Моё изгнание с федеральных медиаплощадок началось с того, что я заявил о предстоящей войне Украины с Россией. Заявил как о неизбежности. Год примерно 2016-2017. На меня смотрели, как на умалишённого, и подхихикивали. Не надо, мол, кликушествовать и сгущать краски. 

Контрольным выстрелом стали мои заявления, что война эта - война неизбежная - будет тяжёлой и долгой. В моде были иные мнения: мол, мы только бровь поднимем - и там, вна Украине, все сразу же полягут и лягут. 

Это непросто - видеть наперёд, когда вокруг нет желающих не то чтобы видеть - смотреть. Но ещё тяжелее, что даже после погребального звона колоколов, адского ледяного душа выводы почти не делаются. А зачастую если и делаются, то конвертируются исключительно в карман. «Продавай Россию, сынок, как можно быстрее продавай!»

Россия попала в ловушку. Медиа столь долго транслировали радужную картину величия, прививали миф о тупых, никчёмных хохлах - но всё оказалось иначе. А иначе быть и не могло, на самом деле, потому что русские воюют против русских и украинская армия при поддержке Запада, радостно охреневшего от такого расклада, будет биться до последнего украинца (а их там много). Да, кстати, тех, кто уверял, что «нас там ждут», нужно судить как государственных преступников.

Для украинцев эта война тотальная. Россияне же только втягиваются в происходящее - и власти придётся объяснять гражданам, почему мы не смогли быстро и напористо победить «тупых хохлов». Или граждане придумают объяснения сами. Уже придумывают.

Есть ли у России возможности для победы? Сто процентов. Есть все возможности. Но для этого, во-первых, необходимо внятно сформулировать, какой должна быть эта  победа, во-вторых, согнать с себя жир равнодушия и самоуверенности, и, в-третьих, прекратить имитацию вялой деятельности, пока наши лучшие люди реально умирают в грязи и становятся инвалидами. 

Победить мысленного волка на уровне человека и государства - фундаментальная задача нашего выживания.