​​Материалы к истории контр-революции. Том I. Погромы по официальным документам. Санкт-Петербург, 1908.

Том первый и единственный. Книга посвящена одной из наиболее темных страниц истории России Нового времени – еврейским погромам. Минск, Одесса, Киев, польские местечки, Южная Россия – такова была география погромов, которым посвящено множество официальных правительственных и следственных документов, опубликованных в настоящем издании.

Здесь представлена переписка между чиновниками и прочими официальными лицами во время погромов: сенаторами, градоначальниками, губернаторами и т.д. Публикуются судебные материалы, полицейские донесения. Основная часть книги связана с событиями октябрьских погромов 1905 г.

Сам факт публикации подобной книги, в принципе невероятный всего за несколько лет до того, свидетельствовал о необратимых изменениях, которые претерпевало русское общество и политический строй после 1905 года. Впрочем, издание очень быстро попало в список запрещенных книг и было изъято из продажи.

​​Нестроев Г. А. Из дневника максималиста. Париж, 1910.

С предисловием Владимира Львовича Бурцева. В книге значительное место, наряду с воспоминаниями, отводится теории максимализма, зародившегося в России сравнительно давно, но проявившегося в период русской революции. Союз Социалистов-Революционеров-Максималистов - представители наиболее крайнего течения (максимализм) русских социалистических партий, в основном эсеры. Считали необходимым стремиться к немедленному и полному (социалистическая программа Максимум) преобразованию общества на социалистических началах. Средствами для достижения этой цели признают террористические действия (нападения на административных лиц, полицию и экспроприации), как подготовительную стадию, и общее восстание, как конечную. Организованные группы максималистов появились в России с конца 1905 и произвели несколько крупных экспроприаций и террористических актов. Вскоре максимализм выродился в простое безыдейное разбойничество и был осужден всеми социалистическими партиями. В годы реакции максималисты сошли на нет. Возродились в 1917 году.

От автора: мои воспоминания — воспоминании рядового революционера, прошедшего все ступени работы — от самой трудной и "черной" до более "белой". Они касаются очень многих мест России и очень многих личностей, с которыми приходилось сталкиваться и жить вместе. Они касаются и тех безымянных героев, которых в таком количестве выдвинули 1905—6 годы.

В моих воспоминаниях им принадлежит первое слово.

Первое слово тем, кого враг трудового народа преследует, как разбойников и грабителей, и о ком даже "​друго​-враги" их говорили и писали так много неверного и извращенного.

Первое слово тем, кто в дни разгула реакции, победного хохота ​Столыпиновщины​, торжества красного царя Николая II, полного распада всех революционных сил, проповеди ​легализма​ и "малых дел", — кто в эти дни своими действиями вселял уверенность в душу живу великого русского народа, в ​неиссякаемость​ его творческих и боевых сил.

​​Беренштам В. В. Около политических. Из путевых впечатлений поездки в «гиблые места» - Якутскую область. Санкт-Петербург, 1908.

Из предисловия: настоящие​ заметки были написаны мною, как сводка путевых впечатлений поездки в Якутск на защиту по известному делу "о вооруженном восстании ​романовцев​". В феврале 1904 года политические ссыльные Якутской области, доведенные до полного отчаяния нелепыми по своей жестокости циркулярами министра ​вн​утренних дел Плеве и местной администрации, собрались в Якутске, вооружившись кто чем мог, и заперлись в доме инородца ​Романова​. Отсюда они предъявили местному губернатору ​Чаплину​ требование об отмене некоторых ​циркуляров​. Эти требования были самые умеренные и совершенно законные: отмена запрещения свиданий проезжающими, отмена запрещения каких бы то ни было отлучек с места водворения (к доктору, за покупками!) и, наконец, возвращение за казенный счет отбывших срок ссылки.

Ссыльные заявили, что не разойдутся, пока их требования не будут исполнены, что они готовы умереть, если эти их требования не будут удовлетворены. История окончилась печально: со стороны войск оказалось двое убитых, со стороны же забаррикадировавшихся политических - один убитый и несколько раненых. Политические были арестованы и преданы суду за вооруженное восстание.

Протест вызвал широкое сочувствие всех политических ссыльных. Из самых разнообразных мест ссылки иркутскому ген.-губернатору посыпались телеграммы, заявления о присоединении к требованиям товарищей. В Сибири это дело получило чрезвычайно широкую огласку и взволновало все население могучей реки Лены, по берегу которой были расселены ссыльные-политические.

