При прочих равных обстоятельствах чем быстрее человек выносит другому низкую оценку, тем более ущербным в глубине души ему представляется его собственная личностная ценность.
__________
Гарри Салливан "Интерперсональная теория в психиатрии"

Первая половина жизни, которую я считаю периодом до примерно 35–36 лет - это время, когда человек обычно расширяется во внешний мир.

Это похоже на взрывающееся небесное тело, обломки которого разлетаются всё дальше и дальше. Также расширяется наш ментальный горизонт, растут желания, ожидания, амбиции, воля к завоеванию мира и к жизни - пока мы не достигаем середины жизни.

Человек, который к сорока годам не занял то место, о котором мечтал, легко становится добычей разочарования. Отсюда — чрезвычайная частота депрессий после сорока.

Это решающий момент.

И если вы изучите творческую деятельность великих художников - например, Ницше, - вы увидите, что в начале второй половины жизни их способ творчества часто меняется.

Так, Ницше начал писать «Так говорил Заратустра» - своё выдающееся произведение, совершенно не похожее на всё, что он делал до и после, - когда ему было между 37 и 38 лет. Это критический возраст.

Во второй половине жизни человек начинает задавать себе вопросы. Точнее, не он сам - что-то внутри него. Он избегает этих вопросов, но внутренний голос всё же спрашивает:
- «Какова цель?»
А затем:
- «Куда ты теперь идёшь?»

Когда ты молод, тебе кажется, что цель ясна:
«Я женюсь, займусь делом, заработаю много денег…»
Допустим, ты этого добился - тогда возникает новый вопрос:
- «А что теперь? Неужели мы действительно хотим вечно продолжать то же самое? Есть ли перед нами цель такая же прекрасная и манящая, как раньше?»

И ответ часто таков:
- «Впереди ничего нет. Что впереди? Впереди - смерть».
Это неприятно, очень неприятно.
И кажется, будто у второй половины жизни вовсе нет цели.

Но ответ известен с древности. С незапамятных времён человек знал: «Смерть - это цель. Мы готовимся и движемся к определённому завершению». Великие религии, видите ли, - это системы, предназначенные для подготовки второй половины жизни к её концу, к её цели.

Однажды я (при помощи друзей) разослал анкету людям, которые не знали, что я её автор.

Мне задали вопрос:
«Почему люди предпочитают идти к врачу, а не к священнику на исповедь?»
Я сомневался, действительно ли это так, и хотел узнать мнение публики.

Случайно анкета попала к одному китайцу, и он ответил:
«Когда я молод - я иду к врачу, а когда стар - к философу».

Вот в этом и заключается различие: когда ты молод — живёшь во внешнем расширении, завоёвываешь мир; когда стареешь — начинаешь размышлять.
Ты естественно начинаешь думать о том, что сделал.

И наступает момент - между 36 и 40 годами (у некоторых немного позже), - когда, возможно, в скучное воскресное утро, вместо того чтобы идти в церковь, ты вдруг думаешь:
«А что я прожил за прошлый год?» - и тогда начинает восходить осознание.
И обычно ты останавливаешься, потому что это осознание неприятно.

Видите, в первой половине жизни существует сопротивление - сопротивление расширению, этому великому приключению, выходу в мир.

Когда молодые люди боятся рисковать жизнью или карьерой - ведь это требует сосредоточения, усилий, - они склонны к неврозам.

Во второй половине жизни неврозы возникают у тех, кто избегает естественного развития ума - размышления, подготовки к завершению.

Это - неврозы второй половины жизни.

Когда вы говорите о подавлении сексуальности во второй половине жизни, то часто речь идёт о подавлении процесса внутреннего развития, и такие люди столь же невротичны, как и те, кто сопротивлялся жизни в молодости.

Фактически это одни и те же люди:
сначала они не хотят вступать в жизнь - боятся рисковать жизнью или здоровьем ради самой жизни, а потом, во второй половине, у них «нет времени».

