Илья

«somehow, i don't think
we're in Kansas, Toto...»

соучастие вступает в борьбу с неучастием
и мы не знаем кто на этот раз возьмёт верх
вытянет палец вверх стоя на р-242 выезжая на м-12 восток
и резкий толчок на задних сидениях прилив крови к голове обмен мнениями
мы не знаем кто возьмёт верхнюю полку в купе
и мы не знаем куда именно на этот раз отправляемся

тыкни своим пальцем
в региональную карту
так всегда получается лучше
соучастие вступает в борьбу
с неучастием и мы не знаем почему
но все светлые люди в твоей жизни когда-нибудь становятся чуждыми

твоё имя здесь
не случайность
оно тоже мне вроде
путеводного атласа

где-то около моря
или где-то в лесополосе
в старом спальном мешке
сквозь сон Илья сказал мне
я разбираю свой жизненный компас
я продаю последние ботинки и куртку
просто чтобы остаться в живых сказал мне

и всякий твой шаг
всякий твой шаг Паша
по этой безработной земле
не отменить всякий шаг твой
не отменить сказал мне однажды
и помню до сих пор об этом я помню
но

мы не знаем
что сказал бы Илья
перед тем как погиб
было ли это случайностью
вроде тех нелепых случайностей
которые случаются в поездке с тобой

сбиваясь с пути
никому не позволяешь
сказать что сбился с пути
ты начинаешь гнать в волгоград по р-22 каспий
около восьмидесяти километров в час с полуживым дальнобоем

представляя перед собой нарочно штат канза‌с
не обращая внимая насколько он вообще далеко
и на руках томик о'коннор хорошего человека найти не легко

думаешь это правда фланнери
думаешь действительно сложно
найти по-настоящему хорошего человека
улыбаясь смотрю на тебя и Катю
мысля вслух сомневаюсь я сомневаюсь
и мы тоже не знаем

ты повторяешь про себя снова и снова
затем лёгкий сэндвич где-то на заправке
дешёвое вино и чьи-то слова о том как же клёво
осознавать пространство возникающее перед тобой
оно словно голограмма проецируемая лучами фар

три ночи на крышах и ты уже под Ростовом
и небо не напоминает ещё один большой беспилотник
готовый обрушиться на голову
и мы точно не знаем how far does your road go
и мы не знаем почему солнце так близко так далеко одновременно

где-то около пляжа каррера
или всё ещё в своём спальном мешке
сквозь сон Илья говорит со мной
когда женюсь кажется больше не нужно
будет пытаться прикончить себя
или срываться в любой другой город
чтобы не ощущать присутствие своего тела
хоть где-то кроме бесконечного множества полос разметки

потому что так правда нельзя
позволять кому-то говорить что
сбился с пути так правда нельзя
жить в постоянном ожидании счастья
которое наступает скорее на горло
к пяти утра Паша просыпаюсь не могу дышать
хватаюсь за лицо завешиваю все зеркала в дома сказал мне ты

и я не знаю
совсем не могу
точно вспомнить
что ответил тогда

но это было наше
последнее лето в разъездах
и между городами мы всё ещё
смеялись как прежде смеялись
заходя голыми в огромное озеро

которое тогда казалось мне действительно невероятно огромным

только помню
как было холодно
и я прижался своим мешком
к его спальному мешку сказав
спокойной ночи дружище или
что-то банальное вроде держись

когда спустя несколько лет
Илья женился и спустя ещё год
развёлся мы встретились снова тогда

но к сожалению
у меня не нашлось слов
только подарил ему томик
фланнери о'коннор сказав как
хорошо было тогда как здорово

мне кажется что Илья
никогда не прыгал с того моста

ведь он знал
что в воде нельзя
поймать попутку

знал что там нет
дорожных знаков
и нет ощущения того
что твоё тело не здесь
не сейчас не с тобой

из нов. цикла «имена»

https://www.youtube.com/watch?v=uX-AWQPvAyg — тот самый полёт разборов со мной и сережей трафедлюком (на ютубе)

и если вдруг проблемы с vpn, то на рутубе — https://rutube.ru/video/0c2cf13320fd2642f6ea77406f2050fa/

это для тех кто хотел посмотреть в записи!

