SINCE YOU'VE BEEN GONE

безумные мерцающие огни
пролетают певчими птицами,
взрываются яркой весной
в задней части автобуса,
пока я пытаюсь выяснить,
в чём мой хлеб насущный,
в чём мой ивовый крест,
набережная топится в мусоре
и исчезает под грудой льда,

проспект утопает в конфетти
после чьих-то торжеств,
в моих руках кусочки нашей помолвки, разрезают ладони
и занимаются кровопусканием,
всё блеклое и тёмное пространство ближайшего парка
зовёт меня с собой на праздник жизни, которого я не знал,
на торжество бессмыслицы,
ничего не осталось от прошлого,
где я мог хотя бы надеяться
на какое-то подобие счастья,

город наполняет мои внутренности пустотой и болью,
напоминая каждую линию пути,
каждый наш шаг по кирпичной укладке, этот треск под ногами,
в букинистах до сих пор запах твоих духов между книг,
в кофейне меня спрашивают,
почему снова пришёл один,
где моя дама сердца и я снова
выхожу, опустив голову вниз,

линии электропередачи поднимают меня и проносят над мостом, над рекой, над домом,
показывают мне всю мою жизнь,
всё, что мне довелось терять,
ведь всё чему я научился
за эти двадцать с лишним лет
это проебывать всё вокруг
и бесконечно жалеть об упущенном и я выкрикиваю твоё имя, но в ответ лишь ветер
срывает шапку и продувает,
мои кости промерзли насквозь,
когда пытался набрать кирпичей в рюкзак и войти в ледяную реку,
чтобы закончить всё это,
закончить, как можно скорее,

закончить всё это,
ведь я знаю, почему ты ушла,
знаю, что со мной не так,
что тревожило тебя эти годы,
что причиняло тебе боль,
знаю, кто устроил всё это,
но он боится даже выйти
и назвать свое имя.

меня зовут паша и я причинял тебе невыносимую боль меня зовут паша и я в ответе за это меня зовут паша и я потерял тебя меня зовут паша и я ненавижу себя свое тело свою жизнь меня зовут паша и я не заслужил последний хватит хватит хватит шанс меня зовут паша и я говорил слишком громко или кричал меня зовут паша и сквозь белый шум в моей голове я не слышал о твоих просьбах о том чего тебе и правда хотелось меня зовут паша перестань прекрати и я больше не смогу верить себе верить людям меня зовут паша и я прятался от проблем меня зовут паша и я больше не смогу полюбить и никто не полюбит меня я исчезну в воздухе среди шума машин и ругани в ближайшем продуктовом

меня зовут паша и всё что ты можешь сказать мне это прощай
потому что весь этот город умрет
весь этот чертов город исчезнет
когда ты уйдёшь когда ты уйдешь

ВЕДЬ ВСЁ ЧТО БЫЛО МНЕ ДОРОГО
ВСЕ КОГО Я КОГДА-ТО ЛЮБИЛ
ВСЁ ЧТО ИМЕЛО ЗНАЧЕНИЕ

РАСПАДАЕТСЯ ИСЧЕЗАЕТ УХОДИТ
ВЫЦВЕТАЕТ ТЕРЯЕТСЯ ПРОПАЛО

все выходит из под контроля и я ничего не могу с этим сделать бесполезная плоть берет меня в заложники и плюет солью на раны бессмысленная череда откровений ведь все в этой жизни закончено весь этот город всегда будет мертв и третьего пришествия не будет всё кончено всё когда-то закончится и я в том числе все эти люди будто потерялись в темноте их разбитые лица потерянный вид повсюду одно и то же движется по лезвию холодной стали агрессивно утеряно круг не заменяется ничем круг не замкнется повсюду злоба и ругань ненависть захватила разум весь этот город гниёт в облаке миазмов и ртути золотая кровь плавится в лужах или перегной становится ледяной струёй не имеет значения весь этот город останется мертвым и ни с одной крыши я больше не увижу лучика солнца капельки света твоего лица нашей любви неистовой чувственной прекрасной нетронутой теплоты человеческого сознания.