Этим, вероятно, и объясняются некоторые "​горячие​" встречи по пути.

Всем 59-​ти​ подсудимым грозила вечная каторга. Фактически они пробыли в заключении всего около 1 1/2 года и были совершенно освобождены по почину самих властей. Протест "​романовцев​" сыграл большую роль в судьбе ссылки, т. к. указанные циркуляры были отменены.

Написал я свои путевые наброски по инициативе безвременно почившего уважаемого А. И. Богдановича ("А. Б."), одного из редакторов журнала "Мир Божий", где эти заметки и начались печатанием под заглавием "В гиблых местах", но были прерваны на половине, благодаря закрытию журнала. Первоначально, при существовании цензуры, они не могли появиться на страницах журнала, т. к. были запрещены цензором "Мира Божьего", и лишь в дни весны благополучно увидели свет...

​​Довольствие Красной армии. Москва, 1920.

Хронологический сборник узаконений и распоряжений по военному ведомству, объявленных с 1 декабря 1917 г. по 31 июля 1919 г.

​​Путна В. К. К Висле и обратно. Москва, 1927.

От автора: поход красных войск к Висле и Львову в 1020 году, явившийся ответом на вторжение польских войск в Советскую Украину, несомненно, представляет большой политический и военный интерес. Вооруженное столкновение буржуазно-помещичьей Польши с Советской Россией — незаурядное явление в истории войн, ибо это был один на первых ярких примеров ведения внешней войны революционной страной.

Я был участником нашей войны с Польшей в составе войск Западного фронта. Мое положение не давало мне возможности постоянно быть в курсе всех развертывавшихся событий в целом, - в поле моего зрения проходили лишь частные детали, Но, смею думать, для полноты картины, для всесторонности и глубины окончательного анализа, который, можно надеяться, когда-либо кем-нибудь будет произведен, достаточно важны и детали.

Итак, решаюсь писать. Ставя себе целью насколько возможно подробное освещение деятельности одного из войсковых соединений в летней кампании 1920 года на Западном фронте, я попытаюсь охарактеризовать также состояние и настроение красноармейской массы в целом, настроение и поступки начальствующего состава, — в надежде, что это послужит хотя бы некоторым материалом к изучению того сложного, трудно уловимого внутреннего фактора борьбы, который именуется моральным элементом.

​​Эйдеман Р. П., Меликов В. А. Армия в 1917 году. Москва, Ленинград, 1927.

Из текста: разложение царской армии началось задолго до Февральской революции. Экономически отсталая и в военно-техническом отношении слабо подготовленная Россия вступила в империалистическую войну как наемник англо-французского капитала, находясь в полной зависимости от последнего.

Если революция 1905 года была «генеральной репетицией» к великому Октябрю, то и революционное движение и восстания, которые прокатились по всем военным округам и охватили Балтийский и Черноморский флоты в 1905—1906 гг., были такой же генеральной репетицией полного разложения и уничтожения царской армии в 1917 году.

Ясные признаки разложения и потери боеспособности царских вооруженных сил появились еще задолго до февраля 1917 года. Уже в 1915—1916 годах стало совершенно очевидным, что царская армия как цельная, мощная, боевая сила перестала существовать. Шедшие с фронта сообщения красноречиво говорят, что уже в первые месяцы мировой войны обнаружились признаки того гигантского развала и распада царской армии, которые так отчетливо выявились в 1917 году.

​​Революция в Крыму. Сборник материалов к 10-й годовщине Октябрьской революции. Симферополь, 1927.

При составлении сборника поставлена задача изучения революционного движения в Крыму. Разработка отдельных вопросов велась не только на основании воспоминаний участников движения, но и была предпринята первая попытка разработки по сохранившимся, и только к 1927 году приведенным в некоторый порядок, документам. При составлении сборника использованы документы, находящиеся в Истпарте ОК ВКП(б), Крымцентроархиве и Музее Тавриды. Документы нуждаются еще в тщательном в дальнейшем изучении.