Рита

а сейчас вы видите
что все белым-бело и безмолвно
вот на что похоже это чувство

али смит

и хотя бы перестать смеяться наконец
твой голос сиреной хочу звука коснуться впервые
протянуть руку промерзший сустав сквозь проспект декабристов
в океане шума впервые
хочу звука коснуться

когда засыпет не-первым снегом всю улицу
когда не зря рыть тоннели по железнодорожным путям
в надеждах откопать правду собственное неаутентичное существование
и перестать бы смеяться уже перестать просто так улыбаться
подумают про нас всего
подумаешь про ничего
пока я про тебя о тебе

пока ветер умирает
в объятиях электростанций
белый вальс танцуют птицы
запутавшиеся в проводах
и все им сочувствующие
и все кто не чувствует
сейчас тоже
самое

впервые проснуться по-настоящему понять треснул лёд подо мной
прижаться к колоннам моста дотронувшись там тебя
шепчешь не здесь но сейчас прямо сейчас
обжигающий стыд превращается в сомнение
оно будет вечно жить внутри после
прижаться в утро лишённое смерти лишённое стыда
треск разжижающий мышцы лица мне семнадцать
и никак всё равно не могу прекратить улыбаться

два года мимо
нисколько ещё впереди
и оставь позади нас теперь
ибо пора принять неизбежное
юности свиданий уже не назначить

всё что было там
остаётся там взгляд
что лишь напоследок ей
наброшенный саван слов
которых не существовало
и оно невидимое рядом
невыразимое тобой

снова не заканчивай фразу наблюдай как на обнаженной
девичьей груди ослабевающий дождь
рисует тоскливо неясное будущее
не верите но храните секунду молчания
как формируется время невыносимо счастлив пока
снова не-говори только сожми руку несколько раз в знак согласия

в моё teenage daydream
полу-светом втянуть слияние
соблазн такой же хрупкий как
последний сугроб апрельский
засыпать его в себя глазами полными скорби
руками твоими истощать запас радости
и первости всего

и хотя бы
перестал я
наконец смеяться

пожалуйста
прошу тебя знай
ведь ты уже никогда
не узнаешь и

во мне не будь больше лицом
просто лицом незнакомым
пожалуйста не будь во мне
с кем-то другим не со мной
но со мной
не-всегда

из нов. цикла «имена»

литературные итоги года

так вышло что в этом году я бесповоротно вкатился в литпроцесс и в принципе с начала года занимался всем этим ежедневно. за мной закрепилась разная абсолютно слава (и хейта тоже много от отдельных индивидов)... и "самый добри человек в литпроцессе" и "гордость русского комментирования" и "нейросеть паша прайс" и чего только не было. надеюсь ничему из этого я не соответствую. ведь мне хотелось бы прежде всего быть просто собой. может быть мне просто страшно что я вовсе не добрый человек... хотя и не злой (?) абсолютно, но что есть, то есть — я правда рад помогать всем молодым поэтом и желаю изничтожить культуру тусовочности или хотя бы подорвать её, создать комфортное пространство для всех... к счастью, они появляются и это радует... (например !лесные авторы!).

за этот год я встретил кучу поэток и поэтов... всех не перечислить буквально... можно попытаться самых-самых близких... но и то боюсь упустить, хотя, конечно, весь состав нашего условного дружеского ТО «борьба за культуру» (тунгусик, миша, яков, марат, воробушка, фиаско, женя морковин, приходит на ум сразу... но много так же и прекрасных знакомых чудесных и приятельниц/приятелей!

но больше всего я наверное благодарен глаше солдатовой ибо это правда моя соулмейт и благодаря ней мне правда не так страшно и я могу быть услышанным.в нее я просто очень верю и рад с ней работать над разными классными проектами!

я успел опубликоваться на (помимо разных тг-журнальчиков и каналов) полутонах, в вещи, скоро буду на формеслов, само собой в родной ХИЖЕ! в ней я ещё и стал одним из редакторов и нашел пристанище для переводчиков и переводчиц, да и в принципе рад предлагать хорошие подборки!

читал в перми, питере, москве, онлайн и попал на полет разборов, а в связи с этим обрёл хорошего друга и наставника бориса кутенкова, который не меньше (если не больше) «друг поэтов» чем я.

открыл два небольших канала: «дети переводной поэзии» с переводами, который мы с глашей ведём и «сегодня я читаю стихи», где мы с аришей публикуем понравившиеся и/или показавшиеся добротными стихи известных (хотя зачастую совсем не очень) известных авторов и авторок. ну и мой канал вырос с 20 подписчиков до 400 (почти, не подведите).