СУИЦИДАЛЬНЫЕ МАШИНЫ (ДЛЯ БЕЗРАБОТНЫХ И ПОТЕРЯВШИХ СЕМЬЮ И ДОМ)

начиная со вчерашнего дня,
погода перестала слушаться
моих молитв, но я чувствую
крохотной толикой пальца —
скоро всё изменится навсегда,
разбитую жизнь не
собрать--------и я очень устал
в одиночку----------совсем забыл
и чтобы быстрее,-----с чего начал
всё сужается в----------для чего
квадратное озеро,----был рождён
в небесную длань,------для плача
в амфетаминовый забег---между
на китай-городе,-----------строк?
в пьяные поездки------но зачем
по плехановским-----мне дано
улочкам таких-------столько слёз?
родных сердцу,-------but why?
в крышу---------------for what?
родительского дома----to weep
в земную твердыню,-------again!

суицидальные машины
настороженно наблюдают
за моей одинокой прогулкой,
и остаётся лишь притворяться,
что снова разучился плакать
на пару ближайших месяцев,
снова перестал оглядываться
когда быстрее иду сквозь толпу.

[начиная с января
больше нет крыши
над головой у меня
хочется начать вопрошать
почему и за что
но это ни к чему
никогда не ведёт]

я забуду всё.
начиная с нежности,
которая выкипает
и стремится на волю.

(даже если я умру в одиночестве)

я забуду всё.
твои маленькие руки,
твои смешные глаза,
всё что исходит
из меня вместе
с похотью.

(даже если умирать будет больно)

я забуду всё.
твоё имя, стиль письма,
разноцветные волосы,
пижаму со странным узором,
наши кружки и носки,
парные ожерелья,
ночи в поездах,
ночи в хостелах
и ночи любви,
всё выйдет из меня
через боль,
через порезы на теле.

(даже если умирать очень страшно и очень неловко)

я забуду всё.
каждый вздох
и каждый стон,
каждый позвонок,
каждый палец на ногах,
каждое милое прозвище,
каждую ссору,
каждую попытку суицида,
каждую трещинку в кости.

[начиная с января
больше нет сил
работать хоть кем-то
среди легкого снегопада
среди уральского солнца
отрезанного ото всех дня]

я словно забыл как рождался,
с чего начиналась эта история,
и теперь всё это —
лишь безвременья вскрик,
всхлипы провалов в памяти,

и никому не нужен стану, пускай,
я и сам знаю, что же не так,
и теперь моё сердце —
свалка для эмоционального
мусора, для чужого горя,
мистический портал,
где исчезает чужая боль,
чужие мысли, чужой свет,

погода за окном почти
не менялась неделю,
солнце рвется
через иней пробиться
к моему лицу
ослепить улыбкой,
когда оно здесь,
то перестаю думать
и всё становится
чуточку легче терпеть,
терпеть через
вечный дневной сон,

и я вечно забываю,
что давно должен был
развалиться на части,
воспользуйся этим
схвати мои руки в свои
и коснись моего сердца
вместе со швами
новообразованиями
сигаретными ожогами
вместе с лучами солнца

я никогда не забуду.
слишком трудно объяснить
ребенку внутри что к чему,
зачем мы уезжаем в никуда,
надолго ли и вернемся когда?
не знаю точно, не скажу,
ведь много миль вперёд идти,
как много нужно нам узнать,
так много миль вперёд до сна.

я никогда не смогу забыть.
ведь и смерть моя —
это тоже ты. это всё ты.
даже если я умру в одиночестве.

