Привет, дочь

Вот и закончились, наконец, мои технические обстоятельства.

Хочу тебе сказать, что до вчерашнего дня очень важное заявление Трампа выглядело гораздо важнее. И, может быть, было бы лучше, если бы он не уточнял, что конкретно он собирается заявить. Потому что последнее трамповское предупреждение что-то даже меня не очень убеждает. В основном, наверное, потому, что оно уже не первое. И даже не второе.

И я думаю, что основной смысл отсрочки на 50 дней, которую Трамп дал Путину, состоит в том, что Трамп просто немножко подустал. Все-таки, это утомительно – каждую неделю говорить Путину, что ты последний раз даешь ему самый последний шанс, чтобы он в самый последний раз одумался. А иначе будет ого-го-го и сеанс одновременного принуждения к миру.

А потом всякие назойливые личности спрашивают, где твое обещанное ого-го-го. И надо объяснять, что самая последняя неделя у тебя еще впереди. А сейчас, получается, семь недель никому ничего объяснять не надо. Согласись, это большое облегчение.

И я себе думаю, что все отсрочки Трамп дает Путину не по причине большой взаимной любви. Любовь может и есть. Не знаю, я над ними со свечкой не стоял. Но я сейчас не об этом.

Я сейчас о том, что никакого ого-го-го для принуждения к миру у Трампа на самом деле нету. Все его ого-го-го рассчитаны на здравый смысли и адекватное восприятие действительности. А откуда у Путина возьмется адекватное восприятие действительности, если он в своем телевизоре только за последнюю неделю взял Киев за три дня три раза?

То есть, как я себе понимаю, Трамп решил положиться на естественный ход событий. Пошел, как говорится, по оптимистичной траектории. В надежде, что этот естественный ход событий добавит Путина здравого смысла и адекватного восприятия действительности.

Пока, правда, эмпирические наблюдения ни разу не подтвердили гипотезы о принципиальной возможности такого вариант развития событий. Но, с другой стороны, хуже от этой пятидесятидневной отсрочки точно не будет. Все что могло быть хуже, Трамп уже сделал.

А сейчас он хотя бы обещает сделать лучше. В смысле отправить в Украину оружие. И согласись, что по сравнению с прошлым Трампом это приличный прогресс. Все-таки последним предупреждением и ракетами можно добиться гораздо большего, чем даже самым последним предупреждением.

Не уверен, что это добавит здравого смысла, но некоторому возвращению в адекватную действительность несомненно поспособствует. Тем более, что действительность сильно отличается от телевизора.

И я даже не о том, сколько людей Россия тратит, чтобы три раза в неделю брать Киев за три дня. Людей в России пока еще много, людей России не жалко. Но тут же еще российская экономика начала выходить из строя целыми отраслями. А такой подлости от российской экономики никто не ожидал. Так что за оставшиеся пятьдесят дней российская экономика может сделать российским властям некоторые неприятные сюрпризы.

P.S Как полным сюрпризом стали соколы, которые сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Здравствуй, дочка

Я обычно так не делаю, но сегодня сделаю исключение. Потому что есть тут некая, не очень глубоко скрытая ирония.

«Пусть этот авокадо стоит столько, сколько стоит. Я авокадо не ем, не люблю и не пристрастен к этому. Людям должно быть по карману самое простое: капуста, лук, картошка, морковка, яблоки».

Вот этими золотыми словами кое-кто в феврале объяснял суть государственного регулирования цен. Обозначил, так сказать, принципиальные подходы. Я авокадо не ем, и вам не советую. Поэтому пускай эти авокадо стоят столько, сколько они себе хотят. А картошка – стратегический для стабильности продукт и поэтому ценам на картошку расти не надо.

И как ты думаешь, какой товар у нас сильнее всего подешевел в июне? Не буду тебя томить интригой, потому что ты и так уже наверное догадалась. Сильнее всего подешевели авокадо. Цены на авокадо в июне упали на 13,2 процента.

А знаешь, что больше всего подорожало? Представь себе это не картошка. Больше всего в июне подорожала свекла. Свекла в июне подорожала на 35,9 процента. А картошка была на втором месте. Хотя, не сказать, чтобы она сильно отстала от свеклы. Картошка подорожала на 35,4 процента. А замыкают тройку лидеров яблоки, которые подорожали на 26 процентов.

В общем, ценам на авокадо кое-кто разрешил расти куда они хотя, и цены на авокадо упали. Рынок справился. Исключительно с помощью магической силы спроса и предложения. Никакая уникальная система ценового регулирования ему не понадобилась.

А ценам на картошку кое-кто запретил расти. И сначала картошка пропала, а потом, чтобы ее найти на картошку пришлось повышать цены. И ведь не только на картошку. Уникальная система ценового регулирования, аналогов которой нет, довела до того, что инфляция на еду у нас в два раза выше, чем в Польше. В которой, как ты понимаешь, ничего такого уникального не придумали.

И я бы, конечно, мог подумать, что это просто такое случайное совпадение. Всякие совпадение в жизни бывают. Если бы оно не совпадало с пугающей регулярностью.

Ты может не помнишь, но давным-давно, кое-кто взялся за деревообработку. И с тех от беларуских лесов у нас сплошные убытки. Хотя, можно было бы подумать, что от беларуских лесов убытков не может быть по определению. Но, оказалось, что может. Просто раньше никто не пробовал взяться за беларуские леса с фантазией.

Потом были еще цементные заводы, уникальная биокорпорация и атомная станция с которой электричество некуда девать. Горящие на работе автобусы МАЗ и продажа калийных удобрений себе в убыток.

И я уже не говорю, про уникальную беларускую нефтепереработку. Я почему не говорю про уникальную беларускую нефтепереработку? Потому что про уникальную нефтепереработку сейчас можно говорить или хорошо, или ничего.

Потому что все, что кое-кто переводит на свое ручное управление по какой-то удивительной, совершенно необъяснимо причине, обязательно ломается. Некоторые вещи ломаются не сразу, но кое-кто в этом не виноват. У них просто запас прочности выше. И лучше бы кое-кому, конечно, этими руками вообще ничего не трогать.

P.S Причем, желательно было бы перестать это делать задолго до того, как соколы сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Привет, дочь

Война зерновая началась у нас. Кое-кто вчера официально объявил урожаю войну. Так и сказал: «в бой, мужики». Ну как он говорит каждый год. Потому что, если урожай не сдается – его уничтожают. А беларуский урожай никогда не сдается.

В прошлом году от урожая потребовали контрибуций на 11 миллионов тонн зерна. Собрали 8,6 миллиона тонн. И это если считать вместе с рапсом. Хотя рапс считать вообще-то нельзя. Потому что рапс относится к мирному семейству крестоцветных. Поэтому брать рапс в плен Женевская конвенция не позволяет. А если считать без рапса, то зерна в прошлом году собрали 7,7 миллиона тонн.

В позапрошлом году от урожая тоже требовали 11 миллионов тонн зерна. Собрали 7,7 миллионов. И это уже вместе с рапсом. И в 22 требовали, и в 23. А сколько собрали я тебе даже стесняюсь сказать.

Ближе всего к полной и безоговорочной победе над урожаем были в 2020 году. Тогда собрали 10,3 миллиона тонн. Причем, что характерно, честного зерна. Но до полной и безоговорочной все равно не дотянули.

Потому что битва за урожай всегда начинается с того, что от урожая требует 11 миллионов тонн зерна контрибуций. Потом случаются непреодолимые погодные условия. Жара или холод, дождь или засуха. Иногда ветер, или, для разнообразия, скажем, град.

И тут выясняется, что никакие 11 миллионов никто никогда собирать не собирался. А собирался собрать примерно так семь-восемь. Потом Минсельхозпрод объявляет о своей полной и безоговорочной победе и уползает зализывать нанесенные урожаем моральные травмы. А потом приходит Белстат и все портит. Потому что выясняется, что обещанные семь-восемь тоже не собрали.

