Как я (не)писала в русский Vice.

Сайт смыслообразующего для моего поколения журнала Vice закрывается. В конце 00-ых мы привозили Vice из Хельсинки и считали за Библию, смешно вспоминать. В нем были шокирующие статьи вроде «Ultimate guide to anal sex». И рубрика do’s and dont’s с безумными фото людей на улице и на тусовках.

Когда я узнала, что Vice запускают в России (обложка номера 1 — на фото), я решила, что мне нужно стать автором (шел 2012 год). Забрасывала письмами главреда Глеба Лисичкина, а потом приехала в Москву, чтобы он точно не отвертелся. На выбор мне предложили несколько тем: интервью с какой-то художницей а-ля Евгения Васильева, Гаврилой Лубниным, Ансамблем Христа Спасителя или с Александром Шмоновым — челом, который в 1990 году пытался стрелять в Горбачева из ружья.

Из всех вариантов мне ответил только Шмонов. Он производил впечатление сошедшего с ума (после покушения его держали в психушке и кололи разное), жил в Пушкине и занимался разработкой какой-то программы, которая сама будет писать другие программы. К Шмонову я поехала вместе с приятелем по истфаку Глебом, который через пару лет замутит агентству Setters кейс с «Пышечной». Мы сделали фото, взяли вью, я подготовила многостраничный текст, отправила главреду Лисичкину. Текст в журнал не взяли, а через пару месяцев русский Vice исчез.

Сегодня Глеб извлек файл из нашей переписки в ВК. И там обнаружилось:

Vice: Вы не считаете, что это покушение – самая важная веха в вашей жизни и продолжаете дальше что-то делаете, изобретаете?
Шмонов: Да, мне кажется, вот это поважнее будет – компьютер будет изобретать без помощи человека. Поэтому я с этим делом, думаю, надо прекращать – бороться против тоталитарного или полутоталитарных режимов, потому что борешься – тогда вот это не сможешь протолкнуть: посадят или, как Навального сейчас завалят штрафами.
Vice: То есть компьютерные технологии важнее сейчас, чем борьба с тоталитарным режимом?
Шмонов: Да.

Кстати, если хотите почитать это письмо из прошлого, то вот.