https://daily.afisha.ru/music/15330-posmotrite-film-kolokol-filippa-gorbacheva/
Сейчас единственная неделя в году, когда любой может звонить на колокольне. ХВ
Сейчас единственная неделя в году, когда любой может звонить на колокольне. ХВ
Афиша
Посмотрите фильм «Колокол» Филиппа Горбачева
Музыкант и диджей Филипп Горбачев, который уже давно систематически работает с колокольным звоном, год назад выпустил мини-фильм по теме (а потом и целый альбом). Картины долгое время не было в открытом доступе, теперь вы можете ее посмотреть на «Афише Daily».
Forwarded from Бахчисарайские гвоздики
Ну, вот Московском английском клубе, где сейчас ГЦМСИР, в Первую мировую был госпиталь.
Правда, в это же время там был игорный дом.
https://news.1rj.ru/str/ppstein/4218
Правда, в это же время там был игорный дом.
https://news.1rj.ru/str/ppstein/4218
Telegram
ты сегодня такой пепперштейн
Внимание
Спасибо за внимание
Обращение к Музею "Гараж"
и всем галереям.
Отправьте смотрителей смотреть за художниками - водить к врачам, приносить еды. Это даст опыт и спасет от смерти.
Переоборудуйте выставочные залы в пространства где смогут ночевать…
Спасибо за внимание
Обращение к Музею "Гараж"
и всем галереям.
Отправьте смотрителей смотреть за художниками - водить к врачам, приносить еды. Это даст опыт и спасет от смерти.
Переоборудуйте выставочные залы в пространства где смогут ночевать…
Forwarded from ГЭС-2
Представляем первый веб-сериал фонда V–A–C «Сны на районе. Восьмерка». Этот совместный проект с Мастерской коллективного кино является одной из самых масштабных работ в рамках программы фонда «Расширение пространства. Из центра».
«Сны» — это два сезона по восемь серий, смысл которых — рассказать о жизни города с помощью частных киноисторий.
Режиссер: Андрей Сильвестров
Куратор кинопрограмм фонда: Кирилл Адибеков
Релиз веб-сериала «Сны на районе. Восьмерка» проходит при поддержке журнала «Искусство кино» (@kinoartru). Премьера первого сезона состоится завтра на официальном YouTube-канале «ИК». Продолжение сериала будет доступно в новом онлайн-журнале фонда V–A–C «Среда».
«Сны» — это два сезона по восемь серий, смысл которых — рассказать о жизни города с помощью частных киноисторий.
Режиссер: Андрей Сильвестров
Куратор кинопрограмм фонда: Кирилл Адибеков
Релиз веб-сериала «Сны на районе. Восьмерка» проходит при поддержке журнала «Искусство кино» (@kinoartru). Премьера первого сезона состоится завтра на официальном YouTube-канале «ИК». Продолжение сериала будет доступно в новом онлайн-журнале фонда V–A–C «Среда».
ПОЧЕМУ «ОЛЬГА СВИБЛОВА — ГОВНО»
Авдей рассказывает:
У меня к Свибловой давно никаких обид и претензий нет. Название нашей с Зоей Черкасской международной выставки «Ольга Свиблова — говно»» (2008) появилось только потому, что называть говном женщину смешнее, чем мужчину. С меньшим, хоть и более оправданным, успехом мы могли бы назвать выставку именами Марата Гельмана, Иосиф Бакштейна , да кого угодно. Свиблова — не лучше и не хуже остальных участников российского художественного рынка.
Цель именно этого текста — исключительно ответ на претензии Ольги на освоение документации Трехпрудного.