СОДЕРЖАНИЕ
Предисловие
М. Бунегин. Год борьбы за Советскую власть
И. Федосеев. Симферопопьский Совет Рабочих и Солдатских депутатов в 1917 году
П. Никольский. Симферопольский Городской Общественный Комитет
А. Мороз. Большевисткий переворот в Евпатории
Л. И. Ремпель и Г. Клещельский-Григорьев. Судороги врангелевщины в Феодосии
В. Андреич. Казарма на 8-й версте
Л. И. Ремпель. К истории Крымской "зеленой" Советской Повстанческой Армии
Хроника
Список источников

​​Хроника исторических событий на Дону, Кубани и в Черноморье. Ростов-на-Дону, 1939/41.

Революция и гражданская война на Дону, Кубани и Черноморье протекали в сложной обстановке. Наличие военного казацкого сословия с его особым административным, хозяйственным и бытовым укладом, многонациональность населения всех трех областей, — осложняли процесс развития социалистической революции и требовали от партийных организаций особого умения в работе, особой четкости в проведении ленинско-сталинской политики и тактики. Только неуклонное проведение ленинско-сталинской политики и тактики обеспечило победу -пролетариата и торжество Великой Социалистической Революции.

Издавая Хронику исторических событий, Истпарт ставит своей целью помочь партийному, советскому, профсоюзному и колхозному активу ознакомиться с характерными историческими событиями, происшедшими в 1917— 1920 гг. на Дону, Кубани и Черноморье. Знание исторических событий поможет активу разобраться в сложной обстановке классовой борьбы 1917— 1920 гг. и облегчит работу научным работникам в их научно-исследовательской деятельности при разработке краеведческих тем.

Первый выпуск Хроники знакомит читателя с событиями начиная с марта 1917 г. по март 1918 г., освещает борьбу за Великую Социалистическую революцию на Дону и Кубани. Второй выпуск освещает события с марта 1918 г. по апрель 1920 г., т. е. события первого периода Советской власти и периода гражданской войны.

Хроника составлена на основании материалов, имеющихся в Истпарте Ростовского Обкома ВКП(б) и материалов, подобранных еще окружными и Северо-Кавказским Истпартом. Для составления Хроники использованы не только советские газеты того времени, но и белогвардейские газеты, журналы.

​​Зубарева Л. А. Хлеб Прикамья. Ижевск, 1967.

Из аннотации: в годы иностранной интервенции и гражданской войны молодая Советская республика была отрезана многочисленными фронтами от основных сырьевых и продовольственных районов. Мировой империализм, свергнутые капиталисты и помещики, кулачество использовали голод в качестве одного из основных средств борьбы против диктатуры пролетариата. В этих чрезвычайных условиях государство рабочих и крестьян установило продовольственную диктатуру. Партия организовала «крестовый поход» революционных рабочих в деревню. Главный фронт борьбы за хлеб прошел через хлебородные области республики, одной из которых являлась Вятская губерния, располагавшая значительными запасами продовольствия. Здесь развернулась героическая борьба трудящихся, руководимых коммунистами и передовыми рабочими, за хлеб. Именно здесь, в Сарапульском уезде, впервые была предложена и испробована продовольственная разверстка как новый метод заготовки и затем распространен по всей стране. Об этой тяжелой и суровой борьбе рабочих и беднейшего крестьянства Удмуртии за хлеб, за социализм рассказывает книга, предлагаемая читателю.

​​Левидов М. Ю. К истории союзной интервенции в России. Ленинград, 1925.

От автора: данное исследование ограничивается подбором и прагматическим изложением материалов за период с октября 1917 по август 1918 гг., когда державы Антанты вели между собой переговоры о вмешательстве в дела Русской революции и совершали, в отдельности, абортивные попытки такого вмешательства. Этот том и является опытом политико-дипломатической хроники данных переговоров и попыток. Мне пришлось ограничиться подбором официального, официозного и газетного материала, но смею полагать, что этот материал подобран с достаточной полнотой.

Данная работа базируется почти целиком на иностранных материалах и, главным образом, на материалах самих интервентов. Наши, советские, материалы принимаются мной во внимание лишь постольку и в том виде, в каком они проникали в Западную Европу. Нашего читателя может, пожалуй, удивить старание доказать тот факт, что интервенция с самого начала имела в виду свержение Советской власти; для него этот факт в доказательствах не нуждается: он его чувствовал, так сказать, на собственной шкуре. Но нам важно установить характер, смысл и цели интервенции — именно материалами, показаниями и свидетельствами стороны, осуществлявшей интервенцию.

Данная работа не преследует агитационно-публицистических целей, чем и объясняется специфически-сухой характер изложения.

​​Восстание на броненосце «Князь Потемкин Таврический». Воспоминания, материалы и документы. Москва, Петроград, 1924.

