Маамяги В. А. В огне борьбы (Красные эстонские стрелки). Москва, 1987.
Из текста: формирование эстонских частей Красной Армии — коммунистических стрелковых полков началось в марте 1918 г. в Петрограде. До начала освободительного похода Красной Армии в Прибалтику и Белоруссию в конце 1918 г. на территории Советской России было сформировано четыре эстонских полка. В ходе гражданской войны были сформированы новые полки. В марте 1919 г. все они были сведены в Эстляндскую стрелковую дивизию, вошедшую в состав Эстляндской армии. Летом 1919 г. дивизия переформировывается в Отдельную эстонскую стрелковую бригаду, которая в октябре 1919 г. вновь была развернута в Эстонскую стрелковую дивизию. В боях на Южном фронте она понесла большие потери, поэтому в марте 1920 г. дивизия была расформирована, а ее личный состав влит в 46-ю стрелковую дивизию.
Воины эстонских национальных частей Красной Армии самоотверженно сражались против мятежного чехословацкого корпуса и белогвардейцев на Уральском фронте, против иностранных интервентов на Севере, против белоэстонских частей и армии Юденича на северо-западе, против белополяков под Даугавпилсом (Двинском), против деникинцев на Южном фронте, участвовали в подавлении кулацких восстаний, а также в разгроме банд Махно на Украине.
Из текста: формирование эстонских частей Красной Армии — коммунистических стрелковых полков началось в марте 1918 г. в Петрограде. До начала освободительного похода Красной Армии в Прибалтику и Белоруссию в конце 1918 г. на территории Советской России было сформировано четыре эстонских полка. В ходе гражданской войны были сформированы новые полки. В марте 1919 г. все они были сведены в Эстляндскую стрелковую дивизию, вошедшую в состав Эстляндской армии. Летом 1919 г. дивизия переформировывается в Отдельную эстонскую стрелковую бригаду, которая в октябре 1919 г. вновь была развернута в Эстонскую стрелковую дивизию. В боях на Южном фронте она понесла большие потери, поэтому в марте 1920 г. дивизия была расформирована, а ее личный состав влит в 46-ю стрелковую дивизию.
Воины эстонских национальных частей Красной Армии самоотверженно сражались против мятежного чехословацкого корпуса и белогвардейцев на Уральском фронте, против иностранных интервентов на Севере, против белоэстонских частей и армии Юденича на северо-западе, против белополяков под Даугавпилсом (Двинском), против деникинцев на Южном фронте, участвовали в подавлении кулацких восстаний, а также в разгроме банд Махно на Украине.
👍8
John A. White. The Siberian Intervention. Princeton, 1950.
Из предисловия: в течение многих месяцев после революции ноября 1917 года иностранная интервенция в Сибири считалась неминуемой опасностью. Затем, весной 1918 года, она стала реальностью, и в течение почти двух лет представители ряда союзных стран участвовали в военной интервенции. К началу апреля 1920 года все войска, кроме японских, были выведены, и в течение следующих двух с половиной лет Советская Россия и Япония были главными участниками борьбы за владение дальневосточными районами бывшей Российской империи. Наконец, в октябре 1922 года, с уходом японцев, советское правительство впервые полностью вошло во владение российским тихоокеанским побережьем. Однако только в мае 1925 года Япония уступила Советам северную половину острова Сахалин.
Именно эта борьба за российский Дальний Восток, особенно этап, предшествовавший уходу всех, кроме японских войск, весной 1920 года, составляет тему и предмет этой книги. Эта тема была выбрана в качестве вводного исследования Советского Союза на Дальнем Востоке по ряду причин. Наиболее очевидной из них, конечно, является тот факт, что эта борьба является периодом перехода от имперского к советскому режиму и, следовательно, хронологически является естественным введением в общую тему. Кроме того, этот переходный период в необычной степени иллюстрирует значение российского Дальнего Востока в международной и, особенно, в дальневосточной арене силовой политики. Наконец, важность периода интервенции, так хорошо иллюстрируемого недавним празднованием годовщины его окончания, настолько велика, что он оставил свой след в последующей истории отношений как Советского Союза, так и других держав, имеющих владения и интересы в Восточной Азии или Тихоокеанском регионе.
