​​Мелькумов А. Я. Туркестанцы. Воспоминания. Москва, 1960.

Из аннотации: воспоминания командира кавалерийской бригады Якова Аркадьевича Мелькумова — это рассказ активного участника борьбы с басмачества на территории нынешних социалистических республик Средней Азии. С 1920 по 1932 год автор воспоминаний провел в походах по горам и пустыням Восточной Бухары и Хорезма. Тепло и с любовью вспоминает Мелькумов своих товарищей по борьбе — героев-туркестанцев. Одни из них оставались неизвестными до наших дней, другие были незаслуженно забиты.

Воспоминания Мелькумова строго документальны, и читатель с интересом прочтет страницы, на которых описано крушение Бухарского эмирата, падение Хивинского ханства, борьба с международным авантюристом Энвер-пашой и главарем басмаческих банд Восточной Бухары Ибрагим-беком.

​​Кремль за решеткой. (Подпольная Россия). Берлин, 1922.

В издании «Кремль за решеткой. (Подпольная Россия)» собраны воспоминания и другие документальные источники, принадлежащие как видным руководителям, так и рядовым членам партии левых эсеров.

В письмах и воспоминаниях М.А.Спиридоновой, А.А.Измайлович, В.А.Карелина, Леонида Вершинина, Ильи Майорова и других левых социалистов-революционеров о пребывании в тюрьмах России, в том числе тюрьмах нового, ленинского типа, раскрываются фактически неизвестные массовому читателю страницы истории первых лет Советской власти. Места событий: Москва, Петроград, Челябинск, Казань, Харьков.

​​Родичев Ф. И. Большевики и евреи. Лозанна, год издания неизвестен.

Автор брошюры — Федор Измайлович Родичев, один из основателей и член ЦК партии народной свободы (кадетов), депутат Государственной Думы всех созывов. Он решительно отвергает утверждение об «особой роли евреев» в революции. Ф. М. Родичев отмечает, что «если много евреев в большевиках, то ведь не меньше их в числе гонимых большевиками», и пишет: «Большевиков вознесла к власти разлагающаяся армия, а не евреи. Не евреи убивали в Петербурге защищавших Временное правительство юнкеров. Не евреи бомбардировали Москву. Матросы-убийцы, плававшие не по морю, а по крови офицеров, — не евреи. Убийцы, большевизма ради, во всех уездных городах и особенно весях земли русской – не евреи. Те, кто по призыву Ленина бросились на грабежи усадеб и убивали по системе и с наслаждением… — не евреи, а подлинные русские обыватели». Ф. И. Родичев высказывал убеждение, что большевизм не может принести блага еврейству: «Большевики разорили буржуазию, остановили промышленность, пролетариат оставили без работы, торговлю запретили, погромы прошли по еврейским городам – и, говорят, это еврейское господство, большевизм – это еврейский заговор? Если все, что случилось, дело рук еврейства, — правильнее было бы сказать, что это не господство, а их самоубийство».

Книга не упоминается ни в одной библиографии.

​​Из прошлого. Статьи и воспоминания из истории Бакинской организации и рабочего движения в Баку. Баку, 1923.

Из предисловия: история бакинского рабочего движения и бакинской организации нашей партии имеет в своем прошлом блестящие и героические страницы борьбы за экономическое, политическое и духовное освобождение рабочего класса от гнета капитала, самодержавия и диктатуры национальной буржуазии. Являясь одной из наиболее пролетарских организаций во всем Закавказье, наша бакинская организация играла весьма выдающую роль в истории всего закавказского рабочего движения, и из ее среды вышел целый ряд крупных работников, игравших впоследствии руководящую роль во всероссийском рабочем движении. Правда, в истории рабочего движения в Баку известны периоды, когда влияние на рабочий класс сосредоточивалось в руках мелко-буржуазных социалистов—меньшевиков, эсеров и дашнаков, а рабочее движение замыкалось в узкие рамки экономической, узкопрофессиональной борьбы, но Бакинскому Комитету нашей партии, поскольку он всегда стоял теоретически и практически на правильной позиции, поскольку он правильно учитывал тенденции революционного развития всего рабочего движения, поскольку он всегда держался правильной марксистской линии, — Бакинскому Комитету всегда удавалось выпрямлять линию бакинского рабочего движения и уничтожать вредные соглашательские иллюзии в рабочей среде, конечно, не без ожесточенной борьбы со всеми мелко-буржуазными социалистами, претендовавшими на общее руководство рабочим движением.