выпустил многострадальный «квадриптих» и получил кучу восторженных отзывов и смог даже издать его в прекрасном самиздате дюши беликова. выпустил не менее многострадальный сборник переводов избранной лирики стефина мерритта (который тоже многих порадовал)...

встретил действительно кучу друзей и надеюсь что смогу радовать вас стихами, проектами и кучей разных анонсов, которые хочется делать здесь и сейчас, но ещё очень рано... да и здоровье пока, как видите, совсем не позволяет...

но спасибо огромное каждому кто меня поддерживает и читает! спасибо и каждому кто помогает сейчас с лекарствами, всё очень тяжело, но я стараюсь держаться изо всех сил.

спасибо всем за этот год.
дальше только больше...
так что stay tuned!!!!

Ваня/Пахом

and the last thing i see
let it be me helping
let it be me, honestly
let it be me working
on being a better me

джейсон молина

невыносимо тихо станет когда в мире закончатся песни все
невыносимо тихо включите ещё что-нибудь
услышишь всепрощенье как вселенная сопит видя свой завершающий сон
как сердца шепчут вскрой меня вскрой меня
подарочную упаковку воспоминаний имена что не значат уже ничего
луна вспыхнет расстоянием между нами
в этой грубой игре you're just doing your part

but baby
but baby
but baby
my dear my friend
my quarry my oath my green fairy
my my my ghost of all world cemeteries

you're just doing
your honestly part
but the game
was rigged
from the start

кто сегодня играет
кто сегодня играет парни
кто раздает карты сегодня
кто плачет в углу забывая
что существует расстояние

мы делимся чем можем
мы делимся всем чем
послал Господь наш

двенадцать шагов избавления
никто не вышел из рехаба никто
двенадцать шагов исправления
никто не выйдет живым никто
взгляды бесконечные взгляды
умирающих стариков даже те
кто ослеп видят что-то перед
тем как смириться с концом
никого не осталось рядом никого
прояви терпение проявите терпение
двенадцать шагов к выздоровлению

двенадцать шагов
двенадцать 2013-2025
как они играют какая игра
фулл-хаус всё на кон и каре
стремлюсь я стремлюсь к тебе
утешительный приз полагаться
на утешительный приз на доброту
незнакомца бланш дюбуа и солнце
выжигает на зданиях алфавит солнца
в бастионе одиночества сегодня игра как всегда
двенадцать шагов вперёд и назад каждую ночь большая игра

Шаг первый: закройте все окна
не давайте себе уснуть не давайте
ответы живущим ответы жаждущим

Шаг второй: большая игра предполагает собой что ваши сердца
остаются друг с другом один на один

Шаг третий: не верить в себя не верить когда семья говорит с тобой что-то не так что-то не то бывает я знаю

Шаг четвёртый: чтобы они не имели в виду всё что я помню твоё лицо чистота крови но будет ли наша кровь вновь так же чиста

Шаг пятый: это навсегда но это не навсегда

Шаг шестой: не запоминай ничьи имена они другие им не понять что такое невыносимое желание вдолбить в себя грязи

Шаг седьмой: спасение души начинается со спасения каждой живой очереди впрочем ты знаешь это

Шаг восьмой: я не хочу их разочаровать но не нужно стесняться доза есть доза

Шаг девятый: запечатай все двери ни единого звука ты не услышишь больше чем тишины больше чем дыхания

Шаг десятый: знание освобождает от знания но затем

Шаг одиннадцатый: у тебя не остаётся ничего поздравляю

Шаг двенадцатый: я не знаю что делать правильно ли играю я в эту большую игру спасение ближе смерти всё что нужно запомнить но как я не понимаю я никогда не пойму

и каждый шаг
и каждый шаг не туда
каждую ночь каждую ночь
большая игра you're just doing your part

you're just doing
your honestly part
but the game
was rigged
from the start

будет так тихо когда в мире перестанут петь песни
будет невыносимо тихо когда все люди одновременно окажутся вместе
будет так тихо что ты услышишь всепрощенье the art of falling apart
и не останется лишних слов у вселенной
каждая переменная даст сбой изнутри но
будет так тихо ты не услышишь уже ничего

из нов. цикла «имена»

ну как-то так ребята. люблю вас.
за реакции и рэпосты спасибо родные.
и вообще за всё 🙏

