» это скорее фэнтези не потому что там рыцари-джедаи, магия-Сила и атмосфера космосказки, а потому что это больше история про людей (вуки, тви'леков и т. п.), а все технологии в саге — от световых мечей до гипердвигателей, — это просто абстрактный «нуль-передатчик», на сюжет почти не влияющий. В то же время «Пикник на обочине» или «Мечтают ли андроиды об электроовцах?» это именно сай-фай, пусть и происхождение Зоны или репликантов тоже никак подробно не раскрывается.

Среди всех античных шифров наиболее известным, пожалуй, является шифр Цезаря, представляющий собой простой сдвиг каждого символа в тексте по алфавиту на заданное число позиций. Но из всей древней криптографии меня больше всего завораживает спартанский шифр «скитала». Суть его состояла в следующем: на стержень определённой длины и диаметра плотно рядами наматывалась лента из пергамента, после чего вдоль стержня наносилось сообщение, обычно короткое. Длина одной строки сообщения, таким образом, равнялась длине палочки, а количество строк определялось её диаметром (толщиной). После того, как сообщение было нанесено на пергамент, он разматывался и представлял собой полоску с (на первый взгляд) хаотично разбросанными по нему буквами. Прочитать это сообщение можно было имея палочку такого же диаметра и длины. Таким образом, палочка — собственно, скитала, — представляла собой буквально ключ для шифрования и дешифрования. Даже в случае атаки «человек посредине» — проще говоря, если нашего гонца поймают или подменят, — сам гонец не будет знать, что именно зашифровано в послании, а текст ещё нужно будет расшифровать и прочитать.

Конечно, это не очень криптостойкий шифр даже для своего времени, и взломать его можно разными способами. Но в своё время меня впечатлили сразу три вещи: его «аналоговость» (хотя и это не единственный такой античный шифр), его простота и остроумие («додумались же!») и то, что в сущности, это очень древний пример сквозного шифрования с симметричным алгоритмом, который используется, например, в современных мессенджерах. Вероятно, схожие чувства были у основателей Американской ассоциации криптограмм, поместивших скиталу на эмблему своей организации.

В общем, иногда мужчины думают не только о Римской империи, но и о Древней Греции :)

Заметки на полях античности.

Миф о Пандоре и её ящике (скорее, амфоре) хорошо известен, но стоит отметить, что Пандора в греческой мифологии это ещё и первая женщина вообще.

Название «гитара» происходит от древнегреческого инструмента кифара и в русский язык попало сложным путём из польского, испанского и латинского языков.

«Шпаргалка» происходит от греческого σπάργανον (sparganon), которое означало «пелёнка», и в русский попало примерно тем же сложным путём, что и предыдущее слово.

Герострат, сжегший храм Артемиды, сделал это в ночь, когда родился Александр Великий. Греки рассказывали, что богиня была в то время в македонской столице, далеко от своего храма, помогая царице Олимпиаде родить будущего покорителя Азии.

Коринфский ордер — самый богатый и пышный из всех классических архитектурных ордеров. Капитель коринфской колонны украшена цветами аканта и имеет довольно мрачную историю происхождения, приведённую Витрувием: на могиле некоей девушки родные оставили корзинку с вещами, придавив черепицей. Сквозь черепицу красиво пророс куст аканта, а увидевший это скульптор Каллимах восхитился и сделал по подобию могилы с цветами несколько колонн для коринфян.

Про Элевсинские мистерии слышали, наверное, все, но по всей Греции было множество подобных таинств, некоторые из которых были не менее загадочны. В городе Левадия, что в Беотии, существовал Трофониев оракул. Желающий получить прорицание должен был несколько дней прожить в храме доброго Демона и доброй Тихи (Случая), совершая приготовительные обряды и жертвоприношения, затем жрец совершал главное, финальное жертвоприношение, после чего объявлял, можно или нельзя гостю получить предсказания. Затем два 13-летних мальчика отводили его к реке, где он совершал омовение и испивал воду из двух источников — Леты (Забвения), чтобы забыть все прежние тревоги и волнения, и Мнемосины (Памяти), чтобы помнить всё, что увидит в пещере. После чего ногами вперёд он опускался в пещеру, а затем неведомая сила утягивала его вниз, где он проводил некоторое время, после чего возвращался обратно так же вперёд ногами. Что он там видел — осталось загадкой, но вернувшийся пребывал в таком состоянии ужаса, что не узнавал близких и не осознавал себя. У греков было выражение «побывал у Трофония» — о людях, пребывавших в мрачном, депрессивном состоянии. Впрочем, Павсаний сообщает, что спустя некоторое время способность смеяться всё-таки возвращалась к получившему оракул.