Поэтому в этом году от урожая опять потребовали полной и безоговорочной капитуляции и 11 миллионов тонн зерна в придачу. Потому что если не получилось в прошлом году и в позапрошлом и вообще никогда, то в этом году надо снова попробовать. Железная, я считаю, логика.

Хотя погодные условия в этом году действительно не особо благоприятные. Из-за этих погодных условий производство еды в июне у нас уже упало почти на 8 процентов.

Поэтому кое-кто сказал, чтобы про неблагоприятные природные условия ему даже не заикались. И что победе над урожаем мешают не природные условия, а внутренние враги. Ну, потому что с природными условиями бороться не получается, а внутренних врагов всегда можно найти. И если нельзя победить урожай, то можно победить хотя бы внутренних врагов.

Потому что, чего другого, а внутренних врагов у кое-кого хватает. Долго искать не надо. Вышел на улицу, ткнул пальцем в любого случайного человека и обязательно выяснится, что какую-нибудь стабильность он точно подрывает. Если не политическую, так хотя бы продовольственную.

P.S Это с картошкой или урожаем в стране бывает дефицит, а дефицита внутренних врагов еще ни разу не было с тех пор, как соколы сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Здравствуй, солнце

В сегодняшний почтальонов выходной я расскажу тебе историю об одном нежеланном мире.

P.S Первый этап великой войны между Афинами и Спартой за то, кто будет главным в Греции, длилась десять лет. И все от этого, конечно, немножко устали. Потому что вреда для всех было много, а польза оказалась сомнительна.

С одной стороны, Афины устроили спартанцам полную морскую блокаду, так что всем спартанским союзником от этого было сплошное разорение. А с другой стороны, спартанцы каждый год разоряли Аттику, так что местным сельским жителям приходилось месяцами прятаться за городскими стенами. Поэтому в конце концов решили договориться по-хорошему, чтобы никому не было обидно.

По условиям мира Афины и Спарта договорились вернуть все как было до войны. Как-будто никакой войны и не было. То есть обменяться пленными, освободить захваченные города и воздерживаться от враждебных действий друг против друга в течение пятидесяти лет. В общем главным не стал никто. И обидно, в итоге, оказалось всем.

Ну то есть, поначалу все, конечно, немножко радовались, что воевать им больше не надо. Но потом стали задавать друг другу вопрос: а за что воевали? Потому что, если все вернулось к тому состоянию, в котором оно было до войны, то получается, что десять лет воевали совершенно зря. Что все страдания и подвиги были напрасны. И что всем было бы лучше, если бы никакой войны вообще не было.

Поэтому, оказалось, что вернуть все, как было раньше никто особо не спешит. Ну то есть, обмен пленными прошел гладко, а с обменом всем остальным как-то не заладилось. Ну потому что никому не хотелось отдавать то, что было нажито непосильным военным трудом. Поэтому спартанцы, прежде чем вернуть Афинам захваченную пограничную крепость, разрушили ее до основания. А Афина в ответ вообще не стали возвращать Спарте город Пилос.

И тут начало выясняться, что с мирным договором, который подписали Афины и Спарта, все не так однозначно. Если вам не нравится мирный договор, в нем всегда найдутся неоднозначные трактовки.

Скажем, спартанский союзник, город Фивы, захватили маленький афинский городок, который они считали своей исторической собственностью. И с одной стороны Афины по договору не могли ответно обидеть спартанского союзника. А с другой стороны, в ответ на афинские претензии, Спарта говорила, что они лично никакого договора не нарушала, а повлиять на союзника у нее полка не получается.

Зато, когда в нескольких союзных Спарте городах случились демократические революции, выяснилось, что Афины тоже умеют делать мирному договору неоднозначные трактовки. Потому что нападать на союзные Спарте города Афинам было, конечно, нельзя. Но никто не запрещал им поддержать молодые демократии. Поэтому, когда спартанцы отправили против революционеров войска, Афины поддержали молодые демократии финансами, добрыми совета и ограниченным контингентом военных добровольцев.

В общем, пятидесятилетний мир продержался то ли шесть, то ли восемь не очень мирных лет. И почему говорю так примерно? Потому что когда конкретно война началась заново так сразу и не скажешь. Такой уж это был нежеланный мир, что не все и не сразу заметили, как он закончился.

Так что не зря оракулы предупреждали, что однажды начавшись война продлится трижды по десять лет и никому не принесет никакой пользы кроме вреда. Войну в принципе начинать не стоит. Но точно ее нельзя начинать, когда знамения настолько неблагоприятны. Вроде соколов, которые сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Здравствуй, дочка

Кое-кто вчера хвастался самарскому губернатору про свою многовекторность. Ну просто похвастаться же больше некому. С такой-то многовекторностью. Вот кое-кто рассказал, что в рамках своей многовекторной политики он «практически забрал с Запада свои дипломатические представительства». Потому что, сказал, мир большой, место в нем для беларуских дипломатов всегда найдется.

Конечно, кое-кто чуточку преувеличил. Во-первых, не сам забрал, а настойчиво попросили. Во-вторых, хотя кое-кто много раз грозил наказать Запада лишением своего дипломатического представительства, его представительства на Западе никуда не делись. Плотность дипломатов в них на квадратный метр снизилась, но сами представительства как стояли, так и стоят.

Ну и относительно большого мира тоже есть некоторое небольшое недопонимание. В смысле мир-то, конечно, большой. Но как-то пристроить в нем беларуских дипломатов особо не получается. Из всей прошлой многовекторности у беларуских дипломатов осталось только 89 субъектов Российской Федерации.

Причем у Российской Федерации перспективы геополитического разнообразия тоже не особо впечатляют. Вернее, впечатляет в основном как быстро это геополитическое разнообразие теряется.

И я сейчас не говорю про коллективный Запад. Эти гады еще печенегов науськивали. Нет, я говорю про тех, кто разделяет общие духовные ценности. Вот был друг Асад, и нету друга Асада. Вернее, друг-то есть, но от этого друга теперь нету никакой практической пользы.

Был другом Али Хаменеи. Но потом Россия поддержала Иран своей «четкой позицией» и глубокими озабоченностями, и дружба Хаменеи осталась в основном в российском телевизоре.

И я уже не говорю про друга Алиева. Которому кстати, в отличие от всех остальных своих друзей, российские власти вообще ничего плохого не сделали. А наоборот, когда друг Алиев воевал против тоже братского армянского народа, российские власти делали Алиеву только хорошее. Потом, правда, сбили азербайджанский самолет. Но, во-первых, нечаянно, а, во-вторых, что такое один сбитый самолет против прагматических интересов и общих духовных ценностей? А теперь у России нету ни братского армянского, ни братского азербайджанского народов.

А главное, что все остальные друзья такие же неблагодарные. И как я себе подозреваю, кое-кто тоже хотел бы стать России таким же неблагодарным другом. Но кое-кто себе, конечно, не может позволить никакой неблагодарности.

Поэтому не просто так кое-кто обещал самарскому губернатору отправить в Россию свои дипломатические резервы. Заметь, он же похвастался своей многовекторностью в Россию, сразу после того, как посланник Трампа рассказал про особенности беларуской застольной дипломатии. О том, как он пил водку с истекающим гарантом и как обоих после этого даже не вырвало. А это уже, согласись, равносильно измене союзническим обязательствам.

Поэтому, хоть самарскому губернатору надо было объяснить, что никакого Запада гаранту не надо. Что его многовекторности хватит и 89 субъектов Российской Федерации.

P.S А куда еще эту многовекторность девать, после того как соколы сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Привет, дорогая

Вчера генерал Муравейко дал отпор НАТО. Если ты вдруг не в курсе, то генерал Муравейко это который лихой и задорный. Задорнее него только генерал Хренин. Но генерал Хренин вчера отпора НАТО не давал. Давал генерал Муравейко.