всех с новым годом дорогие!!!
(у кого не наступил: представим что почти-почти)

и я уже не надеюсь
на (un)happy new eve
он всегда был есть будет
таким каким поскольку
постольку во мне жива
память о хорошем мне

резиновые сапоги в них я
плоть и кровь чужую храню
подпространство в котором
хорошо бы наконец уже пора бы
сказать что-то искреннее

память born to
не-память forced to
воскликнешь покой
покою которого не было
вовсе и relief sweet relief
но знаешь я знаю мы знаем
it's nothing but fear but grief

но я не хотел бы
я не являлся бы вам
в подлинной форме
коммуникации если

есть дом
представим
есть дом

кресла из костей
карамельные постели
одеяла разноцветные
подушки безопасности
пожарная сигнализация
в виде фотографии матери
клоны всех кто был ещё раз
и кто никогда не был однажды

однажды мы останемся
говорить говорить о том как
приходит весна ненастоящая
обманывает тебя но что обман
one man's dread is another man's dream

это единство в котором я
теряюсь не нахожу себя больше
one man's sigh is another man's scream

мир в котором не было по-настоящему меня
мир которому сказали не нужно меня
уничтожить время сказали не нужно
а я говорю /только и делаю что/
one man's daughter leave another man crying

только и делаю как
теряюсь в собственном
опыте всё ещё ребенок
что сеет то жнет
сеять ли ему
время

пожинать
плоды времени
вечную полночь
сводить с ума автоответчики
и пожимая руки незнакомцам
не смотреть им в глаза никогда

собакой что
несёт в зубах
бесприютность

и ничего ещё

Егор

есть время если мы в него ещё верим
скажи что-то совсем ненадёжное но
обнадеживающее как море открытое настежь
как спусковой крючок на которой не нажать
ведь механизм изначально был сломанным

есть время если в каждом есть время
не касаясь ногами земли оно решает кому и куда
вытекающее на тротуар в момент разговора
когда ночью мы говорим говорим не можем молчать больше

Отсутствие
говоришь ты
почти шепотом

я никогда не верил
в то что можно просто
отсутствовать в мире где
люди отбрасывают тенью
закрытые на засов мысли

каждый день
и мы тоже вместе
с ними делаем это
непреднамеренно
конечно но и мы тоже
сказал ты Егор

тогда и я впервые
ощутил это вместе
с тобой как горит улица
загрязняемая светом фар
как пустыня внимает голосу
вновь застрявшего там и как эхо
как эхо незнакомого голоса ночью
разносится по совсем пустой квартире

ты взял мою руку
холодная жуткая скорбь
она по ощущениям твоя
рука как холодная скорбь

ты обнял меня
ничего сказал ничего
это происходит с кем-то ещё
прямо сейчас произойдет ещё
миллион раз но не заметит никто

Отсутствие
говорю уже я
повторяя и язык
покрывается морозной
корочкой губы кровоточат
так сильно прикусил их но
стёр кровь рукой понадеялся
что по приходу обратно на квартиру
никто не станет обращать внимания

всю ночь мы
пока остальные
встречали новый год
сидели вдвоём невыносимо
счастливые напевая про себя

Отсутствие
мы повторяли

Отсутствие
декабрьский ветер
слезами следами ветер
оставляет метки всюду
моей внутренней музыке
даёт право существовать

из нов. цикла «имена»

Цветочек

Он обманчив,
цвет воспоминания.
Значит, мы должны
отдать ее забвению?
Ибо я чувствую,
как она исчезает.

криста вольф

отшатнувшись от пропасти ты
кусочек несозданного незаконченное мной предложение
паришь над московским проспектом и тишина и субъектность
больше не значат уже ничего под собой ничего не несут цветы овечьей шерсти
сотканное из психозов заметок о состоянии вижу надрезы и швы

защити моё имя защити имя моё
в городе где никто не знает имени моего
пока дистанция между даёт инертности быть
пока близость ещё не в состоянии разоблачить пустоту

но этого не повторится шум затвора плёночной камеры кладбище вспышка
покинутый парк развлечений неживые аттракционы застыли
где нам как маяк карусель с лошадьми горящими ни для кого
в февральскую пустошь воет содрогаясь металлический корпус
только вечер зубчатых шестерёнок в часах