В Эрмитаже проходит выставка «К барьеру!», посвящённая дуэлям и поединкам с древнейших времён до наших дней. По понятным причинам, значительная часть экспозиции посвящена Новому времени, и помимо основной части с артефактами (холодное и огнестрельное оружие, доспехи, фехбуки и т. п.), интерес может представлять само развитие идеи дуэли. То, что дуэльные поединки были социально прогрессивны, поскольку отменяли бытовавшую прежде кровную месть, общеизвестно. Любопытно, как эта мысль развивалась дальше; Джироламо Муцио, итальянский писатель и гуманист, в своём трактате «Поединок Муцио Юстинополитанского, с рыцарскими ответами» (Le Combat de Mutio Iustinopolitain — кстати, обратите внимание, что оригинал на французском) сообщает, что дворянская честь это духовное качество, присущее благородным людям от рождения. Правитель может сделать человека бедным или богатым, но благородство и достоинство ему неподвластны, отнять у дворянина честь не может никто, «ибо только Бог хозяин нашей воли».

Очевидно, что подобное отношение к узаконенному убийству не могло остаться без внимания государства по мере нарастания его силы. Уже Генрих IV приравнял дуэли к оскорблению величества. В эдикте о запрете дуэлей короля Людовика XIV констатируется, что чувство безнаказанности у дворян привело к тому, что они «никогда за столько долгое время не участвовали в большем количестве дуэлей; похоже, им доставляло удовольствие смелее, чем когда-либо, попирать Нашу королевскую власть из вопиющего пренебрежения к добросердечию своих королей». Иначе говоря, мысль, что государство ограничивало дуэльную практику не [столько] из гуманизма, а потому что это выводило дуэлянтов из под официальной юрисдикции, подтверждается и документально. С другой стороны — и в экспозиции этого не увидел, но может, проглядел, — в правление того же Генриха IV казна получила несколько миллионов ливров штрафами, выплаченными выжившими участниками дуэлей, так что право на честь было оплачено французским дворянством не только кровью, но и золотом.

Слушайте, я вот чего подумал.

Вот во всяких фэнтези есть некромантия — магия, которая позволяет оживлять неживое, и есть некроманты, которые, стало быть, практикующие специалисты. То есть берут какой-то труп или скелет, «оживляют» его, тот начинает двигаться, способен выполнять какие-то команды и так далее. Со скелетами забавно получается, поскольку у них нет соединительной ткани, буквально просто кости как-то двигаются; в каком-то старом фильме даже обыгрывали троп «исчез в клубах логики», когда герой говорит скелету, что тот вообще-то не может существовать по законам физики, а тот чешет черепушку и согласившись, рассыпается.

Но я вот что подумал. Раз некромант способен заставлять двигаться неживые предметы («оживлять»), те способны выполнять простейшие команды. Можно же вместо всяких глупых захватов королевств заставить скелеты выполнять двоичные операции: нули и единицы, логические операции И, ИЛИ, НЕ (как именно — обсуждаемо, это уже детали). Затраты ресурсов при этом минимальны, еда им не нужна, энергия «магическая». Можно собрать гигантский некрокомпьютер и шагнуть из навозного фэнтези-средневековья сразу в Новое время. Назовём это бонпанк или некропанк. Соседние вестеросы сами будут просится к нам в империю.

Плюсы, минусы, подводные камни?

Октябрь 1993 года многим запомнился танковыми выстрелами по Белому дому, но в это время на другом конце страны грохотали совсем другие выстрелы. Два красивых человека приятно провели время, и теперь я вынужден ходить на работу.

Поскольку многие вещи до меня доходят с опозданием, только в этом году я открыл для себя аудиокниги — и стал извлекать пользу из своей привычки много и подолгу ходить. Начав с небольших рассказов и новелл — Конан Дойла, Марка Твена, Бунина и так далее, — перешёл на более объёмные книги, о которых и хочу рассказать. Считайте это рекомендацией, если вам хочется с интересом провести 20-30 часов, имея при этом свободные руки и глаза. Читка у всех трёх книг, кстати, превосходная.

«Террор», Дэн Симмонс

История загадочно пропавшей экспедиции Франклина у нас плохо известна, но в англоговорящем мире это сюжет на уровне челюскинцев. Зловещие записки, оставленные участниками в каменных пирамидах, найденные уже в наше время останки со следами каннибализма и прочие детали сами по себе интригуют, но Симмонс решил добавить к этому ещё и немного мистики. Описание трудностей, с которыми сталкиваются затерянные в арктических льдах 129 мужчин на двух кораблях, посреди чудовищного холода, нагнетает очень давящую, тягучую атмосферу ужаса, и поверьте, монстр из эскимосских легенд это далеко не самое страшное, что есть в книге. Хотя на мой вкус Симмонс всё же иной раз перебарщивает с натурализмом — я и с первого раза понял, что на ночной палубе попёрдывают то матросы, то офицеры, вот уж удивил, зачем же об этом в каждой главе напоминать. Есть мелкие огрехи, вроде упоминания рецепта на опиум, который в 1840-е годы продавался свободно, но в целом исторический фон книги сбит крепко. Правда, меня не покидало ощущение, что как раз стремление к историчности сыграло плохую роль: иногда книга напоминает раскрашенный дагерротип, а не самостоятельное произведение.