Так что, когда я говорю о цели, которая завершает вторую половину жизни, вы можете понять, насколько лечение неврозов в первой и второй половинах жизни должно различаться.
Тут возникает новая проблема, о которой прежде почти не говорили.

Поэтому я настойчиво выступаю за создание школ для взрослых.
Видите ли, мы прекрасно подготовлены к жизни в первой её части:
у нас есть хорошие школы, замечательные университеты - всё это подготовка к расширению, к завоеванию мира.

А где школы для взрослых, для людей сорока, сорока пяти лет - для второй половины жизни?
Их нет. Это табу, об этом не принято говорить - будто это нездорово.
Вот почему люди и попадают в эти «приятные» климактерические неврозы и психозы.

Из книги "Юнг говорит"

https://vk.com/newminds

Психологическое правило гласит, что если внутренняя ситуация не осознается, она превращается во внешние события, подобные судьбе.
То есть, если индивид остается неделимым, но не осознает свою собственного противоположность, таящуюся внутри него, мир неизбежно должен будет разыграть этот конфликт и расколоться на две половины, противостоящие друг другу.

Карл Густав Юнг "AION. Исследование феноменологии самости"

Из-за поистине трагической иллюзии богословы, кажется, не способны увидеть, что речь идёт не о доказательстве существования света, а о том, что мы имеем дело со слепыми, не знающими, что их глаза способны видеть.
Пора признать, что бесполезно восхвалять свет и проповедовать его, если никто не способен его увидеть. Гораздо важнее — искусство видеть.

Ведь очевидно, что многие люди не в состоянии установить какое-либо отношение между священными образами и собственной психикой.

Они не могут увидеть, в какой степени те же самые образы притуплены в их собственном бессознательном.

Карл Густав Юнг "Психология и религия"

Конечность бытия человека заключается прежде всего во временности его существования. В первую очередь мы сталкиваемся с ней в смертности. Но благодаря ей мы знаем, что именно она делает ответственность человека такой важной; потому что человек, который был бы бессмертным, мог бы справедливо пропускать все возможности для осуществления ценностей - он мог бы отложить это на потом. Только ввиду временной конечности нашего существования возможно полностью взывать к человеческой ответственности своего рода категорическим императивом, как например: живи так, как будто ты живешь уже второй раз и как будто в первый раз ты поступил неправильно, именно таким образом, как собираешься поступить сейчас.

Виктор Франкл

"Характер человеческой личности всегда многогранен. В нем могут быть выделены отдельные черты или стороны, которые, однако, не существуют изолированно, отдельно друг от друга, а являются связанными воедино, образуя более или менее цельную структуру характера.
Структура характера обнаруживается в закономерной зависи¬мости между отдельными его чертами. Если человек труслив, есть основания предполагать, что он не будет обладать качествами инициативности (опасаясь неблагоприятного оборота инициированного им предложения или поступка), решительности и самостоятельности (принятие решения предполагает личную ответственность), самоотверженности и щедрости (помощь другому может в чем-то ущемить его собственные интересы, что для него опасно). Вместе с тем от человека трусливого по характеру можно ожидать приниженности и угодливости (по отношению к сильному), конформности (не оказаться «белой вороной»), жадности (застраховать себя в материальном отношении на будущее), готовности к предательству (во всяком случае при крайних обстоятельствах, угрожающих его безопасности), недоверчивости и осторожности («беликовское» — по А.П. Чехову — «как бы чего не вышло») и т.д. Разумеется, не всякий человек, у которого в характере доминирует трусость, продемонстрирует структуру характера, подобную охарактеризованной выше, включая все перечисленные черты. В разных жизненных обстоятельствах она может быть существенно преобразована и даже может включить качества, казалось бы, противоположного доминирующему (к примеру, трус может быть наглым). Однако общая тенденция к проявлению именно такого комплекса качеств характера для трусливого человека будет преобладать.
Среди черт характера некоторые выступают как основные, ведущие, задающие общую направленность развитию всего комплекса его проявлений. Наряду с ними существуют второстепенные черты, которые в одних случаях определяются основными, а в других могут и не гармонировать с ними. В жизни встречаются более цельные характеры и более противоречивые Существование цельных характеров обусловливает возможность среди громадного разнообразия характера выделять определенные их типы, наделенные общими чертами.
Цельность характера не исключает полностью его противоречивости: доброта иногда вступает в конфликт с принципиальностью, чувство юмора - с ответственностью."

