Иногда я с радостью вспоминаю, что Киллиан Мерфи постоянно где-то советует музыку. То на BBC, то вот на профиле компании Big Things Films в спотике. 23 трека на активную фазу весны. Там есть группа The Murder Capital (как известно, все медийные ирландцы знакомы друг с другом). И Шопен (он не ирландец, с Киллианом не знаком, но тоже хорошо).

Альбом для тех, кому надо отвлечься от суеты бытия и резко скинуть невроз от слака. Музыка итальянской композиторки и лютнистки Маддалены Казуланы (1540 — ок. 1590), сыгранная французским гитаристом Ноэлем Акшоте. Маддалена — первая женщина-композитор в истории западной музыки, произведения которой были опубликованы. Альбом пролетает как одна (красивая) песня.

The last thing I would want is anyone to feel unsafe. Верим + доверяем.

Абсолютно так себя ощущаю в последнее время

Слушала в этом месяце музыки просто дохуя, даже уже думала отдельный канал под это дело заводить. Потом выпила успокоительное и передумала. Но плейлист за март составила (+ Spotify). Забирайте на здоровье.

#music_please

Новый «Американский психопат» это, конечно, хорошо, но жду когда Гуаданьино доберется до «Гламорамы»

Новости кино такие: в список инoaгентов внесли дорогую коллегу Катю Барабаш, которая сейчас под домашним apестом — ждет cyда «за фeйки». Каких-то адекватных вестей от мира последние три года (особенно) ждать не приходится — тем более в отношении людей, чья прямота касается не только фильмов, но и окружающей действительности. Так что кажется особенно важно задокументировать исключительное — в копящейся толще — скотство: судить и посадить намереваются человека, чья сверхзадача сейчас — забота о 96-летней маме (папы не стало несколько месяцев назад). Вне зависимости от времен, нравов и позиций разорвать эту нить — будет бесчеловечно. Кате — мощнейшие лучи поддержки и надежды.

Фото: РБК

В последнее время смотрю много фильмов с Джином Хэкманом. И, честно говоря, меня до конца не отпускают обстоятельства его смерти.

USA Today в начале марта собрали всё, что об этом известно.

Лонг стори шорт:

Хэкман много лет страдал от болезни Альцгеймера, за ним ухаживала его жена Бетси Аракава, сначала умерла она, а через неделю уже он.

Лонг стори не очень шорт:

У пары было три собаки, за которыми Бетси тщательно ухаживала. Настолько тщательно, что когда она не забрала заказанные для питомцев рецептурный корм и лекарства, сотрудники ветеринарной больницы забеспокоились. Они ждали неделю, потом позвонили. Трубку никто не взял.

Аракава умерла от хантавирусной инфекции. Это редкая, но потенциально смертельная дрянь, которую разносят грызуны. 95-летний Хэкман прожил еще неделю после смерти жены, а затем умер в подсобке на другой стороне дома, с тростью и солнцезащитными очками поблизости. Что с ним творилось все эти семь дней — никто не знает.

Последние годы пара вела затворнический образ жизни. Даже близкие друзья могли не видеться с ними очень долгое время.

Вся история выглядит странно: энергичная и бодрая женщина умирает от редкой болезни, ее муж целую неделю в силу своего непростого диагноза этого не замечает и живет без необходимого ухода, даже не ест.

Но еще более странно, что, кажется, за этим ничего не стоит. Когда тела обнаружили, дом выглядел чисто, состава преступления не нашли, чего-то подозрительного — тоже. Наверное, поэтому вся эта россыпь фактов (в статье относительно выдержанный тон и нет спекуляций) тревожит еще больше. Просто бывает и вот так.

Полный текст

С утра послушал группу Койл, чтоб хуй меня не беспокоил. Bandcamp выкатил мини-гайд по творчеству Coil с довольно трогательным и смешным предисловием; в частности, песня про брокколи обсуждается с дадаистской позиции. Джон и Слизи, как справедливо отмечается, во многом были первыми и повлияли на кучу дарк-жанров, от индастриала до эмбиента. Упоминается и их квир-активизм до того, как люди поняли, че это вообще такое.

Ну, и в России, конечно, к группе всегда было особое отношение — не зря альбомная выжимка в статье стартует со сборника, изданного на легендарном Feelee Records. В общем, милейшее чтиво для закаленных койлозавров и полезное для начинающих.

Ничто человеческое мне не нужно не чуждо, и я тоже посмотрела Adolescence. Я давно интересуюсь ебанутыми пацанячьими коучами, маносферой и прочим советом пердейших, который уж точно научит вас быть мужицким мужиком. В России у подобных челов своя атмосфера, один Байгужин чего стоит. Но это тема для отдельного поста, тем более в отечественном кинематографе сей зоопарк практически не представлен.

