Дизайнер Андрей Будько занимается коврами уже несколько лет. Сперва это были аллюзии ковров на стене советской квартиры — с ними он в 2018 году выиграл конкурс молодых дизайнеров на выставке SaloneSatellite Moscow. Потом «шкуры» неведомых зверюшек, которые он выставлял на SaloneSatellite и в пространстве Alcova в Милане.
В марте этого года Андрей перебрался в Белград, и новая работа — результат семинедельного труда в местной арт-резиденции. С виду новый ковёр похож на старый, но если тогда были воспоминания из детства, то теперь это размышления на тему хрупкости. Параллельно был решён важный технический вопрос: он придумал, как делать ковры 2×3 метра (раньше только 1,5×2), рисунок вышивается машинкой на фетре, и тут есть разные ограничения.
Андрей описывает свой проект так:
«Хрупкость мира.
Хрупкость планов.
Хрупкость памяти.
Хрупкость времени.
Хрупкость жизни.
Ковер физически не хрупкий. Но он может зафиксировать хрупкость момента».
Если интересно, почему хрупкость вылилась в орнамент из костей, есть смысл почитать канал Андрея — там последовательно представлен весь процесс работы над проектом. Ну и в целом там здорово показана изнанка работы дизайнера.
В марте этого года Андрей перебрался в Белград, и новая работа — результат семинедельного труда в местной арт-резиденции. С виду новый ковёр похож на старый, но если тогда были воспоминания из детства, то теперь это размышления на тему хрупкости. Параллельно был решён важный технический вопрос: он придумал, как делать ковры 2×3 метра (раньше только 1,5×2), рисунок вышивается машинкой на фетре, и тут есть разные ограничения.
Андрей описывает свой проект так:
«Хрупкость мира.
Хрупкость планов.
Хрупкость памяти.
Хрупкость времени.
Хрупкость жизни.
Ковер физически не хрупкий. Но он может зафиксировать хрупкость момента».
Если интересно, почему хрупкость вылилась в орнамент из костей, есть смысл почитать канал Андрея — там последовательно представлен весь процесс работы над проектом. Ну и в целом там здорово показана изнанка работы дизайнера.
❤35🔥2👍1
Увидела на днях новость о том, что в районах Коптево и Измайлово надстраивают хрущевки. В рамках такой реновации людей не переселяют — им добавляют террасы или даже полноценные комнаты, но само здание “наращивают” и продают там квартиры. Во время строительства жильцы остаются дома — вокруг просто возводят дополнительную конструкцию.
Идея, конечно, не новая. Сразу вспомнился проект реконструкции социального жилья 1960-х годов в Бордо. Бюро Frédéric Druot Architecture, Lacaton & Vassal Architectes и Christophe Hutin Architecture объединились, чтобы обновить старые здания. Несмотря на удручающее состояние, жильцы были против сноса, потому что хотели остаться рядом со своими соседями. Поэтому архитекторы не вмешивались в основную структуру, не переделывали лестницы и этажи, зато к каждой квартире пристроили зимние сады и балконы, а маленькие окна заменили на большие стеклянные двери.
Во время работ жители оставались в своих домах. Плиты и опоры поднимали с помощью кранов, чтобы сформировать конструкцию вокруг здания. Новые фасады покрыли легкими гофрированными панелями, а старые рамы заменили на алюминиевые.
Не уверена, что в Москве реновация будет на таком же уровне: рендеры, которые я нашла, удручают. Фото подписывать не буду — понять, где Бордо и где Москва, будет несложно.
Как считаете, такой способ реновации все же лучше сноса и расселения?
Идея, конечно, не новая. Сразу вспомнился проект реконструкции социального жилья 1960-х годов в Бордо. Бюро Frédéric Druot Architecture, Lacaton & Vassal Architectes и Christophe Hutin Architecture объединились, чтобы обновить старые здания. Несмотря на удручающее состояние, жильцы были против сноса, потому что хотели остаться рядом со своими соседями. Поэтому архитекторы не вмешивались в основную структуру, не переделывали лестницы и этажи, зато к каждой квартире пристроили зимние сады и балконы, а маленькие окна заменили на большие стеклянные двери.
Во время работ жители оставались в своих домах. Плиты и опоры поднимали с помощью кранов, чтобы сформировать конструкцию вокруг здания. Новые фасады покрыли легкими гофрированными панелями, а старые рамы заменили на алюминиевые.
Не уверена, что в Москве реновация будет на таком же уровне: рендеры, которые я нашла, удручают. Фото подписывать не буду — понять, где Бордо и где Москва, будет несложно.
Как считаете, такой способ реновации все же лучше сноса и расселения?
🔥13❤2👍1
Питерский бренд Еburet вместе с питерским же бистро «Футура» проводят эксперимент по сбору крышек от одноразовых кофейных стаканов. Еburet делает мебель из переработанного пластика. Как раз такого, который идет на кофейные крышки, — эта разновидность называется ПС/PS6. Вдруг вы не знали: разные виды пластика перерабатываются отдельно, такая вот хлопотная история. Если эксперимент будет удачным, Eburet поставит контейнеры для крышек и в других точках.
Кстати, Eburet печатает свою мебель на 3D-принтере, и мне рассказывали, что иногда они выставляют на продажу образцы со сбоями печати. Они считаются браком, поэтому стоят дешевле, но по факту это уникальные штуки — в отличие от стандартизированных правильных образцов.
Кстати, Eburet печатает свою мебель на 3D-принтере, и мне рассказывали, что иногда они выставляют на продажу образцы со сбоями печати. Они считаются браком, поэтому стоят дешевле, но по факту это уникальные штуки — в отличие от стандартизированных правильных образцов.
🔥33❤12