Из предисловия: как начало, так и неудачный исход этого восстания отражает на себе все черты той бурной эпохи, когда приведенные в движение экономическими противоречиями встали массы, появились на исторической арене новые силы, не одиночки-герои, а десятки и сотни тысяч людей, рабочих и крестьян.

Наша партия, жившая в подполье, сразу же должна была перестроить ряды и повести в открытый бой с оружием в руках десятки тысяч людей. И она взялась за это, она не отказалась от этой задачи, но как и в январские дни в первые моменты борьбы партия не могла и в июне в Одессе взять руководство событиями в свои руки. Восстание окончилось неудачно. Однако было бы неправильно рассуждать, что это доказывало вред и утопичность тех задач, какие ставили себе черноморские матросы. Как раз наоборот, это доказывало одно, что и удачный исход восстаний получается только тогда, когда на опыте многочисленных неудачных попыток массы приучаются к борьбе, закаляются и создают, наконец, такую организацию и таких людей, которые ведут к победоносным битвам и наступлениям. Неорганизованность вышедшего из берегов массового движения, расстройство в рядах самой соц.-демократии, только что выходившей из подполья и не сумевшей еще приспособиться к новым условиям, наконец, оппортунистическая ограниченность правого крыла русской соц.-демократии, вредившая движению — все это, как в капле воды и отразилось в Одессе и во время стачек рабочих, начиная с январских дней и вовремя самого восстания на «Потемкине».

Эта сторона движения и показана во вводной статье к печатаемому материалу. И воспоминания Фельдмана и рассказы других участников восстания Матюшенки, Перелыгина, Прохорова и даже агентов правительства рисуют необыкновенный героизм массы в начале восстания, а телеграммы и донесения властей о восстании показывают беспомощность и растерянность правительства и боевое настроение рабочих масс в Одессе — все это — условия, казалось бы, победоносного восстания, но, с другой стороны, те же документы рисуют и дезорганизацию в рядах революционных групп, что и ускорило победу сначала растерявшегося и струсившего самодержавия.

​​Ярчук Е. З. Кронштадт в русской революции. Нью-Йорк, 1923.

От автора: тем, кто пролил свою кровь во время революции 1905 г. за полное освобождение пролетариата от ига капитала и власти, кого пачками расстреливали в дни реакции, кто выступил в феврале и июле 1917 г. против властителей мира, кто, как один человек, выступил на защиту Революции в Корниловские дни, кто гордо и смело выступил в октябре за торжество Социальной Революции, кто, дав себя на момент убаюкать лозунгами «пролетарского государства», скоро поднял свое оружие против новых властителей — большевиков, за третью революцию — истинно пролетарскую революцию — я посвящаю эту работу.

Пусть тот идеал, за который вы боролись, затоптан в грязи новой варварской властью. Пусть борцы гибнут в тюрьмах, чекистских подвалах и ссылках. Но настанет день, он идет, близится яркий свет победной борьбы, когда творцы жизни сбросят иго властей, когда зазвучит свободное слово в память погибших на пути к великому миру — анархии.

​​Очерк деятельности Всероссийского земского союза за границей. София, 1922.

Из введения: развитие деятельности Всероссийского Земского Союза за границей в том виде, как она ныне осуществляется, относится к первой половине 1920 года и совпадает с моментом Новороссийской эвакуации. Работа Союза за границей имела место еще во время Великой Европейской войны, когда Главным Комитетом в Москве были образованы, в целях снабжения учреждений Союза в России медикаментами, бельем, одеждой, обувью и др. предметами, представительства Комитета в разных странах. Задачи этих представительств ограничивались исключительно целями снабжения, и только значительно позже, с образованием на юге России Временного Главного Комитета В. 3. С., организовавшего за границей целый ряд новых представительств, в сферу деятельности последних были включены: 1) помощь эвакуированным за границу русским гражданам; 2) организация за границей различного рода фабрично-заводских предприятий с целями оказания помощи русским беженцам; 3) снабжение свободной от большевиков русской территории необходимыми товарами, отсутствовавшими на внутреннем рынке и 4) реализация за границей отправляемого Союзом из России сырья.

Все образованные Вр . Главным Комитетом представительства до момента Крымской эвакуации осуществляли свою работу самостоятельно, пользуясь лишь общими руководящими указаниями Комитета, находившегося в то время в Крыму; со времени падения Крыма (половина ноября 1920 г.) и переездом Комитета вместе с Русской Армией и беженцами в Константинополь, деятельность Земского Союза за границей проходила под непосредственным руководством Комитета.