Моей целью при проведении этого исследования было внести вклад в научное и объективное изучение периода и региона, которые до сих пор либо полностью игнорировались, либо описывались исключительно с партийной или специализированной точки зрения. Как и в случае с любым периодом революции или гражданской войны, на карту были поставлены важные вопросы, в результате чего личные и групповые конфликты были ожесточенными, страдания — огромными, а эмоциональные переживания — острыми и продолжительными. Эти факты повлияли как на современную, так и на последующую литературу по данной теме и вызвали столь ожесточенные споры по поводу некоторых событий борьбы, что практически любое однозначное заявление будет воспринято участниками и их сторонниками как предвзятое. Поэтому было бы чрезмерно ожидать, что изложенные здесь факты встретят всеобщее одобрение. Тем не менее, важность Советского Союза в современной международной жизни делает необходимым получить как можно больше информации об этом формирующем периоде его развития.
Из предисловия: в течение многих месяцев после революции ноября 1917 года иностранная интервенция в Сибири считалась неминуемой опасностью. Затем, весной 1918 года, она стала реальностью, и в течение почти двух лет представители ряда союзных стран участвовали в военной интервенции. К началу апреля 1920 года все войска, кроме японских, были выведены, и в течение следующих двух с половиной лет Советская Россия и Япония были главными участниками борьбы за владение дальневосточными районами бывшей Российской империи. Наконец, в октябре 1922 года, с уходом японцев, советское правительство впервые полностью вошло во владение российским тихоокеанским побережьем. Однако только в мае 1925 года Япония уступила Советам северную половину острова Сахалин.
Именно эта борьба за российский Дальний Восток, особенно этап, предшествовавший уходу всех, кроме японских войск, весной 1920 года, составляет тему и предмет этой книги. Эта тема была выбрана в качестве вводного исследования Советского Союза на Дальнем Востоке по ряду причин. Наиболее очевидной из них, конечно, является тот факт, что эта борьба является периодом перехода от имперского к советскому режиму и, следовательно, хронологически является естественным введением в общую тему. Кроме того, этот переходный период в необычной степени иллюстрирует значение российского Дальнего Востока в международной и, особенно, в дальневосточной арене силовой политики. Наконец, важность периода интервенции, так хорошо иллюстрируемого недавним празднованием годовщины его окончания, настолько велика, что он оставил свой след в последующей истории отношений как Советского Союза, так и других держав, имеющих владения и интересы в Восточной Азии или Тихоокеанском регионе.
Моей целью при проведении этого исследования было внести вклад в научное и объективное изучение периода и региона, которые до сих пор либо полностью игнорировались, либо описывались исключительно с партийной или специализированной точки зрения. Как и в случае с любым периодом революции или гражданской войны, на карту были поставлены важные вопросы, в результате чего личные и групповые конфликты были ожесточенными, страдания — огромными, а эмоциональные переживания — острыми и продолжительными. Эти факты повлияли как на современную, так и на последующую литературу по данной теме и вызвали столь ожесточенные споры по поводу некоторых событий борьбы, что практически любое однозначное заявление будет воспринято участниками и их сторонниками как предвзятое. Поэтому было бы чрезмерно ожидать, что изложенные здесь факты встретят всеобщее одобрение. Тем не менее, важность Советского Союза в современной международной жизни делает необходимым получить как можно больше информации об этом формирующем периоде его развития.
👍2
Даурец Н. П. Семеновские застенки (записки очевидца). Харбин, 1921.
Из предисловия: предлагаемая читателям книжка имеет ту особую ценность, что автор ее не человек партий, а простой офицер. Но бурные годы войны и революции бросили его, как тысячи других русских граждан, в гущу трагических событий, разыгрывавшихся во всех уголках русской земли, И он стал невольным участником событий в Забайкалье, которые составят одну из самых кровавых и отвратительных страниц истории наших дней и которые связаны с именем Семенова.
