застрял ночью в городе, отлично конечно получилось. первый и единственный альбом purple mountains идёт по кругу и останавливаться не собирается...

upd. дома почти жесть мем произошел с внезапной заявкой поработать среди ночи и отправкой домой...

песня скотта уокера про то как в россии к власти снова пришёл какой-то старик. внимание! песня вышла в 1969-м. время идёт, а песни-то как видите всё ещё более чем актуальные у него.

думайте.

мертвые представляются
метеоритами летящими
на световые годы акварелью
разлившейся опять. сонной
лихорадкой гладким лицом
единым концом для всех
и каждого — театр прошедших
дней не оставляет на тебе
лишней одежды скупой
надежды — в мире родном
в мире полном тревоги
в мире оставленных идей

они не говорят просто так
их не ищут — выставляют
всех в ряд. пока не останется
камня на камне — неразумного
существа в тени петроградки
в лесополосе где ходили мы
несколько дней к ряду. где
руки замерзали и глаза искали
повода — не усомниться
в ближнем в Всевышнем
в гильзах пустых обещаний
найдёшь останки мои

не задавая вопросов
не предлагая ответов
знали все что хотели
бы знать. знали всё
что только могли
банальные монологи
подростков и забитые
выпивкой рюкзаки

шли там сквозь нас
цистерны с той болью
что не добралась до нас
мы смеялись. чья же она?
чья же она? и приглашенные
гости стояли в стороне. и все
приговоренные к смерти
искали покоя последнего
прислонившись к нам
как к плача стене. а теперь
слыша те номера что когда-то
были созвучны именем. или
те созвездия что возмездием
возмещали нам нашу юность

та рука в крови
помнишь сломанный
стакан разбитый экран
поверхность озера содом
и в нём стоим. 2017-й год
шесть тридцать утра.
как это делалось в чашкино
как справлялись мы с тем
что нам посылали чужие
ожидания чужие мысли
разорви все связи со мной
все связи с тем местом. того
озера больше нет. лишь вода
что видала и лучшие дни

мертвым лучше знать
каким грузом их считать
куда бежать когда некуда
отступать — они как чёрные
верблюды. заклеенные
малярным скотчем глаза.
заселенные призраками
новостройки. быть бы и мне
таким же стойким — жизнь
посылает сигналы и красоту корзины с фруктами древними
к которым не прикоснусь

ту красоту что я
не в силах нести. но
всё же несу — я забытый
морем охранник на своем посту
в заброшенном детском лагере
есть такие как ты такие как я лишь детали летящие в пустую
комнату. здесь тысячи таких
и одна из них внутри тебя

светочь моей жизни
теряет последний сон
выходит из темноты
будучи смятой бумагой
в корзине этих лет

светочь моей жизни
страха и сожаления нет.
больше нет. уснул на другом
конце улицы забравшись
на розовую лавку где разбили
бутылку с шампанским
на рыжее дерево что гроза
зарубила бесчестно. где
есть место только для тех
кто будет другом мне.

светочь моей жизни
мир но не я. мир но не я.
теряет свой свет
теряет свой смысл
но я ещё здесь
там где меня уже нет

там где светочь моей жизни
обеспечивает ей высокую цену. та что служит отчизне
и что же случилось? мертвые
лучше меня знают ответ. они
представляются вам чужаками
прозябшими настолько что
только тронь — кости сломаются
когда-то был тем кто отчаялся
ещё нет ещё нет
ещё нет ещё нет.

в светлую память
о дэвиде бермане.
спасибо, милый друг...

ужасно голова болит из-за перемен с погодой. лежу в кровати, смотрю новости, пью кофе и курю. на фоне играет вот это. вайбы и атмосфера приятная.

https://vk.com/music/playlist/286298630_1538
это своеобразный плейлист для тех кто (как и я скорее всего) будет отмечать в полном одиночестве. я собрал здесь всё на свете! здесь есть много счастливых гимнов, много очень грустных песен, куча экспериментальных штук - а открывается плейлист двенадцатиминутной потрясающей песней суфьянчика (который как бы суммарно записал полсотни песен о рождестве) о том как людей травмируют праздники, но о том как всем нам нужно преодолевать себя и идти дальше. чудо? я тоже так считаю. в общем слушайте думайте чувствуйте. а выше просто моя детская фотография из березников, когда всё ещё было прекрасно. просто небольшое напоминание для самого себя...