SUICIDE PILOT

что-то есть во мне
ускользающее и тёплое
в самых глубинах
не готовое отдаться
надежде на счастье
и самой идее счастья

это нечто бьётся
во мне как второе сердце
фильтрует мои мысли
как вторая пара лёгких
оно стонет по ночам
от несуществующей боли

в перелёте пермь-москва
это нечто сжирает меня
рассекает напополам
бритвой самсона
пьёт все из моего
источника сил
где-то внутри

пилот говорит
по громкой связи:
«всё кончено,
жена отсудила
моего сына
мою дочь
больше я не веду
этот самолёт
и ничем не могу вам
помочь дорогие
пассажиры
теперь
я пилот-самоубийца»

я чувствую его слова
своим чем-то
и одобряю его слова
(у него мой голос)
ведь он правда
не может ничем
мне помочь

что-то есть в тебе
за что мне хочется
держаться всем телом
и боготворить твой
сладострастный образ
ведь я никогда не увижу
какая ты на самом деле
пилот-самоубийца
идёт с сигаретой
по салону
и берет меня за руку.

ИНТЕРЛЮДИЯ: БОМБА

над нами зависла бомба
и мне кажется
что ей все равно
на кого из нас упасть

и мне кажется
что ей не особо интересны
наши чувства и мысли
наши неловкие объятия

над нами зависла бомба
уже достаточно давно
а я не могу оторвать
своих глаз от тебя

скажи мне чем хочешь
заняться
в эти последние
несколько секунд
не переживай
мир не остановится
только на этой случайности
продолжая свою
круговую поруку
жизнь продолжится
закончится только
кто-то из нас

над нами зависла бомба
и ей всё равно куда лететь
полетели вместе с ней
мы застряли здесь
на ближайшие сто лет
и других вариантов нет

- есть ли мысли у тебя
куда прилетит она?
- а куда бы ты хотела?

ALEX CHILTON'S LONG GONE BLUES

пока земля под ногами
истерически сгорала
разбегаясь с обрыва
прыгала в бездну идеи
повышала свои ставки
пока ты оплакивала
мои ошибки и крики
мое существование
я думал лишь об одном
как могу стать лучше
стать другим человеком
и мне кажется что я
действительно меняюсь
вопреки всем ожиданиям
закрываясь в себе и
становясь туманом над
заброшенным пляжем

а я в одной воде
с утопленником
моим старым
близким другом
вдыхаю водоросли
и трупный яд
под солнцем будды
невозмутимым
плаваем наперегонки
и в мои руки
теперь тоже
впиваются ржавые
рыболовные крючки

пока алекс чилтон смеясь
играет долго уходящий блюз
его сердце скребётся об дно
оно не выдержало однажды
с цементом на худых ногах
сентябрьской петлёй на шее
и мы покоренные слушатели
подводные жители
камнями становимся
в окна теплоходов бросаемся
лишь бы поговорить с кем-то

а ты все ещё плачешь
твердишь без остановки
что не знаешь меня
не понимаешь откуда
приходит вся святая боль
давая шанс к искуплению
что ж никто не знает
мою настоящую сущность
ведь если узнали сбежали бы
при первом запахе
утренней сгибающей кости
линии объемного света
что проклинает меня
при каждом пробуждении

утопленник не такой злой
как о нем говорят другие
поверь мне он лишь
хочет показать каким
должно было стать моё тело
скрюченное виной и тоской
вечной всеобъемлющей душой
этой родной разлегшейся реки
она дрожит как провода
на этом зачарованном морозе
предлагая лечь на льдину
уплыть вместе с ней скорее

и мне кажется что я
никогда не смогу стать лучше
пробираясь позади теней
в дешевой театральной пьесе
призраки воют хором
отправляя в прошлое
мое раздробленное сознание
пока я пытаюсь зажечь
петарду между зубов
может она взорвет мою голову
и ты на самом деле
узнаешь меня чуть лучше

пока алекс чилтон играет
покорно свой уходящий
всё дальше и дальше блюз
и звуки его голоса определяют
наши новые личности
под его струнами мы спасены
(я буду и дальше пытаться
измениться стать лучше).