Но не подумай ничего плохого. Генерал Муравейко отпирал НАТО исключительно вербальными интервенциями. С другой стороны, с чего бы тебе думать плохое? У беларуских генералов других интервенций кроме вербальных и не бывает. Зато такие вербальные интервенции мало у кого есть. По уровню вербальных интервенций беларуская армия может и не первая армия мира, но точно не вторая.

Короче, генерал Муравейко вчера объяснял как он готов к совместным учениям с Россией. Говорил, что у него к учениям наступила полная и окончательная боеготовность. А еще сказал, что хотя беларуские генералы приняли решение отодвинуть учения от западных границ, они оставляют за собой право придвинуть их обратно ограниченным контингентом отдельных специальных подразделений.

Но это пока не точно. Потому что право у них есть, а придвигать при этом необязательно. Поэтому могут и не придвинуть. Но если НАТО будет лязгать на рубежах, тогда обязательно придвинут. Или нет. Потому что отодвинули не просто так, а ради стабилизации военно-политической обстановки. Поэтому, если обстановка не стабилизируется, могут придвинуть обратно.

В общем, вероятность придвижение к западным рубежам составляет 50 процентов. Может придвинут, а может и нет.

А все почему? В основном, конечно, потому, что что генерал Муравейко не только лихой и задорный. Генерал Муравейко еще внезапный и противоречивый. Поэтому планы у генерала Муравейко часто меняются.

А еще немножко потому, что генерал Муравейко пока не в курсе, что и куда конкретно он собирается придвигать в ходе совместных беларуско-российских учений. Ну вот как-то не доложили генералу Муравейко. И генерала Хренина, как я себе подозреваю, тоже никто по этому поводу не проинформировал.

Да ладно генералы. Есть у меня смутное ощущение, что даже генеральский гарант пребывает в неопределенности кого, когда и куда ему будут двигать на этих учениях. То есть, у гаранта может есть смутные подозрения и робкие надежды, но неопределенностей у него все равно больше. Потому что гарант же понимает, что если у этих учений есть секретный замысел, то ему этот замысел доложат по остаточному принципу.

Не говоря уже про беларуских генералов. И если там в европах немножко переживают из-за учений, то представь себе, каково генералам. Они ж понимают, что если нечаянно придвинуть свои специальные подразделения не туда, то потом их обратно уже не отодвинешь. Обратно уже будут отодвигать другие с фатальными последствиями для личного состава вообще и отдельных беларуских генералов в частности. И тут вербальными интервенциями уже не отделаешься.

P.S Но у беларуских генералов и их гаранта остался не очень богатый выбор с тех пор, как соколы сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Привет, дорогая

Прости, прости, личные обстоятельства мои складываются таким образом, что я не смогу писать тебе свои письма в ближайшую неделю. Ты уж от меня отдохни.

P.S Но не забывай про соколов, которые сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало

Здравствуй, солнце

Сегодня, когда у почтальона еще выходной, а у меня уже нет, я хочу рассказать тебе историю об одном компромиссе и отложенной люстрации.

P.S После убийства Цезаря перед римским сенатом стоял трудный выбор. Сам сенат в принципе был склонен к тому, чтобы объявить Цезаря тираном, а его убийц спасителями Республики. И сенат это обязательно бы сделал, если бы римский народ проявил немножко больше энтузиазма. А народ, вместо энтузиазма угрожающе безмолвствовал. Поэтому сенат колебался и не мог принять никакого решения.

Но у сторонников Цезаря положение тоже было не очень простым. С одной стороны, народ, конечно, безмолвствовал в основном в их пользу. Но, с другой стороны, сенат колебался в основном к тому, чтобы объявить Цезаря и его друзей врагами отечества со всеми вытекающими из этого последствиями. И главное последствие, которое могло последовать – это массовая резня в Городе с непредсказуемым результатом, потому что легионов, которые могли бы обеспечить предсказуемый результат, у сторонников Цезаря под рукой в этот момент не оказалось.

В общем, все было очень неоднозначно, пока генерал Цезаря, Марк Антоний не напомнил сенатором об одном щекотливом обстоятельстве. О том, что сенаторы, которые сейчас готовы заклеймить Цезаря тираном, получили свои должности из его рук. Включая главных тираноубийц – Кассия и Брута. И если Цезарь был тираном, то все его решения и назначения были незаконными. То есть, должности придется оставить.

«Готовы ли вы от всего этого отказаться», - поинтересовался Антоний. И тут оказалось, что никто ни от чего отказываться не собирается. Потому что Цезарь, конечно, тиран, но лишние должности под ногами не валяются.

Так что по итогу сенат принял компромиссное решение. С одной стороны признал Цезаря легитимным правителем, а с другой стороны сделал вид, что никакого убийства не было. Все, включая убийц, остались при своих должностях.

Правда, не все остались при этих должностях надолго. Кассию и Брута пришлось сбежать из Рима меньше чем через месяц после убийства, потому что народ перестал угрожающе безмолвствовать и стал требовать крови. Они оба погибли два с половиной года спустя в битве при Филиппах, про которую я тебе уже было дело, рассказывал.

Но они были не первыми. Первым стал бывший друг Цезаря, Гай Требоний, который сыграл ключевую роль в его убийстве. Когда его захватили в плен Требоний сказал, что он готов сдаться добровольно и без сопротивления пойдет туда, куда скажут. Командовавший солдатами центурион ответил, что это необязательна. Что Требоний может оставаться на месте, потому что им нужна только его голова.

Говорят, что никто из убийц Цезаря не умер своей смертью, хотя для некоторых из них окончательная люстрация была отложена на пятнадцать лет. Так что если у тебя прямо сейчас под рукой нет верных легионов, с люстрацией можно и подождать.

И, кстати, очень надеюсь, что за время моего отсутствия ты не забыла про соколов, которые сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Привет, дочка

Вчера близкий к беларуским генералам полковник Богодель из генштаба объяснил, почему дрон со взрывчаткой долетел до Минска. Вот буквально недели не прошло, а беларуские генералы уже обо всем догадались. И это, конечно, много говорит об их способности к оперативной оценке оперативно меняющейся оперативной обстановки. Но суть не в этом.

А суть в том, что беларуская система ПВО не на помойке себя нашла, чтобы себя тратить на одинокие дроны. «Системы ПВО и ПРО нацелены на то, чтобы отражать массивные ракетно-авиационные удары». Заметь, не я это сказал, про отражение массивных ракетно-авиационных ударов». А близкий к генералам полковник Богодель из беларуского генерального штаба.

Ну то есть, если б была массивная ракетно-авиационная атака, тогда бы беларуское ПВО показало себя во всей красе. Тогда бы у беларуского ПВО был бы оперативный простор, чтобы развернуться во всю мощь. А одинокие дроны для беларуской системы ПВО – слишком мелкая цель. Для беларуского ПВО такие цели унизительны. «Поэтому он был засечен как раз уже на подлете к Минску».

А когда его уже засекли, то искусственный интеллект белорусского ПВО предложил беларуским генералам разные варианты, что им делать. (Заметь, про искусственный интеллект тоже не я сам придумал). Ну, видимо кроме искусственного интеллекта среди беларуских генералов больше предлагать было некому.

И из всего многообразия предложенных им вариантов беларуские генералы выбрали вариант: уронить дрон со взрывчаткой и шрапнелью посреди жилых домов. Ну а где его еще ронять? Больше-то негде.

И знаешь, о чем нам говорят все эти объяснения? Кроме уникальности беларуской системы ПВО. Они нам говорят о том, что дрона все-таки был для беларуских генералов сюрпризом. Если бы беларуские генералы имели к этому дрону какое-то отношение, я считаю им бы хватило искусственного интеллекта, чтобы придумать все объяснения заранее. И может быть даже придумать что-нибудь получше, чем уникальность беларуской системы ПВО, которая на мелкие цели не разменивается.