В NBC News на излете марта вышел материал, где разбирают, как вся эта ебатория повлияла на хит Netflix. Вот главное:

💊 Adolescence — один из первых проектов, противостоящих растущему культурному влиянию «мужской сферы», которая пропагандирует жесткие и весьма специфические представления о мужественности и поддерживает мизогинные стереотипы о женщинах. По словам авторов, их в первую очередь интересовало не выстраивание детективной линии, а поиск ответа на вопрос, почему главный герой сделал то, что сделал.

💊 Бернадетт Джонстон, основательница Safer Lives Online, некоммерческой организации, занимающейся борьбой с ненавистью и экстремизмом в сети, сказала, что ценит отсутствие четкой «злодейской» арки у Джейми. Она отмечает, что дело не только в том, что главный герой потреблял некий мизогинный контент. Проблема намного глубже: в мужской ярости, нарциссизме, который, впрочем, присущ многим подросткам.

💊 Школьные учителя стали использовать сериал как шанс просветить родителей насчет опасностей маносферы. Довольно часто они вообще не в курсе, что это такое. «Если у вас есть дети, они будут знать гораздо больше, чем вы». Понятно, что контролировать всё, что потребляют микрочелики в интернете нереально, но постоянно заниматься самообразованием на эту тему — база.

💊 Один из создателей шоу, Джек Торн, немало охуел, изучив волчарские тезисы сообщества инцелов. Он отметил, что их установки упакованы весьма убедительно и он вполне может поставить себя на место Джейми. Как с этим бороться? Ответ банален: искать общий язык, разговаривать друг с другом. Разговаривать и разговаривать.

Полный текст

Бонус-трек: К Adolescence в качестве double feature советую посмотреть фильм Manodrome. Неоднозначный, не очень удачный, но все же весьма любопытный фильм на тему маносферы. Джесси Айзенберг играет забитого неудачника, который вступает в мужское сообщество. Клуб веселых и находчивых подозрительно напоминает секту, руководит ей вообще Эдриен Броуди, короче, досуг у главного героя теперь разнообразный и насыщенный. Фишка в том, что в спортзале он заглядывается на качков. И не для того, чтобы нормативы сравнить.

Собственно, в последнем и кроется главный минус фильма — здесь слишком педалируется догадочка, что за токсичной маскулинностью часто стоит латентная гомосексуальность. Баба Яга против (иногда всё действительно так, однако это не аксиома). Но механика братства для реальных мужичар тут подана внятно и красочно (в реальности обычно дела еще хуже, кстати) и Джесси отличный, как всегда.

Всё так (взято отсюда)

Мои друзья перевели субтитры к моему любимому фильму да еще и позвали меня написать анонс. Счастье-то какое! Все бегом смотреть.

Сегодня двойная гостевая рубрика от друзей.

Во-первых, Айдар перевёл ещё один фильм Казика Радвански, Matt and Mara. Лаконичный отзыв автора перевода: «Прошлый фильм Радвански мне не понравился. Этот тоже не понравился. Но на второй просмотр я немного проникся канадским инди».

А во-вторых, есть альтернативное мнение. Слово журналистке и автору телеграм-канала Pigs don't know how to hate Марии Ремиге, поставившей «Мэтта и Мару» на первое место в топе фильмов за 2024 год:

«Мара (Дера Кэмпбелл) учит других людей, как писать книги и томится в беспроблемном, но явно наскучившем браке. В её жизни материализуется Мэтт (Мэтт Джонсон) — огромный харизматичный мужик, талантливый автор, старый приятель. Они будут бесцельно тусоваться в разных местах, сгоняют в одну поездку. Между ними ничего серьезного не произойдёт — и это будет так серьезно и пронзительно, что лучше сразу предупредить свою сердечную мышцу о дополнительной нагрузке.

Казик Радвански смотрит в слепую зону чувств: когда не знаешь, любовь это или нет, что вообще такое любовь, нужна ли она тебе. Когда вроде бы все хорошо, но ты устал и внутри ничего не горит. У Радвански дар фиксировать очень сложные, неуловимые процессы с легкостью волшебника — кроме прочего, здесь есть линия с умирающим отцом Мэтта и редко когда об опыте (будущего) горевания говорят так точно и без надрыва.

Собранный вроде из незначительных эпизодов, этот фильм выжимает из жизни золотую эссенцию, те самые ощущения, которые кажутся неважными поначалу, но в итоге застревают в памяти надолго. Это очень мерцающее, но знакомое многим чувство — и я думаю, при просмотре каждый отмотает в своей голове до «той самой» встречи.»

P.S. В завершение — одна техническая деталь. В прошлых постах не всегда были видны файлы с субтитрами и торрент-файлы, поэтому в этот раз они выложены как отдельно, так и в комментариях к этому посту. Проверим, поможет ли такой способ.