Игрою случая простой казачий офицер, ни по происхождению, ни по воспитанию совершенно не подготовленный к какой-либо административной деятельности выше какого-нибудь захолустного полицейского пристава, был вознесен на положение командующего войсками и правителя одной из больших областей. Он сделался орудием влияния иностранной державы и оспаривал права образовывавшихся органов верховной власти как во всероссийском, так и в областном масштабе.
Невежественный в юридических и административных делах, он все органы управления низвел до уровня канцелярий казачьей сотни и полицейского участка, и возвысил роль гауптвахты — «губы» — и каталажки с ее мордобоем и нагайкой до значения органов верховного управления. Отсутствие же морального авторитета влекло отсутствие элементарного порядка и дисциплины, несмотря на беспрерывные порки, расстрелы, истязания. В этом аду ужасов казни и самосуды были повседневным способом сведения личных счетов, захвата денег и имущества, удовлетворения грубых инстинктов, делания карьеры.
Из предисловия: предлагаемая читателям книжка имеет ту особую ценность, что автор ее не человек партий, а простой офицер. Но бурные годы войны и революции бросили его, как тысячи других русских граждан, в гущу трагических событий, разыгрывавшихся во всех уголках русской земли, И он стал невольным участником событий в Забайкалье, которые составят одну из самых кровавых и отвратительных страниц истории наших дней и которые связаны с именем Семенова.
Игрою случая простой казачий офицер, ни по происхождению, ни по воспитанию совершенно не подготовленный к какой-либо административной деятельности выше какого-нибудь захолустного полицейского пристава, был вознесен на положение командующего войсками и правителя одной из больших областей. Он сделался орудием влияния иностранной державы и оспаривал права образовывавшихся органов верховной власти как во всероссийском, так и в областном масштабе.
Невежественный в юридических и административных делах, он все органы управления низвел до уровня канцелярий казачьей сотни и полицейского участка, и возвысил роль гауптвахты — «губы» — и каталажки с ее мордобоем и нагайкой до значения органов верховного управления. Отсутствие же морального авторитета влекло отсутствие элементарного порядка и дисциплины, несмотря на беспрерывные порки, расстрелы, истязания. В этом аду ужасов казни и самосуды были повседневным способом сведения личных счетов, захвата денег и имущества, удовлетворения грубых инстинктов, делания карьеры.
👍9
Зубелевич Ю. М. Кронштадт в 1906 году. Воспоминания революционерки. Кронштадт, 1917.
Воспоминания знаменитой эсерки о Кронштадтском восстании 1906 года, его подготовке, начале, развитии и крушении. Юлия Зубелевич (партийные клички: "Даша Кронштадтская" и "Дашенька Военная") - член партии социалистов-революционеров с 1904 года. В 1906 году под именем Ольги Насоновой принимала участие в организации Кронштадтского восстания. Справка Департамента полиции характеризовала автора так: „«Дашенька» это полька, «цекистка», боевичка, участвовала во многих покушениях в Петербурге и на Юге, выслана была в Оренбург из С.-Петербурга за принадлежность к Всероссийскому железнодорожному союзу и прибыла сюда с этапом 17 мая 1907 года и ввиду ея болезненного состояния была помещена в Губернскую больницу, из которой в ту же ночь была похищена <...> Так как ей грозила смертная казнь, то «Карл» – Трауберг,.. решил спасти её и для этого послал трех боевиков, которые, произведя вооруженное нападение на тюремную больницу, увезли «Дашеньку»“. Уже в Советской России Зубелевич несколько раз арестовывалась; после последней ссылки в марте 1924 года выехала в Польшу, где занималась педагогической деятельностью.
