В 1905 году французский критик Луи Воксель предложил посадить участников парижского Осеннего художественного салона в клетку — такими дикими показались ему их работы. С этого, собственно, и пошёл термин «фовизм».
В 2025 году Музей русского импрессионизма почти буквально последовал совету критика: работы французских фовистов действительно развешаны в подобии клеток. Зато картины их российских последователей «разгуливают на воле» и красуются на фоне графитовых стен, подчёркивающих их яркость.

Ничего культуроведческого писать не стану, просто скажу, что выставка «Русские дикие», на которой была сегодня по приглашению Bosco Casa, — взрыв цвета и эмоций. Как всегда у Музея — прекрасная экспозиция и шикарные экскурсоводы. Обожаю!

Билеты покупайте заранее — тут во вторник утром полный аншлаг, а про выходные даже подумать страшно. И не забудьте подняться на третий этаж — там не только кафе с террасой, но и воображаемая мастерская Матисса с работами росийских художников — его идейных наследников (последние три фотографии).

Не хочется вылезать из кровати? И не надо!

Прочла вчера в Ideat материал про тренд с тревожным названием — загнивание в кровати. Буквально — Bed Rotting, это, оказывается, уже устоявшееся понятие. На самом деле ничего страшного или ужасного. Речь о времяпрепровождении в кровати, не связанном со сном или с сексом: кто-то валяется там с телефоном и чипсами, а некоторые даже работают, не переходя в вертикальное положение. Короче говоря, кровать стала полноценной заменой дивану.

Поведенческий тренд, естественно, выливается в интерьерный: кровать как центр дома. На последних выставках был ряд инсталляций с кроватью в главной роли. Например, в Милане Marimekko (1) предлагали поваляться на огромной кровати, застеленной их новым полосатым бельём. В Копенгагене Frama (2) выстроила в своём пространстве конструкцию с кроватью на вершине, а британский дизайнер Шарлотт Тейлор (3) провела все три дня выставки 3daysofdesign в квартире, где одним из ключевых экспонатов стала кровать, далёкая от привычных представлений о стайлинге.

Ideat пытается понять, откуда растёт этот постельный тренд, и находит сразу несколько причин. Во-первых, люди устали от бесконечного достигаторства и выбирают самый комфортный вариант протеста — залипают в кровати. Во-вторых, сказывается экономический кризис: молодые люди не могут позволить себе собственное жильё, остаются в родительском доме и превращают свою бывшую тинейджерскую комнату в подобие мини-студии, центром которой оказывается кровать. На её декорирование бросаются все силы и средства. В-третьих, соцсети размыли старые границы между общественным и приватным — показывать то, что прежде считалось интимным, больше не зазорно.

Так что запасаемся красивым бельём и пижамами и готовимся к наплыву красиво помятых кроватей в соцсетях. Смотреть на них мы будем, разумеется, лёжа.

В продолжение темы bed rotting — вот так выглядит идеальная кровать по версии нидерландского бренда Auping и шведской стилистки Эвелины Северин, больше известной как Teklan. Эту коллекцию они презентовали на выставке 3daysofdesign в Копенгагене и собрали сразу все тренды: полоски, драпировки, яркие цвета. С Эвелиной я там разминулась, но, судя по фотографиям, она расхаживала по инсталляции не иначе как в пижаме и халате. Я, признаться, и сама провожу в таком виде полжизни. И, кажется, сейчас самое время вспомнить про подборку пижам от российских брендов, которую я делала прошлой осенью.

Ну а если интересно про Копенгаген, 3daysofdesign и тренды, то запись субботнего стрима на эту тему доступна в канале “Ромашковый PRO”.

Как-то незаметно мы оказались в мире, где кухня стала едва ли не главной фишкой интерьера. Не всегда и не везде, но этот проект австралийской студии Pattern — точно не первый такой пример (из недавнего вспоминается квартира в Польше).

Кухонный остров из нержавейки стоит слегка под углом и одним концом опирается на длинную конструкцию, которая начинается как тумба, а по ходу превращается в первую ступень лестницы.

Pattern сделали этот необычный интерьер для Николы и Орландо Рейндорф, семейной пары, которая владеет магазином одежды The Standard Store. Причём живут и работают они в одном здании: магазин занимает первый этаж, а второй и мансардный — их квартира.

Рейндорфы переехали сюда из более просторного жилища и поначалу хотели добавить к дому пристройку, но интерьер, устроенный как трёхмерный пазл, оказался достаточно вместительным, чтобы обойтись без неё. Правда, потребовалось серьёзно переделать чердак. Он раньше был нежилым, а теперь там похожая на шкатулку спальня и ванная с огромным окном.

📷 Tom Ross
Подробности у Est Living