​Выйдет заяц из кустов и будет гадить, где жил человеческий род

Продолжаем придерживаться традиций бескомпромиссного книгоиздания: на днях выпустили очередную несвоевременную книгу — исследование нашего товарища Алекса Трастрама Томаса «Экологическая поэтика Андрея Платонова» с послесловием другого нашего товарища, философа Евгения Кучинова. Казалось бы, что может быть не так в случае с научным текстом оксфордского русиста, репрезентирующего в своем исследовании отход позднего Платонова от прометеанистской борьбы с природой и поворот к более экологичному взгляду на нее? Однако же Евгений Кучинов отыскал запалы от взрывчатки, заложенной почти 100 лет назад советским писателем, и начисто подорвал новое экологическое мышление, благоволящее всему «натуральному» и отказывающее в эмпатии технической силе мира. В расщелине, образовавшейся в результате столкновения текстов Томаса и Кучинова, вы обнаружите урок радикальной экологии, преподанный Платоновым новой экологической критике. Продолжение этого урока, на наш взгляд, можно наблюдать и сегодня на примере Чернобыльской зоны отчуждения — мертвого места, ставшего домом для краснокнижных зубров и ручного сома по имени Георгий.

День космонавтики это не только достижения практической миссии полета в космос или подвига Королёва-Гагарина-Титова-Терешковой, но и повод критически переосмыслить наше отношение с Космосом, колонизацией Солнца и отрывом от Земли. Юк Хуэй считает, что Космос это принципиальный орган, который управляет эстетикой, моралью и поддерживает отношения с человеческой деятельностью путём резонанса. Космисты планировали как воскрешение мёртвых, так и мультиполярные и мистические трипы в Космос как в место нечеловеческой, атлантской силы. Об одном таком космисте, Александре Святогоре, о взрыве, открывающий выход в космос, интерпланетаризме и свободном бессмертии Евгений Кучинов когда-то не так давно рассказал на Горьком.

Как создать актуальную и либертарную стратегию сопротивления унифицирующему (нео)колониализму и выявить общие универсалии постколониальной борьбы?

В поисках ответа на этот вопрос философ, редактор вебсамиздата Post/work и канала «Киберготика Метароссии», Михаил Федорченко в своем эссе связывает антропологию безгосударственных обществ, бразильские футуристские каннибальские метафизики и философию различия Делёза и Гваттари.

«Совмещая мистерии и дологическое сознание, а также бразильских матерей–богинь, туземцы еще до просвещенческой диктатуры колонизаторов знали о политике, образовывали и являлись брешью в государственном порядке, имели социальную систему, находящуюся в гармонии с планетой, и верили знакам. В их бесконечной способности поглощать, впитывать иные культуры, карибы обрели единство в большой гипер-культуре, которая была призвана защищать их от колонизаторов. Антропофаги превыше одной гомогенной культуры — они настоящий культурный Левиафан, который не может быть остановлен или сломлен, и он поглощает все, что видит».
#sygma_ru #philosophy #society

https://syg.ma/@mikhail-fedorchenko/stanovias-chuzhim-antropofaghiia-kak-diekolonialnaia-stratieghiia

syg.ma — открытая платформа, где все могут что-либо опубликовать. Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автор_ок. Мы работаем через VPN. О том, как продолжить нас читать и оставаться в безопасности — здесь.

Первое мая для нас – это не только праздник рабочей солидарности, но и посттрудовой и антиотчуждающей деятельности, труда нечеловеческого и надежда на лучший мир.

И очень кстати сегодня будет статья на сигме киберфеминистки Аллы Митрофановой о посттруде и труде заботы:

«Самоорганизацию, активизм и культурный труд невозможно разделить в периоды перехода от одной социокультурной модели к другой. Этот переход многоуровневый, он требует обновления этики, новых культурных кодов, переизобретения социальных институтов. Устаревшая модель работает на вытеснение внешних ей агентов и охраняет неприступность своих институтов. Дэвид Гребер в книге «Бредовая работа» делит весь наемный труд на две основные категории. Первая категория включает бредовую работу, подразумевающую менеджериальный феодализм, когда небольшая группа, сконцентрировавшая все финансовые ресурсы, нанимает обслуживающих сотрудников с высокой оплатой для придания своей власти статусности и убедительности, а также для контроля, унижения и блокирования инициатив исключенных людей».