беру в рот праздничную свечу
скорее загадай желание зажигая её
пожелай энтропии скорейшей любви
пока воск не застыл у меня на губах
оболочку срывая одну за другой там ещё
это всё в сущности всё череда оболочек
обнажив уязвимости пепельный след
оставляя скованность неподвижность лица моего

но ты знаешь что каждое имя здесь
просьба-обращение к мёртвому или кто мертвым грузом на сердце
мне дышит в затылок когда на скользком перроне стою
обернувшись там конечно же нет никого
только пространство играючи электрическим светом
сливается в молитву останься остаёмся здесь останемся тут

целуя осколки стекла которое по карманам раскладывая
в сапоги свои и кроссовки его кладёшь
это как кошки скребут по нему говоришь
одновременно в костях твоих в стекле которое тоже твоё уже поселилось внутри
по венам двигается хрусталиками отражает настоящее-прошлое

жди теперь стой тут в ловушке переулков скамеек оконных проемов
каждую месяц минуту секундами как бесплотное тело или полое надгробие

в котором только и делают что оставляют небольшие записки
большими буквами я не боюсь одиночества не боюсь одиночества
я вне всего вне всего этого не боюсь

и остаёшься как памятник собственным неосторожностям
пока неопределенность держит над хрупкими связями завесу свою

из нов. цикла «имена»

сегодня у дэвида бермана день рождения. админский состав детей переводной поэзии (я и глашо) празднуем... подробнее в канале ...

popsicle symphony I

– продолжал он
изменившимся голосом,
– твое собственное грязное тело
держит тебя как в капкане, и ты
никогда из него не выберешься.
Никогда, слышишь, так же как и я.

джеймс болдуин

чист как никогда
не был чист воздух
окрашенный в золотой
обрез кромок правительственных
зданий — никогда больше не буду
чист я — my Lord — никогда больше я

не буду так же чист как воздух сжатый
в моих черничных лёгких не выходит наружу он
скользит по карнизу юношеским признанием

неловкие птицы без крыльев клювом хватая
перегородки пожарных лестниц каркают что сил у них

all thoughts are prey to some beast
all thoughts are prey to some
all thoughts resist resist

кем угодно был кем угодно был
много раз повторяли себе сами
но никогда не становились отстранённым
от бед людских от перламутровых глаз встроенных в могилы
только как памятью ходят симфонии фруктового льда
хмурые дети с ещё не сжавшимся сердцем
в городе где не должно быть детей

и кому я отдам мысли мои
несуществующие родины в экземплярах
от одного к одному от двух до пяти
мои ноги сами по себе продолжают идти продолжают
кому бы не отдал я мысли погрузил бы в хвост кометы
или под корой дуба трухлявой оставить

они пища
добыча другим
они будут ходить
только как памятью память
перебирает себя не считая шаги

popsicle symphony II

my love's a laboratory
i set all my pets free

it’s the time, fuck the surface
to meet the specialist
i'm a specialist in hope
and I'm registered to vote

пол бэнкс

слово когда ты начинаешь писать его собой ещё
а заканчиваешь ребёнком несмышленным
и уже искалеченным маленькие лампочки из ушей
мраморное сердце клетка сломанных ребер нечем дышать
ребёнку в клетке сломанных ребер
металлическое сердце мраморное сердце

кем угодно было бы это сердце
мы все были бы чистым словом этим
перевёрнутым брошенным наземь картинкой
на которой палочки фруктового льда соединяются в язык жестов
чистым словом растворившимся в воздухе мотовилинских заводов
загрязнённых прудов где давно не плавает рыба

когда там появляется рыба её ловят двуглавые псы относят хозяину
а те её бросив на землю похоронив в звуке шагов
оставляют только чудесное чистое слово подавленное этой борьбой
за всё что осталось человеческого в машинах на мотовилинских заводах
мерцание огоньков например что напомнит мне речь в переводе с незнакомых диалектов

когда там появляюсь я меня ловят запирают в клетке сломанных ребер
вкалывают в мой позвоночник чужие сны
вытирают слезы невидимые согреваясь моим голосом перехитрив печь крематория
волосы выпадают в комнатах без зеркал без окон только подоконники навеки пустые пепельницы
а по радио там чудесное слово чистое слово и я засыпаю-не-сплю
и вижу ещё сотню снов потом мне несвойственных

жесть бела тарр умер...

как всегда год начинается стрёмно максимально... но держимся.

наш адвент завершился вот таким прекрасным большим коллективным текстом!!!

счастливого рождества всем🙏