Я всё грустила, что после Копенгагена растительная тема у меня как-то иссякла, но в ленту врывается бюро «Мох» со съёмкой посуды «Космея» от «Дымов Керамика». Слова тут особо не нужны, поэтому просто перечислим всех причастных: фотограф Анисия Кузьмина, модель Мария Мелкосьянц, арт-директоры Полина Ченцова, Мария Мелкосьянц и Дарья Дадонова. Красота!

По меркам AD Italia, это маленькая квартира, всего-то 80 м², но я не буду гневить подписчиков — давайте поговорим не про размер, а про классные декоративные решения. Прежде всего цвет — у меня интерьер носит кодовое название “шоколадный”. Как будто открыл коробку конфет, а там все виды шоколада сразу: от белого и молочного до трюфелей в посыпке из какао.

Квартира находится в Париже на улице Риволи в старом доме эпохи Османа. В ней полвека не было ремонта, и автор проекта, основательница студии Volta Агата Лаво, сохранила здесь ретронастроение. Обратите внимание, что со всех углов кухонной мебели и умывальника снята фаска — такая форма отсылает к середине ХХ века, а мебель из чёрного лака — привет 1980-м. Кухня тут вообще очень интересная: её остров перетекает в сиденье кухонного уголка, который устроен совсем не в углу, а торжественно расположен по центру.

Проём между кухней-столовой и гостиной облицован глянцевой керамической плиткой — решение, прямо скажем, нетипичное для парижских интерьеров, но часто встречающееся в проектах Лаво. А вот зеркало над кухонной столешницей, напоминающее каминное, я вижу у французов не впервые — наверное, не самое практичное, но очень эффектное решение. Очень жаль, что нет планировки, поэтому непонятно, что скрывается за стеклянной дверью слева от зеркала. Подозреваю, что это встроенный шкаф или кладовка, потому что вход в спальню находится в прихожей, и там нас ждёт одно из самых популярных решений прямо сейчас — драпировки по контуру кровати.

📷 Oracle Paris

А нет ли среди наших читателей потомственных членов дачно-строительного кооператива работников Госплана, расположенного возле поселка Зеленоградский в Подмосковье?

Дачи строили во второй половине 1970-х под ярлыком кооперативных пансионатов «Березка» и «Зеленое поле». Их особенность — в наличии единого проекта и в том, что каждый дом рассчитан на 4 семьи и соответствующим образом поделен на сектора с примыкающими участками.

Мы считаем этот пример показательным для разговора о дачах в контексте подмосковной архитектуры модернизма. Поэтому ищем тех, кто мог бы рассказать об истории своего участия в кооперативе, о быте в таких домах и повседневности дачной жизни в советское время.