"Введение в психологию" / Под общ. ред. проф. А. В. Петровского

"В нашей культуре невротическая конкуренция отличается от нормальной в трёх отношениях. Во-первых, невротик постоянно сопоставляет себя с другими, даже в ситуациях, вовсе этого не требующих. Хотя стремление превзойти других существенно во всех случаях конкуренции, невротик сравнивает себя с людьми, которые никоим образом не являются его возможными конкурентами и не имеют с ним общих целей. Он относит ко всем людям без различия вопрос, кто умнее, привлекательнее и популярнее. Его отношение к жизни можно сравнить с установкой жокея во время бегов, для которого важна только одна вещь — обгоняет ли он других. Чем бы ни занимался человек, такая установка неизбежно подрывает или нарушает его реальный интерес к делу. Для него важно не содержание того, что он сделает, а какой у него будет успех, какое впечатление он произведёт, какой престиж он может приобрести. Невротик, всё время сопоставляющий себя с другими, может отдавать себе отчёт в этой установке, или может делать это автоматически, не замечая этого. Но вряд ли он понимает, в любом случае, какую роль эта установка играет в его жизни. Второе отличие от нормальной конкуренции состоит в особом честолюбии невротика, не довольствующегося тем, что он достиг большего, чем другие, или имеет большие успехи, но желающего быть исключительным и единственным в своём роде. Он мыслит в сравнительной степени, а цели себе ставит в превосходной. Может случиться, что он вполне сознаёт подгоняющее его жгучее честолюбие. Но чаще он подавляет своё честолюбие, или частично прикрывает его. В последнем случае он может, например, думать, что заботится не об успехе, а о деле, для которого он работает; или он может думать, что не хочет быть на виду, а довольствуется тем, что управляет спектаклем, держа в своих руках все нити и приводя в движение марионетки; или он может признать, что был когда-то честолюбив — скажем, воображал себя в детстве Христом или Наполеоном, или спасителем мира от войны (если это женщина, она признается, что мечтала выйти замуж за Принца Уэльского) — но всё это честолюбие давно исчезло. Он может даже сказать, что жалеет об этом и хотел бы в какой-то мере вновь обрести своё былое честолюбие. Если ему удалось полностью подавить честолюбие, он может быть убеждён, что это качество всегда было ему чуждо. Лишь после того как аналитик снимет несколько защитных слоев, он припомнит, что у него были грандиозные фантазии, что в грёзах, проходивших через его голову, он видел себя первым в своей профессии, или исключительно умным и красивым, или воображал, что все женщины будут влюбляться только в него, пренебрегая другими и даже досадуя на свои прошлые увлечения. Впрочем, в большинстве случаев невротик не понимает, какую важную роль в его реакциях играет честолюбие, и не придаёт таким мыслям никакого значения."

Карен Хорни НЕВРОТИЧЕСКАЯ ЛИЧНОСТЬ НАШЕГО ВРЕМЕНИ

Многие люди думают, что основная задача в жизни - это решить свои проблемы и быть счастливым. Но счастье по природе своей - очень мимолетное ощущение, и вы никогда не сможете избавиться от всех проблем. Вашей целью в жизни может быть становление тем, кто вы есть на самом деле, чтобы быть вовлечёнными в других людей и в жизнь вокруг вас, и чтобы, в конечном итоге, действительно жить подлинной жизнью.

