Forwarded from Дохуя аналитики
Потенциальный тизер к выставке «Опыты нечеловеческого гостеприимства»
Проснулись, улыбнулись
https://coub.com/view/trjss
https://coub.com/view/trjss
Coub
ты сегодня такой пепперштейн
Forwarded from Чернозём и Звёзды
Некоторое время назад в сеть выложили отсканированные списки произведений "дегенеративного искусства". Должны признаться, что этот документ сам по себе производит довольно сильное, в том числе эстетическое, впечатление. Мы попросили концептуального художника Хаима Сокола попробовать разобраться с отношениями между музеем и архивом на примере недавней публикации. Ниже фрагмент текста "Произведение искусства после смерти — между архивом и музеем":
"Что происходит с объектами искусства, которые из Музея попадают в Архив? Каков статус тех произведений, которые были уничтожены, но остались в виде записи? Становятся ли они документами или продолжают быть объектами? Поскольку, как мы выяснили, единичность документа-объекта и связанная с ней эстетическая, институциональная и рыночная ценность коренятся в его индексальности, а не в физических свойствах, то, возможно, рано списывать исчезнувшие произведения с баланса музеев. Можно сказать, следуя канонам классического американского концептуализма, что запись об объекте равна объекту. В этом смысле произведения, уничтоженные нацистами, но сохранившиеся в форме записи, становятся идеальными образцами концептуального искусства.
С другой стороны, здесь мы имеем дело с негативной индексальностью. То есть знак указывает на отсутствие референта. Казалось бы, перед нами пример радикальной нехватки, которая, как было сказано выше, лежит в основе любого архива. Означает ли это, что перед нами идеальный Архив? Идеальный не в смысле полноты, а напротив, в смысле предельной нехватки, при которой единственным референтом индексального знака становится отсутствие референта. И если здесь применимо правило из математики о невозможности деления на ноль, то перед нами знак, указывающий на самого себя. Он уже не просто след какой-то реальности, он уже и есть единственное проявление той самой реальности. Иными словами, мы имеем дело уже не с радикальной нехваткой, а с особого рода излишком, при котором некая исчезнувшая действительность продолжает существовать вопреки всему в форме документа. Одновременно мы не знаем либо имеем весьма приблизительное представление о том, как выглядел изначальный объект. Каждый зритель должен придумать его заново, вспомнить, как бы дополнить до существующего. Другими словами, зритель должен «активировать» в себе все человеческое — память, воображение, чувство юмора, интеллект и т. д., чтобы воссоздать объект, чтобы сделать невидимое зримым".
Текст целиком здесь — http://redmuseum.church/haim-sokol-mezhdu-arhivom-i-museem
"Что происходит с объектами искусства, которые из Музея попадают в Архив? Каков статус тех произведений, которые были уничтожены, но остались в виде записи? Становятся ли они документами или продолжают быть объектами? Поскольку, как мы выяснили, единичность документа-объекта и связанная с ней эстетическая, институциональная и рыночная ценность коренятся в его индексальности, а не в физических свойствах, то, возможно, рано списывать исчезнувшие произведения с баланса музеев. Можно сказать, следуя канонам классического американского концептуализма, что запись об объекте равна объекту. В этом смысле произведения, уничтоженные нацистами, но сохранившиеся в форме записи, становятся идеальными образцами концептуального искусства.
С другой стороны, здесь мы имеем дело с негативной индексальностью. То есть знак указывает на отсутствие референта. Казалось бы, перед нами пример радикальной нехватки, которая, как было сказано выше, лежит в основе любого архива. Означает ли это, что перед нами идеальный Архив? Идеальный не в смысле полноты, а напротив, в смысле предельной нехватки, при которой единственным референтом индексального знака становится отсутствие референта. И если здесь применимо правило из математики о невозможности деления на ноль, то перед нами знак, указывающий на самого себя. Он уже не просто след какой-то реальности, он уже и есть единственное проявление той самой реальности. Иными словами, мы имеем дело уже не с радикальной нехваткой, а с особого рода излишком, при котором некая исчезнувшая действительность продолжает существовать вопреки всему в форме документа. Одновременно мы не знаем либо имеем весьма приблизительное представление о том, как выглядел изначальный объект. Каждый зритель должен придумать его заново, вспомнить, как бы дополнить до существующего. Другими словами, зритель должен «активировать» в себе все человеческое — память, воображение, чувство юмора, интеллект и т. д., чтобы воссоздать объект, чтобы сделать невидимое зримым".
Текст целиком здесь — http://redmuseum.church/haim-sokol-mezhdu-arhivom-i-museem
Есть все шансы успеть - @garagemca продлевает приём заявок на грантовую программу по актуальному искусству и ленд-арту до 23 сентября.
Если вы шарите в наших мемах, поздравляем, вы уже, как минимум, попадаете под критерии актуального русского художника
подробности на https://garagemca.org/ru/grants
Если вы шарите в наших мемах, поздравляем, вы уже, как минимум, попадаете под критерии актуального русского художника
подробности на https://garagemca.org/ru/grants
garagemca.org
Гранты и стипендии — новые возможности вместе с Музеем «Гараж»
Программа поддержки молодых российских художников в настоящий момент является единственной в России инициативой подобного рода.
Дорогой Кирилл Шаманов, который написал пост выше, я не из города, где разводят мосты, я из города, где за пацанов дают езды. Вызываю на додянг, короче
#архивтстп
проект "Ничто" Арсения Жиляева в Brown Stripe, 2008. один из первых опытов работы художника с выставочным пространством как медиумом.
проект "Ничто" Арсения Жиляева в Brown Stripe, 2008. один из первых опытов работы художника с выставочным пространством как медиумом.
подробнее и с видео: http://brownstripe.improvisation.ru/?p=31