Найден магазин Дениса Катаева на озоне

В связи с закрытием Балтийского филиала ГМИИ (он же ГЦСИ, он же РОСИЗО), в ответ на их прощальное заявление, нам написала бывшая сотрудница Филиала и художница (соосновательница калининградской арт-группы "Нежные бабы") Александра Артамонова.

"Это сложная и на самом деле грустная ситуация. С одной стороны, мне не хочется, чтобы мои слова воспринимались как удар в спину бывшим коллегам, у которых, безусловно, были непростые дни. С другой — я бы всё-таки хотела выйти за рамки коллективной солидарности и сочувствия и попытаться трезво взглянуть на происходящее.

Почему мне важно говорить об этом? Потому что я вижу, как в соцсетях — в фейсбуке, в телеграм-каналах — складывается картина, в которой Балтийский филиал представлен как пассивная жертва управленческих решений, принятых Пушкинским музеем. Я работала с филиалом в разное время и в разных форматах, застала тот момент, когда ГЦСИ уже перешёл в РОСИЗО, а потом и тот, когда он стал частью ГМИИ имени Пушкина. Сотрудничала с Филиалом и как художник, и должна сказать честно: это не всегда был удачный и позитивный опыт, значимый или продуктивный. Не могу говорить за всех калининградских художников, но знаю, что часть из них со мной согласна.

Не хочу, чтобы теперь всё выглядело так, будто бы перед нами «жертвы обстоятельств». Если и жертва – то только собственных последовательных ошибок, бесконечного перекладывания ответственности, невозможности принимать самостоятельные решения и неспособности к автономии и не очень большой эффективности. К сожалению, это логично.

В логике закрытия всегда появляется желание – давайте защитим и сохраним. Но защитим и сохраним что? Выставочные проекты, методично исследующие региональную визуальность? Их нет. Проекты, консолидирующие локальные сообщества и работающие с наследием региона? Их нет. Программы поддержки молодых художников, экспериментальные лаборатории и мастерские? Их тоже нет. И интереса к ним со стороны руководства тоже как будто бы не было. Во всяком случае в рабочих практиках я часто наблюдала его демонстративное отсутствие. Об этом говорю не только я, но публично высказывались и некоторые городские паблики, которые ведут люди – те самые активные молодые зрители, на которых в том числе делался упор.

К слову о зрителях. Это поразительно, но в своих социальных сетях Филиал последний месяц (я понимаю, инвентаризация, сдача дел и так далее) не удосужился сообщить о полной отмене событий и мероприятий, которые планировались. Меня не удивляет, что не были принесены извинения художникам об отмене (в том числе и в официальных сетях) – наша группа с прошлого года готовила проект, который должен был открыться в июле этого года и официальную информацию о его отмене мы просто реально выцарапывали и получили после долгой череды ругательств. Не знаю, получили ли такие письма другие художники и каким образом всем, чьи проекты были отменены, будут компенсированы затраты на часть работ – художественные исследования, часть производства и так далее. Но ладно. А как же зрители? Те люди, для которых Филиал работал 30 лет?

Вчера я написала бывшим коллегам и несостоявшимся партнерам письмо, которое имеет все шансы остаться без ответа, но тем не менее я хочу, чтобы оно было озвучено.

Мне всегда нравился и как-то обнадеживал парадокс Тесея. Если коротко, то аргонавты плывут за руном, в пути корабль попадает в шторма, разрушается и чинится в процессе. То есть к берегу приплывает совсем другое судно, которое тем не менее остается Арго. Остался ли корабль тем же самым, или это уже совершенно другой корабль? Да, форма и износившийся материал поменялись, но главное, что должно было остаться – это суть вещи. К сожалению, я не вижу, что удалось сохранить и суть Институции – это, как раз, зависело исключительно от вас, а нет от министерств, власти и так далее.

Прощание – это тоже искусство и умение. Как и умение быть благодарным, принимать решение, нести за них ответственность. Чем-то из этого вы овладели лучше, чем-то хуже, чем-то – не овладели совсем.

⬇️ (продолжение ниже)

начало тут

Я не хочу говорить о том, что вы не подвели итоги своей работы, не удосужились сообщить об отмене фестиваля и других проектах. Я хочу сказать, что вы пишите о тридцати лет своей работы и том, что занимались (и продолжите) заниматься современным искусством, но вы почему-то упускаете тот момент, что вы занимались не абстракцией. Вы как могли работали с локальным контекстом, сообществами и наследием, делали попытки работать с местными художниками (да, ваше исследование калининградской современной визуальности остановилось в середине нулевых, но тем не менее оно было). И вот завершение деятельности в статусе институции (не кружка по интересам, не ассоциации вольных кураторов, не выставочного зала, а именно ИНСТИТУЦИИ) ограничивается постом? Вы не смогли устроить прощание и собрать на три дня тот же made in kaliningrad - учитывая, что весь материал есть? Вы не смогли сделать трехдневную поп-арт интервенцию эскизов того, что должно было быть показано в этом году, но отменилось? Вы не смогли сделать серию встреч-прогулок по истории филиала из тех мест, где он был и исчез? От Кронпринца до Пушкина? Верю, что были веские причины этого не делать. Но в моем понимании причины не не делать этого гораздо весомее."