Так что кое-кто в пятницу не просто так делился с Путиным про 59 килограммов взрывчатки. Это кое-кто намекал на компенсацию морального ущерба за пережитый им посттравматический опыт.

Потому что после того, как беларуское ПВО проигнорировало маленький одинокий дрон его же действительно негде было больше ронять кроме как на жилые дома. Как обратил специальное внимание беларуский телевизор там дальше за жилыми домами уже почти сразу дом гаранта генеральской стабильности. А стабильность генералам дороже любых жилых домов. Если это, конечно, не генеральские жилые дома.

И знаешь, какой из всего этого следует вывод? Что беларускую стабильность массивными ракетно-авиационными ударами трогать не надо. Стабильности хватит чего-нибудь маленького и не очень заметного.

P.S Скажем замечательно вот справились соколы, которые сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Здравствуй, дочь

Напишу тебе сегодня про скучное. Потому что в скучном происходит что-то удивительное, которое противоречит всей формальной экономической логике. Мы, конечно, знаем, что беларуской экономике закон, бывает, не писан, но есть же еще математика.

В общем, в понедельник Нацбанк похвастался, что его золотовалютные резервы в июле выросли на 400 миллионов долларов. До этого в июне они выросли больше чем на триста миллионов, в мае – на двести, а в марте вообще на 660 миллионов. Вот, собственно говоря, с марта эти резервы и начали внезапно и бодро. До марта они тоже, бывало, росли, но, во-первых, нерегулярно, а во-вторых, раз в десять скромнее.

И я хочу тебе сказать, что если бы резервы так росли пару лет назад, я бы слова плохого не сказал. Пару лет назад у беларуских резервов были все резервы для роста. Пару лет назад беларуская торговля радовалась бескрайним просторам российского рынка, с которых в Беларусь приходила валюта, которую можно было добавлять себе в резервы.

А сейчас все. Радость кончилась. У нас торговый дефицит за пять месяцев был 800 миллионов долларов. А на бедность беларуским властям никто в последнее время не подавал. Россия согласилась не требовать возврата некоторых старых долгов. Но дать новых денег союзнику пожадничала.

Поэтому платежный баланс у нас сугубо отрицательный, а счет текущих операций был в дефиците на два миллиарда долларов еще по итогам первого квартала. То есть, по всем законам божеским и экономическим, резервы Нацбанка должны расти в обратную сторону.

Вот даже Нацбанку стало неловко за этот выдающий феномен, и он недавно даже оправдывался. Объяснял, что резервы у него не растут, а просто дорожают, потому что дорожает золото. Ну и, во-первых, чего ты оправдываешься? Радоваться надо.

А, во-вторых, Нацбанк же при этом бессовестно соврал. Потому что это год назад резервы Нацбанка дорожали, потому что дорожало золото. А сейчас они именно что растут, потому что в них становится больше валюты. Вот в июле золото в резервах подорожало на 19 миллионов долларов, а валюты в них добавилось на 390 миллионов.

То есть, Нацбанк не просто так привирает. Нацбанк привирает, чтобы преуменьшить свои достижения. А это, согласись, уже само по себе выдающийся феномен.

И вот феномен есть, а объяснения у меня нету. Потому что я не склонен к конспирологическим теориям и практикам. А если бы был склонен, я бы, конечно, объяснил. Я бы сказал, что это выглядит так, как-будто кое-кто возвращает в Беларусь то, что было нажито непосильным трудом. Кто этот кое-кто я тебе не скажу. Но это точно не какой-нибудь Евроопт и не инвестор из недружественных стран. У инвесторов из недружественных стран столько денег нет, чтобы делиться ими с Нацбанком сотнями миллионов долларов.

А кто-то же делится. Накачивает резервы Нацбанк всеми деньгами, какие есть под рукой. И это имеет смысл делать только в одном случае. Если ты ожидаешь, что с беларуской экономикой в очень обозримом будущем могут случиться внезапные неприятности. Такого апокалиптического масштаба.

Знаешь, на что это похоже? Вот в январе 2022 года Сергей Чалый обратил внимание, что в 21 году беларуские власти тратили мало, а все лишнее откладывали на черный день. И пока вокруг гадали на кофейной гуще будет война или нет, на основе анализа беларуской инвестиционной программы сделал вывод, что беларуские власти к войне готовятся. Потому что откладывать на черный день имеет смысл, если ты знаешь, что черный день наступит.

И получается, что сейчас кое-кто тоже к чему-то готовится. Иначе, опять же, не пришлось бы откладывать на черный день. В самом деле, всякое ведь может случиться.

P.S Как с соколами, которые сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Привет, дорогая

Тут некоторые пишут, что Путин готов прекратить войну, если ему отдадут то, что осталось от Донецкой и Луганской областей. Там от них мало, что на самом деле осталось. Поэтому получается, как бы компромисс. Раньше Путин хотел себе четыре области, а теперь как бы согласен всего на две.

И это, конечно, плохое предложение для Украины. Могло бы быть предложение и получше. Но знаешь, я в принципе могу представить как Украина может на это предложение согласиться. Но, честно говоря, мне очень трудно себе представить, как на него может согласиться Путин.

Потому что для Украины отдать остатки двух областей может и плохой компромисс, но для Путина-то он еще хуже. Я даже не буду сейчас напоминать, что все начиналось с Киева за три дня и марша танковых колон на Берлин. Без меня найдется кому напомнить.

Но когда Киев за три дня не состоялся они же потом включили себе в конституцию Запорожскую и Херсонскую область. И даже если оставить все, что было захвачено в этих областях себе, все равно получится, что Россия проиграла войну. Потому что уступила свои конституционные территории.

И тут же смысл не в том, что они виртуально российские, а в том, что это надо будет объяснять разочарованному электорату. И ладно электорату. На электорат у Путина есть свой телевизор, и Путин уверен, что телевизор с любым электоратом справится.

Но объяснять же придется тем, кто хуже любого электората. Сотням тысяч разочарованных ветеранов с пониженным уровнем социальной ответственности. У которых к пониженному уровню социальной ответственности есть завышенные персональные и геополитические потребности.

А пониженный уровень персональной ответственности и завышенные геополитические потребности – это такая немножко гремучая смесь. Потому что, вернувшись с войны разочарованные ветераны начнут искать достойное для себя место в мирной жизни. А достойных мест в мирной жизни на всех ветеранов не хватит. И когда они не найдут этих мест, они пойдут искать, кто в этом виноват.

А к разочарованным ветеранам добавится разочарованная военная промышленность, у которой станет меньше денег на военные заказы. И разочарованный рынок труда, на котором одномоментно появится 600 тысяч лишних людей. С завышенными, как я тебе хочу еще раз напомнить, персональными ожиданиями.

А еще разочарованные цены. Потому что 600 тысяч разочарованных ветеранов вернутся вместе с положенными им боевыми выплатами. И прежде чем эти выплаты закончатся, они успеют разочаровать цены. А когда выплаты закончатся ветераны еще больше разочаруются.

И все, что я тебе перечислил – это только маленькая часть будущих разочарований. Потому что многие разочарования мы сейчас себе не можем даже представить.

Поэтому я что-то сомневаюсь в склонности Путина к таким компромиссам. И в принципе, к любым компромиссам. Так что для того, чтобы обещать компромиссы у Путина может быть две взаимоисключающие причины.

Возможно, дела у России гораздо хуже, чем нам с тобой кажется. Чем всем кажется. И Путин готов ко всем вышеперечисленным разочарованиям, потому что иначе придется разочароваться гораздо больнее.

И я на самом деле думаю, что так оно есть. Что дела в России гораздо хуже, чем всем кажется. И если Россия будет воевать дальше, то разочарование будет не просто болезненным, а может даже фатальным.

Только я что-то сомневаюсь, что это было путинским мотивом. Чтобы это стало мотивом, нужна все-таки адекватная оценка действительности. А у человека, который собирался брать Киев за три дня с адекватностью оценок действительности все не очень хорошо.

