Еще Алина хорнизавод

Се Ляню шло золото. Золото, что всегда было статусом. Безмолвным намеком. Констатацией.

Не достатка и благородного происхождения, нет, едва ли принцу требовались доказательства того, что для него было всем естеством собственной жизни.

Се Лянь дышал воздухом, наполненным искренним благоговением, смотрел глазами, видящими лишь глубокое почтение, ступал ногами, помнящими лишь бархат мягких ковров. Ему не требовалось золото, чтобы напомнить всем вокруг о том, кто он такой.

Золото было символом божественности.

Отметиной силы духа, близостью к небесам, наследием солнца. Император — сын Солнца, и он же любимец богов. А золото — это поцелуй, оставленный рассветом.

Оно цвело лишь в разгар дня, распаляясь ослепительным пожаром на груди и в каштановом каскаде волос наследного принца.

Оно ему очень шло. Потому что он был божественным сыном солнца. Пока солнце от него не отвернулось.

Теперь его шею и ступни украшал молочный отлив серебра, изрезанный проклятыми символами и накрепко впивающимися в его шею.

По-началу, кожа безумно зудела под обручами.

Се Лянь начал забывать, что такое сон, когда разгорающаяся под металлом боль душила его по ночам. Это было невыносимо — все равно что бесконечно ходить запертым в кандалы без возможности сделать глоток свободы даже вне темницы.

И хоть украшения были прекрасны: изящны, сделаны из дорогого металла, инкрустированы бриллиантовой россыпью — серебро лишало его покоя, придавало мертвенный, безжизненный оттенок его некогда красивой, пылающей цветом коже.

Холодными зимами они впивались в его горло ледяной обжигающей хваткой. Летом, под знойным солнцем, которое теперь казалось ему пустым небесным гигантом, пот струился по гладкому блестящему металлу, который быстро нагревался и выжигал красное клеймо на его теле.

Люди гадали, откуда эти дивные, наверняка очень дорогие украшения у этого бедного даоса.

Се Лянь говорил, что это подарок от того, кому он верил больше всех в этой жизни. Подарок, который скрывал сотни шрамов под собой.

Подарок, что действительно обошелся ему очень дорого.

Напоминал ему, как Цзюнь У проводил по холодной пластине тонкими пальцами, увешанными золотыми перстнями, как оставлял поцелуи на этих серебристых узорах, на изрезах проклятий, заставляя Се Ляня дрожать от трепета неизвестности.

Крепкой хваткой оттягивал пальцами край ожерелья, вынуждая Се Ляня задыхаться от удушья, терять последние силы, умолять о пощаде.

— Разве Сяньлэ не нравится мой подарок? Он тебе к лицу.

— Очень… нравится, Владыка, — голос, что почти срывался на сиплый хрип от нехватки воздуха.

Словно его дергали за край поводка, вынуждая накрениться в объятия широких плеч хозяина, то нежно, по-отечески заботливо, то грубо и жестоко, вызывая в нем бурю противоречивых чувств от благодарности до ненависти.

Се Лянь действительно был самым красивым цветком в них. Возможно, никогда не бывав красивее, словно бутон, увешанный камнями и укутанный холодом серебряной вазы, он все же был срезан. Вырван из родных земель и заперт в чужих покоях, посвящая жизнь лишь тому, чтобы радовать глаз.

Се Ляню станет отвратительно серебро и его вид на себе. Его холодный блеск, его мерцание, его перелив, даже луна и звезды начнут вызывать у него тошнотворные позывы.

До тех пор, пока он не узнает, что серебро серебру рознь. И что есть люди и оттенки, которым оно идет.

До тех пор, пока не поймет, что его перезвон может ласкать слух, а не только пугать. И что золото и солнце небес, по которым он так скучал, станет таким чуждым. А серебро и луна ночи станут новым домом.

Пока даже срезанный цветок не встретит бабочку.

https://twitter.com/novellageek/status/1612112566599421964?s=46&t=PMa2gO_rBSuhPawrMx028A

#tgcf #творчество

(Подумала, что и здесь надо бы оставить, раз идея пошла отсюда)

Закрою сессию и сажусь за эрху кстати

Вообще с учетом того что мне нравятся больные отношения именно цзю и бингэ в системе, каковы шансы того, что я окажусь на темной стороне тафэев в эрхе?

Поясню, цзю и бингэ мне нравятся именно тем, что это динамика одинаково сильных людей, каждый из которых в этой паре с легкостью прибьет второго. Но между ними искорка, страсть, очень много бездуховщины, яд в чай ему и самому себе и все такое, и мне нравится, что в их паре (в моих хэдах, конечно, в каноне их кот наплакал) каждый способен сам за себя постоять. Это не насилие сильного над слабым, это аннигиляция нервов друг друга, борьба, если хотите, а затем совместное зализывание ран. И это же причина, по которой мне не очень нравятся постканонные (хотя и такие же нездоровые) бифлифы — я не вижу в цинсюане силы дать в морду в ответ после смерти уду, вижу только какое-то бесконечно одностороннее стекло.

Вот и думаю подходят ли тасянь и чу фэй под схожую динамику бинцзю 🤔

Вайбы Цзю в старости, которого Бингэ забрал в царство демонов

«Что вам нравится в этом месте? — Ничего. Да вы посмотрите только. Тут же дерьмово.

А что вы больше всего любите в царстве демонов? — … Моего мужа.»

знаете, конец третьего тома

се лянь и безликий бай: *сражаются друг с другом в медной печи*

хуа чэн, которого при прыжке в жерло вулкана отбросило назад:

Проснувшись, Се Лянь обнаружил на своей шее цепочку с кольцом: прощальный подарок Хуа Чэна.

Жест безмерно милый, но я так и вижу, как Хуа Чэн по-крабьи бочком подкрадывается к спящему Се Ляню и кончиками пальцев мееееедленно пытается надеть и застегнуть цепочку, не запутавшись в чужих волосах. И испуганно подпрыгивает, когда Се Лянь ворочается во сне.

А ведь правда, идея с протезами у шэнь цзю на месте оторванных конечностей настолько секси

Высокий мужчина, чье тело укрыто длинными рукавами и подолом ханьфу цвета цин, однажды достает свой расписной веер, и железный блеск его руки, отливающий на солнце, вызывает резь в глазах. Каждая частичка его тела — идеальная конструкция, спроектированная под работу нейронов его мозга и делающая его еще более опасным убийцей, чем он был до этого.

А еще высоту подошв можно менять, и с тех пор цзю всегда регулировал ее так, чтобы быть на голову выше бингэ и смотреть на него сверху вниз своим коронным «хватит дышать в моем присутствии» взглядом.

(Бингэ правда не смущается такому изменению и теперь отпускает парад шуток на тему ложноножки)

#svsss