Извините неделю из головы не выходит

Аквадискотека Ремикс

Фото дня

Алека Петука тоже

Бывший пиар-директор галереи Анна Нова. Ебаный стыд.

Поэтому он и бывший)

Я, как директор галереи, могу за себя сказать, что сейчас еду к задержанным в 53 отдел

Респект нынешним управленцам Анны Новы

екатерину шульман задержали за то что она умная дохуя

Кирилла Савченкова отпустили из СИЗО
Много сил и терпения близким

— Я думаю, что «Афиша» занимает такую критическую либеральную позицию, по возможности неполитизированную — хипстеры далеки от политики. Но я не верю, что хотя бы один хипстер дотянет до середины следующего десятилетия. Может, за исключением тех, кто будет продолжать ездить на Селигер учить людей буржуазным манерам и малым делам. Ведь совершенно понятно, что вся эта беззаботная жизнь, когда ты спокойно мог быть таким милым неудачником, который носит скандинавские бренды, ходит на фильмы про аутсайдеров и играет в приставки, скоро станет невозможной. Просто потому, что не будет денег. Нормальная человеческая реакция на свое аутсайдерское положение — попытка что-то изменить. Вспомните хотя бы битников или хиппи. Мне кажется, что нормальная позиция хипстера следующего десятилетия — это поход в марксистский кружок и борьба за социализм.

А. Жиляев, 2011

инсталляция тимофея ради на фоне протестующих в екатеринбурге, 31 01 21

Фетишу МГ Ельцину - 90.
—


«Стиль Пьяницы» и снова «Стиль Дракона»,
Чак Норрис бьет ногой в колокола,
И над Москвой коленопреклоненной
Три Терминатора у царского стола...

Павел Пепперштейн
конец апреля, 96

Наш интерес к Ельцину объяснить нетрудно. Можно сказать, что Ельцин представляет собой трофей или даже фетиш «Медицинской герменевтики» — фигуру исцеления от герменевтического нервоза (если понимать «Медицинскую герменевтику» как шквал локальных терапий, последовательно стирающих возможности истолкования).

Мы уже писали о том, что Россия всегда старалась быть загадкой как для самой себя, так и для остального мира: российская (а затем советская) внешнеполитическая и внутриполитическая стратегия всегда была стратегией загадочности — победа достигалась там, где удавалось выступить в качестве Сфинкса, превращающего своих соперников в Эдипов. Кащеево яйцо этой загадочности, как правило, располагалось в зоне центральной власти — оно вручалось монарху в качестве того самого державного яблока, того тяжеловесного колобка, чье грохочущее, «тяжелозвонкое» ускользание воспевали русские поэты, перелагавшие стратегии власти пневматическими кодами интимных расширений и сжатий.

Важное эссе Пепперштейна "Раны, нанесенные временем, исцеляются пространством" читайте в ХЖ