Это может казаться очевидным, однако многие люди проводят своё время, старательно избегая самой жизни. Они боятся позволить жизни свободно течь через них, и поэтому их жизненность сужается до амбиций, зависимостей и забот, которые не дают им возможность иметь то, что действительно того стоит.
Тёмная ночь может появиться как путь возвращения к жизни. Она очищает жизнь до самых её основ и помогает человеку начать сначала.

Томас Мур

Потерять родителей или старого друга часто означает потерять прошлое: человек, который умер, может быть, был единственным свидетелем золотых дней далекого прошлого. Но потерять ребенка — значит потерять будущее: потерянное есть не что иное, как жизненный замысел — то, для чего человек живет, как он проецирует себя в будущее, как он надеется обмануть смерть (ведь ребенок —это залог нашего бессмертия). Таким образом, на профессиональном языке утрата родителей —это "утрата объекта" (где "объект" является важнейшей фигурой, конституирующей внутренний мир человека), в то время как утрата ребенка есть "утрата проекта" (утрата главного организующего жизненного принципа человека, определяющего не только зачем,но и как жить). Неудивительно, что потеря ребенка — это самая тяжелая утрата из всех и что многие родители скорбят и через пять, и через десять лет, а некоторые так и не могут оправиться.
__________
Ирвин Ялом

…современный человек имеет чрезвычайно низкую самодисциплину за пределами рабочей сферы. Когда он не работает, ему хочется быть ленивым, ничего не делать, или, выражаясь покрасивее, — «отдыхать». Само это желание безделья в значительной степени является реакцией на строгий шаблон жизни.
Из-за того, что человек пребывает в напряжении восемь часов в день, используя свою энергию не для своих собственных целей, не по своему усмотрению, а в предписанном для него ритме работы, он бунтует, и его бунт принимает форму детского потворства себе.

Эрих Фромм

Миф достигает апогея, когда человек лицом к лицу сталкивается с неожиданной и опасной ситуацией. Малиновский, много лет проживший среди аборигенов и оставивший серьезное аналитическое исследование их мифологических представлений и магических ритуалов, постоянно настаивал на данном пункте. Он указывал, что даже в самых примитивных сообществах использование магии ограничено особой сферой деятельности. Во всех случаях, когда можно прибегнуть к сравнительно простым техническим средствам, обращение к магии исключается. Такая потребность возникает только тогда, когда человек сталкивается с задачей, решение которой далеко превосходит его естественные возможности. Однако всегда остается определенная область, неподвластная магии и мифологии и которая может быть названа секуляризованной. Здесь человек надеется на свои собственные навыки вместо магических формул и ритуалов. Во всех задачах, которые не требуют никаких сверхординарных средств, мы не найдем ни магии, ни мифологии. Однако высокоразвитая магия и связанная с ней мифология всегда воспроизводятся, если путь полон опасностей, а его конец неясен.
__________
Кассирер Э. "Техника современных политических мифов"

Неспособность человека общаться - результат его неспособности эффективно слушать. Исключительно важно позволить себе понимать другого человека.
Если я могу создать определённый тип отношений с другим человеком, он обнаружит в себе способность использовать эти отношения для своего развития, что вызовет изменение и развитие его личности.
__________
Карл Роджерс

Много лет назад жил на свете один психотерапевт по имени Фриц Перлз, который основал школу под названием гештальттерапия. Сейчас о нем мало говорят, но дело не в этом – так вот, он уделял большое внимание работе тела – скажем, «Посмотрите, что сейчас делает ваша левая рука» или «Я вижу, вы часто гладите бороду». Он всегда просил пациентов сознательно заострять эти действия: «Сожмите левую руку еще крепче» или «Продолжайте гладить свою бороду еще энергичнее и следите за тем, что ощущаете». Мне всегда казалось, что в подходе Перлза было много полезного, потому что наше бессознательное часто выражается через движения тела, о которых мы даже не подозреваем.
__________
Ирвин Ялом «Шопенгауэр как лекарство»