Так что я думаю, что причина в другом. Что вот это обещание компромисса – это способ получить аудиенцию у Трампа и продлить сроки ультиматума. Что для заключения окончательного перемирия постоянно будут появляться непреодолимые технические препятствия. А Россия все это время будет воевать. Со всеми фатальными для нее последствиями.

P.S Как для крысы, которую соколы сбросили на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Здравствуй, солнце

В сегодняшний почтальонов выходной расскажу тебе историю о смене лидера эмигрантской оппозиции.

P.S После того как Гай Марий умер а Сулла захватил Рим, дело Мария продолжало жить. И как-то бодрее всего оно жило в Испании. Эмигрировавших в Испанию марианцев возглавил Квинт Серторий, единственный среди генералов Мария, который выступал против массовых репрессий. И не просто выступал с вербальными интервенциями, а как-то в одну ночь истребил четыре тысячи марианских губопиков.

В общем Серторий так успешно возглавил эмигрантскую оппозицию, что практически создал в Испании альтернативный Рим, со своим сенатом, армией и всем, что положено. Так что все, кому не нравился новый римский режим бежали в Испанию к Серторию. Один раз к нему бежала целая армия. Для сената в Риме Серторий был, конечно, врагом номер один.

Десять лет длилась Серторианская война. Десять лет римский сенат посылал против Сертория новых генералов и новые войска. На пятый год войны сенат послал в Испанию Гнея Помпея, которого уже тогда звали «Великий». Но оказалось, что против Сертория Помпей не такой уже и великий.

За голову Сертория сенат даже пообещал награду в 2,5 тонны серебра, шесть тысяч гектаров земли и полную амнистию. Но и это не помогло. Слишком велика была популярность мятежного генерала не только среди римских изгнанников, но и среди испанцев, которые массово воевали на его стороне.

В общем, разгромить Сертория ни у сената, ни у его генералов не получалось. Но, с другой стороны, Серторий тоже не мог победить сенат. И, конечно, многие представители римской оппозиции в изгнании были им за это недовольны. Они говорили, что хотят вернуться домой и желательно с победой, а Серторий им в этом не помогает.

И громче всех был недоволен генерал Марк Перперна, которого сенатские войска били в Италии, потом на острове Сардиния, а потом ему пришлось бежать в Испанию с остатками армии. Тут Перперна хотел воевать самостоятельно, чтобы быть самым главным, но войско что-то разочаровалось в его способностях и заставило подчиниться Серторию.

Но желание быть самым главным никуда же после этого не делось. А после того, как армию Перперны побили еще раз уже в Испании оно стало только сильнее. «Тайно он вел со своими приверженцами бесчестные разговоры». И в конце концов от разговоров решил перейти к делу. Некоторые злые языки говорили, что Перперну подкупил Помпей Великий обещанием амнистии, но никаких доказательств этому не сохранилось. Возможно он просто хотел стать самым главным.

И эта мечта сбылась. Перперна стал лидером римской оппозиции в изгнании. Правда, не очень надолго. После убийства Сертория солдаты начали дезертировать, а союзные испанцы переходить на сторону сената. Перперна казнил нескольких недовольных сменой лидерства, включая собственного племянника, но это ему почему-то не помогло.

Поэтому Перперна решил доказать, что он тоже чего-то стоит и выступил против Помпея. Ну и оказалось, что, когда нет Сертория, Помпей вполне себе великий. После того как его армия была полностью разгромлена Перперна пытался спрятаться в кустах «боясь своих солдат больше, чем противника». Его, конечно, нашли и привели к Помпею.

Перперна попытался договориться, обещая назвать имена тайных сторонников Сертория в Риме. Но Помпей не стал его слушать и приказал немедленно казнить.

После этого поражения, как ты понимаешь, сопротивление марианцев в Испании быстро закончилось. Потому что Серторий может и не мог победить сенат, но он был единственным, у кого получалось не проиграть.

И знаешь, я даже не буду тебе сегодня напоминать про соколов, которые сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Привет, дочка

Извини, буду сегодня не просто про скучное, а про чужое скучное. А то бывает меня спрашивают, почему я думаю, что дела в России идут хуже, чем кажется. И для этого на самом деле есть много, некоторые из которых сейчас трудно рассмотреть невооруженным взглядом. Но кое-кто прямо нагло бросается в глаза.

Вот мне бросилось в глаза, что дефицит российского бюджета за семь месяцев вырос до 4,9 триллиона российских рублей. И суть даже не в том, что это на триллион рублей больше, чем они планировали. Суть в том, что это почти на триллион рублей больше, чем осталось в резервах российского фонда национального благосостояния.

А фонд национального благосостояния — это такой особый фонд, в который Россия с нулевых годов откладывала все лишние деньги. Ну в смысле все, что не получалось употребить на повышение персонального благосостояния. На 1 февраля 2022 года в этом фонде было почти 14 триллионов рублей.

И когда некоторые удивляются, что российская экономика оказалась такой живучей, то там нечему удивляться. Российская экономика готовилась к войне с нулевых годов. Для этого в России и складывали лишние деньги в фонд национального благосостояния, чтобы было чем платить за войну. И пока было чем платить, с российской экономикой было хорошо.

А сейчас получается, что у России уже немножко не хватает денег. А будет не хватать еще больше. Оптимисты говорят, что к концу года дефицит российского бюджета вырастет до 7 триллионов рублей, а умеренные пессимисты что до 9 триллионов. А денег, которые откладывали на войну, я тебе еще раз напомню, осталось меньше 4 триллионов.

И вот денег становится меньше, а потребность в деньгах становится больше. Потому что российская экономика выходит из строя целыми секторами. Машиностроение, угольная промышленность, строительство, сельское хозяйство, демонстрируют глубокий отрицательный рост, со всеми вытекающими из этого последствиями. И всем им нужны деньги. Потому что главное последствие отрицательного роста – это убытки.

А кроме бюджета деньги взять особо негде. А в бюджете их получается взять уже тоже особо негде. А все лишнее, что было нажито непосильным трудом они уже потратили. Вернее, вот-вот потратят то, что там осталось.

И вот потребностей в деньгах становится больше, а денег на эти потребности не хватает. И тут, конечно, есть два варианта. С одной стороны лишних денег можно напечатать. С другой стороны, можно меньше тратить. И как я себе подозреваю, российские власти будут использовать оба варианта. Со всеми вытекающими из этого последствиями.

И это только одна из причин, по которой я думаю, что дела в России идут хуже, чем кажется. А таких причин много.

P.S Но главная все-таки – это соколы, которые сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Здравствуй, дочь

Есть у меня смутное ощущение, что беларуские генералы и их гарант сами не рады своим совместным учениям с Россией. Вот беларуские соседи этих учений, конечно, опасаются. Все-таки есть незабываемый опыт трехлетней давности. Но беларуские генералы все равно боятся больше.

Вот вчера выяснилось, что беларуские генералы еще в июне писали Польше письмо и просили в нем конструктивного диалога. И что характерно, никому об этом не признались. Признался польский МИД, который ответил, что конструктивного диалога не бывает без взаимного доверия. А взаимное доверие требует минимального соблюдения общепринятых приличий, чего беларуские генералы, вместе с их гарантом, делать не умеют. И поэтому польский МИД сказал, что ему с беларускими генералами делать нечего.

А знаешь почему генералы просили конструктивного диалога? Потому что они боятся, что без этого диалога «Беларусь и Польша могут стать ареной нового военного конфликта». Хотя, казалось бы, чего проще? Буквально же все от вас зависит. Если ты не хочешь военного конфликта, так ты и не начинай.

А если хочешь, так зачем просить конструктивного диалога? Ну только разве что ради усыпления бдительности и отвлечения внимания. Но какой в этом смысл? Все равно беларуским генералам никто не верит. Беларуские генералы уже обещали Украине полную безопасность со своей стороны.