Выпускаемый сборник, посвященный истории рабочего движения и бакинской организации нашей партии, имеет своей задачей заполнить этот пробел и содействовать накоплению этих материалов. При том состоянии, в котором находится дело изучения, разработки и собирания материалов по истории нашего прошлого, сборник никаких других целей, кроме опубликования накопленного, наиболее ценного материала, и ставить себе не мог. Вполне естественно поэтому, что он страдает многими недочетами, недостатками, пробелами в освещении того или другого периода в истории нашего прошлого.

​​Кадейкин В. А. Рабочие Сибири в борьбе за власть Советов и осуществление первых социалистических преобразований (ноябрь 1917 — август 1918 гг.). Кемерово, 1966.

Настоящее исследование посвящено анализу состояния рабочего класса Сибири и его большевистских организаций в период Великой Октябрьской социалистической революции (численность, степень концентрации, основные отряды, социальный состав рабочих), роли сибирского пролетариата в установлении власти Советов, в осуществлении первых социалистических преобразований, в защите революционных завоеваний в первой половине 1918 года.

​​Артлебен М. Н. Архангельск в дни государственного переворота. Архангельск, 1917.

Из текста: дни государственного переворота, по счастью, не сопровождались в Архангельске теми печальными фактами, какие наблюдались почти во всех других городах России и объяснялись отчасти возбуждением умов революционно-настроенных масс, отчасти же разнузданностью безнаказанно действовавших, пользуясь случаем, подонков общества. В Архангельске ничего подобного не случилось. Произошло всего лишь одно недоразумение, да и то было счастливо ликвидировано. А именно: но требованию гарнизонного комитета, оказавшемуся впоследствии недостаточно обоснованным, адмирал Посохов признал нужным арестовать и отправить в Петроград более 20 офицеров флота и армии, военных чиновников и военно-морских врачей. Когда разобрались в Петрограде в этом деле, то действия и гарнизонного комитета, и самого ​Посохова​ были признаны неправильными. Всех арестованных освободили. А для урегулирования вообще дела управления Временное Правительство решило назначить в Архангельск главноначальствующего из общественных деятелей.

​​Пичугов С. Г. Неизведанными путями. Воспоминания о Гражданской войне на Урале. Москва, 1958.

Из аннотации: книга представляет собой воспоминания одного из активных участников гражданской войны на Урале командира полка Степана Герасимовича Пичугова. В ней рассказывается о возникновении первых отрядов Красной Армии, о превращении их в ходе боев с белочехами и колчаковскими войсками в регулярные части — полки и дивизии, об особенностях боевых действий на Урале, о разгроме ставленника Антанты Колчака и различных антисоветских банд на Урале и в Сибири.

​​Волконский А. М. Историческая правда и украинофильская пропаганда. Турин, 1920.

От автора: заграничная пропаганда украинской партии почти не встретила противодействия. Десяткам украинофильских брошюр можно противопоставить едва 3-4 брошюры, ​освещающие​ иностранцам вопрос беспристрастно; сотни статей остались без ответа. При таком непротивлении, при таком безразличии нашем к судьбам родины, правое дело сочувствия в Европе не найдет.

Здесь в малом объеме мы свели не малый фактический материал; собрать его в нынешних условиях, находясь за границей, задача не легкая. Но тысяча экземпляров брошюры, среди груды газетных статей противоположного направления, это капля в море, и работа наша останется втуне, если не найдутся другие, которые пожелают использовать её данные на страницах иностранной ежедневной печати.

Об авторе: Александр Михайлович Волконский — князь, полковник Генштаба, военный дипломат, а впоследствии священник греко-католической церкви. Князь Волконский, один из крупнейших знатоков и критиков «украинского сепаратизма», продвигает идею необходимости возвращения к первоистокам, идею общерусского единства — объединения великороссов, белорусов, малороссов. В книге высказывается непредвзятое мнение современника и очевидца зарождения «украинства» и украинского национализма. Разбирая особенности украинофильской пропаганды, он помогает понять причины и истоки украинского сепаратизма.