А также делимся подборкой книг издательства Verso о пересечении труда, технологий и радикального будущего.

Одна из самых актуальных на сегодняшний день книг о труде и технологиях – "Work Without the Worker: Labour in the Age of Platform Capitalism" Филипа Джонса.

Критикуя капиталистическую псевдоавтоматизацию, Джонс показывает, как работает миф о том, что сами по себе алгоритмы, обрабатывающие огромные объемы информации с поразительной скоростью, приведут нас к новому миру без труда и к утопии постоянно расширяющегося досуга после работы. Но за блестящей поверхностью скрываются миллионы работников, зачастую на глобальном Юге, вручную обрабатывающих данные за гроши.

В последние годы наблюдается бум онлайн-платформ для краудворкинга, таких как Mechanical Turk Амазона и Clickworker, и они становятся все более важным источником работы для миллионов людей. И именно эти плохо оплачиваемые задания, а не алгоритмы, делают нашу цифровую жизнь возможной. Используемые для обработки данных для всего, начиная от механики самодвижущихся автомобилей и заканчивая поиском изображений в Google, они становятся все более мощной частью новой цифровой экономики, хотя и скрытой и редко обсуждаемой. Но что происходит с работой, когда она делает себя устаревшей? В этой стимулирующей работе, сочетающей политэкономию, исследования современной работы и рассуждения о будущем капитализма, Джонс рассматривает, как выглядит эта зачастую мутная и скрытая форма труда и что она говорит о состоянии глобального капитализма.

"Платформенная экономика и силиконовые аркадии, которые она обещает, выступают не только как источник мифологии регенерации капитала, но и как социальная лаборатория, в которой мы можем найти неожиданные ответы на вопросы, которые долгое время не давали покоя социалистическому воображению. Вопрос о том, когда следует (и когда не следует) использовать алгоритм принятия решений, мало интересует платформенную экономику, погрязшую в цифровых решениях. Точно так же мало внимания уделяется тому, как гибкость может на самом деле принести пользу работникам, или тому, как платформы могут помочь обеспечить новые мотивы для работы за пределами заработной платы. Эти вопросы остаются вопросами, на которые должен ответить любой социалистический проект".

Желание предрасположено интерфейсами, но разве это плохо?

Из относительно недавних новостей заинтересовало т.н. открытое письмо за остановку исследований в сфере ИИ, подписанное, наряду с медиамагнатами, бывшими и настоящими (лево?)консервативными философами.

Так, в письме указывается, что «...системы ИИ с интеллектом, сопоставимым с человеческим, могут представлять серьезную опасность для общества и человечества, как показывают обширные исследования и признают ведущие лаборатории ИИ. Как говорится в широко одобренных Асиломарских принципах ИИ, продвинутый ИИ может представлять собой глубокое изменение в истории жизни на Земле, и его подлежит планировать, а так же управлять им необходимо с соответствующим вниманием и ресурсами. К сожалению, такого планирования и управления не происходит, хотя в последние месяцы лаборатории ИИ втянулись в неконтролируемую гонку по разработке и внедрению все более мощных цифровых разумов, которые никто - даже их создатели - не может понять, предсказать или надежно контролировать».

В твиттере уже отметили то, что авторы заявления сами совершили ошибку в интерпретации данных, сославшись на научное исследование, которое полностью противоположно выводам в в заявлении. Так «обширные исследования» показывают, что самый главная угроза не в том, что большие языковые модели представляют экзистенциальную опасность, а в том, что опасность представляют приравнивания LLM к человеческому интеллекту при их разработке.