Воспоминания знаменитой эсерки о Кронштадтском восстании 1906 года, его подготовке, начале, развитии и крушении. Юлия Зубелевич (партийные клички: "Даша Кронштадтская" и "Дашенька Военная") - член партии социалистов-революционеров с 1904 года. В 1906 году под именем Ольги Насоновой принимала участие в организации Кронштадтского восстания. Справка Департамента полиции характеризовала автора так: „«Дашенька» это полька, «цекистка», боевичка, участвовала во многих покушениях в Петербурге и на Юге, выслана была в Оренбург из С.-Петербурга за принадлежность к Всероссийскому железнодорожному союзу и прибыла сюда с этапом 17 мая 1907 года и ввиду ея болезненного состояния была помещена в Губернскую больницу, из которой в ту же ночь была похищена <...> Так как ей грозила смертная казнь, то «Карл» – Трауберг,.. решил спасти её и для этого послал трех боевиков, которые, произведя вооруженное нападение на тюремную больницу, увезли «Дашеньку»“. Уже в Советской России Зубелевич несколько раз арестовывалась; после последней ссылки в марте 1924 года выехала в Польшу, где занималась педагогической деятельностью.
👍5
Ген. Лебель. Как противодействовать социалистической пропаганде в армии. Санкт-Петербург, 1907.
От переводчиков: еще со времен Фридриха Великого наша армия во многом брала пример с пруcсаков. Особенно же престиж немцев возрос после их побед над австрийцами в 1866 г. и французами в 1870-71 гг. Действительно, германские офицеры работают неустанно не только в казармах и в поле, обучая солдат, но и двигают вперед военную науку.
Японцы многое скопировали с германцев, блистательно усвоили их наступательные принципы, но не забыли при этом позаимствовать полезные стороны даже старинных Суворовских заветов, в то время, как мы, русские, продолжали держаться, «аки слепой стены», только устаревшей, односторонне понимаемой, поговорки «пуля дура — штык молодец». Этот принцип, совершенно справедливый для кремневых ружей, теперь окончательно дискредитирован генерал-лейтенантом Гамильтоном.
Читая предлагаемый труд ген. Лебеля, поражаешься, встречая много мыслей совершенно однородных с мыслями капитана Дюрьи, высказанными им в «Унтер-офицере современной армий». Республиканский военный писатель и генерал Императорской Германской армии сходятся во многом! На обоих берегах Рейна пришли к одинаковым выводам для борьбы с разъедающею все государства проповедью социализма, поэтому предлагаемый перевод книжки генерала Лебеля представляет несомненно высокий интерес и достоин быть настольным руководством для каждого офицера, желающего принести и свою посильную лепту для борьбы с вредною пропагандою.
От переводчиков: еще со времен Фридриха Великого наша армия во многом брала пример с пруcсаков. Особенно же престиж немцев возрос после их побед над австрийцами в 1866 г. и французами в 1870-71 гг. Действительно, германские офицеры работают неустанно не только в казармах и в поле, обучая солдат, но и двигают вперед военную науку.
Японцы многое скопировали с германцев, блистательно усвоили их наступательные принципы, но не забыли при этом позаимствовать полезные стороны даже старинных Суворовских заветов, в то время, как мы, русские, продолжали держаться, «аки слепой стены», только устаревшей, односторонне понимаемой, поговорки «пуля дура — штык молодец». Этот принцип, совершенно справедливый для кремневых ружей, теперь окончательно дискредитирован генерал-лейтенантом Гамильтоном.
Читая предлагаемый труд ген. Лебеля, поражаешься, встречая много мыслей совершенно однородных с мыслями капитана Дюрьи, высказанными им в «Унтер-офицере современной армий». Республиканский военный писатель и генерал Императорской Германской армии сходятся во многом! На обоих берегах Рейна пришли к одинаковым выводам для борьбы с разъедающею все государства проповедью социализма, поэтому предлагаемый перевод книжки генерала Лебеля представляет несомненно высокий интерес и достоин быть настольным руководством для каждого офицера, желающего принести и свою посильную лепту для борьбы с вредною пропагандою.
👍5
Минор О. С. Это было давно... (Воспоминания солдата революции). Париж, 1933.
