Вчера был год, как я работаю главным редактором The Village, но ничего бы этого не случилось без одного небольшого и наивного очерка, который я написал пять лет назад для блога Epic Hero. Блога давно нет, Дмитрия Медведева никто не воспринимает всерьез, а черновик остался.

Дима был обычным советским подростком. Когда ему исполнилось четырнадцать, он впервые влюбился, а перед его окнами поставили стелу с обещанием досрочного выполнения пятилетнего плана.

Стела стыдливо прикрывала большой пустырь, по которому прежде текла неглубокая река. Реку закопали, ещё когда Дима пошел в школу, то ли в 1972-м, то ли в 1973-м, он не очень запомнил. Через пустырь обещали провести новый канал и на его берегу выстроить театр оперы и балета. Но сколько мальчик не вглядывался, за окном он не видел ни первого, ни второго.

Дом, в котором жил Дима, был на пару лет младше его. Семья поселилась в новом районе на юге Ленинграда. Проложенная бульдозерами улица имени венгерского коммуниста Белы Куна походила на нагромождение бетонных плит посреди болота. Жители, спасаясь от грязи бывших колхозных полей, перебегали между домами по деревянным мосткам. В километре от дома, у железнодорожной ветки еще стояли старые колхозные теплицы и росли фруктовые сады, в которых к концу лета должны были появиться красные яблоки, если бы подростки не срывали их еще зелеными.

Из-за грязи мать Димы туфлям предпочитала сапоги. Обычно она сильно задерживалась на вечерних курсах. Дима ложился спать в девять, а когда просыпался в полночь от шума сцепляемых вагонов на дальней сортировочной станции, её еще не было. В кабинете отца горел свет, он занимался делами допоздна. Дима садился на кухне и ждал, вслушиваясь в звуки из парадной. Ждал поднимающегося лифта и читал книги с домашних полок.

Ранним утром Дима просыпался от протяжного сигнала локомотива: по железной дороге начинали ходить поезда. На часах было часов шесть, и в кабинете отца снова горел свет. Выпив воды, Дима вновь ложился спать. Когда его будила мать, отца уже не было — он садился на троллейбус маршрута №36 и уезжал на работу в Технологический институт.

Троллейбусную линию по их родной улице пустили осенью 1971 года, а следующим летом в окне троллейбуса Дима увидел молодого математика Бориса. Борис с другом Джорджем бесцельно катались по маршруту №35 и искали название для своей новой рок-группы. Они нашли его на соседней Будапештской улице: на втором этаже стандартного стеклянного бытового центра располагалась столовая «Аквариум».

В километре от дома Димы находился и первый в СССР универсальный магазин – его открыли на Бухарестской улице в сентябре 1970 года, в день, когда ленинградский «Зенит» победил «Спартак» из Орджоникидзе, а «Динамо» разбило киевский СКА. Оказываясь в универсаме, Дима, взяв металлическую корзинку для продуктов, любил проверять особой ложечкой свежесть хлеба и разглядывать совершенные пирамиды из банок рыбных консервов.

Зато Дима точно не любил хоккей и почти не играл в него, даже когда звали товарищи по классу. Его школу построили на северной окраине района, и за заливаемой зимой хоккейной коробкой чернело кладбище. Играть было просто страшно.

С юга родной район мальчика полудугой ограничивал проспект Славы. На пересечении Бухарестской улицы и проспекта образовалась круглая площадь, у которой стоял единственный в районе кинотеатр «Слава». Обычно школьники сбегали туда после уроков. Сбегал и Дима, и иногда в кино он видел ровесников Андрея и Витю. Оба жили где-то на западе, за железной дорогой, но часто заглядывали и сюда. После школы Андрей заиграет панк-рок, а Витя пост-панк, и оба проживут недолго.

За круглой площадью город заканчивался. Там текла река, трамваи уходили на кольцо, и в школе №310 училась отъявленная шпана. Они отбирали у других школьников мелочь и на магнитофонах с катушками слушали затертые и обрывочные записи Deep Purple, Led Zeppelin и даже Pink Floyd. Как и любой правильный мальчик из интеллигентной семьи, Дима в тайне завидовал им: ему хотелось носить джинсы и пластинку «The Dark Side of the Moon». Но за джинсы у проспекта Славы били.

А еще дальше, за рекой, в которой жили бобры, были поля, кирпичный завод, карьеры и небольшой лес. В том лесу пару раз видели лося, большого, красивого, но безрогого, а потом поставили мачты-глушилки, чтобы советские граждане не слушали того, что им не полагается слышать. Летом в карьерах

постоянно кто-то купался и тонул. Плаванию Дима предпочитал прогулки по окрестностям, и однажды он даже неудачно вляпался в поток голубой кембрийской глины, которую использовали на кирпичном заводе. Дома ругали, но подросток на пару лет увлекся химией.

А потом случилось очень много всего. Дима вырос и стал президентом России. И никакой морали, никаких юношеских травм.

Пятиминутка медиа.

К началу сентября бывшие сотрудники редакции журнала «Афиша», закрытого в начале декабря, сделали следующее.