куплю — купил
душа — ты где?
найду? (нашёл
их всех в тебе)
торчит струна
она одна. сирены
вой — кричит зима
и чей-то въелся взгляд
ему не рад. приехал
в запруд на заре
спешил к дороге
к синей ели. всего-то
вещь в чужой руке
лишь время — плен.
и где пустилась
она в пляс? и кто
на бал пойдет за нас?
скотт уокер выл и
прав был — вы не я.

но люди здесь
но мир вокруг
пришло письмо
из пятых рук
а там одно — все мы семья
но без тебя не для тебя
пристреля воробья
просто так навсегда
на цепи тощий пёс
его лай — громкий звон
мертвый сезон среди
тех кто похож кто схож
как лавина с гор
Божьего слова или
с капель масла елового
а то и вовсе с перекладин дождя.

i'm trying to
i'm dying to
i'm trying to
i'm dying to
i'm trying to
i'm dying to
i'm trying to
i'm dying to

наблюдая за другими
людьми — до дома ещё
идти и идти. нет даже
и половины пути. а кто
расскажет мне сколько
таких людей стоит впереди
на моей дороге — всюду дыры
оставленные сотней машин

я ланью гляжу на свет
бриллиантовых фар.
в сердце жар. а в теле
ломится наружу твой
голос — он выходит
оползнем-вором-убийцей

посреди зимы нам
не спится не спится
и что снится — не скажем.
разгадывай сам с собой
морозную дымку реки
она хуже молчания
она хуже всего что тебе
предстоит осознать.

вперёд же — я да ты
идём вместе наблюдая
за другими людьми.

кто из нас здесь
до сих пор верит
в выбор? рассветный
хор почти вымер. ложь
разбавляется песнями
в пресной воде отражение
моё — на меня же и сердится.

кто бы знал где место его
кто бы знал того человека
что когда-то занял моё или
того чьё займу я. то место
что не буду готов уступить
даже благодати суровой
старинным оковам что
связали нас всех поминутно

каждую секунду — я гибну
по окопам противники
носятся прячут свою молитву
не донести им Бога до дрожи
и свет отключили — больше
никто понять и не может
Он здесь или снова
взял выходной? снова в палате заперся — ну дурак!
— говорит сам с собой.

и пусть толпа остаётся толпой
и пусть судьба рисуется мелом
чёрным по белому написано
в мире отключили весь свет
в мире не осталось искомого
бойтесь Бога да гнева Его
да в руку снега набери
брось в небо — увидишь
разрыв в стайке птиц.

нет уж бойтесь тогда
самих себя — чувств
сжирающих неровные
остатки рассудка.

бабочка и скафандр
в маршрутке со мной
на руках — нападение
на майские праздники
райские врата. то забавное
забвение и лишняя минутка
в которой ударился головой
об чуждую доброту. вырви
с корнем праздничный стук
по дверям запотевшим

когда ж наконец
когда все уйдут
года всё идут
безрезультатно

я застыл в позе ребёнка
что в попытке спастись
грудь кусает — кусаю твою
чтобы защитить свою суть
виноватую горечь тоску
точку зрения которую
не оборву. точку между
нашими мыслями которую
больше не проведу

по милости не исчезли мы
по сырости хождения во льду
по милости Его — сияют муки
твои. каждое утро
обновляя наши дни
с заклеенными скотчем ртами
с повязкой со знаменем
затмением твоей красоты

Его милость пересилила
путеводный атлас пыли
вселенную слякоти.
на моих окнах — корка
потухших огней. скорее
сотри накипь с полной луны
мудрость повесить на крюк
не забудь. совесть отнюдь
не делает чести — всё ещё
наедине с Богом всё ещё
вместе/порознь . сиреневая
морось и бодрость на веках отрезанных боевым товарищем
что выпивший мир объявил последним нашим пристанищем.

я бы наверное давно был мертв, но к моему счастью в мире всё ещё существуют песни belle and sebastian и я так счастлив что узнал о них когда-то благодаря выступлению на пикнике афиши...я бы рыдал весь день, но вот они заиграли и стало немножко легче. есть какая-то невероятная сила в этих странных историях о которых они поют. что-то тёплое и особенное, неуловимое и очень важное. это конечно большая поэзия, как мне кажется.

Today
You were far away
And I
Didn't ask you "Why?"
What could I say?
I was far away
You just walked away
And I just watched you
What could I say?