С открытием модели GPT-4 от OpenAI, алармистские заявления от бывший айти компаний становятся все более частыми. И хотя нельзя отрицать того, что за разработкой сложной и разумной технологии необходим общественный контроль и открытый программный код, очень много страхов перед ней исходит от фундаментального непонимания природы разума, или, если цитировать Резу Негарестани, того, что всякий разум является искусственным, для разработки и выяснения критериев Обобщенного искусственного интеллекта необходима как автономия разума (sapience), функционально отличающегося от чувственности (sentience) способностью участвовать в дискурсивных практиках, обмениваться причинностями, так и пересмотр автоматизации разума в ключе абдуктивного синтеза и дедуктивного анализа, конструирования и управления её разноуровневыми переменными.

Негарестани, как и Симондон, ставит фигуру инженера, творчески кооперирующегося с техникой в свою инженерную эпистемологию — форму познания, которая включает в себя нацеленное управление причинно-следственной тканью и организацию функциональных иерархий, которая является антагонистом либерального мышления о разуме и индивидуальных свобод в пользу автономной концепции разума, обновлению обязательств в соответствии с прогрессивной самоактуализацией разума. Свобода сознания, это свобода его постоянной (само)рефлексии, поломок феноменологической машины.

Впрочем, принцип открытого и свободного кода уже нарушен компанией OpenAI: «Мы ошибались. Мы правда ошибались. Если вы, как и мы, считаете, что ИИ на каком-то этапе станет крайне могучим, то попросту неразумно раскрывать его подробности. Это плохая идея. Я полностью уверен, что через пару лет всем станет очевидно, что открывать источники ИИ — глупая затея».

После публикации компанией множества результатов тестов GPT-4 в частности и некоторых демонстрационных материалов, эксперты подвергли критике решение OpenAI из-за того, что им не предоставили сведения об использованных при обучении системы данных, о затратах на энергию, об оборудовании, а также задействованных при ее создании методах. Специалисты считают, что такое решение подрывает дух исследовательской компании, а её работу не смогут проводить другие организации. Такой подход также препятствует разработке методов защиты и угроз, которые может представлять искусственный интеллект.

Сооснователь и ведущий учёный OpenAI Илья Суцкевер рассказал, что причина такого решения — большая конкуренция и необходимость соблюдения безопасности. Рынок в очередной раз показывает, что он не ускоряет, а наоборот, тормозит развитие эмансипаторной техники.

В постдверье 1 мая на Akrateia вышла статья, посвященная событиям на площади Хеймаркет, 4 мая 1886 г., приведшим к казни чикагских анархистов, в память о которых Парижский конгресс II Интернационала объявил 1 мая Днём солидарности рабочих всего мира, а также показывает влияние этих событий на трех великих женщин: Люси Парсонс, вдову одного из казненных анархистов, которая фактически начала свою политическую карьеру с защиты памяти супруга, Вольтарину де Клер, которой предстояло стать «поэтессой американской анархии», и Эмму Гольдман, самую знаменитую анархистку США.

Рассказ Эллы Россман из сборника «‎Антология галактической словесности», над которым она сейчас работает. 

О первом в истории эксперименте по пересадке сознания в искусственный носитель, собранный на базе квантового компьютера.

«Я, Даниэла Шпорн, являюсь главным практикующим психиатром в исследовательской группе. Мой опыт включает более пятнадцати лет психиатрической практики в больнице Университета Мичигана, совмещённой с исследовательской работой в области диссоциативных расстройств. Я непосредственно наблюдала Агнессу три месяца перед операцией и буду работать с ней, когда она очнётся и сможет общаться при помощи встроенного голосового коммуникатора. В мои задачи входит анализ психического состояния Агнессы в течение минимум одного года после эксперимента и фиксация наблюдений в этом журнале, а также обсуждение их с супервизором (еженедельно) и на регулярном психиатрическом консилиуме (раз в месяц). Я обязана провести ряд тестов, которые позволят обнаружить психические и когнитивные отклонения, если они проявятся. По необходимости я должна предложить варианты терапии для пациентки».
#sygma_ru #prose #technology

https://syg.ma/@ella-rossman/ella-rossman-ekspierimient

syg.ma — открытая платформа, где все могут что-либо опубликовать. Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автор_ок. Мы работаем через VPN. О том, как продолжить нас читать и оставаться в безопасности — здесь.

