С сегодняшнего дня и до 14 сентября в Музее Москвы работает ярмарка молодого искусства blazar. Я вчера сходила на пресс-показ и расскажу немножко о впечатлениях. Общая оценка мероприятия — четыре с минусом. Причём до четвёрки её подняли всего несколько галерей, а в целом мероприятие, увы, без огня.

Начала я с секции дизайна, она в этом году большая, занимает целый этаж. В прошлом году я на blazar не попала, поэтому сравнивать не с чем, но знающие люди говорят, что тогда отбором занималась экспертная группа, а в этот раз её не было. Чем, видимо, и объясняется то, что экспозиция укомплектована по принципу «и жук, и жаба».

Штучные вещи стоят рядом с серийными, которым на такой выставке вообще не место. Например, Uclad представлен почему-то не вещами из их последних коллабораций, а столиком из базовой коллекции.

Очень много вторичных работ — ощущение, что многие авторы вообще не в курсе, что творится в мире дизайна. Или рассчитывают на неосведомлённого покупателя — Рита Морозова уже писала про лампы, явно инспирированные чужими предметами (и сдаётся мне, это не последний такой пост).

Главное, что мы вчера узнали про нынешнее состояние коллекционного российского дизайна, — авторы открыли для себя нержавеющую сталь. А вот о том, что коллекционный дизайн хоть и не строго привязан к функциональности, но полностью её игнорировать всё же не стоит, они пока не слышали — большая часть этих стальных предметов выглядит так, словно дизайнеры хотят вас убить, отовсюду торчат острые углы, шипы и прочие травмоопасные детали.

Коллекционный дизайн, если вы хотите его продавать, а не просто показывать, требует участия автора или фигуры его заменяющей — того, кто расскажет про идею, тонкости производства и прочие детали. Это то, что цепляет и объясняет ценообразование. В противном случае кресла непонятной формы от неизвестного автора по 450 рублей за штуку имеют мало шансов. По факту же единственный дизайнер, который постоянно присутствовал рядом со своим объектом, — Данияр Удербеков. Не стоит потом удивляться, что именно он приглашаем на все профильные выставки, включая заграничные — без автора авторский дизайн не живёт.

Важность кураторской работы показывают представленные в этом разделе галереи — 3L, Ulm, фонд «Поле». Вот у них всё хорошо и с концепцией, и с самими работами, и с рассказчами, погружающими тебя в детали. Неожиданным открытием стал стенд Нижегородской области, которая свела местные промыслы с художниками — и получила несколько классных работ (я уже думала, что не бывает теперь подобных проектов без лютого лубка, так что приятно обрадована).

О том, что мир дизайна интересен широкой публике, свидетельствует присутствие трёх больших игроков. Lime, от которого уже минимум два года ждут запуск домашней коллекции, сделал инсталляцию-филиал выставки, которая сейчас идёт в их флагмане на Кузнецком Мосту. Lamoda презентует на blazar свою коллекцию для дома, сделанную в духе инфантильного дизайна. У Divan-ru получилась очень симпатичная коллекция ковров, пледов и пуфов с рисунками художников из пула галереи Sample. Заход через известные бренды потенциально мог бы увлечь в сферу коллекционного дизайна каких-то новых людей, но на blazar эта сфера представлена так, что затягиваться особо не хочется.

Что касается основной, художественной части, то я шла туда с намерением компенсировать разочарование от дизайн-секции, но не вышло. Разбирать достоинства современного искусства я не горазда, но общее впечатление какое-то беззубое. Скажем так: были работы, которые понравились, но так, чтобы захотелось немедленно унести что-то домой, — нет.

1 Тумба Sasha Palm по мотивам нижегородских промыслов
2 Общий вид экспозиции в секции дизайна
3 Стенд Ulm
4 Фрагмент панно из переработанного картона Елены Машковой у 3L Gallery
5 Работа Владислава Семенова у Set Project
6 Анастасия Ковалева у Reloft Gallery
7 Стенд «Поле»
8 Мила Гущина на стенде Grabar Gallery
9 Варя Щука на стенде Postrigay Gallery

Совершенно невозможно оставить старую Москву в покое. Вслед за новым ЖК авторства Цимайло и Ляшенко на Рождественке планируют поставить новый корпус МАРХИ. И если вам вдруг показалось, что помимо Цимайло и Ляшенко в городе других архитекторов не осталось, то это зря: проект разработал собственнолично главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов вместе с Иваном Грековым из бюро KAMEN. В рассылке Москомархитектуры пишут, что это здание “продолжит авангардные традиции ВХУТЕМАСа”, но мне тут видится Herzog de Meuron для бедных — будущий корпус сильно смахивает на их VitraHaus.

Понятно, что здание в кампусе Vitra — далеко не единственное здание с консольными выносами, вспомним хотя бы “Русское идеальное” — дом-трубу того же Кузнецова в Никола-Ленивце. Но что-то мне подсказывает, что тут идеального ничего не будет — пока перед нами только рендер, а на практике (особенно если это стройка за госчёт, как в данном случае) всё, что посложнее и подороже, на выходе становится попроще и попластмассовее.

Коллеги-админы, с которыми мы уже успели обсудить это планирующееся чудо архитектуры, отмечают, насколько плотно здание сидит на участке — хоть это и визуализация, которая должна преподносить проект в самом лучшем свете, теснота чувствуется даже на ней. Впрочем, не буду цитировать коллег, думаю, они и сами выскажутся.

И еще один пост про архитектуру, наследие и наше к нему отношение. Честно — такого плана не было, пресс-релиз про МАРХИ прилетел только вчера, а лонгрид про кинотеатр «Россия» Василий Лужбин готовил заранее, — но получилось показательно. Сто лет назад советская власть выкорчевывала историческую застройку Москвы, а теперь в зоне риска оказалась уже архитектура времен СССР. Кинотеатр «Россия» — еще один памятник с советского модернизма, который мы можем потерять, как потеряли когда-то стоявший на его месте Страстной монастырь.

В июле против кинотеатра началась информационная кампания: дизайнер Артемий Лебедев опубликовал призыв снести кинотеатр (попутно назвав «говном») и построить на его месте «что-то красивое и общедоступное». И буквально за пару дней до того, как этот текст был опубликован, к блогерам, пишущим на архитектурную тематику, пришел человек, предложивший рассказать об инициативе Лебедева — не за бесплатно. Чуть позже высказалась и Ксения Собчак, в более примирительном тоне, мол, такие здания важно сохранять. Но затем со знанием дела заключила, что «обновить здание без демонтажа просто невозможно», поскольку оно «буквально рассыпается на глазах».

Предлагаем окунуться в историю кинотеатра, чтобы понять, действительно ли с ним все так плохо во всех отношениях и в чем кроется реальная причина его потенциального сноса. Начать придется издалека — с XVII века, поэтому здесь все не уместить..

Читайте эту историю целиком в Дзене, а здесь для затравки несколько из множества фотографий.