​​Большевистская диктатура в свете анархизма. Париж, 1928.

Из предисловия: эта книга написана товарищами, недавно выброшенными деспотической рукой большевистского правительства в классическую страну русской эмиграции. Условия, в которых она писалась, были крайне неблагоприятны. Тяжелый труд на заводах оставлял авторам мало досуга. Они могли работать над ней урывками. С нашей стороны было сделано все возможное, чтобы обеспечить их всем необходимым, но и здесь вставали иногда непреодолимые трудности.

При всех недостатках и пробелах, книга эта, по нашему убеждению, может сослужить большую службу тем из товарищей, которые доселе знакомятся с советской Россией по отравленным ложью официальным источникам большевизма.

Книга не дает общей положительной программы строительства, которой рабочие классы России должны заменить режим большевистской диктатуры. Это и не входит в ее задачу. Она подводит лишь генеральные итоги десятилетию большевистской диктатуры, показывает убийственность этих итогов для всех областей общественно-хозяйственной жизни трудящихся СССР и лишь в крайне общих чертах намечает выход, противопоставляя, в отдельных главах, большевистскому режиму анархическое понимание строительства свободного общества труда. Дело следующих работ анархистов этот вывод конкретизировать, представить его в виде положительной, построительной программы порабощенных ныне рабочих классов СССР.

​​Ваврик В. Р. Карпатороссы в Корниловском походе и Добровольческой армии. Львов, 1923.

Эта редкая книга посвящена практически неизвестной странице истории - участию русинов в Гражданской войне. Автор книги - Василий Романович Ваврик, русский писатель и офицер. Ваврик родился и вырос в Астро-Венгрии, с началом Первой мировой войны по доносу украинского шовиниста был заключен в крепость Терезин, потом переведен в печально известный концлагерь Талергоф. В 1915 году был мобилизован и отправлен на итальянский фронт. После пленения Ваврик связывается с русским консульством в Италии, получает свободу и записывается в Русский экспедиционный корпус во Франции.

Октябрьская революция застала Ваврика уже в Петрограде. С началом Гражданской войны Ваврик вступает в Добровольческую армию - в Карпато-русский отряд, участвует в Ледяном походе. С начала марта 1918 года капитан Ваврик командует этим отрядом. Во второй половине 1918 года Карпато-русский отряд переименован в батальон, а в 1919 году - переформирован в Славянский пехотный полк.

Из предисловия: помещаемый здесь очерк истории «Карпаторусского Военного Добровольческого Отряда» на юге России, составленный В. Р. ​Вавриком​, является ценным вкладом в историю освободительного движения всего карпаторусского племени, доказывая лишний раз, что карпатороссы всегда мыслили себя едиными со всем остальным русским народом. Очерк этот, как произведение современника, принимавшего участие во всех описываемых им событиях, конечно, дает в известной степени, быть может, ​небеспристрастное​ освещение событий данного времени. Но это неизбежный недостаток, ибо каждый современник находится в значительной мере под влиянием всего происходящего вокруг него и обыкновенно при освещении современных ему. явлений становится на какую-нибудь из существующих точек зрения. Всестороннее и беспристрастное изображение наших дней принадлежит грядущим за нами поколениям. Но и для нас многое из того, что ​пережито​ нами несколько лет тому назад, сегодня кажется в ином свете. Даже несколько лет отделяющих нас от прошлого позволяют нам быть историком этого прошлого.

С этой точки зрения очерк В. Р. ​Ваврика​, представляет систематически собранный ​материал​, относящийся к истории участия и отношения карпатороссов, которые не могли остаться равнодушными наблюдателями событий русской освободительной войны, почему и становились на сторону тех, в зародыше своем патриотических попыток, целью которых было спасти Россию от тех проявлений и последствий революции, которые создавались определенно врагами русского народа на его гибель. Не становясь на сторону какой-нибудь из русских политических партий, карпатороссы шли за теми, к которым их располагало здоровое чувство национализма. Естественно они не могли стать на сторону тех, которые в жертву интернационалу отдавали все русское. Что в данном случае карпатороссов не обманул этот здравый национальный инстинкт, косвенно подтверждается хотя бы тем, что даже те, которые в 1917-1918 гг. разложили русскую армию проповедями „мирного“ интернационала, уже 1919-1920 году обращались к офицерам и солдатам белых армий и вообще ко всем чинам бывшей русской армии с призывом защищать матушку-Россию не интернациональную, а национальную.