Воспоминания народовольца Осипа Соломоновича Минора, эмигрировавшего из России в 1919 г., были написаны им для газеты «Русский Солдат-Гражданин во Франции», издававшейся в Париже в 1917–1921 гг. и обслуживавшей многотысячную массу солдат русского экспедиционного корпуса и военнопленных, перекинутых из Германии во Францию после перемирия.
Воспоминания печатались небольшими отрывками на протяжении 31-го номера газеты (апрель-ноябрь 1919 г.). Ограниченные размеры этого скромного издания и состав его читательской аудитории определили до известной степени характер этих воспоминаний, заставив автора выбрать из богатой истории своего революционного прошлого лишь немногие особенно яркие странички из своего богатого революционного прошлого, наполненного долгими годами, проведенными на каторге и в ссылке. Рассказывая о событиях, участником которых являлся он сам, автор менее всего выделяет свою личную роль, акцентируя внимание на интересах общего дела, которому он был беззаветно предан. Но даже в таком виде эти воспоминания быт отмечены в московском журнале Общества Политических Каторжан и Ссыльных-Поселенцев, как представляющие «наибольший интерес» из всей зарубежной мемуарной литературы, относящейся к народовольческой эпохе.
Читать и скачать книгу
Воспоминания народовольца Осипа Соломоновича Минора, эмигрировавшего из России в 1919 г., были написаны им для газеты «Русский Солдат-Гражданин во Франции», издававшейся в Париже в 1917–1921 гг. и обслуживавшей многотысячную массу солдат русского экспедиционного корпуса и военнопленных, перекинутых из Германии во Францию после перемирия.
Воспоминания печатались небольшими отрывками на протяжении 31-го номера газеты (апрель-ноябрь 1919 г.). Ограниченные размеры этого скромного издания и состав его читательской аудитории определили до известной степени характер этих воспоминаний, заставив автора выбрать из богатой истории своего революционного прошлого лишь немногие особенно яркие странички из своего богатого революционного прошлого, наполненного долгими годами, проведенными на каторге и в ссылке. Рассказывая о событиях, участником которых являлся он сам, автор менее всего выделяет свою личную роль, акцентируя внимание на интересах общего дела, которому он был беззаветно предан. Но даже в таком виде эти воспоминания быт отмечены в московском журнале Общества Политических Каторжан и Ссыльных-Поселенцев, как представляющие «наибольший интерес» из всей зарубежной мемуарной литературы, относящейся к народовольческой эпохе.
Читать и скачать книгу
👍6
Ермаковский Д. И. Туруханский бунт. Москва, Ленинград, 1930.
8 декабря 1908 года 20 политических ссыльных (9 анархистов, 6 социал-демократов, эсер, польский социалист, 3 беспартийных) на станке Осиново начали вооруженное выступление для сведения счетов с наиболее ненавистными стражниками, освобождения арестованных товарищей и побега по побережью Северного Ледовитого океана за границу. Продвигаясь на север, ссыльные освободили ряд заключенных, убили трех стражников, помощника станового пристава, ссыльного-провокатора, купца, ограбили четырех торговцев. В Туруханске 20 декабря они разгромили канцелярию станового пристава, изъяли казенные деньги, сожгли архив.
Местное население, от которого восставшие требовали лошадей, оленей, теплую одежду, оказалось деморализованным. 4 января 1909 года Николай II объявил о введении в Туруханском крае военного положения. Для поимки беглецов сформировали отряд из 40 добровольцев; кроме того, 320 казаков и солдат разместили в селениях по Енисею и Ангаре. 5 февраля в Хатанге беглецы были настигнуты и после короткого боя взяты в плен.
8 декабря 1908 года 20 политических ссыльных (9 анархистов, 6 социал-демократов, эсер, польский социалист, 3 беспартийных) на станке Осиново начали вооруженное выступление для сведения счетов с наиболее ненавистными стражниками, освобождения арестованных товарищей и побега по побережью Северного Ледовитого океана за границу. Продвигаясь на север, ссыльные освободили ряд заключенных, убили трех стражников, помощника станового пристава, ссыльного-провокатора, купца, ограбили четырех торговцев. В Туруханске 20 декабря они разгромили канцелярию станового пристава, изъяли казенные деньги, сожгли архив.
