Если я чем и похож на Генри Фонду, так это тем, что не выношу себя на экране. Но стараниями Андрея Карташова и Дарины Поликарповой наш разговор о 1999-м в кино и книжке Брайана Рафтери получился вполне себе, можно себя стерпеть. Журнал «Искусство кино» как раз подогнал запись этих посиделок. А за встречу и съёмку спасибо «Иноекино».

https://www.youtube.com/watch?v=datKVz2jHbs

«Лучший год в истории кино» Брайана Рафтери наконец попал на прилавки, всем его советую. Обложка здоровски обыгрывает кассету — на ней и вырубка под палец, и текстура форзаца отсылает к VHS. Любопытно, что судя по тексту книги, для Запада 1999-й — это уже однозначно DVD, в то время как у нас это еще строго кассетная эпоха. Дисковые релизы, по словам Рафтери, «дали новую жизнь» фильму «Офисное пространство», и сформировали культ вокруг «Бойцовского клуба».

К чему я об этом? В этот четверг в «Порядке слов» представляю книгу Рафтери, и это будет самая высокобюджетная лекция в моей карьере. Буду показывать «Англичанина» Стивена Содерберга, переписанного с DVD на кассету. Поверьте, для этого пришлось упороться. Так что надеюсь вас увидеть. Начало в 19:30.

Если вы согласны, что в России снимают не только Крыжовников и Бондарчук, то обязательно прочитайте гид Сергея Дёшина по самым ожидаемым российским картинам наступившего года. Вторые фильмы Александра Ханта («Витька Чеснок») и Дмитрия Фальковича («Иванов»), самостоятельный дебют сокуровской ученицы Киры Коваленко, кино о женщине, желающей сделать свой «Твин Пикс», и много другой мякоти. (Спойлер: там и на 2021-й год календарь можно составить.)

Для затравки напутствие от Фальковича: «Пиши интуитивно! Фото из фильма? А не бывает кадров из несуществующих фильмов».

https://seance.ru/articles/russian-films-2020-part-one/

Вуди Аллен против кенгуру. Британское шоу Hippodrome, 1966 год. Дрессировщик ловко замаскирован под рефери.

https://www.youtube.com/watch?v=dPqvqPIGFts

​​Поговорил с историком Владимиром Лапиным о «1917» Мендеса. По его мнению, это катастрофически плохо. Материал скоро выйдет в «Сеансе», а пока для затравки — Лапин о фильме про человека на войне, который стоит посмотреть. «Ливан» Самуэля Маоза.

«Маоз сознательно пощадил зрителя: танк — очень дискомфортное место, там стоит страшный грохот. Во-первых, постоянный, невообразимый рев двигателя. Во-вторых, выстрелы. Экипаж во время стрельбы не слышит друг друга даже по внутренней связи. После каждого выстрела слух возвращается только через несколько секунд. А сначала в ушах характерный звон, и только губами все шевелят. Вот если бы авторы еще и оглушали зрителей на эти несколько секунд…»

https://seance.ru/articles/maoz-lebanon-screenshot/

Вчера объявили, что «Сибирь» Абеля Феррары покажут в конкурсе Берлинале. А я вспомнил, как на петербургском показе «Томмазо» Феррара кричал со сцены тем, кто хотел задавать вопрос на английском: This is Russia, so fucking speak Russian!

В общем, несколько обрусел, пока «Сибирь» снимал — Россия для русских, это вот всё.

В суде над Вайнштейном жара. Актриса Джессика Манн вышла давать показания, сказала, что у Вайнштейна нет яиц, что «в первый раз ей показалось, что у него вагина» и он, похоже, интерсексуал. В одном из изданий написали, что «в этот момент Вайнштейн печально склонил голову».

Живите с этим.

https://www.vulture.com/2020/01/jessica-mann-harvey-weinstein-trial-testimony.html

Ничего задорнее на тему «1917» вы не прочитаете: историк Владимир Лапин топчет однокадровую съемку Мендеса. Пока записывал по телефону, с трудом сдерживал хохот.

«Возможно, дело в том, что фильм перемещает нас в некое странное измерение, существующее по своим законам. Ведь начинается действие фильма в апреле — мы видим вишневый сад в цвету. На протяжении фильма, снятого как бы одним кадром, солдаты продираются трудные пятнадцать километров... и приходят, судя по растительности, в хороший, добротный июль.