Кроме того история ​Карпато​-русского боевого отряда, через ряды коего прошло много лучших представителей Прикарпатья, учит нас тому, что в народе нашем жива глубокая любовь к Руси, любовь, которая заставляет приносить на алтарь самое дорогое — жизнь. Пусть пример безцветных, серых героев, погибших за дело освобождения Родины — будет скромным памятником для потомков.

Очерк В. Р. ​Ваврика​ есть в значительной доле ​выполненный​ долг перед павшими соратниками. ​Этот​ очерк кладет фундамент того нерукотворного памятника не только незаметным павшим героям, но и всему делу нашей борьбы за освобождение.

​​Борьба за Советы на Екатеринославщине. Днепропетровск, 1927.

Из предисловия: настоящий сборник не претендует на то, чтобы дать исчерпывающий материал по истории Октябрьской революции на Екатеринославщине. Но и то, что удалось до сих пор собрать, является настолько интересным и ценным по истории Октября на Екатеринославщине, что Истпарт считает необходимым к 10-й годовщине Октябрьской Революции этот материал издать.Иллюстрация первых двух лет героической борьбы за диктатуру пролетариата послужит лишним доказательством правильности большевистской тактики, с помощью которой наша партия, вместе с рабочими и крестьянами, успешно вступает в полосу второго десятилетия пролетарской диктатуры.

В настоящий сборник помещены разные моменты в истории борьбы трудящихся Днепропетровщины за Октябрь. В сборник вошли наиболее ценные из воспоминаний, собранных в Днепропетровске, а также в Москве, группой содействия Истпарту.

Сборник снабжен также тремя статьями, имеющими целью, по мере возможности, обобщить и скрепить материал, разбросанный в отдельных воспоминаниях, чтобы ввести читателя в курс событий и помочь ему увязать в памяти разрозненный фактический материал.

​​Образование Северо-Западного правительства. Гельсингфорс, 1920.

Объяснения членов политического совещания при Главнокомандующем Северо-Западного фронта В. Д. Кузьмина-Караваева, А. В. Карташёва и М. Н. Суворова. С 24 мая по 12 августа 1919 года авторы брошюры входили в состав членов Политического совещания в Ревеле, которое занималось вопросами освобождения Петрограда от большевиков и ниспровержения в России советской власти. В издании изложены причины отказа входа авторов в состав Правительства Северо-Западной области. Северо-Западное правительство (Правительство Русской Северо-Западной области) — коалиционное правительство, сформированное 11 августа 1919 г. в Ревеле на совместном заседании представителей политических партий России и командования союзников при содействии представителя английской военной миссии генерала Марша. В состав правительства вошли представители кадетов, правых эсеров и меньшевиков. Основными задачами правительства были ликвидация большевизма в Псковской, Новгородской и Петроградской губерниях и организация гражданской власти на территориях, «отвоеванных военною силою», на основах «законности и правопорядка». 5 декабря этого же года, после поражения армии Юденича, Правительство объявило о самороспуске.

​​Главнокомандующий Русской армией генерал барон П. Н. Врангель. К десятилетию его кончины 12/25 апреля 1938 г. Берлин, 1938.

Сборник статей под редакцией участника Белого движения, сподвижника барона Врангеля - генерал-майора А. А. фон Лампе.

СОДЕРЖАНИЕ:
А. фон-Лампе. Генерал П. Н. Врангель.