Местное население, от которого восставшие требовали лошадей, оленей, теплую одежду, оказалось деморализованным. 4 января 1909 года Николай II объявил о введении в Туруханском крае военного положения. Для поимки беглецов сформировали отряд из 40 добровольцев; кроме того, 320 казаков и солдат разместили в селениях по Енисею и Ангаре. 5 февраля в Хатанге беглецы были настигнуты и после короткого боя взяты в плен.
👍12
Китанина Т. М. Война, хлеб и революция. Продовольственный вопрос в России. 1914 — октябрь 1917 г. Ленинград, 1985.
Из аннотации: монография посвящена изучению политики царизма и Временного правительства в области государственного регулирования продовольственного положения в стране в годы первой мировой войны. На основе обширного документального материала, значительная часть которого впервые вводится в научный оборот, в книге рассмотрен ряд проблем, связанных с системой государственных закупок и распределения продовольствия. В монографии раскрывается антинародный, классовый характер проводимого царизмом и Временным правительством продовольственного курса. Особое внимание уделено борьбе возглавляемой В. И. Лениным партии большевиков за революционно-демократическое разрешение продовольственного кризиса, что во многом способствовало росту революционности и сплочению пролетарских масс города и деревни в преддверии событий Великого Октября.
Из аннотации: монография посвящена изучению политики царизма и Временного правительства в области государственного регулирования продовольственного положения в стране в годы первой мировой войны. На основе обширного документального материала, значительная часть которого впервые вводится в научный оборот, в книге рассмотрен ряд проблем, связанных с системой государственных закупок и распределения продовольствия. В монографии раскрывается антинародный, классовый характер проводимого царизмом и Временным правительством продовольственного курса. Особое внимание уделено борьбе возглавляемой В. И. Лениным партии большевиков за революционно-демократическое разрешение продовольственного кризиса, что во многом способствовало росту революционности и сплочению пролетарских масс города и деревни в преддверии событий Великого Октября.
👍7
Ширский П. Восстание 2-го Урупского казачьего полка в 1905 году. Екатеринодар, 1917.
От автора: восстание 2-го Урупского казачьего полка остается одним из ярких эпизодов революционной борьбы на Кубани. Когда восстание было ликвидировано и вожаки восстания пошли в каторгу, я описал события на основании рассказов самих участников и по данным судебного следствия. В 1907 году рукопись была передана мною В. Бурцеву с просьбой напечатать ее заграницей. Статья была напечатана в № 7 «Былого» в Париже.
Желая сохранить память о славном выступлении Урупцев, я выпускаю эту статью отдельным изданием.
Предводитель восстания урядник Алексей Сазонтович Курганов 4 марта 1917 года освобожден народом из Тобольской каторжной тюрьмы и вернулся к себе на родину в станицу Псебайскую. Ему я и посвящаю настоящую книгу.
От автора: восстание 2-го Урупского казачьего полка остается одним из ярких эпизодов революционной борьбы на Кубани. Когда восстание было ликвидировано и вожаки восстания пошли в каторгу, я описал события на основании рассказов самих участников и по данным судебного следствия. В 1907 году рукопись была передана мною В. Бурцеву с просьбой напечатать ее заграницей. Статья была напечатана в № 7 «Былого» в Париже.
Желая сохранить память о славном выступлении Урупцев, я выпускаю эту статью отдельным изданием.
Предводитель восстания урядник Алексей Сазонтович Курганов 4 марта 1917 года освобожден народом из Тобольской каторжной тюрьмы и вернулся к себе на родину в станицу Псебайскую. Ему я и посвящаю настоящую книгу.
👍6
Изнанка революции. Вооруженное восстание в России на японские средства. Санкт-Петербург, 1906.