____
Когда мы познакомились с Ольгой Свибловой весной 1991, она патронировала группу украинских художников, живших на Трехпрудном. Свиблова была тогда молодым, но уже известным, российским куратором. Ее «патронаж» был очень бытовым. Она познакомила нас с какими-то своими друзьями, обладателями юридического адреса, и через этот адрес мы оплачивали аренду мастерских. Она пускала меня мыться в своей домашней ванне. А потом я, чистый и благостный, сидел с Костей Реуновым на ее домашней кухне. Мы выпивали и придумывали всякие штуки для Трехпрудного. Оля даже написала текст к одной из наших выставок, а две выставки сняла на видео (правда, материалов этих мы так и не видели). Она была стройной красавицей-блондинкой, заботливой хозяйкой и казалась перспективным партнером. В то время она собирала коллекцию русского современного искусства для банка «Ринако». Выставку этой коллекции планировали вскорости провести в ЦДХ — на крупной площадке. Мы на таких еще не выставлялись.
И вот приходит Свиблова с представителем «Ринако» на Трехпрудный, закупать работы. И неожиданно - как зверь! — начинает торговаться с нами, сбивая цены. Меня это поразило. Я впервые тогда вдруг увидел, что Ольга, со всей своей изысканной пластикой, похожа на змею или какого-то ящера.
Через какое-то время приносит деньги. Пересчитываю. Сумма оказывается меньше договоренного. Выражаю свое недоумение. А она: «Ха-ха-ха, ха-ха-ха, я думала, ты пьяный был, не помнишь». Лезет в карман и отдает недостающее. Шутка такая. Несмешная. С тех пор я перешел с ней «на Вы» и перестал общаться.
На выставке коллекции «Ринако» никого из Тредпрудников, кроме Реунова и Тистола, не показали. Потом украинцы из Москвы уехали, а Ольга Львовна в пустующую комнату Тистола, которую продолжала оплачивать, посылала жить иностранных художников, оказавшихся в Москве ради творческого обмена. Всем этим художникам мы организовывали выставки. Погоды на Трехпрудном эти выставки не делали, но некоторые из них были хороши.
По этой линии подружились мы, например, с Давидом Карловичем Боссартом, замечательным швейцарским художником. Замечательность его сводилась в основном к тому, что он интересовался русской культурой тотально. Его тогдашний русский проект был полиэкранной киноинстялляцией — он ехал в поезде и снимал страну из нескольких разнонаправленных окон, включая самое заднее. Поначалу Давид Карлович совсем плохо говорил по-русски, но по мере развития дружбы — все лучше и лучше. Он приезжал в Москву много раз. Однажды повез к себе в Швейцарию, где имел собственный дом, Людку и хотел на ней жениться. Но Людка, когда увидела вот это все - горы, леса и затерянный среди них крошечный сказочный домик — отказалась. Когда я встретился с Давидом Карловичем в середине 2000-х в Берлине, он уже вовсю болтал по-русски со смешным свийцарским акцентом.
***
Когда Трехпрудный завершил существование, Свиблова требовала передать ей архив, заявляя, что она автор «концепции» галереи и, наравне с нами, имеет право на эти материалы, что без ее помощи мы бы не выжили и т.п. Это повторялось из раза в раз и порядком достало.
В последний раз Свиблова пыталась завладеть документацией Трехпрудного в 2016, чтобы передать ее, при посредничестве мецената Потанина, в дар парижскому Центру Помпиду. Ну уж нет, никаких дел с Ольгой Львовной!
Авдей рассказывает:
У меня к Свибловой давно никаких обид и претензий нет. Название нашей с Зоей Черкасской международной выставки «Ольга Свиблова — говно»» (2008) появилось только потому, что называть говном женщину смешнее, чем мужчину. С меньшим, хоть и более оправданным, успехом мы могли бы назвать выставку именами Марата Гельмана, Иосиф Бакштейна , да кого угодно. Свиблова — не лучше и не хуже остальных участников российского художественного рынка.
Цель именно этого текста — исключительно ответ на претензии Ольги на освоение документации Трехпрудного.