В связи с этим, работу Союза за границей можно разделить на 2 периода: первый из них обнимает собою время от Новороссийской эвакуации (февраль — март 1920 г.) до половины ноября того же года, когда рухнул последний антибольшевистский фронт и Русская Армия, в продолжении 9 месяцев доблестно удерживавшая последний клочок родной земли от захвата большевиков, принуждена была покинуть Крым и на судах, вместе с десятками тысяч русских беженцев появиться на Константинопольском рейде; второй период деятельности Союза начинается с момента Крымской эвакуации и в настоящем очерке будет доведен до 1 января 1922 года.

Весьма благоприятным в деле помощи русским беженцам обстоятельством явилось последовавшее в Париже в январе 1921 года образование Российского Земско -Городского Комитета помощи российским гражданам заграницей. Полученные последним от Совещания Российских Послов и предоставленные им в распоряжение Всероссийского Земского Союза средства позволили Союзу развить целый ряд отраслей работы в деле помощи русским беженцам, осуществлявшихся, вследствие состоявшегося между обеими организациями соглашения от имени Российского Земско -Городского Комитета.

Помимо сего, бедственное положение русских беженцев не могло не привлечь к себе внимания иностранных благотворительных организаций, из которых главное место по размерам оказанной помощи занимал Американский Красный Крест. Значительная помощь была также оказана, главным образом, детям Международным Красным Крестом и частными русскими и иностранными благотворительными организациями.

Первые тяжелые моменты были изжиты, но неоднократно на протяжении всего 1921 г. Всероссийский Земский Союз стоял перед необходимостью сокращения своей деятельности по недостатку средств, и требовалось большое напряжение не только материальных, но и моральных сил, чтобы найти выход из создавшегося положения и в мере возможности прийти на помощь лишенным родины русским людям.

В заключение необходимо отметить, что работа Всероссийского Земского Союза как в России, так и заграницей носила строго аполитический характер и преследовала исключительно гуманитарные задачи, направленные на облегчение положения наших обездоленных соотечественников.

​​Борьба за Воронеж. Воронеж, 1939.

Из предисловия: 20 лет отделяет нас от того дня, когда Красная Армия, рабочие и крестьяне Воронежской области навсегда освободили город Воронеж и Воронежскую область от белых банд Мамонтова и Шкуро, навсегда прогнали белогвардейцев с нашей советской земли.

Незабываемы дни героических боев Красной Армии, а также рабочих и крестьян области с белогвардейцами и интервентами. Всем памятны стремительные удары красной конницы Буденного, памятны дни, когда воронежские рабочие и крестьяне под руководством коммунистической партии, под руководством товарищей Сталина, Ворошилова и Л.М. Кагановича громили белые полчища, дрались за свое освобождение, дрались за счастливое будущее. Уже в те годы, годы гражданской войны, выявилось немало героев, вписавших славные страницы в историю борьбы человечества за новый коммунистический строй.

​​Рожков Н. А. Судьбы русской революции. Санкт-Петербург, 1907.

В книге анализируется деятельность различных партий, социал-демократических фракций Государственной Думы, характеризуется общественно-политическая обстановка в России в 1905-1906 гг.

От автора: я не мог и не могу смотреть на русскую революцию иначе, как сквозь призму своих политических взглядов и убеждений. Отречься от них значило бы отказаться от собственной личности, ​совлечь​ с себя те индивидуальные особенности, которые мне свойственны, устранить то, ​что​ выработано всей предшествующей моей жизнью. Но мои ​политические​ убеждения тесно, неразрывно связаны с определенной научной теорией. Они сложились в связи с этой теорией и вырабатывались и крепли постепенно по мере того, как она ​усваивалась​ длинным и трудным путем. И уверенность в верности и прочности теоретических взглядов, не метафизических, не оторванных от действительности, обобщающих жизненные явления, дает основание верить и в правильность понимания хода великих событий свидетелями и участниками которых мы являемся, и в то, что ​политические​ убеждения в данном случае не ведут к искажению истины. Научное истолкование общественных явлений лежит в основе этой книжки. В мои задачи не входил фактический рассказ. Обобщение, понимание целого и его основных моментов — вот к чему я стремился.