П. Н. Врангель в строю
Бар. Петр Врангель. В передовом отряде генерала Ренненкампфа
Бар. Петр Врангель. ​Маньчжурские​ письма
Бар. Петр Врангель. В тылу японцев во время боя при ​Шахэ​
Б. ​Гартман​. ​Каушенский​ бой

П. Н. Врангель в эмиграции:
Я. ​Репнинский​. Константинополь
В. ​Даватц​. Югославия
П. ​Шатилов​. Русский ​Обще​-Воинский Союз

Памяти П. Н. Врангеля:
И. А. Ильин. Над могилою Вождя
Б. Штейфон. Военная деятельность П. Н. Врангеля
В. ​Варнек​. Наш Вождь
Кн. Федор ​Косаткин​-Ростовский. Лампада душ

Приложения:
Барон М. Врангель. Род ​Врангелей​
Послужной список Главнокомандующего Русской Армией генерал-лейтенанта Барона Врангеля
Список изданий ​посвященных​ ген. Барону П. Н, Врангелю
Указатель имен
Указатель иллюстраций

​​Ушаков М. Г. По долинам и по взгорьям. Из воспоминаний забайкальского партизана. Чита, 1960.

Из предисловия: в конце лета 1918 года под ударами чехословацкого корпуса, японских интервентов и белогвардейцев власть Советов в Забайкалье временно пала. 26 августа в Читу вступили чехословаки; 1 сентября — белогвардейские части атамана Семенова, ранее дважды выбрасывавшиеся советскими частями из пределов Забайкалья в Маньчжурию; 6 сентября в Читу прибывают японские военные эшелоны. 28 августа на станции Урульга состоялась конференция руководящих партийных и советских работников, командиров войсковых частей и представителей рабочих организаций города Читы, на котором было принято решение о прекращении борьбы организованным военным фронтом и о переходе в силу создавшейся обстановки к партизанским методам войны против белогвардейцев и иностранных военных интервентов. Революционные воинские части были распущены.

С падением Советской власти в Забайкалье начался кровавый разгул озверевшей белогвардейщины. В Чите, Маккавеево, Даурии, Газимурском Заводе и в других пунктах семеновцы создали специальные застенки, в которых пытали и расстреливали активных борцов за власть Советов. Кроме этих, так сказать, стационарных застенков, существовали и передвижные: по линии железной дороги все время курсировали семеновские броневики с устрашающими названиями, в которых творилась зверская расправа над рабочими и крестьянами, заподозренными в симпатиях к Советской власти.

С первых же дней после занятия семеновцами Читы в села и станицы были направлены белогвардейские карательные отряды, творившие суд и расправу над безоружными крестьянами и революционно настроенными казаками. Так, в сентябре в станицу Онон-Борзинскую прибыл ночью отряд под командованием капитана Арсентьева. Семеновцы перепороли плетьми всех мужчин, служивших ранее в красноармейских частях на Даурском фронте, и расстреляли шестерых активных советских работников, в том числе бывшего командира 1-го партизанского полка А. П. Ушакова, командира сотни того же полка А. Г. Секисова и председателя станичного ревкома М. Н. Чипизубова. В селе Верхнеудинском отряд прапорщика Бурдуковского провел массовое избиение крестьян бамбуковыми палками. Бурдуковский по своему усмотрению назначал от 300 до 500 ударов.

Но рабочие, крестьяне, революционно настроенные казаки не смирились, не покорились белогвардейским палачам и иностранным интервентам. Под руководством Коммунистической партии они накапливали силы, готовились к новой борьбе за восстановление родной Советской власти.

​​Документы героической борьбы: Сборник документальных материалов о борьбе против иностранной интервенции и внутренней контрреволюции на территории Енисейской губернии (1918–1920 гг.). Красноярск, 1959.

В этой книге собраны документы, характеризующие деятельность красноярских большевиков по мобилизации трудящихся на борьбу против внутренней контрреволюции и иностранных интервентов в период гражданской войны 1918—1920 гг.

Документы сборника в основном систематизированы по тематическо-хронологическому принципу, в составе четырех разделов. Несколько отступлений от хронологической последовательности сделаны только в интересах компактности освещения отдельных тем (например, о Ярославе Гашеке, документы №№ 211—214).

Первый раздел «Красноярские большевики в борьбе за мобилизацию масс в начале иностранной военной интервенции и гражданской войны» охватывает период с 1 по 18 июня 1918 года, то есть до момента контрреволюционного переворота в Красноярске. Документы характеризуют мероприятия Красноярского Комитета РКП(б) и Красноярского Совета по укреплению обороны города Красноярска, организации боевых отрядов, переговоры с интервентами о перемирии, меры по задержанию наступления врага.

