«… Проблема ведь в данном случае — подчёркиваю, в данном случае, в вопросе о социальной революции — состоит не в том, есть ли человек Божье творение или произошёл от обезьяны. Она заключается в том, что на определённом этапе истории во главу угла был поставлен не факт равенства в достоинстве, будь то в качестве потомков Адама или высшей формы развития материи, а тезис о различии в происхождении, которое предопределяет "обоснованное" неравенство. И таких желающих разделиться внутри единого народа оказывалось достаточно, чтобы его разделить. Их и сегодня немало, тех, кто пытается навязать нам в стране с республиканским правлением неких "князей", "графов", "дворян" и даже "императорский дом".
Революция делалась, чтобы это изменить. Коммунисты не изобрели классы, а констатировали их наличие. Их обвиняют в "уравниловке", а они искали путь к единству общества. Искали, но не учли силу худшей в человеческой природе черты: желания стать выше своих соплеменников. По большому счёту именно разделение на "номенклатуру" и "рядовых граждан", взгляд "интеллектуалов" сверху вниз на рабочих и крестьян стали уже во втором-третьем поколениях одним из основных факторов ослабления, а потом и распада советского строя.
В советском строе далеко не всё было достойно сохранения, кто спорит, и закончился он так, как закончился, тоже именно по своей вине, хотя и не без помощи внешних противников. Его конец, однако, был гораздо менее трагичным, чем конец российского самодержавия, и в этом я вижу важный положительный критерий оценки и самой советской власти, и состояния созданного при ней общества.
Сегодня как итог четверти века радикальных капиталистических реформ и культурной деградации социальное разделение и имущественное чванство в России вновь достигло небывалых размеров…»

«… К осени 1917 года для России «эволюционного» пути не то что развития, а просто самосохранения не было. Неужели есть кто-то, кому это неясно? Или работает некий страх проекции тех событий на сегодняшний день? Это преждевременный страх: тогда такой возможности уже не было, а сегодня она всё ещё есть. Но при определённых обстоятельствах она может исчезнуть.
Главное из этих обстоятельств — безответственность элиты. Именно на неё, на безответственность элиты, а не на социальные потрясения, как нас стараются убедить, Россия полностью «исчерпала лимит» и в начале XX века, и в его конце. Да и первые полтора десятилетия XXI века оказались в этом смысле не лучше.
Что же делать народу, если элита продолжит вести себя безответственно? Может быть, мы её перевоспитаем, если все вместе дружно осудим Октябрьскую революцию, а вместе с ней и весь советский период развития России? Или присягнём тому, что никогда больше ни мы, ни наши дети и внуки на революционное смещение неугодных им правителей, не желающих слышать волю народа, не решатся? Думаю, не поможет, причём не только по субъективной, в силу состояния самой современной российской элиты, но и по объективной причине: история не спектакль, «утвердить» её дальнейший сценарий невозможно.
На ход истории можно положительно повлиять только в одном случае: если ты честен с прошлым, извлёк из него уроки, полезные не только твоему классу или сословию, но и стране в целом, а главное — народному большинству. И пусть читатель не удивляется моему упоминанию о сословиях, об этом приходится говорить, ведь у нас даже некий «российский императорский дом» в общественно-политическом пространстве сегодня присутствует, а разумные вроде бы с первого взгляда люди серьёзно рассуждают о своём «дворянском» происхождении…»