«1793», Никлас Натт-о-Даг

Если вы любите мрачные детективы или истории в духе «Диско Элизиум» с двумя непохожими напарниками-копами, то эта книга вам определённо понравится. Это дебютный роман автора, написанный добротно, убедительно и очень-очень черно́. Стокгольм конца XVIII века в его книге это грязный город, по улицам которого текут нечистоты, а жители говорят, выглядят и действуют именно так, как положено говорить, выглядеть и действовать горожанам того времени. Название книги, несмотря на то, что это шведский детектив, отсылает к французской революции и тогдашней Европе, и да, Натт-о-Даг действительно закрутил историю так, что политика пришлась к месту. Любопытно, что заметную роль в сюжете играет русско-шведская война 1788-90 гг — для нас почти забытая, а тут аж главный герой страдает от ПТСР после Роченсальма.

«Столпы Земли», Кен Фоллетт

Что у нас есть: огромный готический собор, вокруг строительства которого на протяжении десятилетий происходит множество событий разной степени драматичности, включая гражданскую войну в Англии XII века. Я практически с самого начала болел за отца Филиппа как за самого умного из POV-персонажей, но в целом здесь полно симпатичных героев, при этом Фоллетту удалось пройти по тонкой грани между живыми неоднозначными персонажами и скатыванием в чернуху: да, у нас тут Средневековье, но это Высокое Средневековье. Мне понравилось мысленно «примерять» на персонажей нашу современность: например, Филипп как «менеджер проекта "Кингсбриджский собор"» столкнулся со сложностью — его каменщики потребовали повышения оплаты труда, пригрозив уходом к «конкуренту» на стройку другого собора. Как с этим справится? Филипп, будучи талантливым управленцем, нашёл решение. Каменщики, кстати, не просто наёмные рабочие, а ложа с уставом и ритуалами, и я уверен, что автор изо всех сил подмигивал читателю, пока описывал, как братья-каменщики изгоняют из своих рядов одного из героев. Ну вы поняли, каменщики-масоны, поняли, да?

Фильм «Возвращение Одиссея» (The Return) итальянского режиссёра Уберто Пазолини (нет, не родственник) представляет собой забредшую на экран театральную постановку: он снят театрально, в нём нет ни спецэффектов, ни мистики, а актёры играют словно на сцене, но как же это всё завораживает.

В гомеровской «Одиссее» мастерски намешаны любовные треугольники, экшн, драма и даже хоррор, а кроме того — сложная тема вернувшегося с войны человека. Пазолини выбрал именно её и снял фильм, оставив за кадром всё связанное с приключениями, богами и чудовищами (впрочем, не отвечая чётко, есть ли вообще хоть какая-то фантастика за пределами очерченной истории, она просто не про это). За 2700 лет после Гомера сюжет «герой возвращается домой и наказывает всех плохих» обыгрывался многократно, и зритель с лёгким нетерпением ждёт, ну когда же Одиссей наконец начнёт раздавать всем женихам по серьгам, и вторя ему, экранная Эвриклея с счастливым облегчением произносит «Ты вернулся! Теперь ты убьёшь их всех!», но кадр в этот момент фокусируется на лице Одиссея, и — Рэйф Файнс весь фильм играет глазами так, что ему веришь каждую секунду, — на этом лице ясно читается мысль «А меня-то вообще хоть кто-то спросил?».

Не особо противореча тексту Гомера, Пазолини — даже не столько кинорежиссёр, сколько скучающий аристократ, — слегка меняет акцент некоторых сцен так, что вместо очищающего облегчения в сцене убийства женихов зритель чувствует тягучий ужас: «старый солдат с ПТСР вернулся и перерезал всех гостей в своём доме». Это подсвечивает отчаянный вздох Пенелопы — «После стольких лет в мире и покое!». Одиссей вернулся. А хорошо ли это?

Но Уберто Пазолини всё же не оставил зрителя без катарсиса. Финальный диалог Одиссея и Пенелопы оставляет надежду, что всё будет если не хорошо, то хотя бы нормально:

— Я хочу понять тебя.
— Ты не можешь понять меня. Я сам не могу понять себя.
— Мы сможем.

