А вы тоже такие с женщина в подростковом периоде проходили тесты на тип привязанности, и выяснялось, что она ready-to-hand с автономной функциональностью, а вы зависимый present-at-hand?

Пока ехал на пары, ознакомился с маршрутизатором (это единственное, что во всей этой ветке найти вроде как просто). Темы очень интересные. Надеюсь, смогу выделить время, чтобы полностью посидеть на мероприятии, кнш же, онлайн.
Интересно, рассматривается ли в докладе Инсаровой коллектив Mediengruppe Bitnik и их бот (субъект) Random Darknet Shopper, случайно покупающий товары у не очень легальных продавцов.

«Все империи не стоят нихуя»
Замай, Слава КПСС – «Эффект Бабочки»

Концепция «Другого» в контексте империализма – как системы, включающей колониализм в качестве одного из ключевых инструментов угнетения – подразумевает воспроизводство антропоцентристской иерархии (через возвышение колониалиста и принижение Другого). Последняя утверждается через превосходство колонизатора-как-субъекта, опирающееся на расовый или культурный компонент, что служит оправданием экономического угнетения Другого (искаженного сознанием колонизатора). Колонизируемый помещается в позицию, радикально отличную от позиции колонизатора, что лишает его не только полноты прав и агентности, но и исключает из общей сети социальных акторов. Для колониста Другой становится ещё одной формой вещи – разменной монетой в геополитической игре.

Колонизатор, действуя в логике циркуляции Капитала и экспансии рынков, замещает невозможность подлинного понимания «аборигена» риторикой о «культурном превосходстве» и мнимом «Великом Делании» – якобы во благо самого колонизируемого. Даже формальная деколонизация (распад французских и британских колоний в 1960-х при содействии ООН) не прервала эту логику: неоколониальные структуры, такие как долговая зависимость или контроль транснациональных корпораций, сохранили дисбаланс власти. Обмен политической независимости на экономические «подачки» из стран первого мира не привёл к включению Других в глобальную систему на равных правах.

Чтобы денатурализовать этот дисбаланс, необходимо раскрыть его как исторически обусловленный феномен капитализма, а не онтологическую данность. Конструирование Капиталом логики бедности и зависимости носит характер фикции, где неравенство маскируется под «естественный порядок» вещей.

Подрыв колониальных оправданий – от риторики «цивилизаторской миссии» до неолиберальных мифов о «свободном рынке» – приведёт к снятию опосредованного бытия («колонизатор – мир»). Однако для утверждения подлинного равенства необходимо и прямое устранение неоколониальных механизмов эксплуатации.

Аналогия между большевиками 1917 года и якобинцами представляется достаточно очевидной. Поэтому, когда началась революция, противники Ленина из числа левых оказались в затруднительном положении, поскольку трудно было критиковать последователей якобинцев. Ведь именно якобинцы считались наиболее последовательными и действенными революционерами, спасителями Франции; более того, их нельзя было обвинить в экстремизме, поскольку Робеспьер и Комитет общественного спасения боролись с опасностью как справа, так и слева. Именно поэтому Плеханов, не принявший Октябрьского переворота, отказывался видеть в нем победу якобинцев. Он отождествлял большевиков с эбертистами (группой ультралевых, ликвидированной Робеспьером весной 1794 г.) и не ожидал от переворота ничего хорошего. В свою очередь, несколько лет спустя старейшина немецкой социал-демократии, ее теоретик Карл Каутский также заявил, что большевиков нельзя путать с якобинцами. Сторонники большевизма, утверждал он, указывают на сходство между конституционными монархистами и умеренными жирондистами-республиканцами времен французской революции, с одной стороны, и потерпевшими поражение в России эсерами и меньшевиками, с другой, и, естественно, поэтому отождествляют большевиков с якобинцами, чтобы показать, что именно они являются подлинными революционерами. Но если вначале они и были чем-то вроде якобинцев, то действовали совсем по-другому — как бонапартисты, то есть своего рода контрреволюционеры.

Однако самая авторитетная организация — Общество изучения наследия Робеспьера — считала большевиков последователями якобинцев и приветствовала молодую революцию, выражая надежду, что

она выдвинет из своих рядов Робеспьеров и Сен-Жюстов, способных оградить ее от двойной опасности — слабости и чрезмерной жестокости.

Более того, самый большой и признанный специалист по этому вопросу Альбер Матьез, считавший Ленина «удачливым Робеспьером», написал статью «Большевизм и якобинство», в которой утверждал, что, хотя история не повторяется,

русские революционеры намеренно и сознательно копировали французские прототипы и были проникнуты тем же духом.

Хобсбаум Э. Эхо «Марсельезы»

Пару лет назад выпустили приложение Nightshade, внутренняя кухня которого видоизменяла оригинальные арты художников так, что это было незаметно для человеческого глаза, но для генеративного ИИ становилось фатальным. Подобного рода кибер-герилья привела к неоднозначным оценкам: многие поддержали деятельность партизан-неолуддитов, а некоторые поставили под сомнение успешность таких методов, призывая смириться.