Вы мало что можете сделать для других. Идея, что вы помогаете людям, например, отдавая – это заблуждение. Вы портите их, отдавая, и услаждаете себя. Вы считаете себя невероятно щедрыми и не думаете о несчастных жертвах своей щедрости. Вы добры с людьми, даже не зная, заслуживают ли они того. Некоторые люди заслуживают недоброе отношение. Когда вы отдаете им, то аутоэротически потакаете себе, греете себя мыслью о чудесной доброте, но вместо этого вредите им, уводя в заблуждение. Вам необходимо немного жестокости. Подлинная доброта спрашивает: «Кому я даю этот дар?» … Иначе это неразборчивая любовь и доброта, а это просто порочность и слабость.

Карл Густав Юнг "Visions"

Когда человек позволяет идущим от мира и жизни вопросам достигать себя, жизнь как бы приобретает большую плотность, потому что речь теперь идет оперсональных ответах («жить – означает давать ответы»). Поэтому так важно уметь сначала придержать свои собственные вопросы, чтобы они и связанные с ними требования не исказили наш взгляд на мир.

Вопросы типа: «Что я от этого получу? Что мне это дает?» должны появиться позже, когда мы будем принимать решение. Но вначале мы должны быть открытыми миру, в феноменологическом духе дать-с-собой-заговорить, исходя из установки: «Ты пришел в мир не для одного себя. Ты отвечаешь за себя так же, как и за тот мир, в котором ты находишься. Поэтому позволь сначала спросить себя о том, где ты востребован в этом мире, оглянись по сторонам: где ты нужен, где ты запрошен – это и может быть твоим местом в мире, – и тогда выбирай, участвуй в том, что для тебя важно, что востребовано и что для тебя возможно».

Только конкретные, выражаемые в действии ответы являются экзистенциальными. Если человек целостен, то он «ответствен» за свою экзистенцию. Но когда человек не дает ответы, не берет на себя ответственность, то тогда он не имеет доступа к действительности, не находится в мире по-настоящему. Только конкретные, выражаемые в действии ответы являются экзистенциальными. Только когда человек является отвечающим и ответственным, его бытие становится действительным – человек получает доступ к действительности.

Альфрид Лэнгле - Основы экзистенциального анализа

Человек, на которого кто-то другой проецирует что-то, также затронут - с примитивной точки зрения он поражен стрелой. Если у получателя слабое эго-сознание (как, например, у детей), он будет легко подвержен влиянию и станет отыгрывать то, что было на него спроецировано. На примитивном уровне это означает, что он одержим.

Мы ощущаем себя обязанными находить общий язык со страстно влюбленным в нас, или же мы непреднамеренно поступаем зло в отношении того врага, которого человек ожидает найти в нас, исходя из своей проекции.

Дети часто отыгрывают бессознательную теневую сторону своих родителей - ту, что скрыта в них, но не реализована сознательно. Это объясняет известный феномен того, что дети особенно благочестиво ведущих себя родителей часто совершают поистине дьявольские вещи.

Мария-Луиза фон Франц

Эмпатия не имеет сценария. Нет правильного или неправильного способа её проявлять. Это просто слушание, удержание пространства, воздержание от суждения, эмоциональная связь и передача исцеляющего послания: „Ты не одинок“.
__________
Брене Браун

Многие глубинные аспекты человеческого существования — любовь, верность, надежда, зло — суть тайны, а не проблемы. Попытка разложить их на схемы уничтожает их смысл.
Рационализация тайн (например, попытка «объяснить» любовь через биохимию) лишает их экзистенциальной глубины. Подлинное понимание требует не анализа, а сопереживания.
__________
Габриэль Марсель