BORN DEAD

амфетаминовый забег
в темноте четыре утра
плеханка забирает людей
сгребая все души в кучки
как иголки в стог сена
это вовсе не последняя черта
которую можно переступить
на улицах туман и смог
ориентируясь по свету
вывесок и газовых фонарей
добираясь до чужой постели

вздохи и дым из окон
вылетают к моим ногам
словно кто-то наблюдает
за моим путешествием
на край пермской ночи
не сомкнувшись глазами
больше не встретимся
не свидимся не сторчимся
не слюбимся не уснём

занимая немного денег
во мне не остаётся гордости
упаковка чая по скидке
и пачка дёшевых сигарет
разбирает меня по кусочкам
представить не мог
насколько низко я опущусь
в глазах моих друзей
и относительно хороших
немногочисленных знакомых

осталось несколько кварталов
ещё пара подъездов и всё
снова будет (почти) в порядке
пара дорог и всё становится
совершенно знакомым
почти ностальгическим
и умолкаю тебе на радость
избивая себя у чужой раковины

пока родственники убеждают
себя в том что со мной
все обязательно будет хорошо
что я больше не вдарю себе
прямо по вене гниющей
не спущусь в геенну огненную
моя жизнь несколько дней
пролетающих друг за другом
в немеркнущей темноте
свечка в зубах свет отключили
уже несколько недель назад

и моё отражение кричит мне:
«ублюдок
я не могу
быть тобой
мне так противно
просто быть
хоть сколько-то
похожим
на твоё лицо
в наркотическом
приходе
ты настоящая
тварь и совсем
скоро вот увидишь
умрёшь с передозом
вот увидишь»

как жаль что оно не понимает
что пусть и правда за ним
но мне больше не страшно
разрушать свою жизнь
разодрать рамки дозволенного
ведь каждую ночь мне
снится один и тот же сон
где мой отец говорит мне
что я был мертворождённым.

TO START THIS ALL OVER AGAIN IN THIS DEAD HOUSE, ON THIS DEAD LAND, ON MY OWN FUNERAL WITH MY OWN STILLBORN HEART AND EYES IN THE GRASS WILL WATCH US GETTIN AWAY WITH IT ALL MESSED UP INSIDE

я слушал пинкфлойдовский animals где-то на середине
маршрута в закрытом окне
в зарытом заживо городе
и гилмор прекрасно знал
что я чувствую прямо сейчас
рядом на задних лапах
скакал пёс выполняя команды
и я подумал о нашей схожести
почти панибратстве и потом
заплакал чей-то ребенок
закричав на весь салон
и я решил повторил за ним
а потом вышел оставив всех
в небольшом непонимании
моей раздробленности
моей потери идентичности

вся страна выгорает вместе
с моей жизнью отпущенной
как грех совсем ненадолго
вырывая контекст из слов
я закричал на всю комнату
чтобы мне наконец принесли
чертову зарядку и я написал
этот чёртов стих и совсем
не понимаю зачем он нужен
мне или тебе но он есть
он просто существует
как и я в этой реальности
разрывает её границы
выслушивая критику
и чьи-то глупые домыслы
как пешка (как я)
в чьей-то игре
последние дни слишком
странные в каждой вещи
я вижу частичку себя
и это невообразимо пугает

вся страна пепельницей
мыслей стала идиотской
совершенно бесполезной
молитвой и ждёт своего
жертвоприношения
хоть что-то просит от всех
что угодно но каждый
уставились в экраны
и почему всей этой жизни
обязательно нужно быть
именно там в этой плоскости

