Украдено у Дани

Потому что честно, потому что правда!

Ребят, простите: длинные тексты пока не сочиняются. Но! Запрыгиваем в последний вагон года и делаем свой корпорат для всех причастных к модельному бизнесу.

Рассказываю. Мы с друзьями из Круглого Шара делаем предновогодний «Огонёк» для всех причастных к сфере.

27.12 — днём турнир по бильярду, вечером вечеринка.

Турнир
Сбор участников: 12:30
Старт: 13:00
Где: Круглый шар
Что: предновогодний парный турнир среди модельных агентств

Сетка уже закрыта: с нами 16 агентств. Приходите болеть за своих.

Вечеринка «Огонёк»
Время: с 19:30 и до победного
Где: всё там же, «Круглый шар» Столешников переулок, 7с5

Бонус: пару часов я сам буду за стойкой мешать коктейли. В общем, провожаем рабочий год и смотрим друг на друга не в окошке зума.

И да: списков на вход мы не делаем. Приходите и приводите себя и своих друзей.

BoF опубликовал материал, где Zara рассказывает о планах на 2026 год по ускорению продакшена.

И да. Начинает происходить ровно то, о чём я тут говорю уже какое-то время.

Меняется объект сделки.

Суть планов простая. Zara (Inditex) использует AI, чтобы генерировать новые изображения реальных моделей в других аутфитах. Каталог становится генеративным. Модель приезжает на сет, с ней снимают актуальный, читаемый для нейросетей контент. На его основе собирается цифровой аватар. Дальше новые «съёмки» производятся уже без физического присутствия, через итерации генераций.

Было бы странно думать, что эксперимент H&M пройдёт без реакции ключевых игроков. Ну и как бы вот, тренд 2026 года подвезли.

Inditex, разумеется, проговаривает обязательное: «мы только дополняем процессы», «всё по согласию», «гонорары не ниже стандартных рейтов». Тут же появляются комментарии благодарных моделей: их просят одобрять AI-редактирование и платят «как за ещё одну съёмку» за каждую новую генерацию контента под новую коллекцию. Такой ребукинг без площадки и переездов.

Становится очевидно, что меняется не инструмент, а техническая структура продакшена.
Скоро мы будем говорить о новых ролях в производственном цехе. Фотографов, стилистов, визажистов в привычном формате будут букировать реже. Ключевым специалистам придётся осваивать перевод своего визуального языка в язык промптов.
А вход в профессию для джунов станет ещё сложнее.

Раньше единицей производства была съёмка. У этой единицы был естественный потолок. День заканчивался, команда разъезжалась, сметы закрывались, у режиссера/клиента «было». Теперь производственная единица другая. Всё редуцируется до пакета прав на использование изображений. Вариации с новой одеждой можно производить без повторения продакшена.

Вообще формулировка «платят как за ещё одну съёмку» выглядит попыткой удержать старый мир внутри новой реальности. Логика всё равно иная. Бренд покупает не работу на площадке, а вариативность.

А вариативность требует нового торга. За что платят: за день, за сет, за количество генераций?
Где границы: сроки, регионы, категории товара, контексты использования?

Раньше контроль был телесным. Ты видел, что снимают.
Теперь контроль договорной. Ты видишь, «что получилось», через итерации, с почти полным контролем результата.

Бизнес говорит, что AI «помогает командам». На уровне отдельных профессионалов это может быть правдой. Но механизм проще: падает частота заказов. Fast fashion живёт объёмом. Там формула «чуть хуже, но в три раза быстрее» приносит доп.маржинальность. Сдвиг происходит не в витринном искусстве, а в массовом e-com и каталоге. В том, что в общем-то и кормит рынок.

Отдельно мило выглядят биографические детали Марты Ортеги и её MOP Foundation с работами Ани Лейбовиц, Стивена Мейзела, Хельмута Ньютона. Такая страховка смысла: фотография остаётся как культура, а каталог уходит в индустриализацию. Музей vs Фабрика.

Очевидно, что топ-фотографы и топ-модели и все остальные с приставкой ТОП, конечно, выживут и будут преуспевать. Но рынок держался на лестнице: ассистенты, джуны, маленькие продакшены, молодые фотографы, которые просачиваются в индустрию через количество «обычных» съёмок и контактов. Если таких проектов станет меньше, ломается не романтика профессии. Ломается сама возможность появляться в профессии.

И это уже не про технологию.

Это про то, как присутствие постепенно превращается в лицензии.
И про то, кто успеет прописать границы, пока это ещё возможно.