​​1894-1905. Революционное движение в России в докладах министра Муравьева. Санкт-Петербург, 1907.

В настоящем издании опубликованы секретные документы, которые не были предназначены для широкого оглашения. Эти документы носят официальный характер, они имеют прямое отношение к истории политического сыска в России, борьбе властей с революционным движением, пик которого пришелся на начало XX века. В книге представлены полицейские отчеты обо всех «антирежимных» выступлениях, стачках и прочих делах о «государственных преступлениях», приведены сведения о разнообразных подпольных группировках и организациях. Хронологически расположенные материалы охватывают промежуток между 1894 и 1905 гг.

В книге опубликован перечень нелегальных изданий и типографий, разоблаченных между 1890 и 1900 г.г., а также список нелегальных «летучих» изданий, распространявшихся в среде рабочих в начале 1900-х г.г. Рассказывается о деятельности двух партий (по материалам полицейских расследований) - Польской социалистической партии и РСДРП. В последнем случае представлена краткая история этой партии на момент завершения Первой русской революции 1905-1907 гг.

В предисловии к изданию Л.Мартов анализирует документы, помещенные в книге и представляющие собой наиболее интересные материалы официальных ведомств, комментирует их особенности как источников, рассматривает «охранительное» законодательство той эпохи, характеризует революционную ситуацию данного периода. Л.Мартов был уверен, что если рабочее движение в России вновь будет загнано в подполье, а верх возьмет тайная полиция, то режим ждет печальная судьба, поскольку окажутся перекрыты последние способы выхода «революционного пара».

​​Дейч Л. Г. 16 лет в Сибири. Санкт-Петербург, 1906.

Лев Григорьевич Дейч (1855 — 1941) — деятель российского и международного социалистического движения, мемуарист, один из лидеров меньшевизма, один из основателей марксистской организации «Освобождение труда».

В 1880 году эмигрировал, но в 1884 году в Германии был арестован как уголовный преступник по делу о покушении на заподозренного в предательстве народника Николая Гориновича и выдан российским властям. Военным судом Дейч был приговорен к 13 годам и 4 месяцам каторги и поселению в Восточной Сибири. В 1885 году доставлен на Карийскую каторгу. На каторге и в ссылке пробыл до 1901 года, когда через Владивосток бежал в Мюнхен и примкнул к «Искре». Осенью 1905 г. вернулся в Россию.

В 1906 г. был арестован и сослан в Туруханский край, но по дороге бежал, вернулся в Петербург, в 1907 уехал за границу.

Октябрьскую революцию 1917 не принял, считал ее «авантюрой большевиков», поскольку «не только в нашей, но и в никакой из наиболее передовых стран невозможно было бы немедленное падение современного капиталистического строя и замена его социалистическим, т.к. для этого еще недостаточно развиты производственные и иные условия».

​​Витольдова-Лютык С. На Запад. Рига, 1931.

Окончание мемуаров Стефании Витольдовой-Лютык — жены офицера колчаковского Польского Легиона — о ее бегстве из Советской России. В книге «На Запад» описан четырехмесячный путь в Москву через Новониколаевск, Омск, Вологду в латышско-литовском эшелоне, пребывание в московском эвакуационном пункте и выезд в Литву.

В первой части мемуаров, книге «На Восток. Воспоминания времен Колчаковской эпопеи в Сибири в 1919-1920 гг.», описана эвакуация с семьей из-под Омска после сдачи города армией Колчака, поездка в Красноярск, захват польского эшелона красными, плен, работа в госпитале в Красноярске и возвращение семьи в Литву.

​​Большевистское подполье. Из истории пролетарской борьбы в Таганроге. 1918-1919 гг. Таганрог, 1926.

Из предисловия: ход революционных событий, после отступления красных в мае 1918 г., поставил подпольную парторганизацию в условия, когда она принуждена была расти и развиваться совершенно самостоятельно, т. е. вне зависимости и влияния от большевистской организации, отступившей за пределы Таганрогского округа под напором германских батальонов.

В силу ряда сложившихся обстоятельств, подпольная организация не получила от ушедших за рубеж товарищей никаких директив и указаний и, лишь под давлением событий, благодаря здоровому пролетарскому чутью, подпольщики сумели найти в себе мужество, а, главное, уменье нащупывать и проводить правильную линию партии в весьма сложной политической обстановке. Организация, в глухом подполье, сумела завоевать право на свое признание, как боевой части партии, как детище Октябрьской Революции, рожденное в буре побед и поражений.