они будут драться хоть
целую вечность и более
пока не ослепнут все
болезненностью
не наполнятся не вымрут
да и тогда они не заметят
и будут заставлять
петь гимны высохших полей
несуществующих стран
и мне пожалуй стоит быть
менее критичным но
когда пропаганды двух стран
соревнуются кто
из них двоих тупее
это несомненно смешно
хотя бы забавно и бомбы
будут лететь с обоих стран
и мой друг сказал
об этом отлично:
удачи вам там друзья
за чтобы вы не сражались
и недругам тоже удачи!
перекрестный огонь
мерзкой войны не иначе

и когда роджер уотерс
пел о любви и прощении
бесконечном чувстве в 2017-м
все посчитали его дураком
раз он считает что любовь
способна менять человечество
но я понял его и улыбался
слушая его песни тогда
и я улыбаюсь сейчас

и для родных я
лишний ценник
Господь как бы мне
хотелось стать чем-то
большим чем просто проблема
ведь именно поэтому
я несколько раз пытался
убить себя в том же 2017-м
и прости меня Господи
когда попытаюсь ещё раз

пора перестать показывать
чуть ли не пальцем тыкать
в несостоятельность общества
в бесполезном мире всё
бесполезно и абсурдно
и что же делать скажете вы
смириться и страдать
растить священную печаль
всё начинается с крика
мы рождаемся здесь
только благодаря страданию
боли наших матерей
и уходим в страдании
пытаясь найти хоть
какую-то веточку
зацепиться за неё
переиграть ловко
неминуемую смерть

и я вовсе не смеюсь
ведь так сильно боюсь
этой смерти трясусь
как никто другой
в этой глупой мысли
о том что моё сознание
когда-то перестанет
сжиматься в конвульсиях
ведь на самом деле все
когда нашему сознанию
перестанет быть больно
оно исчезнет вместе с нами
и растворится в покое
обожаю подобные парадоксы
сладкие противоречия

и да начнется все заново
в этом мертвом доме
на этой дикой земле
на моих собственных поминках
с моим затихающим сердцем
и глазами в земле что
будут смотрят как мы
бежим всё дальше
оставляя всё позади
с вечным отрицанием
непонимаем неразберихой
внутри нас самих

и вот снова наелся таблеток
запив их баночкой пива
самого дешевого по скидке
разыгрывая метатеатр
как ты об этом говорила
через час начал засыпать
с ватным телом на лавочке
около театра оперы и балета
и когда очнулся в карете
скорой помощи рядом со мной
будто сидел мой отец так тихо
я пытался попросить прощения
за всё что не успел ответить
за каждое плохое слово
в его сторону и просто так
как скучаю прошептал
а он прервал меня резко
и сказал что ничего
всякое бывает но все это
не должно повториться
ведь мне слишком рано
отправляться к нему
заплакав оставалось только
сказать как сильно люблю его
и всегда буду ждать ответа
даже если он умер уже
почти полгода назад

вся эта жизнь стала
настолько невыносимой
и несущественной
что порой сомневаюсь
действительно ли здесь
присутствуют мои друзья
или это в психиатрической
клинике опять дали
слишком жуткие таблетки
и опять бредовый сон снится

весь этот мир трескается
вместе с краской на солнце
так просто подозревать
его в неверности принципам
в бездействии но тем не менее
все слишком устали и пора
нам заканчивать эту историю

но как закончить вражду
между каждым человеком
да что там между каждой
клеткой в нашем теле

любить и быть любимым
может этого хватит?

показываю новый сборник! можно читать с любого файла, стихи относительно устарели, но тем не менее. скоро покажу ещё кое-что интересное! всех люблю. обнял. ушёл.

