Оценить практичный гений Шютте-Лихоцки могли не только жители Франкфурта — в 1930 году она вместе с группой архитекторов под руководством все того же Эрнста Мая отправилась в СССР. В команду входил и муж Маргарете Вильгельм Шютте. Май успел поучаствовать в конкурсе на разработку генплана Москвы, но главным образом занимался тем, что строил так называемые соцгородки — в Магнитогорске, Новокузнецке (тогда он назывался Сталинск), Кемерово и других промышленных центрах СССР.

Отношения немецких архитекторов с советскими чиновниками складывались не волшебно, и в 1933 году Май уехал в Африку, а Маргарете с мужем вскоре перебрались в Стамбул, где в то время базировались многие эмигранты, бежавшие от нацизма. Там она познакомилась с Гербертом Эйхольцером — австрийским архитектором и сторонником левых взглядов. Считается, что отношения их были скорее дружескими, чем романтическими, но в 1940 году Шютте-Лихоцки оставила мужа, чтобы вместе с Эйхольцером вернуться на родину и присоединиться к сопротивлению. План провалился — их немедленно арестовали, Эйхольцера расстреляли, а Маргарете провела следующие четыре года в тюрьме.

”Главной задачей архитектора должна быть борьба за ту социальную структуру, без которой его идеи не могут быть реализованы”, — писала Маргарете в 1945 году. В послевоенные годы она успела поработать во многих странах соцлагеря — от Болгарии до Кубы, а вот власти ее родной Австрии не спешили с заказами — Шютте-Лихоцки никогда не скрывала симпатий к социализму, а во время начавшейся холодной войны такие взгляды не приветствовались.

Маргарете умерла в 2000 году, не дожив всего несколько дней до своего 103-летия. К этому времени она уже успела получить множество наград — архитектурных, а также и за вклад в борьбу за мир и против нацизма. Но, к сожалению, мы едва ли можем сказать, что этой неординарной женщине удалось реализовать свой потенциал на все сто процентов.

Довольно неожиданный интерьер Тома Йорка из Radiohead и его жены-итальянки Даяны Рончионе. В 350-метровом (не считая 180 м² террас) пентхаусе когда-то жил писатель Итало Кальвино. Но вся «старина» на фотографиях — работа дизайнера Серены Миньятти. От обстановки, в которой жил Кальвино, не осталось вообще ничего, и единственное, что связывает с ним новых хозяев, — это библиотека, которая находится на том же месте, где прежде был кабинет писателя.

Интерьер в духе ваби-саби Миньятти собрала по большей части из вторичных материалов. Например, старинная винтовая лестница приехала в Рим из Франции. Деревянные балки, двери, обеденный стол и даже каменные раковины — все антикварное.

📷 Dario Borruto
Подробности у Living Corriere

Стиль, который в Англии называют викторианским, в США пришел чуть позже и известен как стиль королевы Анны. Особенную популярность он получил в Калифорнии, где как раз и находится особняк, с котором довелось поработать Маккензи Голдинг, бывшей лыжнице, а ныне хозяйке бюро Goldenbird Design.

«В доме сохранилось множество оригинальных деталей, таких как замысловатые витражи, деревянные элементы и обои. Задача заключалась в том, чтобы модернизировать атмосферу, не жертвуя при этом их целостностью», — говорит дизайнер. Эта необходимость задала магистральный курс проекта: найти такие варианты отделки, которые выглядят современно, но не спорят с историческими элементами. И если наследие стиля королевы Анны предполагает большое количество деталей, резьбу и сложные узоры, то все нововведения, — это однотонные поверхности, работающие исключительно за счет фактур и цвета.

Но нет правил без исключений. Главным вызовом для Годинг оказалась столовая — комната, в которую почти не попадает естественный свет. Победить темноту было невозможно, так что дизайнер превратила ее в декоративный прием: оклеила потолок обоями в стиле ар деко от Divine Savages, а стены и деревянную обшивку закатала свинцово-серой краской Down Pipe от Farrow and Ball.

Необычный выбор цвета — едва ли самая сильная часть проекта. Сложные и неожиданные оттенки заставляют иначе посмотреть на этот старый дом, делают обстановку немного сказочной. В спальне это изменчивый серо-розовый оттенок, а в гостиной — густой лиловый.

Еще одна находка дизайнера — большое количество плетенки, от ковра в гостиной до тумбочек в спальне, купленных на аукционе 1stDibs. Это помогло примирить противоречивые пожелания хозяев дома: мечты о тихом гостеприимном пространстве и стремление наполнить интерьер вещами с характером.

📷 Jessica Brydson
Подробности у AD Italia