Книга "Подполье" ярко рисует роль широких рабочих масс в борьбе партии против белогвардейской диктатуры. Ряд воистину героических-подвигов отдельных коммунистов научит молодое поколение, как нужно бороться за интересы своего класса; как нужно ненавидеть и презирать своих классовых врагов. Вот почему "Подполье" мы и посвящаем Таганрогскому Комсомолу.

​​Португейс С. И. Красная армия. Париж, 1931.

От автора: в предлагаемой книге я буду говорить только о тех явлениях в жизни красной армии, которыми она существенно и принципиально отличается от всех других современных армий. Отличия эти заключаются не в ее боевых, оперативных, технических и т.п. качествах, более или менее изученных в специальной литературе, а лишь в тех средствах и методах, при помощи которых советская власть и коммунистическая партия пытаются превратить нынешнюю русскую армию в армию "красную". Эта сторона в жизни русской армии еще ни разу не подвергалась систематическому изложению и анализу. Таким образом я буду говорить не столько о красной армии, сколько о красной армии. "Краснота" эта — явление весьма сложное, полное внутренних противоречий, зачастую вступающих в свою очередь в конфликт со специальными задачами армии, как организации военной защиты или нападения на возможных фронтах будущей войны.

Выявлению и анализу всех этих противоречий и посвящена значительная часть предлагаемой книги.

Я сознательно воздерживался от выводов и оценок, непосредственно не вытекающих из приводимых в книге материалов. А материалы эти — за одним исключением — целиком коммунистического происхождения. Довольно часто эти выводы и оценки прямо извлечены из заявлений самих военных коммунистов. Не желая их, однако, "ловить на слове", я не ограничиваюсь этими неосторожными и безотчетными признаниями самих деятелей красной армии и сопровождаю эти признания достаточным количеством вполне конкретных фактов из повседневной жизни воинских частей.

Как и в своей работе, посвященной коммунистической партии, я исходил при составлении данной книги из того, что каков бы ни был результат моих двухлетних кропотливых исследований, военный и штатский читатель во всяком случае получат достаточно полное собрание живых и поучительных материалов, которое даст ему возможность самостоятельно разобраться в вопросе, имеющем громадное значение для познания судеб российской коммунистической диктатуры.

​​Левин Д. Б. Октябрьская революция и Брестский мир. Москва, 1930.

Из введения: Брестский мир является первым прорывом, который внесла Октябрьская революция в международную капиталистическую систему, и наряду с этим он представляет собой первый крупный шаг советской внешней политики. В последнем отношении период Бреста носит на себе еще все следы того трудного и резкого перелома от взглядов подпольной революционной партии к политическому реализму стоящего у власти правительства, который, как описывает Чичерин, только еще совершался в самих вождях и руководителях пролетарского государства. В то время возможны были еще такие представления, как, например, идея Оболенского о перманентной революционной войне вплоть до победы революции во всем мире, и далеко не для всех еще была ясна выдвинутая Лениным перспектива одновременного сожительства двух миров.

В этом первом международном акте Октябрьской революции социалистическое государство впервые выдвинуло на мировой арене основные принципы демократической международной политики — принципы мира и самоопределения наций, которые в дальнейшем остаются неизменными началами советской внешней политики, и впервые практически применило их в борьбе против империализма. Вместе с тем это — первый акт дипломатической борьбы социалистического государства с империалистическими державами, в котором наметились система и методы советской дипломатии.

Исследовать Брестский мир именно под этим углом зрения и ставит своей задачей настоящая работа. В ней совершенно не затрагиваются такие вопросы, как, например, влияние Брестского мира на ход мировой войны и на взаимоотношении Антанты и Германии, политические взаимоотношения между самими участниками австро-германской империалистической коалиции и их внутреннее положение, борьба в нашей партии вокруг Брестского мира и т.д. — вопросы, которые неизбежно должны встать, и не в последнюю очередь, в плане исторического исследования. Здесь же задача строго ограничивается тем, чтобы показать: какое политическое содержание и какое функционально-классовое значение приобрели демократические принципы международной политики в первой грандиозной борьбе пролетарского государства с буржуазно-империалистическим миром, и как изменились формы борьбы пролетариата за эти принципы со времени Октябрьской революции, т.е. с того момента, когда пролетариат крупнейшей империалистической страны конституировался в государство.