I LOVE BEING MY FATHER'S SON

на балконе отчего дома
я вижу свой финал
невероятно отчётливо
пробирает дрожью
падающего дерева
поражённого грозой
природа даёт очень
однозначный намёк
на то что случится

на то что случилось
с тобой отец сталось
видишь ли ты меня
просящего о помощи
у вселенной у Г-спода
с перепоя поверив
что меня вообще может
хоть что-то спасти
в этой жизни цепи
раскаленные на шее
оставляют следы

(и как не отдаться
огню священной боли
остаткам империи
разладу во всех
возможных отношениях
с дорогими людьми)

над нашим домом
резко выросла башня
однажды появилась
и до сих пор там стоит
кто знает адрес пускай
проверит мои слова
несколько миль в высоту
немилость сделал миру
вошёл в поток огорчений
совершенно случайно

(и как теперь вылезти
ведь здесь точно была
дверь из клена сделана
когда входил покорно)

отец к твоей могиле иду
вижу её с башни этой
над нашим домом
нависла бедоносцем
поначалу казалась
но она явилась нам
не просто так очевидно
и мой взгляд простирается
на всё позади оставшееся
на каждую тень силуэт
осколки песочных часов
состригают мои волосы

папа я уже здесь смотри
скоро окажусь с тобой
каждый сон мне это
вменяет словно и смерть
тоже очередная моя вина
что я должен нести молча
сколько сил вложено мною
в эти бесконечные квартиры

(каждая назло
подшучивать любит
называя себя вот
теперь уж точно
теперь уж наверняка
настоящим домом
пока не выметает меня
вместе со строительным
мусором вопреки всему
что было обещано)

в этой треснувшей башне
над нашим родным домом
мы отстраивали свои жизни
своё воспитание свою веру
какими бы они в конце концов
не оказались на выходе
дело сделано и нечего стыдиться
лишь гордиться тем что
любезно нам послано
манерным богом этого мира
лживым пророком кем стал он
ответь мне прошу папа

мы строили наши жизни
опираясь на эти законы
и к чему мы все пришли
да мать предала нас
ещё в утробе до того
как мы появились тут
так мне всегда казалось
но наш отец любил
и старался растить нас

и прости я не могу
возлюбить твой прах
обсудить всё что
имело ценность значение
теперь ты мертв
и дело сделано
нельзя поддаваться
на одни лишь сожаления
хранить о твоей жизни
о твоём добром сердце
(как бы ты ни прятал его
от моих заплаканных глаз)
светлую память любовь
стараясь доказать миру
что именно оно проложило
путь в этой мерзлой тьме
дало свои ростки внутри меня

мне нравится быть
твоим сыном и я
ненавижу быть
твоим сыном
когда ты прячешься
в этой могиле выходи
поговори со мной
на равных наконец-то

но ведь и я тоже
скоро спрячусь
в одинокой могиле
повторяя за тобой
ведь я всё еще наивен
все ещё очень глупый
как маленький ребенок
твой родной сын.

только что меня
чуть не сбил поезд
я был в джинсах отца
я сам лег на рельсы

не так давно он умер
и видимо в этих джинсах тем утром
выгуливал наших собак

я лежал и меня
что-то кололо в лобок
достал а там
три таблетки каптоприла

(его давление всегда было под 200
поэтому он наверняка
забыл их выпить тем утром)

я не знаю что с ними делать
отнести ему на могилу
сказать спасибо?
использовать когда от жары
поднимется давление?

я испугался увидеть
предначертанное всем
испугался взглянуть
на твоё укрытое
простынями на полу
тело

ты лежишь
не говоришь со мной
больше никогда не сможешь
получается так?

я видел расцветающие
сады покрытые пылью
безнадёжного времени
путешествующие облака
пока песни синатры в такси
заглушали каждую мысль

почему они позволяют им
отобрать у нас твоё тело?