В 2025 в московских новостях все чаще появляются новости про мужчин, снимающих женщин под юбкой на эскалаторе и про то, как на них пишут заявления, а в 2000 Дмитрий Гутов наложил на такие съемки стихи Есенина в исполнении Аркадия Северного, назвал это видеоартом и показал на выставке "Память тела. Нижнее белье советской эпохи" (кураторы Екатерина Деготь и Юлия Демиденко) в ЦДХ, Петропавловской крепости, Нижнем, да и много где еще

https://www.youtube.com/watch?v=1TKP4o4RpwQ&ab_channel=creativemoscowfilm

Интрига осени от Центра «Зотов» и AZ: первая волна русского авангарда встретится со второй уже в этом сентябре, ждем коллаб двух специализирующихся на том и на другом площадок. Пока без подробностей, но early birds билеты уже на сайте

Умер Борис Юрьевич Юхананов
Светлая память

Фрэнк Заппа и Борис Юхананов на репетиции перформанса «Октавия» Бориса Юхананова, 1989 год

Из личного архива Бориса Юхананова
Фото: Андрей Безукладников

Долгого бесконечного путешествия светлый принц

Фото из архива Бориса Юрьевича, Мистерия в Кратово, 1990

Автор фото: Максим Столповский

Сразу видно, Красовский не смотрел 100 часов лекций Гройса

Режиссеры умирают вдруг!
Даже если режиссер болен и давно вылеживает свою болезнь в палате, даже если это палата № 6, даже если режиссер в реанимации и десять проводов, по которым течет десять эликсиров «вечной» жизни, его удел, даже если режиссер позвонил своему другу, другому режиссеру, и тихо сказал: я устал… я устал маяться… я устал висеть в проводах… я устал жить! — не верьте ничему и никому — режиссер жив!

Но если это вы прикрыли глаза режиссеру, если это вы отключили все трубки и шланги, тянущиеся к его уже неживому телу, если это вы наклонились к изголовью режиссера, чтоб попрощаться с ним навсегда и поцеловать последним вашим верным прикосновением, тогда — вы можете заявить — Режиссер мертв!
Тогда вы можете воздеть руки к больничному потолку и зарыдать:
Режиссер вдруг умер!
Это так.

Борис Юхананов вдруг умер. Ушел. Исчез незаметно. Собрал вещички в дальнюю дорогу и вышел незаметно, прошел по коридору, распахнул парадную дверь, сел в такси… незаметно.
Насовсем. Навечно.
И только некоторые услышат, как шелестит дух, исходя из прохладного уже неживого тела, как треснула телесная кожура и зашипел дух творящий и исходящий, только некоторые счастливцы услышат этот неземной шелест…

Режиссер Борис Юхананов вдруг родился 5 августа 25 года в девять утра и пятнадцать минут.
Режиссер Борис Юрьевич Юхананов родился во второй раз в жизнь вечную, жизнь бесконечную.
Прислушаемся к шелесту духа, этот легкий прозрачный ветер сообщит нам о новой иной жизни.

Анатолий Васильев
05.08.2025

Одуванчик жил да жил,
Но однажды вспомнил,
Что на свете смерти нет —
Только ветер в поле.
И сказал себе старик:
«Ты не зря свой храм воздвиг,
Нет, не зря», — и помер.
Старец на ветру стоял,
Ветер старца в небо взял.
Одуванчик жил да жил,
Но однажды вспомнил,
Что когда-то он кружил
Волоском над полем,
И нашептывал ему
Непонятный ветер:
«Слушай, судя по всему,
Смерти нет на свете.
Одуванчик, смерти нет,
Смерти нет на свете».
«Да, — сказал себе старик, —
Вот теперь я понял,
Что не зря свой храм воздвиг!»
Так сказал и помер.
И дрожали волоски,
И шептал им ветер:
«Смерти нет,
Смерти нет,
Смерти нет на свете.
Одуванчик, смерти нет,
Смерти нет на свете».
Одуванчик жил да жил,
Но однажды понял,
Что на свете смерти нет —
Только ветер в поле.
И тогда сказал старик:
«Вот теперь я вспомнил,
Для чего свой храм воздвиг».
Так сказал и помер.
И летели волоски,
И шептал им ветер:
«Смерти нет,
Смерти нет,
Смерти нет на свете.
Одуванчик, смерти нет,
Смерти нет на свете».

Борис Юхананов
03.06.81

Борис Юхананов снимает мистерию Суффикс «чка» в Театр-театр, 5 июля 1987
Фото: Андрей Безукладников

Пушкинская-10, после премьеры «Ассы» из последнего номера «Собаки» про Гузееву

верхний ряд слева направо: Сергей «Африка» Бугаев, Ирена Куксенайте, Андрей Халявин; второй ряд сверху: Константин Гончаров, Аркадий Ипполитов, Тимур Новиков, Дуня Смирнова; третий ряд сверху: Лариса Гузеева, Илья Иванов, Марксэн Гаухман-Свердлов, Сергей Соловьев; нижний ряд: Дюша Романов, Дмитрий Соловьев, Лев Васильев, Александр Житинский

Фотограф: Валерий Плотников