К празднику вытащила свой архивный текст о би-мувиках про космос. Когда я его писала, мне было чуть больше двадцати, так что прошу вас выкрутить снисходительность на максимум, когда будете читать. Я лично от этого слога хватаюсь за голову, но нужно принимать свою прошлое достойно! В любом случае, сами фильмы угарные и хорошо скрасят субботний вечерок.

У Брайана Ино был альбом Music for Airports, а музыкант и художник Пирс Уорник сделал Music From Airports — эмбиент-хронику самолетных дней, полностью собранную из звуков, раздающихся в реальных аэропортах. Один трек — одна запись из конкретной точки. Называть это field recording он отказывается, потому что каждый звуковой кусок был сильно обработан. Ну, справедливо. В общем, очень интересный альбом с простой, но эффектной концепцией.

Уорник в пояснительной записке (прочитайте обязательно) подчеркивает, что с точки зрения звука аэропорты — это Ад. Но он не стал предлагать наложить сверху новое миленькое треньканье, а решил пересобрать эту какофонию по своему вкусу. Еще Пирс здраво отмечает, что эмбиент несправедливо сделали «обслуживающей» музыкой. Music From Airports — самодостаточный альбом, он не для пространств, а для слушателей.

Ощущения сегодня такие (это только вторник)

Скелетор вернулся с новыми странными фактами

На этот раз — из жизни ультраправых и фестиваля Slamdance. Спокойно, никаких плохих новостей, фестик не зиганул.

В общем, на Slamdance в этом году был фильм First Bump. Это док о Маркусе Найте, студенте Saddleback College, добродушном парне, который очень любит петь. У него два сложных диагноза: РАС и церебральный паралич. Несмотря на трудности со здоровьем, он очень открытый и активно тянется к людям. Обожает делать со всеми селфи и давать пять кулачком (то самое bump).

В какой-то момент на Маркуса начали поступать жалобы от студенток. Одна утверждает, что он слишком навязчиво попросил ее ответить на тот самый приветственный жест кулаком. Другая — что странно на нее смотрел и преследовал на территории кампуса. Третья — что фотографировал ее без разрешения.

Колледж расценил это как sexual misconduct и отстранил Маркуса от учебы. В своем решении руководство опиралось на Раздел IX (Title IX) — федеральный закон США, запрещающий дискриминацию по половому признаку в рамках образовательных программ. Кроме того, у колледжа свои правила, где как домогательства могут быть расценены любые неуместные/непрошенные прикосновения и взгляды. У Найта и Saddleback College в итоге начался муторный суд.

Фильм First Bump очень плох. Все, что мы в нем видим — это обаятельного Маркуса, который постоянно поет, его любящую семью, бросившую все силы на защиту парня и…собственно, все. Мы мало что можем узнать о деле конкретного. Допустим, девушки, которые жаловались на Маркуса, могли отказаться от съемок (тем более что и в суде они не участвуют). Но нет даже оценок независимых от обеих сторон экспертов.

Это самая однобокая документалка на свете. В истории двойная проблематика: Маркус еще и person of color, поэтому его семья видит в действиях колледжа не только эйблизм, но и расизм. Такой разговор требует виртуозного владения tone of voice. Здесь же нет никаких нюансов в обсуждении особенностей Маркуса, расовый вопрос кинут небрежно (а система, в том числе учебная, действительно может быть предвзята), а жалобы на неподобающее поведение рассматривается как что-то совсем незначительное.

Это настолько бестактный (ко всем участникам) фильм, снятый на отъебись, что становится плохо. Такая сложная и неоднозначная со всех сторон история заслуживает чуткого режиссера с хирургической остротой ума.

А теперь — причем тут правые и любовь к пению. Вы найдете не так много внятных статей об этом деле в интернете, но среди источников точно наткнетесь на The Daily Wire и The College Fix. Оба медиа — консервативные (в самом худшем смысле). Это не единственные ресурсы подобного толка, которые ухватились за дело Маркуса, но, наверное, самые яркие. Меня особенно заинтересовал текст (без ссылки, сорри, гуглится без проблем) именно на The Daily Wire, т.к. это в некотором смысле гигант, со своей видеоплатформой.

Жмите черные сердца, если хотите тексты о фильмах с DailyWire+ и прочем консервативном угаре, включая христианские фильмы (в самом худшем смысле). Знаю, вам в жизни только этого и не хватало.

Так вот, The Daily Wire утверждает, что благодаря всяким миту дело Маркуса Найта из истории о нетерпимости к людям с ограниченными возможностями превратилось в дело о сексуальных домогательствах. В общем, как легко догадаться, подобные медиа используют этот кейс для нападок на Раздел IX.

Понятно, что нельзя игнорировать одну проблему ради другой, и, повторюсь, в этом деле все вводные данные невероятно важны. Это может быть одновременно историей об эйблизме, расизме, харрасменте, а может и не быть. Но это думающим людям понятно, а не изданию The Daily Wire.