Ситуация, сложившаяся на современном этапе развития технологий и копирайта, сконструировала – сама того не осознавая – новую реальность. Poisoned art (состоящий из микропомех), генерируя «абоминации», рождает новый «мир» – реальность, где доминируют искажённые паттерны, не подчиняющиеся ни человеческим, ни машинным ожиданиям. В этой тёмной стороне генерации цифровой материи происходит противостояние между ИИ и «отравлением». Человеческое восприятие здесь вторично и не контролирует результат на выходе. Как бы детально ни был прописан промпт и сколько бы попыток совладать ни предпринималось. Реальность бытия не сводится к феноменологическому опыту. В конечном счёте мы получаем пересборку постгуманистической реальности, где онтологическая анархия формирует всё новые режимы в своих совершенно непредсказуемых комбинациях.

а вас еще не заебали ларюэль и регев?
одни — о да мы будем выдавать за чет новое пережеванное во франции еще 40 лет назад нишевое говно на которое все забили но вот мы точно отковыряем зерно истины из этого
другие — о да наш великий русский философ делезианец, остановка времени, третий пушкин

Наконец-то наш небольшой канал выполнил свою основную задачу – разозлил догматичных совков с «высокой культурой споров». Можем лишь пожелать пионерам подлинного марксизма научиться учитывать в централизованном планировании динамику спроса, чтобы не создавать дефицит.

Всем остальным советуем обратить внимание на нашу старенькую статью об ошибках советского планирования (про ту самую советскую «гибкость» aka НЭП – план).

Ещё при жизни Маркса детерминистски-научная сторона его учения оказалась как раз той брешью, через которую процесс «идеологизации» проник в теоретическое наследие, завещанное рабочему движению. Рождение на свет субъекта истории до поры до времени откладывается, и причиной этому служит экономика – историческая наука par excellence, однако этим она и подписывает себе смертный приговор, своё будущее отрицание. Однако вне поля зрения теории оказывается революционная практика – единственно возможная форма этого отрицания. Таким образом, нам остаётся лишь терпеливо продолжать изучение экономического развития и с гегельянским спокойствием воспринимать то, что все наши прошлые усилия почили на «кладбище благих намерений». Вдруг открывается, что, согласно науке о революциях, сознание приходит всегда слишком рано, и ему ещё надо учить. «История показала, что мы, да и все мыслившие подобно нам, были не правы. Она ясно дала понять, что состояние экономического развития на европейском континенте в то время ещё не было достаточно зрелым…» – будет вынужден признаться Энгельс в 1895 году. Всю свою жизнь Маркс старался сохранить цельность своей теории, но её изложение было вынесено на враждебную территорию господствующей мысли и на ней распылилось в критику частных дисциплин, главным образом, в критику основополагающей науки буржуазного общества – политэкономии. Именно такой искажённый вид теории и приняли за её окончательный вариант, который впоследствии и нарекли «марксизмом».

Ги Дебор

«Хотя я очень много читал, но пил я значительно больше. Я написал намного меньше книг, нежели многие литераторы и публицисты, но выпил много больше самых усердных пьяниц.»

"все те, кто являются неизвестно откуда и пытаются выразить то, что происходит в их сознании - все они свиньи

вся пишущая братия толчется в хлеву, особенно в наше время.

все те, кто забивает себе цитатами головы, насилуя определенную часть сознания в хорошо изолированной области головного мозга; все те, кто являются виртуозами языка; все те, для кого слова что-то значат; все те, кто верят в высшие сферы духовного и в новые направления философии; дают определения этим новым направлениям и выражают дух времени - я ебал их изысканное мастерство и механический скрежет, издаваемый их мозгами, ибо - все они свиньи.

те, для кого определенные слова и определенные типы поведения имеют смысл; те, кто так точны; те, кто считают, что чувства могут быть классифицированы и ругаются из-за каких-то расхождений в этих смехотворных классификациях; те, кто все еще верят в “определения”; кто обсуждают преобладающие идеи современности; те, кого дамы так умно обсуждают, да и сами дамы, так красиво рассуждающие о новых веяниях; те, кто продолжают верить в умственное развитие; те, кто следуют чужому примеру, кто сорят именами, кто рекомендуют книги, все они - грязные свиньи.

молодой человек, вы совершенно бесполезны!

и я уже сказал вам: никаких произведений, никакого языка, никаких слов, никакого сознания, ничего вообще.

ничего, кроме нервного срыва - состояния какого-то невразумительного ступора в самом эпицентре сознания.

и не ждите от меня его точного определения, или на сколько частей оно может быть поделено; или сколько оно весит; не надейтесь вовлечь меня в дискуссию, дабы в порыве дискуссии я забылся и начал, не сознавая того - думать - позволив вам объяснить и описать это состояние, выразив его в сочетании разнообразных слов с хорошо определенными значениями; слов, способных передать все оттенки и нюансы очень тонкой и глубокой мысли.

о, все эти неопределенные состояния, эти высшие сферы души, эти пробелы сознания, эти мгновенные провалы, которые скрашивают мои долгие часы, о эти голоса, сорящие фактами... я часто повторяюсь, и в моих размышлениях не видно особого прогресса, но на самом деле я достиг гораздо большего, чем вы, бородатые ослы, уместные свиньи, мастера ложного слова, сусальные портретисты, писатели-рецидивисты, поводыри скота, ползучие энтомологи, чума моего языка.

я уже сказал - я потерял дар речи, но это не повод для вас продолжать пиздеть."

Антонен Арто
"Всякое писание есть дерьмо"

Почему одни люди, сталкиваясь с неудачами, замирают как цветок Малларме, а другие – используют боль для роста, как цветок Китса? Я жив и исследую амбивалентную природу акта "переживания" и триггеров на волнующее бытие.

https://telegra.ph/Side-cope-09-08