я видел агрессивный ветер
родительский дом в цветах
перевёрнутый и разрушенный
рассвет и мои бесполезные
попытки поспать ещё чуть-чуть
перенести несвоевременное
приглашение на казнь
убедить себя в том что всё это
происходит не со мной

осторожно выносят во двор
соседи смотрят из окон
хочется закричать им
на что уставились
никогда моего папу
не видели? больше
и не увидите

я видел новые планеты
сквозь пальцы разрывающие
пространство моего мира
разбитые надежды узнать
что ты на самом деле думаешь
обо мне и моей жизни извне
оболочки полости звёзд
перекрестия прицелов
развёрнутые листопады

всё это не со мной
всё это не здесь
остановись время
остановись дай мне
небольшую передышку
в забитом людьми
автобусе я плачу
над твоей фотографией

мог ли ты верить мне
хоть немножко быть
радостным что именно
я теперь твой сын?

в припадке психоза
мы говорили снова
сидели на качелях
ты предрекал мне судьбу
просил не бояться:

«просто засни
сегодня немного
пораньше и будешь
видеть сны со мной
за нас обоих, понял?»

и в этих снах
за моей спиной
падает балкон
где мы вместе курили
и в голове возникают шутки
которые я никогда не расскажу
истории которых ты не услышишь

что мне сделать
чтобы тебя вернуть
чтобы ты мной гордился?

и в этих снах
за моей спиной
рушатся здания в центре
смыслы тех слов и выражений
проговариваемых сотнями раз
взгляды которые не увидишь

что мне сделать
чтобы побыть с тобой
ещё немного?

я ложки гну совсем не пью
устраиваю противостояние
всем людям вокруг меня
бросаюсь резко стульями
и взглядом вырезаю стекла
сочиняю вымышленные речи
перечисляю что мне нравилось
в твоём воспитании и что нет
камнями сшибаю головы
распеваю глупые песни
и вру что вижу звёзды
разбиваясь об твой образ

пытаясь сделать хоть что-то
чем бы ты мог гордиться
пытаясь узнать у бездны
у пропасти смыслов
где найти тебя снова

я пули ем ломаю зубы
хожу в одной футболке
рассеиваю ожидания
становлюсь разочарованием
затаскиваю слона на лестницу
выкрикиваю лозунги протеста
пантомимой показываю чувства
оттачиваю искусство падения
разбиваясь об твой образ

пытаясь сделать хоть
что-нибудь чем можно
бы было гордиться тебе
пытаясь узнать у бездны
у юдоли вечной горечи
где мне найти тебя снова

стоишь каждый день
за моей спиной
пока я стреляю себе в ноги
чтобы никогда не идти назад
ломиться в двери морга
получить какие-то ответы
которые ничего не изменят

и в моих снах в моих руках
вся моя жизнь которую
мне так легко отвергнуть
и так тяжело принять её
с закрытыми глазами двигаясь
в сторону идеи о том что
осталось немного и всё
обязательно закончится

все эти разговоры о времени
о том как я хочу его уничтожить
никогда не дойдут до тебя
как струны лопнут головы
пытаясь ощутить пустоту
которую порождаю собой
пытаясь уменьшить боль
которую создаю отчаянно
в неконтролируемом
порыве извращённой страсти

все мысли о том кем ты был
и кем мы были друг для друга
мне остаётся надеяться
на свои тоскливые домыслы
на своё болезненное восприятие
мира в котором ты оставил меня
но почему почему почему
и для кого ты оставил меня?

и да поможет мне Бог узнать
и да поможет мне хоть что-то
способное остановить мою
любовь к саморазрушению
к деструктивному мышлению
потерянному ребенку
которого ты когда-то
мог держать на руках

я видел как слезы падали
с твоих невероятно добрых глаз
когда мы обнимались впервые
за несколько последних лет
с трудом сдерживал крик
вырывающийся из меня
с трудом сдерживался
чтобы не заплакать тоже

я видел как минуты секунды
пожирают тебя под простыней
как мир
уничтожает то что
ещё осталось от тебя странный
макияж на твоём лице и ты
помнишь ты упрекал меня
что испугался коснуться тела
когда отпевали в церкви

я всегда боялся
что ненавижу тебя
я всегда боялся
что любил тебя