5 мая - день рождения одного из главных теоретиков (пост)современности, акселерационизма и трудовой теории стоимости Карла Маркса.

Во «Фрагменте о машинах», в Маркс воображает экономику, где главная роль машин — производить, а главная роль людей — надзирать за ними. В такой экономике главной производительной силой будет информация. Производительная сила автоматизированного ткацкого станка, телеграфа или парового локомотива не зависела от количества труда, затраченного на их производство. Она зависела от состояния знаний в обществе. Организация и знания вносили больший вклад в производительную силу, чем работа по изготовлению машин и управлению ими.

В честь дня рождения Маркса выкладываем текст о социальных и технических машинах гваттарианца Гералда Раунига в переводе Александра Скидана.

Долго писал про AI alignment и в процессе мне показалось, что никто так не связывает 9 мая, акселерационизм, и вопросы кибернетики как Э.Ильенков (на фото справа)

Я недостаточно хорошо разбираюсь в философии, чтобы оценить его вклад, но только сейчас начинаю понимать, насколько его тексты были акселерационистскими и опережали свое время относительно вопросов кибернетики, о чем и будет дальше в двух постах:

Эвальд Ильенков ☭
...
Речь, следовательно, идет вовсе не о том, чтобы запугивать людей грядущими кибернетическими или какими-нибудь еще техническими чудищами, и не о том, что может, а чего не может кибернетика. Допустим, что она может сделать все, чего мы от нее пожелаем получить. Тем более важно подумать и как можно точнее сформулировать, чего именно мы от нее хотим, чтобы потом не рвать на себе волосы и не говорить, что нас неправильно поняли.
...
Человек, имея дело с машиной, в действительности имеет дело с другим человеком, с ее создателем и хозяином, и Машина — только посредник между людьми. Проблема «Человек — Машина», если покопаться в ней чуть поглубже, оказывается на поверку проблемой отношения Человека к Человеку, или, как выразился бы философ старой закалки, проблемой отношения Человека к самому себе, хотя отношения и не прямого, а «опосредствованного» через Машину.
...
До этой истины люди докопались, однако, не сразу. Вначале им казалось, что беды и разорение причиняет им именно Машина, и понадобилось ее разломать, чтобы убедиться, что за ни в чем не повинной машиной прятался «машинист» — такой же человек, как и они сами, — ее собственник, ее хозяин, Правда, урок отсюда извлекли далеко не все, и наивное представление о Машине, как о злодее, сохранялось еще столетия.
...
Если бы поэт дожил до наших дней, он, наверное, очень сильно удивился бы, услыхав, как люди спорят о том, поднимет или не поднимет Машина грядущего бунт против Человека.
Вопрос для поэта составляла как раз обратная перспектива: сможет или не сможет Человек сбросить с себя ярмо позорного рабства? Сможет ли он когда-нибудь стать умнее и сильнее Машины?
...
Что ответил бы кибернетик поэту?
...
Он стал бы доказывать вместе с нами, что надо не проклинать и ломать Машину, а надо изменить способ отношений Человека к Человеку, который превращает одного в безмозглого раба при машине, а другого — в бездушного, хотя и неглупого, жадного хама-лакея, на свой лад прислуживающего Машине, хотя и думающего, что Машина служит ему...
...
Тут кибернетик, конечно, был бы прав против поэта.
...
Иными словами, проблема состоит в том, чтобы Человеку возвратить утраченную им власть над миром машин, чтобы превратить Человека в умного и сильного Господина и Хозяина всего созданного им грандиозного, хитроумного и могучего механизма современного машинного производства, чтобы Человека сделать умнее и сильнее, чем Машина.

13 мая будем здесь рассказывать почему надо читать Юка Хуэя и изучать его космотехники сегодня.

В мае запускаем микрокурс из теоретических и практических занятий, посвященный книге «Вопрос о технике в Китае» Юка Хуэя с Максимилианом Неаполитанским. В преддверии курса, 13 мая, Александр Иванов, Михаил Федорченко и Максимилиан Неаполитанский поговорят о философии Хуэя, о новом способе рассмотрения отношений между природой и техникой, о веке искусственного интеллекта.