– Даня Трабун перезапустил сайт Esquire;

– Нина Назарова запустила сайт о книгах «Горький»: http://gorky.media/;

– Феликс Сандалов участвовал в запуске «Горького» и стал главным редактором казанского городского сайта «Инде»;

– Миша Левин ушел в «Русь Сидящую» и собирается запускать реалити-шоу о жизни бывших заключенных. Кстати, Мише нужна помощь: goo.gl/63tEpd

Журнал «Афиша», который должен был перезапуститься в марте и стать ежеквартальным, так и не перезапустился спустя полгода после объявленной даты.

Привет.

Нарва, Эстония, 2016. Фото Максима Шера.

В понедельник на The Village выйдет репортаж о жизни двух соседних городов – российского Ивангорода и эстонской Нарвы. Это сиквел нашего материала про жизнь на границе России и Финляндии: http://www.the-village.ru/village/city/places/234937-border

Книжные фотографии этого самого банного комбината архитектора Панина делала Ольга Алексеенко, собственно весь проект можно посмотреть на ее сайте: http://oalexeyenko.com/torpedo

Ну и как обещал – чем отличаются и чем похожи российский Ивангород и эстонская Нарва: http://www.the-village.ru/village/city/places/244701-ivangorod-narva

Я наконец-то прочел «Суперобъекты» Сергея Попова, вокруг которой был локальный хайп прошлой осенью, и это довольно странная штука. С одной стороны, Попов – классный астрофизик, а тема книжки – нейтронные звезды и черные дыры, что вообще может быть круче (ну окей, всякое архитектурное дрочево круче). С другой стороны, текст мучительный: Попов то вдается в лишние детали, то наоборот пишет слишком обще и без каких-то объяснений. При этом видно, что на самом деле это не полноценная книга, а набор видеолекций «Постнауки», перенесенных в текст. Но то, что хорошо считывается на слух, вообще-то требует тщательной редактуры, а её не было. Ну и это уже не говоря о том, что в книге о космосе красивых картинок и схем должно быть как можно больше.

Но на самом деле я не пожалел, что прочел, потому что благодаря этой книге я как-то впервые задумался об одной довольно очевидной вещи, которая просто раньше не приходила мне в голову: а что будет, если ты пересечешь горизонт событий черной дыры? Есть распространенное заблуждение о черных дырах, что они – это что-то типа звезд, только не светят. И пересечение горизонта сродни падению в бассейн: ты прыгаешь, и тебя постепенно обволакивает вода. А на самом-то деле это не так: у черных дыр нет поверхности, и горизонт событий – это не условная водная гладь бассейна, а просто граница, за которую не может заглянуть внешний наблюдатель. И парадокс заключается в том, что пройдя горизонт, скорее всего ты вообще ничего не почувствуешь. А если черная дыра достаточно огромная и массивная, то ты можешь еще хоть всю жизнь лететь навстречу сингулярности, пока тебя не раздавит гравитация. Супер.

Кстати, вот хорошая научно-популярная статья на эту тему: «If you fell into a black hole, you might expect to die instantly. But in fact your fate would be far stranger than that» http://www.bbc.com/earth/story/20150525-a-black-hole-would-clone-you

16 сентября на HBO состоялась премьера «High Maintenance» – телеверсии одноименного веб-сериала, который уже три года делают супруги и соавторы Бен Синклер и Катя Бликфельд. Вы, скорее всего, его видели: бородатый торговец марихуаной (собственно сам Синклер) ездит на велосипеде от одних покупателей к другим, и каждый раз мы видим очередную сценку из жизни типичных бруклинцев (вот трейлер – https://www.youtube.com/watch?v=dzSgxHd0MKo – а в России можно легально посмотреть на той же «Амедиатеке»).

Мы с @ritapopova посмотрели первую серию, и она классная, немножко грустная, от веб-версии отличается разве что длиной – и, вдобавок, по телевизору там смотрят RuPaul's Drag Race, а главный герой эпизода как две капли воды похож на одного моего друга. И это навело меня на одну мысль.

Ребята из «High Maintenance» и «Broad City» (которые между собой, кстати, делят актера второго плана) фактически просто снимают своих друзей и рассказывают о жизни своей тусовочки. И мне бы хотелось сделать то же самое. Я хочу написать книжку о тех людях, которые меня окружают. Такой сборник рассказов, где главные герои одних историй становятся второстепенными героями других, и наоборот. Я хочу написать фикшн, в котором все факты и реплики героев были бы документальными, а не придуманными.

Я понимаю, что скорее всего это никому не будет интересно, но мне бы и правда хотелось это сделать. Не из каких-то литературных амбиций, и даже не для того, чтобы зафиксировать ощущение времени или жизнь той самой тусовочки. Мне кажется, что мы все очень плохо знаем друг друга – и не только знакомых, с которыми перекидываешься парой фраз на очередной вечеринке, но иногда и самых близких друзей. Мы можем даже встречаться с человеком и не понимать, что у него в голове. Мне бы хотелось понять людей вокруг себя.

У меня самая классная девушка на свете (кстати, вот ее канал – @ritapopova), и она снялась в рекламе Monki: https://vimeo.com/174794307