Люблю заброшки и эстетику упадка, поэтому не могу пройти мимо этого увядающего театра в Порталегере. Построенный в середине XIX века, он является старейшим сохранившимся театральным зданием Португалии. Но, увы, по назначению оно уже не используется.

Театр выставили на продажу, купить его можно за 400 тысяч евро, правда, непонятно, сколько еще потом придется вложить. Тем более что это памятник архитектуры, и вся реставрация — только с одобрения властей. Тем не менее надеюсь на счастливый исход и публикацию его результатов в любимом ReuseArch.

Подробности у The Spaces

Мы уже как-то смотрели с вами интерьер, оформленный Ариной Карповой, — это была квартира её матери Алины, мама и дочь работали над интерьером вместе. А эта — самой Арины. С виду она совсем другая, но эти два интерьера объединяет любовь к собакам.

Больше фотографий, полный текст и план квартиры смотреть в Дзене

Мама — Алина Карпова — решила поселиться в лофте с прямым выходом на улицу, потому что одна из её собак очень боится лифта. Дочь — Арина — выбирала себе жильё так, чтобы было удобнее выгуливать собак. Квартира в новом ЖК на Воробьевых горах, где чуть ли не с порога начинается лес, подходит для этого идеально.

Планировка В плане 49-метровая квартира выглядит почти идеально — аккуратный прямоугольник, без выступов и скошенных стен. Разве что окон маловато, всего два, и оба на одну сторону. Зато ни одной несущей стены или колонны — полная свобода, которую Арина постаралась сохранить.

Она построила всего одну перегородку, отделяющую кухню от спальни, но межкомнатных дверей в квартире, за исключением санузла, нет. По своей сути это квартира-студия, где одна-единственная комната — это и гостиная, и спальня, и кабинет.

Здоровый эгоизм Арина рассказывает, что делала интерьер без плана, но с чётким пониманием своих приоритетов. «Я живу одна, поэтому точно знала, сколько места для хранения мне нужно, — говорит дизайнер. — Знала, что кровать должна быть обязательно 180 сантиметров шириной, и никаких компромиссов. А ещё, что душу я предпочитаю ванну. К тому же в ней удобнее купать собаку».

Все работы от начала ремонта до новоселья заняли у неё около года. Для небольшой квартиры это приличный срок, но Арина не торопилась. Если какие-то вопросы вызывали затруднения, не гнала себя и позволяла решению спокойно созреть.

Отделка Прошлый интерьер семьи Карповых запоминается насыщенными винными стенами. Этот выглядит значительно спокойнее. «Наверное, в тот момент было такое настроение, — размышляет Арина. — Вообще я очень люблю цвет в интерьере, и я решила, что нейтральная база даст мне возможность добавить его в аксессуарах и искусстве».

Бюджет был отнюдь не безграничным, но на отделке дизайнер не экономила. Стены оклеены обоями Yana Svetlova из шёлка, хлопка и шерсти, на полу лежит дубовая «ёлочка», столешница и кухонный фартук сделаны из гранита, а пол в ванной — из мрамора и мозаики. Её Арина купила ещё до приобретения квартиры — это были остатки, так что ей потом пришлось поломать голову над тем, как всё это дело расположить, чтобы хватило.

Продолжение в Дзене
📷 Натали Герц

11 декабря в галерее Heritage Кристины Краснянской открывается выставка “Степени прозрачности. Vitalité fragile». Поговорила с куратором Мариной Ширской о том, в чем замысел этого проекта.

В ДПИ только что открылась выставка про хрусталь, теперь у вас — это какая-то хрустальная эпидемия? Я рада, что наши действия вызывают ассоциацию с эпидемией — это именно то, к чему мы с Кристиной Краснянской стремимся. Хочется, чтобы наша выставка положила начало глобальным изменениям в области художественного стекла в России.

Чем ваша экспозиция будет отличаться от ДПИ, кроме того, что вы сузили круг экспонатов Гусем Хрустальным? Если музей сосредоточился на способах обработки стекла, то наша выставка показывает работы современных российских художников. Мы представляем работы авторов разных поколений, но в основном это молодежь. Проследив тематику, с которой они работают, мы видим, что она ничем не отличается от тем, которые заботят их сверстников, творящих в других медиа. Здесь можно увидеть размышления на тему феминизма Екатерины Ивановой-Остапенко, рассказ о том, что нас ждет после гипотетической катастрофы Миланы Стрелковой, разговор о том, что считать обыденным, Владимира Копейкина, и даже цветы Анастасии Прибельской говорят с нами о спекулятивном реализме, где человек рассматривается не как центр Вселенной, а лишь часть взаимозависимой системы.

Что ты сама узнала нового про Гусь Хрустальный во время подготовки выставки? Теперь меня можно ночью разбудить, и я назову имена ведущих мастеров завода. Я впервые по-настоящему осознала, насколько плодовит Владимир Касаткин, и увидела некоторые работы Адольфа Курилова, которые нигде раньше не встречала.

Расскажи про фестиваль GlassGlow, в рамках которого проходит выставка. Кристина еще год назад, когда мы встретились в первый раз, сказала: «Хочу, чтобы это был регулярный фестиваль, как у Беренго» (фестиваль Fondazione Berengo на Мурано. — Прим. Ромашкового). Выставки в ДПИ и Heritage стали пилонами, на которые нанизано еще несколько мероприятий. Подтянулись музей на Елагином и Музей в Гусе Хрустальном — у них примерно в этот же период проходят интересные выставки стекла. Мы разработали с музеем программу лекций, а в январе планируем «круглый стол» — будут производители, учебные институции, музей, художники, все эти прекрасные люди, на чьих плечах держится российское стеклоделие. Еще мы планируем поездку с коллекционерами на завод, чтобы показать, какое это захватывающее зрелище — работа с раскаленным стеклом у печей.

На фото работы Анастасии Панибратовой, Елены Зайцман, Анастасии Прибельской, Treivas x B.LAB, Владимира Касаткина, Светланы Берзиной, Марии Кошенковой и Александры Ярмольник