Скандальная публикация документов о деятельности японских спецслужб по организации революции 1905 г. в России. В ней приведены фотокопии писем, которыми в первой половине 1905 г. обменивался бывший японский военный атташе в России полковник Акаси Мотодзиро (1864-1919) с Конни Циллиакусом (лидером Финляндской партии активного сопротивления) и Георгием Деканозовым (главой Партии грузинских социал-федералистов). На прямое финансирование этих групп Япония передала за почти полтора года войны не менее 1 млн. иен; Мотодзиро организовал поставку оружия финским и кавказским сепаратистам. Приведены четыре факсимиле документов. Документы эти были добыты И.Ф. Манасевич-Мануйловым — начальником Отделения по розыску о международном шпионстве Особого отдела Департамента полиции — в японской дипломатической миссии в Париже. Ему же удалось внедрить своих агентов в посольства Японии в Гааге, Лондоне, Вене и Стокгольме, а также организовать внутреннее и наружное наблюдение за сотрудниками японских консульств в Амстердаме, Антверпене, Марселе…
Из предисловия: в русском обществе уже давно ходили толки о том, что совпадением наших неудач в войне на Дальнем Востоке с ростом у нас, дома, революционного движения мы в значительной мере обязаны японцам и что деньги на вооруженное восстание черпаются русскими революционерами из японской казны. Народное чутье не ошиблось. И японцы и русские революционеры в циничном безразличии в выборе средств борьбы оказались достойны друг друга. Одни славу своего оружия запятнали грязью подкупа, другие великое слово свободы осквернили продажей своей родины.
Пред вами документы неоспоримой подлинности, не оставляющие никаких сомнений о том, что поднятое русскими людьми против своего правительства оружие куплено на японские деньги. Мы печатаем эти документы в переводе, некоторые, в доказательство подлинности их — в рукописных оттисках. Пусть всему миру будет известно, с кем имеет дело белая раса, пусть Россия знает, кто смеет приписывать себе ея освобождение.
Скандальная публикация документов о деятельности японских спецслужб по организации революции 1905 г. в России. В ней приведены фотокопии писем, которыми в первой половине 1905 г. обменивался бывший японский военный атташе в России полковник Акаси Мотодзиро (1864-1919) с Конни Циллиакусом (лидером Финляндской партии активного сопротивления) и Георгием Деканозовым (главой Партии грузинских социал-федералистов). На прямое финансирование этих групп Япония передала за почти полтора года войны не менее 1 млн. иен; Мотодзиро организовал поставку оружия финским и кавказским сепаратистам. Приведены четыре факсимиле документов. Документы эти были добыты И.Ф. Манасевич-Мануйловым — начальником Отделения по розыску о международном шпионстве Особого отдела Департамента полиции — в японской дипломатической миссии в Париже. Ему же удалось внедрить своих агентов в посольства Японии в Гааге, Лондоне, Вене и Стокгольме, а также организовать внутреннее и наружное наблюдение за сотрудниками японских консульств в Амстердаме, Антверпене, Марселе…
Из предисловия: в русском обществе уже давно ходили толки о том, что совпадением наших неудач в войне на Дальнем Востоке с ростом у нас, дома, революционного движения мы в значительной мере обязаны японцам и что деньги на вооруженное восстание черпаются русскими революционерами из японской казны. Народное чутье не ошиблось. И японцы и русские революционеры в циничном безразличии в выборе средств борьбы оказались достойны друг друга. Одни славу своего оружия запятнали грязью подкупа, другие великое слово свободы осквернили продажей своей родины.
Пред вами документы неоспоримой подлинности, не оставляющие никаких сомнений о том, что поднятое русскими людьми против своего правительства оружие куплено на японские деньги. Мы печатаем эти документы в переводе, некоторые, в доказательство подлинности их — в рукописных оттисках. Пусть всему миру будет известно, с кем имеет дело белая раса, пусть Россия знает, кто смеет приписывать себе ея освобождение.
👍5
Б. П. Козьмин. С. В. Зубатов и его корреспонденты. Среди охранников, жандармов и провокаторов. Москва, Ленинград, 1928.