Второй раздел «Подпольная деятельность Красноярского Комитета РКП(б) в период гражданской войны» охватывает время с момента ухода коммунистических организаций в подполье — со второй половины июня 1918 года до конца 1919 года. Воззвания, прокламации, листовки освещают подпольную работу Красноярского Комитета РКП(б) по объединению рабочих и крестьян для борьбы с внутренней контрреволюцией и иностранной интервенцией; доклады членов Сибирского областного Комитета РКП(б) об участии «красноярских большевиков в работе общесибирских партийных конференций; донесения колчаковской охранки о связях партийных организаций с партизанскими отрядами.

Третий раздел «Развертывание партизанского движения. Разгром колчаковщины Красной Армией и партизанами в Енисейской губернии» охватывает период от момента формирования первых партизанских отрядов и до слияния партизанских войск с регулярными частями Красной Армии, то есть с октября 1918 до января 1920 года. Документы раздела освещают создание центров партизанского движения и его массовое развитие, восстановление Советской власти на освобожденной партизанами территории, работу армейских и крестьянских съездов, создание органов управления партизанской армией.

Четвертый раздел «Восстановление Советской власти на территории Енисейской губернии (январь—декабрь 1920 гг.)». Документы характеризуют восстановление Советской власти и государственного аппарата в центре губернии и на местах, борьбу за восстановление народного хозяйства, против остатков белогвардейских банд.

В сборник не включены документы, характеризующие партизанское движение в Шиткинском районе бывшей Енисейской губернии, ныне входящем в состав Иркутской области, публикуются только документы, освещающие взаимодействие Северо-Канского и Шиткинского фронтов. Это нами сделано во избежание повторения документов в подготавливаемом сейчас к изданию сборнике Иркутского областного архива.

​​Лонге Ж., Зильбер Г. Террористы и охранка. Москва, 1924.

Из предисловия Жана Жореса: под заглавием «Террористы и полицейские» только что опубликован Жоржем Зильбером и другом моим Жаном Лонге труд о роли агентов-провокаторов в революционном движении вообще и об интригах русской царской полиции в частности.
Это документальная история преступлений Дегаева, Азефа, Гартинга и многих других.

Ярко и выпукло освещена та великая драма мысли и совести, которая постепенно нарастала в душах революционеров, призванных высказаться об Азефе, окруженном еще ореолом славы, нерушимым, почти сверхчеловеческим уважением.

Преступления русской контрреволюции уже историей оценены.

Я не собираюсь здесь оспаривать те мудрые и сильные выводы, которые сделали Зильбер и Лонге из этих событии по поводу тактики социалистов-революционеров в России. Я хочу лишь повторить вопрос, который я уже ставил неоднократно.

Как могут члены государственной думы утверждать, что мы несправедливы и не оцениваем уже достигнутые в России результаты?

Как они. могут говорить это, когда существует еще режим, охарактеризованный похождениями Азефа? Когда существует еще гнусная политика «ущемления», практиковавшаяся в продолжение всего царствования Александра III? Когда до сих пор продолжаются ужаснейшие преследования самой мирной проповеди идей свободы? Когда классически глупый Николай II на невинное и доверчивое хождение народа и рабочих к Зимнем дворцу отвечает положительно предумышленными расстрелами и убийствами, о которых один из великих князей еще накануне в одном из салонов Петрограда цинично распространялся, что он «пиф-паф» и разгонит всю эту сволочь? Когда тот же царь тотчас же после октябрьского манифеста, возвестившего конституцию, организует повсеместные погромы?

И, когда все эти жестокости, лицемерие и обман власти толкают наиболее экзальтированных борцов на террор и революцию, правительственные агенты-провокаторы осыпают их кровосочащиеся раны сильнейшим ядом!

​​Борьба за власть Советов в Астраханском крае (1917-1920 гг.). Астрахань, 1958-60.

Сборник документов «Борьба за власть Советов в Астраханском крае» (1917 — 1920 гг.) состоит из двух частей: «Установление Советской власти и начало гражданской войны в Астраханском крае» (март 1917 — ноябрь 1918 гг.) и «Оборона Астрахани и разгром интервентов и белогвардейцев в Астраханском крае» (декабрь 1918 — март 1920 гг.).