Александр Иванов — главный редактор Ad Marginem.
Максимилиан Неаполитанский — автор курсов и исследователь современной философии, преподаватель, куратор лаборатории письма в Новой Голландии.
Михаил Федорченко — аспирант центра практической философии «Стасис» Европейского университета, редактор вебсамиздата Post/work, левый акселерационист.

Когда: 13 мая, 15:00
Где: Ковенский переулок, д.14, шоурум Ad Marginem
Вход свободный, по регистрации.

9 мая 1800 года помимо всего прочего – день рождения радикального аболициониста и партизана Джона Брауна, религиозный эгалитаризм которого акселерировал Гражданскую войну в США и среди прочего спровоцировал отмену рабства в Южных штатах.

Браун считается культовой фигурой среди левых США ха его бескомпромиссную борьбу с рабовладельцами в штате Канзас, где он и его отряд вёл ассиметричную войну в 1856-1859 годах против вооружённых сил плантаторов (эти события называются в истории США "Кровавый Канзас"). Известный американский социалист Юджин Дебс в статье 1907 года описал Брауна как "самую самоотверженную душу в американской истории".

Для дальнейшего погружения в историю Джона Брауна в жанре американскоой дорожной притчи рекомендуем к просмотру сериал "Птица доброго господа" с Итаном Хоуком в главной роли.

Текст Александра Святогора 1922 года: об индивидуальности как великом динамизме и биокосмизме как единственно возможной социальности. С предисловием Евгения Кучинова.

«Биокосмический интериндивидуализм делает упор не только на индивидуальности (которая есть динамизм и взрыв), но и на «интер», на промежности и промежуточности. Наш интериндивидуализм должен бы называться интеринтернизмом, в котором есть различие между двумя «между», различие в повторении между. Здесь, в этой промежности бьется биокосмическое сердце! Здесь, в этой промежности, наши слова черпают краски и разрумяниваются!

У нас все румяное. Даже техника у нас румяная. Только румяная техника соединяет жизнь с космосом, планету — с планетой. Поэтому мы и редко говорим об интериндивидуализме, но говорим: интерпланетаризм.

Планеты правильно были названы странниками.

Интерпланетаризм возвращает планетам их странничество. Взвулканивает их, срывает с их унылых однообразных маршрутов и делает целующимися и плодящимися солнцами. Теперь странники странствуют не в пространстве стабильных законов, а промеж стабилизаций, взвулканивая их.

Итак, не интериндивидуализм, но:
свобода организации прыгающих органов;
румяная техника и свобода соединений и разъединений;
интерпланетаризм целующихся планет».

#sygma_ru #cosmism #philosophy

https://syg.ma/@sygma/alieksandr-sviatoghor-biokosmichieskii-intierindividualizm

syg.ma — открытая платформа, где все могут что-либо опубликовать. Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автор_ок. Мы работаем через VPN. О том, как продолжить нас читать и оставаться в безопасности — здесь.

Ad Marginem сделали обещанную расшифровку обсуждения перевода на русский язык книги Юка Хуэя о космотехнике в Китае. В обсуждении приняли участие исследователи техно-культурного разнообразия Михаил Федорченко и Максимилиан Неаполитанский, а также редактор издательства Александр Иванов. Михаил Федорченко, аспирант Центра «Стасис», следующим образом обозначил философский интерес книги:

«Новый способ рассмотрения отношений между философией и техникой, между организмом и машиной, историческое развитие разным формам и уровням материи, техники, природы, преодолевающий отчуждение и показывающий иной взгляд на технику в век сложных алгоритмичных систем и зарождения искусственного интеллекта — такова актуальность множественности космотехник как динамического целого. Хуэй, понимая развитие современного капитализма и его онтоэкономических потоков, пытается ре-витализировать кибернетику как эмансипаторную и криптоакселерационистскую методологию, основанную на космотехничеком понимании единства природы и техники».