Кстати, а чего они идут-то? Ведь есть сцена, где мимо без всякого труда проходит автомобильная колонна. Почему сразу на машине не поехали? Все едут, а этим места в грузовике не нашлось? Колонна появляется по всем законам подобного кино — внезапно. То есть, герои не слышат, как их настигает автоколонна с ревущими по бездорожью грузовиками!»

https://seance.ru/articles/1917-film-context/

В «Остине Пауэрсе» был эпизод: герой только оттаял после криогенной заморозки, рядом уже роскошная Элизабет Херли, человек за конторкой выдает ему личные вещи. Очередь доходит до шведского увеличителя члена.
– Это не мой, крошка! – говорит Пауэрс.
Человек за конторкой достает чек, подписанный Пауэрсом, на покупку шведского увеличителя члена.
– Вышла какая-то ошибка. Это совсем не моё, крошка!
Тогда человек за конторкой достает книгу Остина Пауэрса «Шведский увеличитель члена. Это моё, крошка!»

Мне кажется, эта сцена хорошо описывает нынешнюю культуру припоминания – что с постами в ЖЖ нового министра культуры, что с оскорбительными твитами Джеймса Ганна. Даже если вы перестали считать Лувр свалкой или писать ненавистнические твиты, это вовсе не значит, что и мир вокруг последние годы пребывал в заморозке и вам ничего не припомнит. Или, проще говоря: завел себе шведскую приблуду, держи этот факт при себе.

https://youtu.be/sRk_-pgYfWk

Президент Дмитрий Медведев о «Форресте Гампе», май-2011:

«Дмитрий Медведев предложил актеру Гоше Куценко снять оптимистический фильм о жизни детей с ограниченными возможностями и выразил надежду, что эта кинолента будет не хуже, чем "Форрест Гамп". "Правда, я его посмотрел в несколько приемов, потому что фильм сложный, но производит очень сильное впечатление"».

А мы с вами посмотрим в один прием – 8 и 9 февраля рассказываю о фильме в Авроре и Варшавском экспрессе соответственно. Пока же буду понемногу писать о фильме тут.

Билеты – https://www.inoekino.com/distribution/forrestgump

Теги: «союз», «спасение».

Вслед за Зельвенским (https://news.1rj.ru/str/ubobra/19) предлагаю свой мэшап.

Пересматривая «Форреста Гампа» перед премьерой, понял наконец, что в знаменитой сцене «вот и всё, что я могу сказать про Вьетнам» Форрест оказывается в центре протеста у мемориала Линкольну, а публике его представляет Эбби Хоффман. Хоффман за пять лет до выхода фильма покончил с собой, а в 1960-е был таким важным активистом-трикстером. Например, во время описанного в картине протеста он обещал «поднять силой мысли в воздух Пентагон, пока тот не порыжеет и война не кончится». Это, конечно, отдельное качество «Форреста Гампа». Он словно адвент-календарь: каждый раз, когда к нему возвращаешься, тебе открывается новое оконце.

А про Хоффмана и фильм Криса Маркера об этих событиях я писал ранее — https://news.1rj.ru/str/sieramadre/16

Наскоро написал текст о комиках в драматических ролях. Не только Керри, Сэндлер и Карелл, но еще Никулин у Германа, Бурвиль у Мельвиля и Бастер Китон у Сэмюэла Беккета. Процитирую мою любимую историю про Джерри Льюиса, Холокост и отношения с Библиотекой Конгресса, которую так и так собирался здесь рассказать:

Большинство артистов в этом списке снискали славу в стендапе, но не Джерри Льюис — наследник немой комедии, гений эксцентрики, трюкач, сценарист и режиссер многих своих фильмов, включая, например, «Чокнутого профессора», ремейк которого с тем же Эдди Мёрфи хорошо нам знаком (оригинальный фильм хранится в Библиотеке Конгресса как национальное достояние). В 1970-м у Льюиса вышла военная комедия «В какой стороне линия фронта?» о Второй мировой, сюжет которой слегка смахивает на «Бесславных ублюдков». После нее Льюис внезапно посерьезнел: сбросил 16 кг, объехал места бывших концлагерей в Освенциме и Дахау и начал делать фильм об ужасах холокоста «День, когда клоун плакал». Однако картина так и не увидела свет. Льюис разругался с продюсерами, забрал себе черновой монтаж, в то время как студия вернула во владение съемочный материал. До самой смерти комик так и не решился явить миру свою самую серьезную работу. Ходят слухи, что Льюис успел передать копию Библиотеке Конгресса, которая по условиям договора сможет показать картину в 2024 году.

https://www.kinopoisk.ru/media/article/4000547/

Лучшая благодарственная речь все равно у братьев Сафди, вы такой не видели – https://youtu.be/QmWn4REiGxs

Тимур Алиев не ест, не спит и не пьет. Он смотрит кино, и в особенности радеет за русское: оповещает, когда чего доступно онлайн, что попадает на фестивали, и проходится по отечественному блокбастеру как ледовый комбайн. Собственно, вот он уже проехался по «Льду 2» – https://news.1rj.ru/str/popelescu/48

Данила Козловский снял честный трейлер сериала «Чернобыль» HBO. Даже Дятлов признал бы, что эта штука радиоактивна – https://youtu.be/rm5ujjPybYM

Кажется, нам будет очень плохо.