Первая часть состоит из трех разделов, соответствующих этапам борьбы:

1. Борьба за установление Советской власти в Астраханском крае ( март — октябрь 1917 г.),
2. Победа Великой Октябрьской социалистической революции и установление власти Советов в Астраханском крае (октябрь 1917 — февраль 1918 гг.),
3. Борьба за упрочение Советской власти и начало гражданской войны в Астраханском крае (февраль-ноябрь 1918 г.).

Вторая часть охватывает период с декабря 1918 г. по март 1920 г.

Сборник включает 425 документов, большая часть которых выявлена в фондах ЦГАСА и Государственного архива Астраханской области. Некоторое документы взяты из Центрального партийного архива НМЛ при ЦК КПСС, ЦГАОР и Астраханского областного партийного архива.

Пытаясь восполнить утраченные документы, составители использовали также материалы официальных изданий и местной периодической печати. Для полного освещения темы в сборнике вновь воспроизводится ряд документов из выпущенного в 1937 г. в г. Сталинграде документального сборника «Астраханский фронт гражданской войны и С. М. Киров», ставшего в данное время библиографической редкостью.

В настоящем сборнике помещены, разнообразные по своей разновидности документы: постановления, решения, воззвания советских, партийных и профсоюзных организаций, резолюции митингов и собраний рабочих, крестьян, солдат и матросов, директивы и приказы по частям и армиям, оперативные, разведывательные и политические сводки, газетные информации, корреспонденции, статьи и др. документы. Из них 310 публикуются впервые.

​​Брильон И. Н. Из воспоминаний террориста. Петроград, 1917.

Об авторе: Израиль Нисонович Брильон — член боевой организации партии эсеров. 17 августа 1905 года бросил бомбу в могилевского губернатора. Осужден Киевской судебной палатой, приговорен к восьми годам каторги. Заключение отбывал в Бутырке, Александровском централе, Зерентуе, Кадае, Кутомаре, на строительстве Амурской колесной дороги. В 1912 участвовал в Кутомарской трагедии, во время голодовки с товарищами переведен в Горный Зерентуй, предлагал провести террористический акт по отношению к начальнику Кутомарской тюрьмы Головкину, но осуществить план не удалось. В 1913 ушел на поселение, бежал в США. Вернулся в Россию летом 1917. Активно работал в партии эсеров. Летом 1918 командирован в Сибирь, где был схвачен и расстрелян по приказу атамана Калмыкова.

​​Астрахань и январские дни 1918 года. Астрахань, 1925.

Из предисловия: Октябрьский переворот в столице сразу решил вопрос о власти. Москва и Питер больше не возвращались к реставрационным попыткам и враг сразу понял, что нет никакой надежды на перемену и отступив из центра на окраины, начал здесь вить свои гнезда.

Провинция слабо верила в победу пролетарской революции и Красный Октябрь почти под самой Москвой шел с длительным запозданием. Калуга, находящаяся в 100 верстах от Москвы, запылала Октябрем лишь в декабре и то по вводе красногвардейцев из Тулы. Окраины еще с большим опозданием начинали стряхивать хомут Временного Правительства.

В Юго-Восточной окраине нашего государства мы видим группировку царского офицерства, старающегося использовать казачество, как в Крыму это сделано было с конными татарскими частями, которые еще в сентябре снимались с фронта и стягивались к себе на родину. Начинается подготовка и организация контрреволюции по единому плану и системе. Казаки в Астрахани зорко следят за железнодорожными путями сообщения. И с большим трудом тов. Долганову удается провезти полученные им в Казани пулеметы и патроны.

Волна Октябрьской революции сюда если и докатились, то настолько слабо, что не могла еще смыть вековых устоев, но политическая катастрофа, повергшая на обе лопатки Временное Правительство в Москве и Петрограде, смертельно глубоким отзвуком отдалась и по окраинам.

Доказательством этому служат печатаемые ниже воспоминания участников январских дней. Ярко-красной нитью через все воспоминания проходит широкое участие доподлинных рабочих и крестьянских сил в борьбе против носителей старых государственных форм.