И получается, что беларуские генералы «военного конфликта» на самом деле боятся. Но сделать с этим ничего не могут. Потому что ничего от беларуских генералов и их гаранта все равно не зависит. Ну то есть, они, конечно, отодвинули российских военных подальше от границ. Но они же не в состоянии запретить российским военным придвинуть себя обратно если те вдруг захотят. Они вообще не в состоянии ничего запретить российским военным.

И если концепция у союзника переменится, то будешь потом объяснять, что российская армия просто пошла в Калининград по короткой дороге Сувалского коридора. Ну как кое-кто объяснял, что российские войска просто возвращались в Россию короткой дорогой через Киев.

Не то чтобы гарант и его генералы стеснялись этих объяснений. В их организмах орган, который отвечает за такие сложные чувства, отсутствует. Они просто боятся, что никому этих объяснений у них потом не будет спрашивать. Что бить будут не по объяснениям, а по другим, чувствительным для генералов частям организма.

Поэтому генералы и трясут во все стороны ядерными боеголовками, которые у них условно имеются в наличии, и Орешником, которого в наличии не имеется даже условно. Это они на самом деле так говорят: «Не тронь меня, я психический». Что, конечно, является не очень надежной гарантией генеральской безопасности. Но есть шанс, что трогать побрезгуют.

А гарантиям от союзника генералы и их гарант верят еще меньше, чем соседи верят в их конструктивный диалог. Потому что союзник, в принципе, может делать с беларускими генералами все, что захочет.

P.S Ну после того, как соколы сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Здравствуй, дорогая

Все-таки кое-кто старался не зря. Вчера у него все-таки получилось поговорить с Трампом. Причем, заметь, он даже не расстроился, когда Трамп попросил освободить 1300 заложников. Сказал, так точно, господин президент, мы над этим упорно работаем. Даже беларуский телевизор не постеснялся признаться про заложников.

То есть, ничто не могло омрачить кое-кому радость от этого телефонного разговора. И знаешь, я тоже за него рад. На самом деле рад. Табличка «сарказм» не прилагается.

Потому что худшее для нас, что могло получиться из всех этих мирных инициатив, это если бы беларуская история пошла прицепным вагоном к российской. И там уже для нас было неважно, до чего Трамп договорится с Россией. (Как я понимаю, несмотря на теплое взаимопонимание, они между собой пока ни о чем не договорились).

Но если вдруг договорятся, то главное, чтобы Россия была отдельно, а Беларусь отдельно. Ну, потому что если, Трамп решит снять санкции с Путина, а с кое-кого снимет их просто за компанию, то это значит, что кое-кому не придется для ничего делать. И нам с тобой от этого не будет никакой пользы, кроме вреда.

А если Трамп решит снять санкции с России, а кое-кому оставит, то будет еще хуже. У кое-кого с союзником и так нездоровые отношения. А если союзник будет без санкций, а истекающий гарант останется с санкциями, то ему вообще некуда будет деваться, кроме полного взаимопонимания к просьбам и пожеланиям старшего союзника. А союзник, как ты понимаешь, от него освобождения заложников не попросит.

И вот еще что хотел тебе сказать. Не зря же кое-кто думает, что он историк. И по крайней мере один исторический закон он твердо усвоил: революции случаются не тогда, когда гайки закручивают, а тогда, когда их начинают откручивать. Поэтому пять лет кое-кто крутил гайки только в одном направлении.

Так что, если кое-кто согласился выпустить заложников, или хотя обсуждать как он выпустит заложников, это значит, что он оказался в совершенно безвыходном положении. Ну, потому что иначе нам с тобой придется поверить в его гуманизм. А тогда уже надо верить в снежного человека и розовых единорогов. И согласись, что снежный человек на розовом единороге кажется более правдоподобным, чем внезапный гуманизм у истекающего гаранта.

Ты, конечно, можешь сказать, что в наших текущих обстоятельствах говорить про откручивание гаек несколько преждевременно. Да я и сам это знаю. Но надо с чего-то начать. А освобождение 1300 заложников – это очень хорошее начало. А однажды начав, дальше будет легче.

Потому что сомневаюсь, что в обмен на это освобождение кое-кто получит все и сразу. Он не в том положении, чтобы так много хотеть. И чтобы получить больше надо будет лучше стараться.

Ведь на самом деле, любители закручивать гайки, никогда не откручивают их по доброй воле, а только если не могут дальше жить по-старому. Они бы рады были оставить все как есть, но не получается. И приходится заниматься несвойственным им гуманизмом.

С чего симптомы гуманизма случились у истекающего гаранта я не знаю, а врать тебе не буду. Но навскидку могу предположить, что кое-кому очень не хочется оставаться со своим союзником наедине. Потому что гарантии и так истекают, а союзник хочет все более странного. И поэтому хотелось бы иметь от союзника каких-нибудь дополнительных гарантий.

P.S А ведь этого безвыходного положения можно было избежать, если бы кое-кто правильно понял намек, который сделали соколы, когда сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Здравствуй, солнце

В сегодняшний почтальонов выходной расскажу тебе историю одной битвы с неопределенным результатом или о том, что все относительно,

P.S У Александра Великого грек Эвмен был сначала писцом, а потом начальником царской канцелярии. А потом Александр умер, оставив после себя одного незаконнорожденного сына и еще одного, который был законным, но не успел родиться. Генералы Александра начали выяснить между собой кто их главнее. В империи начались войны диадохов, в которых каждый был сам за себя. И только Эвмен был за детей великого царя.

Для детей Александр это была слабая защита. Во-первых, Эвмен был греком, а все приличные македонцы греков презирали. Во-вторых – штатским штафиркой с пальцами, измазанными в чернилах. А, в-третьих, еще и человеком сомнительного происхождения. Потому что папа Эвмена был то ли возницей, то ли, еще хуже, музыкантом, который играл на похоронах.

Поэтому, никто из закаленных в боях македонских генералов не воспринимал бывшего писаря всерьез. И совершенно напрасно. Потому что оказалось, что бывший писарь умеет воевать не хуже закаленных в боях генералов. Так что в конце концов генералы объединились, единогласно объявили Эвмена вне закона и заочно приговорили его к смертной казни.

Теперь дело оставалось за малым. Надо было всего лишь привести приговор в исполнение. То есть победить Эвмена на поле боя и взять его в плен. Сделать то, чего у генералов не получалось последние несколько лет.

В конце концов генерал Антигон, которому не посчастливилось воевать против бывшего писаря, решил, что золото надежнее железа. Антигон подкупил одного из офицеров Эвмена и во время решающего сражения тот перешел на его сторону, вместе со своим отрядом.

Но, несмотря на предательство и численное превосходство противника, полной и окончательной победы не получилось. Исход сражения оказался, что называется неоднозначным.

Но как раз для таких случаев у греков и македонян был четкий и ясный критерий: победителем считалось то войско, которое похоронило своих павших. И это в общем-то логично. Если ты смог похоронить погибших, значит поле боля осталось за тобой, а врагу пришлось отступать.

В этот раз отступать пришлось Эвмену. Потому что у его противника была все-таки большое преимущество. Антигон решил не тратить время на похороны, а сначала догнать и добить побежденного, как он считал врага.

Ну и зря он это сделал. Эвмен потому и побеждал закаленных в боях генералов, что он оказался мастером маневренной войны. Войско Антигона сначала отстало, потом свернуло не туда, а потом окончательно потеряло противника. Ну, потому что Антигон не мог себе представить, что у Эвмена хватит наглости сделать то, что он сделал. А Эвмен совершил глубокий обходной маневр и вернулся на поле недавнего сражения.

По дороге он еще, кстати, сумел захватить в плен предателя, но смысл маневра был не в этом. Эвмен приказал собрать тела павших и похоронил их со всеми полагающимися почестями. То есть сделал то, что должен был сделать победитель. «Сам Антигон, подоспевший позже, удивлялся его мужеству и упорству».