Метароссийский мыслитель М. Куртов как-то сказал следующие слова о том, что западную академию в 20 веке оккупировала марксистская докса: "После Красного мая 1968 года они так ничего толком и не придумали — ни одного сколько-нибудь интересного сценария будущего, ради которого стоило бы жить дальше и больше, одни лишь антисценарии (антиутопии). Во многом это связано с особенностями марксистской доктрины, доминировавшей в западной академии и политической жизни: она начала свою эволюцию с клеймления предшествовавших ей социально-революционных учений (Сен-Симон, Конт, Фурье…) как «утопических», взамен предложив собственную, государственно-коммунистическую утопию. В итоге горизонт политических мечтаний для многих замкнулся на мыслях одного-двух авторов. При этом выявление в марксизме так называемого «теплого течения» (Э. Блох), то есть расширение его туманно-утопического горизонта, не получило широкого распространения".

Словам Куртова вторит статья социолога Даны Уильямса на ресурсе Akrateia, в котором автор на основе ряда интервью выявляет основные причины маргинального – по сравнению с марксизмом и либеральным феминизмом – положения анархизма в академической среде в целом и, конкретно, в социологии. Специфическая природа академии, недостатки и просчёты самого анархизма, а также целенаправленное исключение анархистских подходов из-за их излишней радикальности для университетских репутаций – вот что Уильямс полагает наиболее очевидными предпосылками указанного положения.

«Даже прогрессивные левые пытались усмирить анархизм, поскольку он является мощной оппозиционной радикальной линией мышления и действия. В отличие от чрезмерно радикального образа анархизма, марксизм и феминизм можно рассматривать как куда более реформистские и легко ассимилируемые. Предположение о том, что общество должно быть радикально реорганизовано — от иерархических государств и превосходства белых до военных, капитализма и патриархата — многим кажется излишне экстремальной и неприемлемой позицией. Те вещи, которые общество считает легитимными, спокойно усваиваются и интегрируются университетами, потому что это не приведёт к нападкам на них. Хотя феминизм представляет угрозу гендерному порядку, а марксизм предельно критичен к капитализму, они не предполагают и не требуют противодействия национальному государству, не говоря уже обо всех формах иерархии. Марксизм и феминизм “изолируют свой анализ таким образом, что формы господства, не расположенные в их поле зрения, часто остаются незамеченными и неисследованными”, из–за чего они “достаточно легко поддаются приручению”».

​​Тед Качинский, известный как Унабомбер, был найден мертвым в своей тюремной камере в субботу утром на 81 году жизни. Никогда особо не питали любви ко взглядам усопшего на т.н. индустриальную цивилизацию и неолуддитскую опасность технологий – нам кажется, что такая редукция к пасторали опасной, ещё больше приводящей к неравенству и неинклюзивной, хотя, разумеется в неолуддитской парадигме корпоративная критика, критика прогресса и модернизации как иерархического процесса, нам близка.

Поэтому предлагаем почитать более компетентного критика индустриальной идеологии, чья концепция конвивальности на наш взгляд больше подходит для критики идеологии индустриализма и капиталистической-ландианской акселерации, включая её желания, формы и институты – богослова, педагога, философа Ивана Иллича.

Конвивиальность, в отличие от манипулятизма, подразумевает добровольные и творческие отношения между людьми, техникой и окружающей средой:

"Под "конвивиальностью" я подразумеваю автономное и творческое взаимодействие между людьми, а также взаимодействие людей с окружающей средой; и это в отличие от обусловленной реакции людей на требования, предъявляемые к ним другими людьми и искусственно созданной средой. Я считаю, что конвивиальность - это индивидуальная свобода, реализованная в личной взаимозависимости, и, как таковая, внутренняя этическая ценность. Я считаю, что в любом обществе, когда уровень конвивиальности снижается ниже определенного уровня, никакая промышленная производительность не может эффективно удовлетворить потребности, которые она создает у членов общества".

Книга "tools of convivality": https://arl.human.cornell.edu/linked%20docs/Illich_Tools_for_Conviviality.pdf

Переведённая книга о либертарной педагогике "Освобождение от школ": https://bojidarivkov.files.wordpress.com/2012/11/illich_ivan-osvobojdenie_ot_schkol.pdf