Работа представляет собой первую публикацию документов из личного архива С. В. Зубатова. В основном это переписка с коллегами по работе – С. Э. Зволянским, А. А. Лопухиным, Е. К. Климовичем, В. В. Ратко, А. И. Войлошниковым, рабочим Ф. А. Слеповым. По характеристике автора, «все они очень видные фигуры в политическом розыске, вписавшие своей деятельностью немало гнусных страниц в черную книгу злодейств и преступлений старого режима». Б. П. Козьмин уделяет пристальное внимание переписке С. В. Зубатова с редактором журнала «Былое» В. Л. Бурцевым, подвергая анализу их взгляды; комментирует публицистические статьи первого на страницах журнала «Гражданин» в 1906–1907 гг.
Работа представляет собой первую публикацию документов из личного архива С. В. Зубатова. В основном это переписка с коллегами по работе – С. Э. Зволянским, А. А. Лопухиным, Е. К. Климовичем, В. В. Ратко, А. И. Войлошниковым, рабочим Ф. А. Слеповым. По характеристике автора, «все они очень видные фигуры в политическом розыске, вписавшие своей деятельностью немало гнусных страниц в черную книгу злодейств и преступлений старого режима». Б. П. Козьмин уделяет пристальное внимание переписке С. В. Зубатова с редактором журнала «Былое» В. Л. Бурцевым, подвергая анализу их взгляды; комментирует публицистические статьи первого на страницах журнала «Гражданин» в 1906–1907 гг.
👍9
Айнзафт С. С. Зубатовщина и гапоновщина. Москва, 1925.
Книга «Зубатовщина и гапоновщина» С. Айнзафта представляет собой исторический анализ двух связанных явлений в рабочем движении России начала XX века: «зубатовщины» — политики «полицейского социализма» и легальных рабочих организаций под контролем полиции, призванных ограничить рабочее движение рамками экономической борьбы (что не помешало зубатовским организациям провести целый ряд масштабных забастовок), и «гапоновщины» — аналогичного движения, возглавляемого священником Георгием Гапоном, ставшего в итоге катализатором Первой русской революции 1905-1907 годов.
Интересно, что и зубатовскую, и гапоновскую организации автор рассматривает как вполне органичные этапы развития рабочего движения, при этом крайне скептически относясь к версии о «провокаторской природе» деятельности Гапона — версии, которая спустя несколько лет после выхода этой книги станет «единственно верной». Соблюдая все приличествующие эпохе нормы социалистической риторики, Айнзафт старается выдерживать максимально возможную объективность — в частности, все обширное авторское предисловие полностью посвящено полемике с рецензией на предыдущие издания М. Н. Покровского, сторонника максимального размежевания с «наукой буржуазной», заместителя наркома просвещения СССР и инициатора чисток в научных кругах (т.н. «Академического дела»).
Книга «Зубатовщина и гапоновщина» С. Айнзафта представляет собой исторический анализ двух связанных явлений в рабочем движении России начала XX века: «зубатовщины» — политики «полицейского социализма» и легальных рабочих организаций под контролем полиции, призванных ограничить рабочее движение рамками экономической борьбы (что не помешало зубатовским организациям провести целый ряд масштабных забастовок), и «гапоновщины» — аналогичного движения, возглавляемого священником Георгием Гапоном, ставшего в итоге катализатором Первой русской революции 1905-1907 годов.
Интересно, что и зубатовскую, и гапоновскую организации автор рассматривает как вполне органичные этапы развития рабочего движения, при этом крайне скептически относясь к версии о «провокаторской природе» деятельности Гапона — версии, которая спустя несколько лет после выхода этой книги станет «единственно верной». Соблюдая все приличествующие эпохе нормы социалистической риторики, Айнзафт старается выдерживать максимально возможную объективность — в частности, все обширное авторское предисловие полностью посвящено полемике с рецензией на предыдущие издания М. Н. Покровского, сторонника максимального размежевания с «наукой буржуазной», заместителя наркома просвещения СССР и инициатора чисток в научных кругах (т.н. «Академического дела»).
👍9