Ангелу Шанелек попросили описать какую-нибудь важную сцену; что-то подобное в «Сеансе» я предпринимаю в рубрике «Стоп-кадр», куда нам пишут режиссеры, историки и политологи. Но тут все-таки Шанелек. И она говорит о лисице из «Антихриста».

«Момент с лисой. Он так красиво и просто сделан. Мы видим пару в лесу, она оставляет его, и на мгновение он оказывается один, и мы больше не смотрим на их серьезную попытку сохранить брак. Что-то шевелится в траве, словно из сказки, и вот через растительность мы видим это невероятное животное. Оно тяжело ранено, но все равно остается таким прекрасным. Вдруг ты осознаешь этот искусственный свет на бледном лице Дефо. И тут лиса говорит: „Всем правит хаос“. Будто правда наконец проступила через искусственный язык кино.

В фон Триере я люблю его свободу, то, что он не испытывает надобности прятаться. Мне кажется, в его работах я обнаружила общий для нас интерес к природе, в особенности к ее звукам. Раньше для меня был крайне важен оригинальный звук; когда я снимала на улице, всегда искала место погромче. И дальше происходило что-то вроде схватки между этим фоновым шумом и моими диалогами, и я хотела видеть их состязание, чтобы передать силу того и другого. Лишь позднее я стала меньше на это полагаться, и больше манипулировать звуком в постпродакшне. Мой подход к естественному звуку стал все больше „сделанным“, что наверное похоже на потустороннюю тишину из этой сцены „Антихриста“.

Хаос правит через природу, и эта природа включает в себя всех нас. В этой сцене я уже не была зрителем вне действия, наблюдающим за двумя актерами. Их диалог — споры, которые придумал фон Триер и дал им разыграть — разом завершился, словно людей нужно было заставить умолкнуть ради того, чтобы мы услыхали лису. Но перед этим должно было возникнуть молчание природы. И затем, когда фон Триер дает заговорить зверю, ты ощущаешь, как дистанция между человеческим и животным мирами вдруг становится меньше. Что-то ломается, и я ощущаю, как оказалась ближе к актерам. И в этот момент я уже могу воспринимать фильм как нечто серьезное».

https://www.youtube.com/watch?v=0ii1aLFfKP8

Написал историю спойлеров: как ранний кинематограф рассказывал все наперед и почему без спойлеров не было бы «Годовщины революции» Вертова; как Анри-Жорж Клузо просил зрителей «не быть, как дьяволицы», а Хичкок всех перехитрил (и превратил поворот из «Психа» в феномен кинопроката); как франшизы научились заигрывать со спойлерами, а мы оказались в сегодняшней ситуации. Начинаю с Харрисона Форда в моей любимой сцене, заканчиваю Джо Пантольяно в другой любимой. Внутри спойлеры.

https://www.kinopoisk.ru/media/article/4000593/

Когда хайп-машина мчится на полных оборотах, никому не хочется чувствовать себя отстающим. Люди уже не растягивают удовольствие, но штурмуют кинотеатры в день премьеры. Опоздать — значит подвергнуть себя риску услышать спойлер. Или не вписаться в дружеский разговор. Как, вы не знаете, кто отец Люка Скайуокера? О чем с вами говорить?! Кстати, обратите внимание, как главный спойлер «Империя наносит ответный удар» толкнул Лукаса со товарищи на самоповтор в «Возвращении джедая», где мы узнаем, что Лея и Люк — это сестра и брат, хотя в прежних двух фильмах авторы явно держали в рукаве романтический козырь. Кинокритик Мэтт Золлер Сайц вспоминает, как в мае 1983-го тинейджером услышал от школьного приятеля про «Возвращение джедая».

«Он сказал: „Поверить не могу, что Люк и Лея оказались братом и сестрой“, — говорит Сайц. — Я ударил его в живот».

Франшиза требует постоянного воспроизводства. Те, кто посмотрел «Скайуокер. Восход», могли заметить, что и в девятом эпизоде один из главных сюжетных поворотов нацарапан на фамильном древе Скайуокеров.