​​Дело провокатора Окладского. Тридцать семь лет в охранке. Петроград, 1925.

Из предисловия: в настоящей книге собраны материалы по процессу Ивана Окладского (он же Петровский). Этот процесс один из самых выдающихся и необыкновенных в судебной практике. Поразительна в этом процессе необычайная длительность преступления: начало совершения его относится к концу 1880 года, а конец — к февралю 1917 года; следовательно, длилось оно тридцать шесть лет с лишним.

Необычайна и личность подсудимого. Рабочий, выдающийся революционер, участник покушений на цареубийство, соратник Желябова Иван Окладский был судим военным судом в октябре 1880 года по процессу шестнадцати. В последнем своем слове он сказал: «я не прошу и не нуждаюсь в смягчении моей участи; напротив, если суд смягчит свой приговор относительно меня, я приму это за оскорбление». 30 октября 1880 года Иван Окладский был присужден к лишению всех прав состояния и к смертной казни через повешение. 2 ноября царь заменил Окладскому смертную казнь ссылкой в каторжные работы без срока. В момент произнесения помилования революционер Иван Окладский духовно был мертв. Умер Иван Окладский, но появился на свет некий «Иван», постепенно превращавшийся. Иван стал Ивановым, потом Александровым, наконец потомственным почетным гражданином Иваном Александровичем Петровским. Этот потомственный почетный гражданин в начале ноября 1880 года стал предателем. Он купил физическую свою жизнь ценой предательства. Он рассказал правительству все, что он знал о революционном движении своего времени; назвал всех, кого мог; открыл неоткрытые революционные замыслы; указал квартиры, в которых были динамитная мастерская и революционная типография; опознавал всех, кого предъявляли ему; разъезжал с жандармами по улицам Петербурга и открывал революционеров; сидя в крепости, перестукивался с соседями и полученные сведения передавал властям. Он оказал огромные услуги царскому правительству в борьбе с революционным движением; об огромности и ценности этих услуг можно судить по тому совершенно необычайному факту, что русское правительство цареубийцу, смертника, а потом вечного каторжника, выпустило на свободу всего на всего через два года с небольшим со дня вынесения смертного приговора.

Превращение революционера рабочего Окладского в предателя и провокатора Окладского является психологической загадкой, которая разрешима только в плане боязни смерти. Я не верю ни одному слову в рассказе Окладского о жестоких истязаниях, которым он подвергался в крепости и которые сломили его твердую волю. Приходится взять под защиту царское правительство и царских приспешников конца 1880 и начала І88І годов и сказать, что зверства, измышленные Окладским, не могли иметь и не имели места в действительности. Чрезвычайно странным представляется стремление Окладского именно так объяснить свое предательство, когда есть иное и очень простое объяснение. Что же может быть страшнее смерти? Ведь это же страшнее ледяных ванн и побоев. Смерть для Окладского была неизбежна, но ему посулили жизнь за предательство. Он и купил жизнь этой ценой. С этого все и началось, а затем все пошло, как по маслу. Предательство за страх превратилось в предательство за совесть. Из соратника Желябова этот человек стал преданным сподвижником Дурново.

В настоящей книге дана обширная автобиография, которую написал Окладский в заключении. Этому своеобразному документу нельзя отказать в интересе, но несомненно он должен подвергнуться солидной исторической критике, прежде чем будет пущен в исследовательский оборот. Конечно, в нем немало фактических сообщений, больших подробностей, которые соответствуют действительности. Это все такие детали, которых измышлять не было исключительной надобности Окладскому. Но вымысел в его признаниях — налицо, и не в малом количестве, — на всех тех страницах, где Окладский стремится сознательно к преуменьшению своих преступлений и к оправданию их.

​​Дубина И. Д. Партизанское движение в Восточной Сибири. 1918-1920. Иркутск, 1967.

Из издательской аннотации: героической борьбе трудящихся Сибири с колчаковщиной посвящается данная брошюра. В ней описывается боевая деятельность партизанских отрядов Восточной Сибири, которые своими решительными действиями отвлекали на себя значительную часть колчаковских войск и войск интервентов и тем самым способствовали успешному наступлению Красной Армии на Восточном фронте.