Притцкеровский лауреат Алвару Сиза придумал часы для швейцарского бренда Cauny. Архитектор говорит, что хотел сделать «часы, которые выглядят как часы». Мне кажется, с этой задачей он справился безупречно. Получилась классическая модель с небольшим твистом — обратите внимание на стрелки.

Подробности у Dezeen

Подвожу #итогинедели в свой последний день в Грузии. Завтра домой, так что возможны перебои в вещании. Но ничего, мы за эти дни написали много интересного, наверняка вы не все успели увидеть.

Ожидаемо было много постов про Тбилиси: про Дворец торжественных обрядов, красивые подъезды в Сололаки и фантастическую зеркальную галерею в Академии художеств. А для тех, кто любит Грузию издалека, мы опубликовали интерьер нового ресторана «Ели сацебели». Авторы проекта из бюро SVOBODA очень здорово работают с актуальной природной палитрой.

Ещё одно интересное открытие — обновлённый магазин «Жостово» на Пятницкой. Он стал больше и ярче — интерьером занималась Женя Жданова, которая показала, как традиционный промысел может жить в современном пространстве.

В работах Константина Решетникова, как мне кажется, тоже есть отсыл к традиции. Но промысел у него при этом вполне себе индустриальный — он делает скульптуры из обрезков труб, использованных огнетушителей и газовых баллонов. Подробнее о нем мы рассказали в рубрике #знайнаших.

Архитектура на этой неделе у нас была сплошь «зелёная». Итальянский архитектор Стефано Боэри построит в Дубае две высотки по образу своего Миланского «Вертикального леса». О том, зачем в принципе озеленять архитектуру, рассказывается в этой подборке. Впрочем, высадка на крыше и фасадах деревьев и кустов — не единственный вариант. На Майорке появился жилой дом с системами пассивной терморегуляции.

В Москве на этой неделе прошла очередная выставка дизайна — Design Act. Ольга Сорокина написала рецензию, в которой грустит о том, что количество не переходит в качество.

До понедельника!

В ноябре издательство Rizzoli выпустило монографию британца Ли Брума Fashioning Design. За пятнадцать лет в его портфолио собралось больше сорока интерьеров и более сотни предметов. Авторы книги постарались показать связь между прошлым Брума в мире моды и созданными им объектами. Большое внимание отводится также тому, как Ли презентовал свои новинки — он всегда делал запоминающиеся шоу. Феномен Ли Брума как раз в том, что он рано понял, что недостаточно быть просто хорошим дизайнером, надо уметь эффектно представлять свои работы и продавать себя.

Ли учился в театральной школе, в 17 лет выиграл в фешен-конкурсе и попал на стажировку к Вивьен Вествуд. Он считает, что его творческий стиль сформировался именно под ее влиянием, она научила его деликатно работать с историческим наследием. В 2002-м Брум основал свою дизайн-студию и начал оформлять общественные интерьеры. Он часто придумывал мебель и светильники для своих проектов, и это логично вылилось в создание собственного бренда Lee Broom в 2007-м. Про свой подход Брум говорит, что он интуитивный и двусмысленный: предметы похожи на арт-объекты, но при этом их функциональность не страдает, он часто перерабатывает знакомые вещи во что-то неожиданное. “Я считаю себя рассказчиком и еще со времен работы в фешен вкладываю в дизайн эмоции”, — объясняет Брум.

В книге четыре раздела: Art Form показывает работу Брума с формами и силуэтами; History Repeats Itself — примеры переосмысления истории и ремесленных техник; в Material Boy фокус сделан на необычном использовании материалов; а в последней главе, Drama of Design, показано, как театральное и фешен-прошлое повлияло на сценографию и способы презентации. Предисловие к книге написал знаменитый британский шляпник Стивен Джонс. Книга в продаже с 15 ноября.

Младшие представители семьи Трамп продают пятиэтажный таунхаус своей матери Иваны Трамп. Недвижимость была куплена в 1992 году после развода с Дональдом Трампом за два с половиной миллиона долларов, после чего новая хозяйка навела там шик-блекс — леопардовые принты, фрески, розовые ванные и прочий дикий китч. Имеется также шикарная лестница, с которой Ивана упала летом этого года, что и послужило причиной ее смерти.

Сейчас за таунхаус просят 26,5 миллиона, которые Эрика, Иванка и Дональд-младший намерены поделить между собой. Curbed со ссылкой на важных нью-йоркских риелторов пишет, что цена сильно завышена — состояние дома не идеальное, да и к интерьеру есть вопросики. Впрочем, я в процессе поиска фотографий натолкнулась на материал, из которого получается, что сама Ивана выставляла своё жилище на продажу с год назад за точно такую же сумму.

Фото: Evan Joseph