Ну и как было не удивляться. Несмотря на все преимущества Антигона формальным победителем в битве по итогу оказался все-таки Эвмен. Так что, как видишь, победа или поражение бывает зависят от точки зрения. И только с соколами, которые сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало все вполне однозначно.

Привет, дорогая.

Ну что, получается великой дипломатической победы Путина над Трампом на Аляске хватило на три дня. То есть, до встречи Трампа с Зеленским в Вашингтоне. Примерно на столько, сколько брали Киев в 2022 году. И примерно с таким же практическим результатам. А ведь как побеждал. Буквально во всех телевизорах.

И дело не том, что кто последний встретился с Трампом, тот и победил. А в том, что за украинские территории надо спрашивать не у Трампа на Аляске, а у ВСУ на поле боя. Трамп может и не против отдать Путину украинские территории. На Аляске. Ну а ты пойди и возьми. В Украине.

А жаловаться доброму Трампу на злое ВСУ, которое не хочет отдавать своих территорий, бесполезно. Все что Трамп мог, он сделал еще в феврале, когда перестал поставлять Украине оружие и начал продавать это оружие за европейские деньги. И ничего нового, чтобы повлиять на ВСУ и Зеленского Трамп сделать не может.

Поэтому победы на Аляске и хватило только на три дня. Хотя праздновали ее, конечно, всем телевизорам. И, как я себе понимаю, в некоторых телевизорах ее еще долго будут праздновать. По инерции. Ну и потому, что телевизору надо праздновать какую-нибудь победу. И, поскольку с прорывом на украинском фронте как-то не задалось, остается радоваться дипломатическому прорыву на Аляске. Главное, не вдаваться в детали, куда конкретно прорвало.

Хотя, на самом деле сейчас надо не праздновать встречу с Трампом, а готовиться к тому, чтобы нечаянно не встретиться с Зеленским. А это надо сделать за две недели. Не Киев, конечно, за три дня, но сроки все равно поджимают.

А что ты можешь сделать за две недели, чтобы не встретиться с Зеленским? Для того, чтобы сделать вид, что не успел подготовиться две недели – это слишком много. А для того, чтобы подготовить благовидный предлог две недели – слишком мало.

Вот можно разве что заболеть. Но заболеть – не вариант. Во-первых, потом все равно придется выздороветь. (Хотя, выздоравливать как раз не обязательно. Никто от этого особо не расстроится).

А, во-вторых, болеть внутренне величие не позволяет. С таким величием один раз заболев, потом можно уже и на самом деле не поправиться. Потому что мы ведь с тобой не единственные, кто считает, что выздоравливать Путину не обязательно.

Так что, как я себе понимаю, лучшие стратегические умы Путина сейчас займутся организацией того, как Путину не встретиться с Зеленским. Потому что встретиться с Зеленским, это же еще хуже, чем болеть. Во-первых, страшно. А во-вторых, путинское величие работает на те, кто ему не сопротивляется.

Вот с Трампом на Аляске оно помогло. А против Зеленского это величие будет еще хуже чем бывшая вторая армия против ВСУ.

P.S И если эта встреча все-таки состоится, то с путинским величием случится примерно тоже самое, что случилось с крысой, которую соколы сбросили на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Здравствуй, дочка

Буду сегодня про скучное. В июле беларуская экономика подустала и присела на 2,7 процента. Это, конечно, во-первых, не критично. А, во-вторых, виновата погода. Из-за погоды сроки урожая у нас сдвинулись, производство еды упало и это плохо сказалось на экономических показателях.

Но не хлебом единым. В июле не только сельское хозяйство пострадало. Беларуская промышленность тоже припала на три с половиной процента. А это, согласись, нельзя объяснить никакими природными аномалиями. Потому что аномалия там одна – продавать некуда.

На российском рынке не хватает места уже даже для российских товаров. Из-за этого гиганты российской промышленности или уходят в вынужденные отпуска, или переходят на четырехдневную рабочую неделю. Если вот совсем недавно в России не хватало работников, то теперь 12 процентов российских компаний собираются своих работников увольнять. И это, конечно, много говорит о текущем состоянии российской экономики, на которую беларуское процветание возлагало столько надежд.

А теперь, получается, возлагать надежды не на кого. Ну разве что на собственные силы и внутренние резервы. Или на чужие резервы, до которых беларуское процветание в силах дотянуться. Вот еще на прошлой неделе кое-кто сказал, что банки должны поделиться со стабильностью своими прибылями.

А потому что рост хотя бы около нуля сейчас важнее любой финансовой стабильности. Просто беларуская экономика находится в таком лихорадочном состоянии, когда ей никак нельзя останавливаться. Потому что если она слишком резко остановится, то может упасть. А, если упадет, то дальше уже покатится по наклонной.

Беларуской экономике было так хорошо, что власти не заметили, когда начало становиться плохо. И чтобы продлить состояние «хорошо» властям ничего было не жалко. Поэтому с конца беларуские заводы работали на личном энтузиазме, чужих денег и вере, что все как-нибудь образуется. А когда поняли, что ничего само собой не образуется было уже поздно.

Сейчас запасы на складах заводов находятся на двенадцатилетнем максимуме. Последний раз столько запасов было только в 2014 году, после которого случился внезапный кризис. Но тогда беларуская экономика могла себе этот кризис позволить. Перед беларуской экономикой тогда был открыт весь мир. А сейчас из всего мира у нее осталась только Россия. А Россия даже самой себе кризиса позволить не может.

Поэтому беларуские власти сейчас готовы тратить любые деньги, чтобы обеспечить экономике мягкую посадку. Но если потратить слишком много, то тогда уже финансовая стабильность может не выдержать. Поэтому лучше всего тратить не свои, а чужие деньги. Вот только взять эти деньги негде. У беларуских банков денег на все процветание не хватит. А России денег на беларуского союзника жалко. Поэтому надо искать каких-нибудь альтернативных вариантов.

P.S Только этих вариантов почти не осталось с тех пор как соколы сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Привет, дорогая

Вчера истекающий гарант сказал, что никаких заложников он не отпустит. Потому что они бандиты и испортят ему всю стабильность. Поэтому не надо его даже об этом просить. А если кому надо, то пускай забирает всех к себе. Потому что кое-кто может быть и оставил, но некоторые свидетели стабильности его тогда неправильно поймут.

Но никто его никаких заложников выпустить и не просит. Особенно оппозиция. Потому что оппозиции заложники на свободе не нужны, а нужны только в тюрьме. Поэтому они составляют американцам списки, тех кого надо выпустить.

Кое-кто про списки точно знает. Поэтому он сказал американцам, что как только он узнает, что у американцев есть с оппозицией какие-то дела, то никаких переговоров сразу больше не будет.

И с оппозицией у него никаких переговоров не будет. Потому что истекающему гаранту с ними говорить не о чем. Но если кто-то с ними хочет поговорить, то он никому не запрещает.

А он лично слишком занят важными переговорами с важными американскими партнерами. От которых ему вообще ничего не надо. Поэтому кое-кто американцев ни о чем и не просил. Даже об отмене санкций. Никого не просил. Особенно Трампа. Особенно про санкции на Белавиа и беларуский калий. Потому что кое-кто был занят обсуждением глобальных геополитических вопросов. Ну там, урегулирований всяких.

Без кое-кого никаких урегулирований же не бывает. Особенно в Украине. Потому что кое-кто большой миротворец. Поэтому ему нужны гарантии безопасности. И чтобы они были не хуже украинских.

Ты извини, конечно, что я тебе это все пересказываю. Я так обычно не делаю, ты же знаешь. Но в этот раз кое-кто не просто так колебал эфир. В этот раз в его колебаниях эфира есть великий признак некоторого смысла.

На самом деле кое-кто рассказал ведь, о чем он сейчас на самом деле переговаривается. В своей особой маневре и со свойственной ему логикой. Ну а как ты хотела? Гарантия-то истекает.