____
Когда мы познакомились с Ольгой Свибловой весной 1991, она патронировала группу украинских художников, живших на Трехпрудном. Свиблова была тогда молодым, но уже известным, российским куратором. Ее «патронаж» был очень бытовым. Она познакомила нас с какими-то своими друзьями, обладателями юридического адреса, и через этот адрес мы оплачивали аренду мастерских. Она пускала меня мыться в своей домашней ванне. А потом я, чистый и благостный, сидел с Костей Реуновым на ее домашней кухне. Мы выпивали и придумывали всякие штуки для Трехпрудного. Оля даже написала текст к одной из наших выставок, а две выставки сняла на видео (правда, материалов этих мы так и не видели). Она была стройной красавицей-блондинкой, заботливой хозяйкой и казалась перспективным партнером. В то время она собирала коллекцию русского современного искусства для банка «Ринако». Выставку этой коллекции планировали вскорости провести в ЦДХ — на крупной площадке. Мы на таких еще не выставлялись.
И вот приходит Свиблова с представителем «Ринако» на Трехпрудный, закупать работы. И неожиданно - как зверь! — начинает торговаться с нами, сбивая цены. Меня это поразило. Я впервые тогда вдруг увидел, что Ольга, со всей своей изысканной пластикой, похожа на змею или какого-то ящера.
Через какое-то время приносит деньги. Пересчитываю. Сумма оказывается меньше договоренного. Выражаю свое недоумение. А она: «Ха-ха-ха, ха-ха-ха, я думала, ты пьяный был, не помнишь». Лезет в карман и отдает недостающее. Шутка такая. Несмешная. С тех пор я перешел с ней «на Вы» и перестал общаться.
На выставке коллекции «Ринако» никого из Тредпрудников, кроме Реунова и Тистола, не показали. Потом украинцы из Москвы уехали, а Ольга Львовна в пустующую комнату Тистола, которую продолжала оплачивать, посылала жить иностранных художников, оказавшихся в Москве ради творческого обмена. Всем этим художникам мы организовывали выставки. Погоды на Трехпрудном эти выставки не делали, но некоторые из них были хороши.
По этой линии подружились мы, например, с Давидом Карловичем Боссартом, замечательным швейцарским художником. Замечательность его сводилась в основном к тому, что он интересовался русской культурой тотально. Его тогдашний русский проект был полиэкранной киноинстялляцией — он ехал в поезде и снимал страну из нескольких разнонаправленных окон, включая самое заднее. Поначалу Давид Карлович совсем плохо говорил по-русски, но по мере развития дружбы — все лучше и лучше. Он приезжал в Москву много раз. Однажды повез к себе в Швейцарию, где имел собственный дом, Людку и хотел на ней жениться. Но Людка, когда увидела вот это все - горы, леса и затерянный среди них крошечный сказочный домик — отказалась. Когда я встретился с Давидом Карловичем в середине 2000-х в Берлине, он уже вовсю болтал по-русски со смешным свийцарским акцентом.
***
Когда Трехпрудный завершил существование, Свиблова требовала передать ей архив, заявляя, что она автор «концепции» галереи и, наравне с нами, имеет право на эти материалы, что без ее помощи мы бы не выжили и т.п. Это повторялось из раза в раз и порядком достало.
В последний раз Свиблова пыталась завладеть документацией Трехпрудного в 2016, чтобы передать ее, при посредничестве мецената Потанина, в дар парижскому Центру Помпиду. Ну уж нет, никаких дел с Ольгой Львовной!
Forwarded from Сам бы так нарисовал
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Единственная причина быть онлайн в вечер этой пятницы кроме The Midnight Gospel — АП. Нет, не тот, что вы подумали, а Андрей Паршиков из @dohuanalitiki.
Он курирует live фонда V-A-C, преподает в Открытых студиях Винзавода и ИСИ Бакштейна, а в в пятницу поделится с донатерами скиллами и знаниями. Участие стоит всего 500 рублей, не пропустите 🌑
Он курирует live фонда V-A-C, преподает в Открытых студиях Винзавода и ИСИ Бакштейна, а в в пятницу поделится с донатерами скиллами и знаниями. Участие стоит всего 500 рублей, не пропустите 🌑