Томным вечером цифровой сервис стриминговой музыки подкинул пару песен, которые меня заинтересовали немного странной лирикой — знаете, как популярная группа «Бонд с кнопкой», тексты которой будто нейросеть пишет. Я полез изучать глубже и до меня дошло, что это действительно нейронка (группа, если что, называется Essecer). В «похожих» было ещё с десяток таких же «исполнителей» — с нейромузыкой под нейровокал, с нейротекстами и нейрообложками. Подозреваю, что их может быть гораздо, гораздо больше. Возможно, я пропустил что-то, но как-то вот незаметно наступил если не Великий Флуд, то киберпанк точно — ведь рекомендации тоже теперь с приставкой «нейро-».

Если первая моя эмоциональная реакция была скорее негативной — «ну вот, ещё и сюда нейрослоп завезли», то при дальнейшем размышлении я понял, что пока не могу сформулировать своё отношение к этому. Самое простое предположение — человеку, как это ни банально, всё-таки нужен человек, или, как сейчас говорят, нужен импакт: за музыкой хочется ощущать практический навык в виде репетиций, занятий вокалом, музыканта хочется (хотя бы в теории) встретить в баре и дружески приобнять, в общем, нужна какая-то взаимная связь «исполнитель-слушатель».

Или, как писал в далёком 1978 году великий Николай Носов,

...Существуют даже композиторы, которые сочиняют только мелодию, оркестровку же поручают музыкантам, знающим правила гармонизации. Теперь, как известно, это может делать даже машина. Компьютером называется. Этот компьютер может даже мелодию вместо композитора сочинить. Говорят, что скоро с помощью компьютеров вообще музыку можно будет писать. Неизвестно только, можно ли её будет слушать.

Знаете, Николай Николаевич, оказалось, что слушать всё-таки можно, но вопросов от этого меньше не становится.

Иосиф Бродский в своей Нобелевской лекции сказал, что в настоящей трагедии гибнет не герой, гибнет хор.

События морозного дня 26 декабря 1825 года, случившиеся где-то между Сенатской площадью и Зимним дворцом это большая русская трагедия, в которой не было злодея, – что бывает крайне редко, и которой погибал хор, – а вот это в нашей многострадальной истории случалось, увы, чаще, чем хотелось бы.

Пожалуй, хоть какие-то уроки, – и хотя бы из этого, – стоило бы извлечь.

Пользуясь длинными каникулами, добрался сериала «Властелин колец» от Амазон. Вопреки опасениям и ожиданиям, никакой особой «повесточности» я там не увидел. Лучшее определение, которое мне пришло в голову — это неплохой стильный фанфик, ни больше, ни меньше. Чёрная гномиха, которой пугали постеры, так вообще оказалась одним из самых ярких персонажей второго плана, что в целом порождает мысль, что если актёр действительно талантлив, то цвет его кожи особого значения не имеет, а если он плох, то никакие природные данные не помогут. Проблема «Колец власти» в другом, и она куда серьёзнее.

Я уже писал про многострадальные права на франшизу Толкина, стоит раскрыть это чуть подробнее. Существует две компании, которым принадлежат авторские права на произведения Профессора — Tolkien Estate и Tolkien Enterprises, они же Middle-earth Enterprises. Огрубляя, вторые владеют правами на «Властелин колец» и «Хоббита», эти права Толкин продал ещё в 1968 году. Первые — это наследники Толкина, владеющие правами на «Сильмариллион». Или, говоря языком книги, права на Третью и Четвёртую эпоху у американцев, а на Первую и Вторую — у англичан.

Отсюда и весьма, весьма вольное обращение с каноном, и бесконечный фансервис второго сезона (вплоть до цитирования «Гарри Поттера»), и общая пустота истории. Беда не в Галадриэли-бойце – это как раз +-канон, беда в том, что «Кольца власти» изначально позиционировался именно как сериал по «Сильму». А теперь представьте себе, что задача написать сюжет для него стояла перед человеком, который «Сильмариллион» не читал, а читал «Хоббита», «Властелин колец» с приложениями, краткий пересказ с википедии, ну и фильмы тоже смотрел. Вот что-то подобное у него бы и получилось. Сложная, богатая на события история первых двух эпох Средиземья была просто недоступна для шоураннеров в силу юридических причин. Вместо этого экранное время заполнено фанфиком в духе Перумова и «Чёрной книги Арды». Не то чтобы это прям очень плохо — но это и явно не то, чего ждали поклонники.

Думаю, стоит иметь в виду и то, что авторские права на наследие Толкина примерно через 20 лет закончатся, и его произведение перейдёт в общественное достояние. Вот тогда и начнётся настоящее веселье.