И когда, например, кое-кто говорит, что он никого не отпустит, но забирайте их всех себе, это значит, что он смирился с тем, что заложников придется выпускать. Причем, возможно, всех и сразу. Но пытается договориться, чтобы всех освобожденных ему разрешили выгнать из Беларуси. Ну, потому что кое-кто боится за испорченную стабильность, а еще ее радикальных свидетелей.

А когда кое-кто говорит, что не будет разговаривать с оппозиций, то это значит, что поговорить с оппозицией его заставляют. И я не уверен, что заставляют только американцы. Имею смутное подозрения, что среди свидетелей стабильности высшего звена тоже есть такие, которые говорят, что без переговоров с оппозицией мирного урегулирования в Беларуси не получится. Вот им, кое-кто и не запрещает разговаривать. Но сам стесняется.

И получается, что свидетели стабильности у гаранта очень разные. И представления о стабильности у этих свидетелей диаметрально противоположны. Все хотят странного, но каждый своего.

А главное чего хочет истекающий гарант – это гарантий личной стабильности. Чтобы про него не забыли в процессе мирного урегулирования и не оставили наедине с его дорогим союзником. И ради этого истекающий гарант готов на такой гуманизм, которого раньше за ним невозможно было даже представить.

Но, конечно, с гуманизмом и со всем остальным долго тянуть не стоит. А то отвлечется Трамп нечаянно на другое перспективное направление и кому ты потом будет нужен? Кроме своего союзника, конечно.

P.S А союзник может повредить гаранту его личную стабильность даже хуже чем соколы, которые сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Привет, солнце

В сегодняшний почтальонов выходной расскажу тебе историю о том, что бывают такие союзники, которых лучше вообще ни о чем никогда не просить.

P.S Так случилось, что между Папой Григорием VII и императором Священной Римской Империи Генрихом IV возникли непреодолимые разногласия о том, кто из них является истинным наследником Римской Империи. И в конце концов эти разногласия зашли настолько далеко, что император избрание Папы нелегитимным и отказался признавать его власть. А Папа в ответ усомнился в императорской легитимности и отлучил Генриха от церкви.

Ну и как-то оказалось, что легитимность у Папы все-таки крепче. Князья Священной Римской Империи объявили своему императору, что если он не решит вопрос с Папой, то он им больше не император.

Ну и оказалось, что никаких способов убедить своих князей у императора нету. Поэтому, с небольшой свитой он отправился к итальянский городок Каносса, где его ждал Папа. Босой и голодный, одетый в монашескую рясу Генрих три дня простоял у ворот города, дожидаясь, пока Папа у нему выйдет. В конце концов Папа сжалился и снял отлучение. Хождение в Каноссу с тех пор стало символом величайшего унижения.

Но дело на этом не кончилось. Потому что вернувшись к Германию император занялся укреплением своей легитимности такими более традиционными для императоров способами. Князья, сомневавшиеся в императорской легитимности как-то один за другим кончились. Когда спустя три года Папа опомнился и снова отлучил император от церкви оказалось, что сомневаться в императорской легитимности больше особо некому.

Так что император собрали свои аргументы и двинулся на Рим, чтобы оспорить легитимность Папы. Ну и у Григория аргументов против императора не хватило. Генрих взял Рим и назначил нового Папу. А прежнему Папе пришлось искать себе новые источники легитимности.

И вот тут Григорий VII совершил большую ошибку. Он решил попросить о помощи союзника. А этим союзником был норманнский герцог Роберт Гвискар, который правил южной Италией и островом Сицилия.

Нет, Роберт Гвискар был, конечно, рад помочь своему дорогому Папе. Он собрал войско и двинул на Рим. Узнав об этом, император Генрих IV решил, что все свои дела в Риме он уже поделал и ему в Риме больше делать нечего. А в Германии еще куча дел. Поэтому вместе с армией император вернулся домой.

Сопротивляться в Городе было некому и Город капитулировал. Но мирная капитуляция Рима не входила в планы Роберта Гвискара. Все-таки Рим был богатым городом и грех было этим не воспользоваться. Три дня продолжались грабежи. Ну и римляне, которые до сих пор считали, что вся эта большая геополитика их не касается, в конце концов восстали.


Убегая Роберт Гвискар на прощанье приказал поджечь негостеприимный город. Со времен Нерона это был самый страшный пожар в Риме. Естественно, римляне такого своему Папе не простили. Так что Григорию пришлось покинуть Город вместе с войсками своего союзника. Меньше, чем через год Папа Григорий VII умер в изгнании. А я все же напомню тебе про соколов, которые сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.

Привет, дорогая

Кое-кто на днях рассказал в телевизоре про свои анализы. Сказал, что решил ими поделиться, потому что спецслужбы некоторых дружественных стран интересуются его здоровьем. Приличные люди про свои анализы в телевизоре, конечно, не рассказывают. Но кое-кому можно. Потому, что он в таком возрасте, когда ему больше особо и поговорить не о чем.

И вот некоторые подумали, что, когда кое-кто рассказывал про богатырские анализы это он так хвастался своим ого-го. А на самом же деле нет. На самом же деле наоборот. Это же он жаловался.

Потому что если гаранту у себя в телевизоре приходится рассказывать про богатырские анализы, то это значит, что у него не просто с гарантией проблемы. Это значит, что проблемы с истекающими гарантиями уже всем слишком очевидны и многие не стесняются их обсуждать. Причем, как я понимаю, даже среди свидетелей стабильности высшего уровня.

Но ладно свои свидетели стабильности. Но получается, что проблемы с гарантиями очевидны еще и спецслужбам одной дружественной страны, которую нельзя называть. И это только в самом-самом лучшем случае спецслужбы этой дружественной страны интересуются состоянием гарантий просто на всякий случай. Ну чтобы знать точный срок, к которому надо готовить нового гаранта. А худшем случае они ведь могут интересоваться, чтобы достоверно изобразить скоропостижное, но естественное, после долгой и продолжительной болезни, истечение гарантийного срока.

Между этими крайностями есть, конечно, и другие возможности. Например, невозможность исполнения текущих служебных обязанностей в связи с состоянием гарантий и результатами анализов.

Но в любом случае. Спецслужбы этой дружественной страны с добрыми намерениями состоянием гарантий интересоваться не будут. Если дружественная страна, которую нельзя называть, интересуется гарантийным сроком, это значит, что она как минимум в гарантии вообще не верит и ждет, что эти гарантии в любой момент могут скоропостижно закончиться. И получается, что для таких ожиданий у спецслужбы дружественной страны, которую нельзя называть, имеются основания.

И, конечно, никакими анализами в телевизоре ты спецслужбы этой дружественной страны не убедишь. Публичными анализами в телевизоре ты вообще никого не убедишь. Даже собственных телевизоров. Они, конечно, будут кивать и улыбаться. Но думать при этом станут всякое странное. Например, про последствия скоропостижного истечения гаранта для своей персональной стабильности.

И в принципе, всем свидетелям стабильности об этих последствиях хорошо бы подумать заранее. И может быть даже подготовиться. Потому что спецслужбы дружественной страны, которую нельзя называть, уже готовятся. И может так оказаться, что в случае внезапного истечения гарантий, после долгой и продолжительной болезни, у свидетелей стабильности не окажется никаких альтернатив, кроме спецслужб дружественной страны.

Некоторые, конечно, будут рады, но большинству это точно не понравится. Потому что у спецслужб дружественной страны своя стабильность, свои свидетели и принцип «чем хуже, тем лучше». Потому что чем хуже, тем легче все переделить. И хорошо если этот черный передел не окажется красным.

Поэтому о гарантиях надо договариваться с теми, кому можно верить. А по сравнению со спецслужбами дружественного государства, которое нельзя называть, верить можно кому угодно. Причем, лучше начинать договариваться, не дожидаясь пока у гаранта гарантии внезапно закончатся.

P.S Хотя лучше всего было бы договориться сразу после того, как соколы сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.